Разрушенный мир

Когда через минут двадцать-тридцать узел спал, Акатоши с неохотой, но, при этом, с довольной ленью всё же заставил себя отпустить Охотника. В конце концов, у них обоих были дела, и, прежде чем возвращаться к свои бандам, им обоим стоило бы избавиться от запаха друг друга. И если уж запаха Охотника никто не знал, то самому омеге уж точно предстояла обмывка. Обмотав шею и предплечье обрывком ткани, Акатоши протянул омеге небольшую баночку с изумрудной мазью и резким запахом полыни. - Вот. Надеюсь, у тебя нет аллергии. Это поможет скрыть запах, но советую как можно скорее по возвращении в ангар смыть эту дрянь. Могут появиться ожоги. Юноша сполз с байка, когда альфа вышел из него, с усмешкой смотря, как барс закрывает метку. - Нет уж, я обойдусь как-нибудь без этого, - сказал он, не принимая от парня мазь, - У меня другие методы. Неспеша застёгивая последние пуговицы на рубашке, Кида заготовил небольшой рулон пергамента и уголь. Теперь, когда страсть немного утихла, Барс вспомнил об основной цели своего визита в эти пещеры. Карта. Блондин выудил из сумок какую-то тряпку и стер с себя сперму альфы и свою, бросая ткань тут же, а после надевая штаны и сапоги. Он одернул на себе майку, а после поднял с песка железный тубус, кидая альфе, наблюдая за ним. - Вот, это я нашёл здесь, ты же за картами сюда пришёл? Хочу чтобы вы проверили вот эту местность. Ну и, соответственно, хоть какое-то доказательство, - сказал он, немного разминая спину. - У тебя, как я погляжу, всё схвачено. Во всех отношениях. Чувствуя на себе взгляд омеги, Кида прикрыл ладонью приятно саднящее плечо, тихо смеясь. Было немного больно. Но эта боль была такой родной и приятной... - Ты не находил больше никаких записей? Быть может, это место было не самым последним пристанищем людей первого поколения. Доставая из своей сумки последние найденные им записи, Акатоши начал сверять данные, перенося карту на чистый пергамент, стараясь максимально точно повторять все линии. Омега потянулся и сел на байк. Секс немного вымотал его, да ещё и эта возня в бункере. Хотелось отдохнуть. — Это и не было пристанищем. Это их расчеты. Там было написано, что это снимки спутника. И все. Не знаю что такое спутник, но он явно находился очень высоко, чтобы так нарисовать эту карту, — блондин вздохнул и посмотрел на альфу, — Не могу понять какого черта мне так нравится твой запах, кот. И почему я все ещё тебя не убил. - Не притворяйся, цветочек. Ты ведь и сам знаешь ответ на этот вопрос. Коварно улыбаясь, Акатоши поднял серый взор на омегу, внимательно осматривая карту и тяжело вздохнув. Как, однако, суров их мир. На любовь нет времени, а любая их встреча может оказаться последней. - Карта очень старая. Но мне кажется, если углубиться на север, то мы сможем найти то, что ищем. И да, спутник, эта такая железная штука, которую отправляли в космос. Я читал об этом в одном из первых дневников. Эти спутники измеряли температуру атмосферы, фотографировали Землю, что-то там ещё делали. Если бы мы могли связаться с одним из них, смогли бы сфотографировать Землю с высоты космоса и найти зелёные земли было бы куда проще. Если, конечно, спутники ещё остались. Внимательно смотря на Охотника и передавая тому карту обратно, альфа мягко усмехнулся, вскинув голову к небу, будто бы пытаясь разглядеть в нём парящие железные машины. Омега в свою очередь все никак не мог решить как быть дальше. Он сомневался, может ли он доверять этому парню, но с другой стороны... Вроде тот это доверие вызывал. Блондин убрал тубус в сумку и посмотрел на альфу, будто пытаясь решить этот вопрос. — Если предашь, будешь первым, чьи кишки я размотаю по ангарам как гирлянду, — сказал он ни с того ни с сего, поправляя в волосах сползшую "ленту", — Поедешь назад в город или останешься со мной? Вопрос он задал уже мягче. По крайней мере, где-то в глубине души он хотел, чтобы парень остался с ним на остаток ночи и они спали так, как это было в течку. - Ох, не переживай по этому поводу. Если это когда-нибудь произойдёт, а этого не произойдёт, я сам себе глотку перережу. Смеясь и располагаясь удобнее над копией карты, Акатоши достал огрызок угля и мерную ленту, автоматически отвечая на вопрос омеги. - Я не упущу возможности провести время с любимым человеком. В конце концов, там, в городе, я не смогу даже обнять тебя или сказать хоть одно ласковое слово. Все и так знают, что я иногда развлекаюсь с альфами, но чтобы сам Охотник прогнулся под Барсом? Хех, ну нее. Нам нужно поддерживать твой статус холодной принцессы. С наигранной издёвкой смотря на омегу, Кида провёл на карте несколько чёрных линий. Блондин даже немного смутился от слов парня. - И что, со своими подчиненными тоже спишь? - поинтересовался он, вспоминая тех, что прокрались в его ангар около полутора месяцев назад. Омега даже задумался насколько унизительным для альфы может быть то, что его используют как омегу. - Только в период гона. Эти омеги просто живут под моей защитой, отрабатывая свой хлеб заботой о раненых и уж больно разгульных альф. - Небось до этого много раз ебал меня в своих мыслях? - спросил Охотник с усмешкой, - Что бы ты со мной сделал, а? Ему даже интересно было послушать альфу. После того, что он перенес давно, того, что оставило на нем эти шрамы, его не пугало ни одно обещание завалить его в постель. Усмехаясь, Акатоши перечеркнул несколько точек на карте, задумчиво поглядывая на изображение. - Честно говоря, до той встречи в пустыне, я думал, что со мной что-то не то. Ты единственный омега, перед которым я не смог устоять и который пробудил во мне эти первобытные инстинкты. А так... Смущённо смеясь и поднимая глаза на Охотника, Кида наконец поднялся, беря парня за руку и нежно целуя его кисть. - Смотря на лидера ночных Гарпий, я много раз ловил себя на мысли о том, что я настолько грязный альфа, что предпочёл омегам представителя своего пола. Отведя взгляд в сторону. Кида смущённо прикрыл глаза, улыбаясь собственным мыслям. - Я наблюдал за тем, как насиловали альф в моём ангаре. Но ни один из них не вызывал во мне такого дикого желания, как мой соперник. - Хотел оттрахать меня, даже думая, что я альфа? - поинтересовался юноша, - За что же? Неужели я так тебе надоедал и был занозой в твоей заднице? Блондин усмехнулся, ловя себя на мысли, что порой побесить главу Барсов доставляло ему неимоверное удовольствие. Охотник устало соскользнул на песок, опираясь спиной на байк. Все же он давно не спал и это давало о себе знать. Однако... Нужно было следить за Барсом, мало ли что взбредет тому в голову. - Сам не знаю. Иногда да, ты меня жутко раздражал. Присев рядом с юношей, Акатоши мягко и нежно приобнял его, укрывая своей накидкой, что тут же выудил из сумки. - Но не это являлось причиной моего желания взять тебя или же отдаться тебе. Ты и сам понимаешь истинную причину, просто теперь она понятна нам обоим как ясный день. С любовью целуя Охотника в лоб, Кида прикрыл глаза, с удовольствием утыкаясь носом в светлую копну волос омеги. - Да и я никогда не представлял тебя как какого-то альфу, что день ото дня кричали и стонали в моём ангаре. Нет. В моих глазах ты никогда не кричал, никогда не истерил, а молча ждал удобного момента, чтобы отрезать мне мой же член и засунуть его глубоко в мою глотку, а после, выпотрошить. Максимально медленно и мучительно. Смеясь, альфа с усмешкой взглянул на парня, полностью расслабляясь и понимая, что если уж он устал, то Охотник тем более. - Тебе нужно отдохнуть. - Возможно, я все еще жду этого момента, кот. Не расслабляйся, - улыбнулся омега, устраиваясь под накидкой поудобнее и начиная потихоньку засыпать. На утро, когда альфа проснулся, блондина уже не было под боком. Он как всегда улизнул с рассветом, пусть и не до конца выспавшимся. Эта ночь стала новой главой в их с Барсом взаимоотношениях, но они не должны были стать преградой на его пути в достижении главной цели. По дороге до города омега избавился от запаха альфы на своем теле и надел всю броню, скрывая голову под шлемом. Смешенные чувства все еще не покидали его, однако стало немного спокойнее. Он лишился такого противника, но теперь тот не будет так сильно напрягать его своим существованием, главное чтобы лидер Барсов не выкинул очередную глупость. Оставался всего месяц до момента когда Цезарь изберет нового генерала и свою правую руку. Награждение в его палатах на балконе при всех людях прельщало омегу. Туда-то он и хотел попасть. Без охраны. Один на один с Цезарем. Можно было сделать это иначе, сняв броню и прикинувшись обычным омегой. Но нет. Блондин хотел, чтобы этот ублюдок видел, что пригрел под боком и восхвалял того, кто не был альфой, а был низшим существом для него. Грязью под ногами. Только после этого, Охотник сможет наконец вдохнуть полной грудью.