Неприступный хоббит

Весь отряд был рад выбраться из Лихолесья. К счастью, Леголас не настаивал на том, чтобы гномы остались погостить немного, и просто проехал с ними до самой опушки, с которой виднелась южная оконечность Долгого озера. Это была последняя ночь, которую они должны были провести на голой земле - и, пожалуй, впервые Бильбо не был рад перспективе спать на мягкой кровати. Перворожденные отправились восвояси, гномы привычно разбивали лагерь. Торин принес дров и принялся молча разжигать костер, иногда украдкой поглядывая на Бильбо, потом позвал Фили ловить зайцев. Хоббит тихонько вздохнул и посолил воду в котелке. Эльфы оставили им крупы, так что на ужин и завтрак будет каша, которую он собирался варить. И если королю и принцу повезет, будет еще и мясо. Вдруг вода отразила лицо Флои. Бильбо даже слегка вздрогнул от неожиданности – он так погрузился в свои мысли, что не услышал шагов за спиной: «Ты меня напугал! Я ж чуть в котелок не окунулся!» – Какая кошка между вами пробежала? – прямо спросил гном, стрельнув зелеными глазищами в ту сторону, куда ушел Торин. – Мы не ссорились, – Бильбо неловко заправил кудряшки за ухо и помешал в котелке. – Просто… – С тех пор, как вы обсуждали с остроухим какие-то торговые соглашения, ты сам не свой, – не стал ходить вокруг да около полукровка. – И Торин ходит мрачнее тучи, это уже все заметили. – Леголас и правда не умеет держать язык за зубами, – Бильбо стиснул ручку половника. Может быть, это было надуманно, но Торин вдруг показался Бильбо совсем другим… незнакомым гномом. Странное ощущение было, конечно, не таким острым, как когда отряд впервые столкнулся с троллями, но все равно противно скребло на краю сознания. – Он заявил, что Торин взял Ори, только чтобы… – Бильбо запнулся, так ему мерзко стало. А еще он совершенно запутался. – Как вообще можно было сказать такое? Почему Торин это подтвердил? – Даже если узбада подловили, он бы навряд ли признал ошибочность своего решения перед эльфом, особенно перед одним из владык, – рассудил Флои, на памяти которого белегостцы не один десяток раз заводили разговор о достопамятной партии штифтов для лориэнских эльфов, но так и не получили извинений. – Признаться, Ори так рвался в этот поход, что его навряд ли интересовали планы Торина в этом отношении. Флои почесал аккуратно подровненную бородку, и Бильбо с досадой подумал, что именно он помог Торину подстричь свою до привычной длины. Менестрель не обратил внимания на хмурый вид хоббита или просто сделал вид, невозмутимо продолжая: «Если бы кто-нибудь понял, что это все из-за Двалина, сидеть бы одному из них в Синих горах». – Ты считаешь, нет ничего плохого в том, что Торин собирался… – Бильбо снова не договорил, но полукровка его понял. – Он бы никогда не стал принуждать друга к подобным услугам, – прозвучало это вполне убедительно, но у полурослика почему-то холодок по спине пробежал. – Кроме того, трудно представить гнома менее подходящего Торину, чем Ори, если бы дело дошло до близости. – Мне иногда кажется, что ему было бы лучше с гномом, – взломщик жалобно посмотрел на менестреля. – Только мне почудилось, что я начал понимать его… – Даже гномам бывает с ним сложно, – примирительно сказал Флои и поспешно сделал вид, что просто подкинул пару веток в огонь. Бильбо даже не сразу понял, что полукровка заметил возвращающегося Фили. Видимо, Флои всерьез опасался, что Торин сильно рассердится, узнав, что кто-то лезет не в свое дело. Узбад в последние несколько дней был очень расстроен, и даже Двалин не рисковал к нему приближаться. Особенно после того, как тот отстриг бородку, к которой только-только начал привыкать. Не хватало еще, чтобы он по примеру Бофура постригся! – Я не хочу возвращаться в Эребор, – проговорил хоббит, отвернувшись от Флои. – Там красиво, но я очень боюсь проклятья. – Торин нуждается в том, чтобы ты верил в него, – менестрель отряхнул руки. – Пойду, помогу лапника нарубить. Эти слова были произнесены теплым доброжелательным тоном, но у Бильбо возникло ощущение, что его хлестнули по лицу. Леголас посеял в его душе недоверие к Торину, и Бильбо так легко ему это позволил? Теперь оставаться наедине со своими мыслями и страхами оказалось просто невыносимо. Зябко поежившись, он решил бросить кашу на произвол судьбы, благо, в надзоре она не нуждалась, и пошел туда, где Торин свежевал тушки. Оставалось гадать, как двое гномов добыли столько мяса за такое короткое время, но несчастным зверькам точно не повезло повстречаться с Королем-под-Горой. Он сдирал мягкие шкурки с каким-то особенным остервенением. Хоббит подошел очень тихо, но жених, конечно же, почувствовал его приближение, как это уже не раз бывало. Бильбо просто встал у гнома за спиной и уткнулся лбом тому в лопатку. – Сердце мое, – тихо позвал Король-под-Горой, прекратив жестоко расчленять ни в чем не повинный ужин. Как ни крути, зайцы не были виноваты в том, что хоббит отдалился от него. Торина с ума сводило то, что он ничего не мог с этим поделать. Бильбо отнекивался и ничего толком не объяснял. Торин скучал по таким моментам, когда они просто сидели рядом иногда, каждый занятый своим делом, скучал по тому уютному молчанию, но ничего не говорил. – Тоскуешь по своей норке в Шире? – предпринял он очередную попытку разобраться в сложившейся ситуации. – Немного, – признался хоббит, не шевелясь. Он не представлял, как сильно ему не хватало тепла Торина. – Если так будет лучше для тебя, я отошлю отряд обратно в лес, – все-таки выговорил Король-под-Горой. – Они проводят тебя до Шира, а я что-нибудь придумаю. – Что ты такое говоришь? – встрепенулся Бильбо. – Если поторопиться с коронацией, Дис станет королевой еще до дня Дурина, – Торин, похоже, уже все рассчитал и готов был принять такое решение. Поэтому он был таким молчаливым и печальным. – Если я постараюсь не задерживаться в пути, то не пропущу твой день рождения. – Мне бы очень хотелось оказаться с тобой в Шире подальше от проклятых сокровищ, – Бильбо выглядел по-настоящему напуганным. – Но я не хочу, чтобы из-за меня ты отрекался от престола. Будет неправильно и несправедливо отказываться от трона теперь, после всего, что ты пережил ради этого. – У тебя доброе сердце, Бильбо, – Торин обнял бы полурослика, если бы не был так перепачкан, зато Бильбо прижался к нему сзади и зажмурился, смаргивая непрошеные слезы. – Мы обязательно съездим в Шир. Взломщик шмыгнул носом, осознав, что уходил в путешествие на год или два, а вернется в Бэг-Энд только лет через двадцать: «Только дождемся, когда ты сможешь передать королевство Фили…» – Нет уж, – Торин качнул головой и решительно отер лезвие ножа, которым разделывал тушки. – Как только все хоть чуть-чуть наладится, оставлю сестру наместницей. Правда, боюсь, уходить придется ночью и через подземелья. – Наверное, сестра ни за что больше не отпустит тебя так далеко от дома, – Бильбо откупорил флягу и полил Торину на руки. Волнение по-прежнему никуда не ушло, но на душе стало немного легче. Бильбо пообещал себе, что больше не будет переживать из-за того, чего еще не случилось и, возможно, не произойдет никогда. – Дядя! – окликнул Фили откуда-то сверху. Неугомонный принц влез почти на самую верхушку дерева, накренившегося над пустошью. – Бильбо! Глядите, какая красота! Одинокая отбрасывала тень на облака! Гном и хоббит не стали взбираться наверх, зрелище с земли ничуть не уступало по красоте. Садящееся солнце расцветило небо алыми сполохами, покрыло позолотой замерзшую верхушку Одинокой горы, цепляющуюся за пушистые облака, по которым и правда ползла длинная сиреневая тень. Завтра они будут уже в Эсгароте и, если повезет, снова увидят новый небесный спектакль. – Как же мне не хватало открытого неба в этом лесу, – протянул Бильбо, невзначай пробираясь под полу кафтана Торина. Гном одобрительно хмыкнул и обернулся на хруст ломающихся веток. Фили все-таки сверзился с дерева, повиснув вверх тормашками в локте от земли на крепком суку.