Но ты лишь плод моего воображения

Самые страшные события происходят у человека в голове. Роман все сильнее втягивался в сюжет. Он чувствовал себя наравне со своими персонажами. Буквы лились на строки глав, выстраиваясь по приказу писателя в красивые предложения. А предложения устраивались в главы, подробно и умело описывая каждую мысль юноши. Поскольку свободного времени у Фильченкова пока было предостаточно, главы выходили чуть ли не каждый день. И еще оставалось время для других дел. Так он стал уделять много внимания своему детскому увлечению — рисованию. Рисовал он только для себя и не мог похвастаться особо профессиональными навыками. Но рисование на бумаге было для Ромы чем-то особенным. Это было второе пространство для свободного творчества и фантазии после книг. Бумага — самое разностороннее место, куда можно вложить то, что сидит у человека в голове. А человеческое воображение безгранично. Вот уже четвертая глава нового шедевра была готова и выставлена в интернет. Молодой писатель сидел над пустым листом бумаги и задумчиво вертел в руке карандаш. Его совершенно перестали покидать мысли о той истории, что зародилась у него в голове. И днем, и ночью парень ни о чем другом не мог думать. Потерянный в собственных мыслях он почти бесконтрольно стал вырисовывать на листе бумаги ровный круг. Из круга вскоре вылилось очертание головы, снизу появилась шея, плечи. И вот он, тот самый, крепко засевший в голове Фильченкова, персонаж по имени Джонни Колбая. Роман не мог вспомнить, почему дал ему именно это имя. Но оно, по мнению юноши, идеально подходило главному герою этой романтической истории. Сбоку от парня писатель нарисовал еще один круг и так же вывел из круга голову. Но когда он принялся рисовать длинные гладкие волосы девушки, рука его невольно остановилась. Он вдруг поймал себя на странной мысли. — А что, если бы там был я? Юный Рома уронил карандаш и поднял глаза. Как это вообще сложилось в его голове? Пытаясь вытолкнуть эту идею из головы Фильченков продолжил выводить линии волос на бумаге. Но больше она его не отпускала. Вскоре на листе красовалась девушка в изящном платье. Главная героиня рассказа, Диана Стерлинг. Выглядела она просто, но юноше далось нелегко нарисовать ее, ибо прошлая мысль постоянно отвлекала и мешала спокойно думать. Он окинул взглядом почти готовый рисунок и стал рисовать левую руку Джонни и правую руку Дианы. Но просто не смог заставить себя нарисовать их держащимися за руки. Бросив карандаш на стол, Роман схватился за голову. — Да что это, черт побери, такое? Выкрикнул он. Не желая видеть тот рисунок, парень перевернул лист бумаги и откинулся на спинку стула. Мысли перемешались. Молодой писатель до последнего не мог признаться себе в этом, но задним умом все же понимал суть происходящего у него в голове. Перед глазами он видел силуэт главного героя, прекрасного парня, Джонни Колбая. Широкие плечи, высокий рост, красивое телосложение. Просто идеальный парень! Где-то рядом вырисовывались неясные очертания стройной девушки. — А что, если бы там был я… Снова подумал он уставившись в потолок. — Только не это! Раздраженно подумал мальчик закатив глаза. Его мать только что объявила, что в этот день в гости приедет тетя Кэтрин. — Мам… Рома сделал умоляющее лицо. — Но я хотел сегодня пойти к Диме… Он просто терпеть не мог свою толстую тетку и до последнего не хотел в этот чертов день быть дома. — Ну Рома, как же так можно? К тебе гости, а ты из дома? Давай ты лучше поможешь мне убраться к приходу тети. — Ну маам! Мы с ним уже договорились! — Хорош заливать! Ты же сам мне сказал, что Дима на эту неделю уехал! — Вот черт! Выругался про себя десятилетний мальчик. — Совсем забыл! Опустив голову он поплелся за мамой в гостиную, помогать ей убираться. Эта толстая тетя Кэтрин просто терпеть не могла беспорядок. Стоит хоть одной бумажке быть не на месте, она буквально сходит с ума. Но разве она будет говорить о беспорядке маме Ромы? Конечно нет! Ведь больше чем беспорядок, тетка ненавидела детей. И вместо того, чтобы сказать о том, что ей не нравится, своей сестре, она срывалась на ее сына, стоит ей только остаться с ним наедине. Поэтому племянник всегда, когда эта толстушка приходит в гости, старается не отходить от мамы или вообще не попадаться на глаза тети. Уборка была закончена. Рома лежал на кровати в своей маленькой комнате и напевал какую-то песню, думая о том, что будет в этот день. Он уже видел весь сценарий: Тетка приходит, садится пить с ним и его матерью чай, хвастается тем, как там в большом городе хорошо и не упускает ни одной возможности поиздеваться над своим племянником. А чуть он начинает жаловаться на тетю маме, та строит из себя невинную. И достается, получается, Роме, за то что он «соврал». С улицы донесся высокий скрипучий голос тети Кэтрин, заставив мальчишку вздрогнуть. Он выглянул в окно своей комнаты и увидел за зелеными воротами двора толстую женщину в синем платье с ярко-рыжими волосами заплетенными в пышную косу. Несомненно она! В который раз Рома пожалел, что его комната не закрывается на ключ. Быстрым движением руки он закрыл окно занавеской и достал из своего соснового шкафчика коробку с пазлом. Высыпав содержимое коробки на стол, мальчик стал собирать головоломку до последнего не желая выходить из комнаты к «любимой» тете. Внизу слышится ее противный голос и изредка голос матери Ромы. — Рома! Спускайся, тетя Кэтрин пришла! Чай уже на столе! — Я уж слышу. Раздраженно процедил мальчик сквозь зубы, не отводя внимания от пазла. Как бы сильно ему не хотелось попить чаю с вареньем, толстая тетка портила все. — Рома! Снова раздался голос его матери. — Ты что, меня не слышишь? — Слышу, слышу! Закатив глаза крикнул юноша, но даже не пошевельнулся, чтобы встать со стула и спуститься вниз. — Спускайся, Роман! Проскрипел голос тети Кэтрин так громко, что у Ромы чуть уши не заложило. Но лучше уж терпеть тетю из своей комнаты, чем сидеть рядом с ней. Мальчику вспомнился случай, когда… — Роман! …когда тетка, черт возьми, чуть не оглушила его! То есть, когда мать послала сына за молоком и тетя Кэтрин вызвалась пойти с ним. Ох, это был чистый ад! Прохожие оглядывались, когда мамина сестра своим громким голосом отчитывала Рому за всякие пустяки. По типу «Иди прямо, не сутулься!» или «Куда ты, чужую кошку трогать! Она, может, грязная и больная!». А купить молоко с ней было целым испытанием! — А молоко кипяченое? А в каких условиях живет корова? А чисто ли на ферме? А чем кормите корову? Воспоминания об этом дне вызывали одно отвращение. Мать Ромы вдруг поднялась наверх и буквально потащила сына вниз, упрекая его. — Так же невежливо! Перед лестницей наверх стояла толстая женщина, которую мальчик уже видел из окна. Она ехидно улыбалась, смотря на юношу своими серо-зелеными глазами. Тот старался не смотреть на нее в ответ и, опустив голову, поплелся за мамой в гостиную. — И как эта рыжая толстушка ухитриться сесть на стул? Подумал мальчишка и сел на противоположный от тети конец стола. Мать Ромы конечно же начала активно трещать со своей сестрой на все возможные темы. — Света, ты еще не надумала отдать Романа в школу. Парню 10 лет, пора бы уже ему подучиться. — Кэтрин! Я же тебе тысячу раз объясняла! Мы живем в деревне, здесь нет школ! А Ромочку я сама учу читать и писать дома. — Ох уж ты со своей деревней! Лучше переезжайте в город! Там и магазины, и всякие достопримечательности! А главное — школы! Отправишь сына учиться, тебе и свободного времени больше, и сын невежей не вырастет! — Ага, а еще в твоем большом городе машины, всякой грязи просто кучи, еще и несет отовсюду бензином! А в деревне и красиво, и тихо и чисто! Жить на природе гораздо лучше и полезнее, чем среди шума и мусора! — Рома закатил глаза лениво размешивая варенье в чашке с чаем. Опять споры! Одни споры, что лучше: Город или деревня! Как же все это надоело! — Ромочка. Вдруг окликнула его мать. мальчик поднял голову и посмотрел на маму таким взглядом, по типу «Ну чего еще?». — А ты как думаешь? Ты хочешь в школу? — Нет! Резко ответил юноша и отказался еще что либо слушать. Пусть себе спорят, ему то что за дело? Заседание за чаем длилось, казалось, целую вечность. У Ромы уже уши заболели от скрипучего нахального голоса тети Кэтрин. Он от всего сердца умолял все на свете, чтобы этот день поскорее закончился. Время тянулось медленно, как будто издевалось! Слава всему живому, тетка хотя бы ни разу не накричала на юношу. Вдруг часы пробили шесть и тетя со словами — Ой, сейчас на поезд опоздаю! Распрощалась с Фильченковыми и поспешила уйти стуча по паркетному полу своими черными туфлями. Рома мысленно восхвалил тот поезд и зашагал к себе наверх. В комнате он опустился на свой стул и тяжело выдохнул. Наконец-то эта тетка ушла! Теперь его больше никто не мог побеспокоить и он принялся за свой пазл. Время течет неумолимо. Земля свободы лишена. Правилом жизни допустима Любовь и ненависть одна!