Неприступный хоббит

Услышав впереди шаги, Бильбо предусмотрительно спрятался в темной нише. Мимо прошли несколько эльфов. По одежде и манерам нетрудно было определить, что это знатная особа и его слуги. Они шли как раз из того коридора, в котором держали Короля-под-Горой. «Так значит, это – тот самый колдун, который мучил Торина! – догадался Бильбо. – Вот мерзкий, высокомерный, а глаза как стеклянные! Может, он слепой?» Хоббит не мог лишний раз вздохнуть, пока процессия не скрылась из виду. Потом он на цыпочках прокрался к Торину. Тот был очень бледен и выглядел подавленным. – Четырнадцать, мой король, – торопливо проговорил полурослик. Торин недоверчиво посмотрел в пустоту за дверью. Тогда хоббит уточнил: «Бифур и Бомбур живы и здоровы, только немного не в себе». – Хвала Махалу, – выдохнул гном и поднялся с места, чтобы дотронуться до невидимки. Бильбо почувствовал, что его рука слегка дрожит, и закусил губу. Что этот проклятый эльф с ним делал? Неужели пытал? Хоббит успокоил себя тем, что Торин хотя бы не ранен и, на свой страх и риск сняв кольцо, вытащил из-за пазухи то, что прихватил по дороге сюда – пузатую оплетенную бутыль с узким горлышком, любовно выбранную в винном погребе. – Красное? – гном довольно сощурился. – Ты просто мастер-вор, сердце мое! Пришлось немного повозиться, чтобы откупорить пробку, но сразу после этого Бильбо понял, что не прогадал. Это подтвердил и Торин, заметивший, что вино явно из королевских запасов и кому-то из слуг здорово влетит. Гном заметно повеселел, известие о том, что морийцы живы, здорово его ободрило. – Жаль, она не пролезет через прутья, – притворно вздохнул он. – Мы что-нибудь придумаем, – улыбнулся Бильбо и поднес бутыль к прутьям. Он никак не ожидал, что Торин вместо того, чтобы отпить немного, игриво скользнет губами по горлышку. Унявшееся вроде томление внизу живота вернулось с утроенной силой. А гном был явно доволен тем, как поддразнил вспыхнувшего хоббита. – Ты говорил с остальными? – нарочито светским тоном полюбопытствовал он и, легонько надавив на бутыль, отпил немного. – Их допрашивали? – Я… – Бильбо запнулся и тоже попробовал вино, раньше ему не доводилось пить из горла, тем более такие дорогие напитки. – Я только видел их… А что этот колдун хочет выяснить? – Он не знает, что мы идем в Эребор, должно быть, эльфы плохо обыскали наши сумки, раз не нашли карту. Хорошо, что ключ у тебя, сердце мое… – Вообще-то карта тоже у меня, – немного смущенно потупился хоббит. – Решил, что не стоит доверять ее Фили и Кили… Бильбо тронул ключ, спрятанный под одеждой. Торин отдал его еще в Мглистых горах, когда они втроем с Двалином пытались хоть немного просохнуть в пещере во время грозы, и так до сих пор не попросил назад. Сам полурослик много раз думал, что стоит вернуть при случае, но, с другой стороны, ему нравилось носить тяжелую золотую цепь гнома. – Я солгал, что направлялся с отрядом в Железные холмы, к кузену Дейну, – признался Торин. – Но ему очень интересно, почему мы забрели в Лихолесье, вместо того, чтобы обойти его стороной. – Ну, это просто, – хоббит улыбнулся. – Я слышал, что эльфы говорили, будто бы на границе Лихолесья видели орков, можно сказать, что они загнали вас под деревья, где вы заблудились. – Ты просто молодец! – гном потрепал его по волосам, слегка задев сережку, отчего по позвоночнику пробежала приятная волна дрожи. – Теперь надо предупредить остальных. Бильбо собрался было надеть кольцо, но Торин удержал его: «У нас есть час или два, пока Трандуила мигрень отпустит». – Поделом ему, – злорадно усмехнулся хоббит. – Не будет свое колдовство распускать! Король-под-Горой искренне рассмеялся и отпил еще вина: «В Лихолесье никогда не было эльфов, обладающих по-настоящему сильным даром, они слишком следят за чистотой своей крови. А Трандуил пускай и правда помучается, раз забыл, что мы не люди, мысли которых легко читать». Бильбо предоставил вино в полное распоряжение Торина и завороженно слушал его рассказ. Гномы не часто заговаривали об эльфах, а оказалось, им известно такое, чего не найдешь на страницах книг. Кто бы мог подумать, что те, кто имеет толику человеческой крови, чаще обладают мощными способностями и даже без обучения способны заклинать воду и растения, проникать в чужие мысли и даже иногда предвидеть будущее. А еще выяснилось, что далеко не каждый маг способен проникнуть в сокровенные мысли гнома. Торин довел эльфийского владыку до неистовства, напевая про себя на кхуздуле. У Трандуила даже кровь носом пошла от напряжения, правда, и гном пережил не самые приятные минуты. – Довольно мерзкое чувство, когда тебе в голову лезут и пытаются там покопаться, – признался он. – Таркун куда деликатнее себя ведет, а этот остроухий как бревном по голове огрел, а потом… Торин поморщился и замолчал. Бильбо поежился, он и не знал, что Гэндальф умеет читать мысли. Наверное, чувства при этом похожи на те, что он испытал, когда в его норку явились непрошеные гости. – Бильбо, – позвал гном. – Ты о чем замечтался? – Прости, – смутился хоббит. – Я просто кое-что вспомнил… Не мог бы ты повторить вопрос? – Как там мои племянники? – еще раз уточнил гном. – Не похоже, чтобы заключение их угнетало, – заметил полурослик, которому подземелье действовало на нервы. – А должно? – полюбопытствовал Торин, чем немало озадачил хоббита. Бильбо совершенно не подумал о том, что гномы не боятся замкнутых пространств, в которых могут свободно дышать, темнотой и холодным сырым камнем их тоже не удивить. Ему очень захотелось спросить, как тогда гномы поступают с преступниками, но он решил, что это будет неуместно. А в голову лезли всякие глупые мысли – например, клетки, подвешенные снаружи горы на большой высоте. Однако хоббит быстро отмел это предположение, ведь, в отличие от него, гномы высоты не боялись, они ее даже любили и могли без страха любоваться видом с любой горной кручи. – Кстати, – сказал он, чтобы отвлечься от возникшего чувства неловкости. – Фили, наконец, перестал беспокоить укус лешего, а Кили… – Бильбо хихикнул. – Назвался сыном Бофура. Как он и ожидал, Торина это известие повеселило. «Только остроухий мог поверить, что они – родичи!» – восхитился гном. – Точно! – поддакнул Бильбо. – Они ведь совсем не похожи! Хоббит резко умолк, ведь еще весной он бы легко мог принять их за родичей, оба кареглазые и темноволосые. Но, если присмотреться, глаза у них разных оттенков и волосы у одного жесткие и гладкие, у другого непослушные, не говоря уж о чертах лица. Однако надменные перворожденные навряд ли обращали внимание на такие мелочи. – Эти эльфы ничего не видят дальше своих ушей, – прошептал Бильбо и надел кольцо, потому что услышал вдалеке шаги. Торин вернулся на койку и вытянулся во весь рост, уставившись в потолок. Хоббит тихо пошел по коридорам к тому месту, где были камеры остальных членов отряда. В этот раз, чтобы отвлечь охрану, потребовалось применить хитрость. Бильбо хотел сперва повалить что-нибудь в винном погребе, он уже проскользнул туда, как вдруг зацепился за что-то ножнами. «А что, если…» – подумал он, положив ладонь на рукоять меча, который как будто сам просился на свободу. Показавшаяся полоска лезвия начала наливаться слабым зеленым свечением, вовсе не таким въедливым, как во время боя с пауками, а едва заметным, пульсирующим. Да и руны, которые раньше вспыхивали ярко, как летнее солнце сквозь листву, теперь едва угадывались.