Кого вижу я

Гарри зарекался помогать незнакомцам в беде. Хотя бы потому, что это была теперь работа Рона. И пусть они не общались, пару раз он писал Гермионе о своих «находках», чтобы та попросила мужа о содействии. Естественно без упоминания о Поттере. Ни слова. Но что делать с сегодняшней «находкой», Гарри понятия не имел. Прежде всего потому, что они были у магглов. Ну, а ещё потому, что Рон был в командировке. А ещё этот парень бежал от магов. Но и домой не попал — сидит тут со вчерашнего дня. Под ливнем. Мордред! Гарри достал палочку и наложил на Криспи чары Отвода глаз и Согревающие. С шишкой на затылке он позже разберётся. Пробежка под дождем подняла тонус, а открытый магазин обрадовал вновь улыбнувшейся удачей. Вернувшись к своей «находке», Поттер вздохнул, понимая, что делает огромную глупость. Но иначе поступить не мог. Он осмотрелся по сторонам и, уловив момент, когда на улице никого не было, аппарировал их на Гриммо. Первым делом накинул покрывало на Вальбургу. С ней общего языка он, наверное, никогда не найдет. Потом расположил незваного гостя на кровати в спальне второго этажа, не слишком церемонясь с чарами Левитации, наложил на него Энервейт. Потом почесал затылок и высушил на нем одежду. Потом наложил Очищающие. Потом ещё Согревающие. Вздохнул. Нужно придумать что-то с завтраком. Или скорее, с обедом. Вряд ли парень спал и ел этой ночью. Кевин простонал и повернул голову на бок. Он был очень красив. Кукольной, почти неестественной красотой. Точёные скулы, выразительные брови, ангельское личико, которое портило лишь выражение тревоги и страдания. Пухлые губы, чуть размытые из-за тщательно ухоженной щетины. Четкий подбородок. Гарри долго разглядывал его лицо, ничуть не стесняясь. Он умел ценить красоту во всем, а этот молодой человек был ее непревзойденным образчиком. Его даже хотелось нарисовать. Гарри не умел этого категорически, но не стал отказывать себе в желании запечатлеть его на фотоаппарате. Посмотрев на то, что получилось, он отложил в сторону камеру и тихонько рассмеялся. Он неисправимый идиот. Притащил в дом первого встречного и играет тут в мать Терезу. Ничему его жизнь не учит. Не буди лихо, пока тихо. Он ещё на первом курсе об этом говорил, и своих советов до сих пор не слушает… Обед он, конечно, спалил. Всего на минутку заглянул в наручный кристалл, чтобы посмотреть на материалы, что залил сегодня Хуберт, и увлёкся настолько, что пришлось тушить сковородку. А потом идти в ближайший продуктовый. С Кричером Гарри не общался принципиально. Тот оскорблял его в каждом предложении, и спустя пару лет таких инсинуаций, Поттер его едва не освободил. Поэтому решил всячески игнорировать своего эльфа, и тот, хвала Мерлину, поступал так же. Закрывая за собой дверь, он надеялся, что его «находка» не придет в себя и не решит ограбить особняк. Гарри до сих пор не заставил себя разобрать вещи в нем, и по большей части игнорировал это место так же, как и его обитателя.

***

Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Он, кажется, бредил, потому что видел знакомые зеленые глаза, перед тем как отключиться. Место показалось ему смутно знакомым по магическим потокам, но он не мог вспомнить, где он мог чувствовать подобное. Однако внутренне ощущение было умиротворенным, легким, почти родным. Внизу кровати послышались глухие рыдания, и пришлось сильно постараться, чтобы приподняться на локтях и посмотреть вниз. У кровати рыдал домовик. — Эй! Ты кого тут оплакиваешь?! Огромные глаза существа уставились на него в благоговении, а ручки потянулись к нему вверх, словно моля о чем-то. — Кричер так счастлив видеть славную кровь Блэков в их родовом гнезде! Кричер думал, что умрет, никогда больше не получив шанса служить последнему достойному из рода! — Я в особняке Блэков? — скорее озвучил свою догадку, чем спросил, Драко, но домовик быстро закивал головой и снова зарыдал, но, почувствовав недовольство Малфоя, тут же прекратил. — Как я здесь оказался? — Хозяин принес ваше бессознательное тело и позаботился о вас. Он не дал Кричеру послужить вам, не призвал его в минуту необходимости, этот грязный полукровка все всегда делает сам, пренебрегая законами магического мира! — Ээ. Кричер? — уточнил Драко, удостовериваясь, что правильно услышал имя эльфа. — Кто твой хозяин? — Гарри Поттер, сэр. Он унаследовал особняк славного чистокровного рода, а теперь, поправ честь и приличия, забыл об этом месте, забыл о почтенном роде Блэков, брезгуя своим обязательством хранить его наследие для потомков! — Каких потомков, Кричер?! Я единственный. И то лишь на четверть. Тетю Андромеду выжгли с фамильного древа. Эльф молчал, хотя ему явно было, что сказать. Но тайны своего хозяина, пусть и полукровки, выдать не мог. Тэдди Люпин тоже был наследником Блэков. — И где твой хозяин? — Ушел! Спалил кухню и ушел! Беспринципный полукровка! Сопливый щенок! — Цыц! — ухмыльнулся Драко. — Уважать хозяина! — рявкнул он приказным тоном, и Кричер испуганно икнул. — Не сметь сказать и слова против! Заботиться о хозяине, как о самом наследнике! Чтить заветы гостеприимного чистокровного рода Блэков! Не это ли твоя миссия? Не это ли суть твоего служения? Или ты задумал предать саму магию, отрекаясь от своего хозяина, позоря род своих волшебников оскорблениями и мерзким непослушанием?! Чтоб даже шепотом не слышал я подобного! Кыш отсюда! Эльф испарился, не успел Драко набрать еще воздуха в легкие. Хотя продолжать он и не намеревался. Внизу хлопнула дверь, значит, Поттер вернулся домой. Только вот, что делать, Малфой еще не придумал. Вообще-то стоило просто уйти. Стащить теплую мантию и свалить отсюда подобру-поздорову. Только куда? И как? И что делать дальше?! Паника потихоньку стала пробираться ему под рубашку, и он тут же покрылся мурашками от осознания, что же произошло. Он оказался в доме своего врага. Того, кто ненавидит его лютой ненавистью. Того, кто даже спустя годы после выпуска смотрит на него, как на грязь под ногами. Того, которого любит с шестого курса так сильно, что готов был миссию провалить, лишь бы спасти. Нос ему разбил, в поезде оставил, надеясь, что тот вернется в Лондон, подальше от заварушки, что затевалась в Хогвартсе. Да что уж вспоминать. После суда он едва ли смотрел в его сторону. Показательно переходил через дорогу, когда видел его в городе. А потом и вовсе пропал. Хорошо хоть в авроры не подался. Додумать Малфой не успел, дверь открылась и на пороге спальни появился Поттер собственной персоной. — Мистер Криспи, меня зовут Гарри Поттер, вы у меня дома. Как вы себя чувствуете? — он говорил приветливо, но настороженно. Еще бы — непонятно кого в дом притащил, идиот… Из коридора послышался аромат запеченой утки в сыре, и Малфой сглотнул набежавшую слюну. — Голодным. Только я… — Тогда я сервирую стол, а вы можете пока воспользоваться ванной. Вещи в шкафу могут вам подойти, но я бываю здесь редко, так что… Что найдете, Кевин, то и ваше… — Гарри неловко улыбнулся и закрыл за собой дверь. А Драко покачал головой. Бесцеремонный болван. Ни представиться ему не дал, ни выслушать не может. А глаза у него такие же, какими он их помнит. Большие, печальные, серьезные. Даже когда улыбается, серьезные. А ведь ему он впервые улыбнулся… Малфой снова покачал головой. — Кричер? Где здесь ванная? Эльф появился мгновенно и указал ручкой на гобелен на правой стене. — Открой, пожалуйста, и не закрывай. — Ванная готова, мистер Малфой… Драко кивнул, и только когда улегся в теплую воду и посмотрел на зеркальный потолок, его прибило пониманием: проблема сама собой уже не разрешится. Когда Драко спустился вниз, пахло так одуряюще вкусно, что он едва смог устоять, чтобы не броситься к столу. — Мистер Криспи, присаживайтесь. Думаю, поесть вам уже не терпится… — Благодарю, мистер Поттер. За свое спасение, прежде всего, только я… — Приятного аппетита, и можно просто Гарри. Мистер Поттер я только для клиентов и журналистов. Малфой едва удержался, чтобы не закатить глаза. А потом посмотрел на Поттера и увидел, что тот немного лукаво улыбается. Ему. Дух вышибло, и он, коротко поблагодарив, принялся за еду. Спустя минут десять он смог, наконец, оторваться от птицы и спросить: — У вас есть домовик, Гарри? — имя легко на язык мягко и немного вибрирующе от буквы «р». — У тебя, — поправил его Гарри, — и да, есть, но мы с ним не… не дружим… — Поттеру снова было отчего-то неловко. Кевин был очень красив, и ему с трудом удавалось не пялиться на него. Когда его лицо было живым, оно выглядело еще более мило и привлекательно. Такого внимания к мужчинам Гарри еще не проявлял. И его это не слишком беспокоило, но этот человек был ему совсем не знаком. И вести себя как дикарь почему-то категорически не хотелось. Хотелось создать приятное впечатление. И узнать, конечно, что произошло с его «находкой». — Ну, с домовиками не нужно дружить. Их нужно просто уважать. Эти создания магии рождены, чтобы служить. Им плохо, если они становятся не нужны. Если их услугами пренебрегают. Призови его, посмотрим на вашу недружбу… Гарри удивленно уставился на парня, но почему-то снова не захотел показаться невежливым. Вздохнул. — Кричер! — Чего изволит хозяин? — эльф появился мгновенно. Гарри удивлённо приподнял бровь, а потом кивнул, указывая на гостя. Сказать что-то было выше его сил. Домовик поклонился ему и замер. — Кричер, принеси, пожалуйста, вина. Некрепкого, но насыщенного. Эльф снова поклонился и через секунду на столе появилась открытая бутылка и два бокала. — Видишь, как это просто? Угостишь? Поттер завис на улыбке Кевина. Она была… Мягкой, неподражаемо теплой. Такой, что хотелось любоваться этим лицом, не отрываясь. Он разлил вино по бокалам, и один из них левитировал к гостю. — За гостеприимного хозяина! — поднял бокал Драко и отпил глоток. Прикрыл глаза от удовольствия. А потом вмиг стал серьезным. — Гарри, мне нужно сказать тебе, наконец, одну важную вещь. Меня зовут не Кевин Криспи. Это всего лишь Оборотное зелье с его волосом. Гарри поставил бокал на стол и наклонился к столу. — Тогда кто ты, и почему бежал из Магического Лондона, теряя свою лабораторию на ходу? — Меня зовут, — Кричер появился у камина, разжигая огонь, и Драко закончил совершенно неожиданным для самого себя образом: — Дрейк Нуар. — Имя Гарри все еще звучало эхом в голове, и так не хотелось прекращать этот обед. Это общение. Так не хотелось, чтобы эти пара улыбок стали последними, которые Драко увидел бы обращенными к себе. Особенно, когда есть шанс провести с ним хотя бы этот день. — Я учусь у зельевара и хотел в этом году получить звание Мастера зелий. Я разрабатывал новую формулу Оборотного зелья, пытаясь продлить его эффект. И в результате неудачного эксперимента… В общем… Я не могу принять обратно свой образ. Я пробовал… И даже думал, что уже почти справился с решением этого вопроса. Но в какой-то момент все пошло не так. В Лютном наткнулся на неудачную компанию, в итоге, пришлось срочно уходить, чтобы избежать драки, потом меня обокрали, но самое страшное, в уличной потасовке сломали мою палочку. А без нее я даже в Гринготтс не могу попасть, чтобы подтвердить личность и получить деньги со своего счета. Фамильный перстень тоже забрали. Не пойму, как, это же перстень Ма… Моих предков! — домовик замер, ничем не выдавая своего присутствия, вслушиваясь в легенду наследника Блэков. И ведь тот даже не солгал ни слова. Ни об имени, ни обо всем остальном. — Это же ужасно! Вот почему ты так стремительно скрылся вчера. А я-то думал… Почему ты не пошел домой? Почему прятался у магглов, ещё и от полисменов шарахался.… — Домой без палочки я не попал бы. А этот Кевин очень, даже слишком привлекательный малый. И спрос на него в той части Лондона был… Едва смог отбиться, — улыбнулся Драко. — Но полисмены после такой драки меня едва ли восприняли бы как-то иначе, нежели уличным мальчиком. Хотя был момент, когда я чуть не принял одно из таких предложений. Однако гордость возобладала над голодом. — Глаза Драко потемнели. Он был в отчаянии. Уже три дня он жил в чужом теле, даже в Мэнор аппарировать не мог, а старые знакомые отца не стали разбираться, откуда у смазливого парниши кольцо Малфоев. Скрыться от них удалось лишь на время, но желание купить недостающий волос виверны заставило идти на риск. И его палочка оказалась расколота рикошетом от Авады. Да. В Лютном до сих пор не ценили человеческую жизнь. Пауза затянулась, а Гарри не решался ее прервать. Лицо гостя было встревоженным и печальным. Но Драко не намерен был раскисать. — Спасибо, кстати, за одежду. Обедать в разорванной рубашке было бы крайне неловко. — Малфой улыбнулся еще шире, и в душе у него потеплело от того, что Гарри улыбается ему в ответ. — Не за что, Дрейк. Можно ведь просто по имени? — Конечно! Я… Я не очень тебя смущаю? Твоя девушка не будет против, что у вас гости? — Нет! — покраснел Гарри. — То есть, девушки нет… — Парень? — спросил Драко, внутренне сжимаясь от того, насколько рискует сейчас. От собственной наглости, собственной смелости. — Парня тоже нет, — тихо ответил Поттер, вглядываясь в блики вина в бокале. — Ты можешь не волноваться об этом… Малфой внутренне расслабился, будто только что избежал смертного приговора. — А чем ты занимаешься, Гарри? Точно не зелья варишь… — хотелось перевести тему. А еще хотелось, чтобы Поттер снова улыбнулся ему. — Это еще почему? — Гарри, наоборот, нахмурился, и волосы упали ему на глаза. Малфой пожал плечами: — Твои руки. — А что с ними? — вместо того, чтобы посмотреть на свои ладони, Поттер уставился на руку Кевина… Дрейка, которая лежала на столе. Пальцы были точеными, холеными. Их хотелось целовать… Гарри тут же устыдился этих мыслей и отчаянно покраснел. — Если бы не оборотка, ты бы тут же увидел разницу. Мои пальцы в мелких шрамах, они проходят, конечно. Но не сразу. А еще кожа грубая и шершавая. И никакие зелья не помогают. Только если работать в перчатках. А это не всегда удобно… Так что… Ты не зельевар. Это я тебе точно говорю. И в квиддич не играешь — мозолей нет. Гарри наконец улыбнулся. — Сдаюсь! Не зельевар и не спортсмен. Я артефактор. У Малфоя брови полезли на лоб. И сейчас он был очень рад, что это не его настоящее лицо так очевидно демонстрирует эмоции. Он в удивлении всегда выглядел похожим на малое дитя. — Ничего себе! Это же очень круто! А кто твой Мастер? Поттер самодовольно ухмыльнулся. — Хуберт. — Не может быть! Это просто невероятно! Это… Да у меня просто слов нет! — Драко говорил искренне. Заполучить в наставники такого специалиста было просто невозможно. Он отказывал ученикам последние лет двадцать. Но это же Гарри… У него все, конечно, получилось… — Но как? Нет, я не про то, что он взял тебя в ученики… Ты же Гарри Поттер… Я про то, почему ты выбрал эту профессию… — О… Это… Сложно объяснить так, чтобы ты не смеялся. Может, если мы станем друзьями, я как-нибудь тебе расскажу… Малфой едва не подавился глотком вина. Но смог сдержать лицо. — Посмотрим. Дружить со мной… Непросто, — Драко помрачнел. Если они и станут друзьями, то лишь на то время, пока он не вернет свой истинный облик. Но Малфой готов был пойти на это. Его больная влюбленность стирала все разумные границы самосохранения. — Да я не навязываюсь, если что… — смутился Поттер. — Просто… — Что? — не выдержал паузы Драко. — Просто все, кто меня знает, думали, что я стану аврором. Да вся Британия так думала. Особенно лет пять назад. Даже шесть, сразу после войны. И очень многие настаивали, ну, уговаривали… Меня почти никто не понял. И очень мало кто принял это решение. — Знаешь, Гарри… Мало кто в принципе способен прислушаться к себе. Прислушаться к своим желаниям. И если ты можешь честно перед собой ответить на вопрос, чего хочешь именно ты, а потом пойти за своими желаниями… Это достойно уважения. Ты смог. Это ценно. — Девять из десяти волшебников Магической Британии считают иначе, — Поттер ответил просто, это больше не беспокоило его, не тогда, когда он обрёл свою стезю, уверенность в том, что может позволить себе следовать за своими желаниями, увлеченность делом. Но факт оставался фактом. До сих пор его иногда осуждали за то, какое решение он принял. Глаза Драко были серьезными, даже немного вызывающими, но ответил он с улыбкой: — А я вообще уникален, Гарри Поттер.