Повествование о том, как запедорасить начальника

Дни тянулись невероятно долго, томно, будто каждый из них старался как можно дольше властвовать на Земле, не без борьбы сменяя один другого. Впрочем, возможно это чувствовал лишь Хазл, живущий в последнее время за чётким, нерушимым сценарием: пробуждение, начинавшееся с попытки не сдохнуть от поглощающей головной боли, завтрак, обязательным образом включающий в себя несколько чашек крайне омерзительного, крепкого кофе, работа и ужин, состоящий из нескольких банок пива или, если совсем всё плохо – водки. Понимание, что твоя жизнь катится куда-то не в то русло приходит лишь тогда, когда продавцы в "том самом магазинчике на углу" уже не спрашивают, просто подсовывают тебе какую-нибудь бутылочку с градусом, разве что уточняя, будете ли брать пачку сигарет. Росс ещё ни разу не дал отрицательного ответа, мысленно посылая правительство Канады нахуй, из-за крайней строгости и нелегальности табака, отчего работники должны каждый раз уточнять у него, что именно тот предпочитает курить. Бросив на прилавок пару смятых купюр и запихнув несколько банок по карманам, Хазл, покинув магазин, ощущая тяжесть в карманах, лишь усмехнулся собственным мыслям о том, что на самом деле это ощущение никуда не денется, даже если он разденется до гола. Иногда ему даже просто дышать было больно, что уж говорить о чём-то большем, вроде ежеутреннего подъёма и волочения своей полумёртвой туши на работу. Но дальше хуже. Даже сидя целыми днями на одном и том же месте, он не мог бы не ощущать присутствие Эвана, человека, которого, кажется, даже в данный момент не волновала сложившаяся ситуация. Майерс, справившийся с какой-то очень важной документацией, вновь влился в жизнь секс-шопа, делая обязательные обходы, проверяя работу подопечных. Хаз уже и забыл, каково это – выслушивать гневные речи начальника, чуть ли не вжимая голову в плечи, даже с учётом того, что обращаются вовсе не к нему. В один из ничего не предвещающих дней, однако, случилось то, что почему-то поставило Росса в ступор, заставило зависнуть, прямо как курсор на мониторе его компьютера. Он ещё раз сделал несколько движений рукой, перемещая мышь, и, убедившись, что та не работает, лишь с тяжёлым выдохом облокотился о спинку стула. Посмотрев на застывшую стрелку, парень лишь немного злостно нахмурил брови, будто это именно она виновата во всех свалившихся на него проблемах. Ещё раз легонько двинув её пальцем, в надежде уставившись на экран, тот зло выдохнул, беря несчастное устройство в руки и покидая пропахшее какими-то средствами для уборки помещение. Даже от этого простого «войдите» хотелось убежать как можно дальше. Открыв дверь и тут же зажмурившись из-за яркого освещения, Хаз, не задерживаясь, ступил внутрь, ловя на себе вопросительный взгляд серых глаз. Эван пристально смотрел на него, пока парень не дошёл до середины кабинета, будто специально держался от блондина на расстоянии. Помолчал секунду, а после, оценив масштабы загромождённости чужого стола, глянул на всё ещё ожидающего Майерса. – У нас мышь сдохла. Реакция Эвана даже заставила, хоть и мысленно, но всё же усмехнуться. Тот сразу весь напрягся, а едва заметная морщинка меж бровями стала отчётливее. Нечитаемым взглядом посмотрев на юношу и, встав из-за стола, облокачиваясь на него руками, немного взволнованным голосом, произнёс: – В компьютерном? – Ага, – скучающе, продолжая рассматривать разноцветные папки, наваленные друг на друга, он ещё некоторое время равнодушно изучал сложившуюся перед ним картину, а после лениво вскинул руку, по-прежнему незаинтересованно глядя куда-то в сторону, демонстрируя злочастное устройство начальнику. Майерс только нервно закатил глаза, вновь заваливаясь в кресло, недобро глянув на работника. Открыл ящик стола, и, порывшись в его содержимом, время от времени что-то недовольно бурча, выудил из его недр связку карточек, протягивая ту Россу. – Найди визитку с номером техобслуживания и разберись с этой проблемой сам, – после, многозначительно посмотрев на парня, добавил: – мне некогда.

***

– Ароматические палочки с феромонами, это вообще самое интересное, – выпалила Кэт, доставая небольшую коробочку, положив ту прямиком перед Хазом, на кассовую стойку, – Не знаю, как эта херня работает, но в последнее время спрос на неё просто огромный. Усмехнувшись и скептически глянув на подругу, Росс взял в руки упаковку с красно-розовым узором, пристально рассматривая. Поднёс ту ближе к лицу, принюхался, и, не почувствовав ничего, кроме запаха картона, положил на место, лишь неоднозначно поведя плечами. Облокотился предплечьями на стойку, с улыбкой глядя на продолжавшую свои тирады девушку. – Нет, ну серьёзно, люди за это отваливают девяносто шесть долларов, не меньше! Единственный запах, который может меня возбудить, так это того ванильного чизкейка, который мы пробовали на днях, – она лукаво улыбнулась, подвигаясь ближе, заглядывая в уже почти как пару недель потухшие карие глаза. – Нет, ну что ты, это я так, к слову. Она устало вздохнула, немного нахмурившись, не наблюдая желаемой реакции, лишь слабые намёки на улыбку. У уставившегося в одну точку Хазла не было ни единого шанса заметить, как Кэтти, надувшись, схватила первый попавший ей под руку фаллос, смачно долбанув им по голове парня. – Не смей думать о нём, когда разговариваешь со мной, усёк? Хаз, еле слышно шипя, потирал ушибленное место, но так ничего и не ответил, даже не покосившись в сторону девушки, что, несомненно, возмутило её ещё больше. Она уже намеревалась влепить тому как следует между лопаток, но на лестнице послышались неторопливые шаги. Оба, как один, тут же обернулись на этот звук, замечая начальника. – Не трогай рекламный товар, Уорнеш. Эван подошёл к стойке, пока девушка, недовольно что-то пробубнив, вернула игрушку на место, принялась доставать кассу, воюя с немного старым, а потому плохо поддающемся ключом от неё же. – Встретимся позже? – спросил Хаз, уже в нескольких шагах от пары, обернувшись, чтобы встретиться с собеседницей взглядом. – Как обычно. Выудив несколько перевязанных канцелярскими резинками пачек денег, та, всунув наличку Майерсу и передав ему коробку с чеками от людей, оплативших товар картой, уставилась на мужчину, ожидая, когда же тот скроется с глаз. Эван явно не спешил. Он лениво покрутил в руках купюры, так же, как и Росс ранее, облокотился о стойку на предплечья, посмотрев на девушку. – Ты могла бы спросить у него… – Даже думать об этом не смей.

***

Хазл не мог бы дать чёткий ответ на вопрос, почему они с Эваном начали пересекаться даже чаще, чем раньше, в первые рабочие недели. Во время его редких похождений в кухню, в коридоре, по пути в туалет и даже персональная курилка была рассекречена. Блондин круглые сутки мельтешил перед глазами, кидал на него быстрые взгляды, и каждый раз, будто ещё мгновение, и что-то скажет. Однако Майерс молчал. Хазл же, в свою очередь, делал вид, будто не замечает. Их безмолвная игра то ли в догонялки, то ли в гляделки длилась достаточно долгое время. По крайней мере, Хаз успел привыкнуть и уже действительно не обращал на мужчину ровно никакого внимания. Глупо было бы рассчитывать на то, что слова начальника о том, что они оба просто забудут о случившимся действительно окажутся правдой. Тот всегда добивался того, чего хочет, ну а Хаз даже под предлогом новых отношений не смог бы так быстро выкинуть Эвана из головы. Однако, чего парень действительно не ожидал, так это, придя утром на работу, увидеть на своём столе, возле компьютера, небольшого размера букет ирисов. Те были ещё совсем свежими, на нескольких лепестках даже остались капельки воды, которые блестели в свете электронной лампы, выглядели как маленькие камушки. Росс, не удержавшись, легко прикоснулся к одной из них и та, растёкшись, слилась со своими соседками, превращаясь в небольшого размера лужицу. «Красиво», – немного слащаво пел голосок в голове, хотя его грубо прервал другой, начавший говорить что-то о том, что по-настоящему красиво он будет смотреться лишь впечатанный в лицо Майерса. Букет, в итоге, нашёл своё пристанище в руках у одной из работниц. Как жаль, что Росс даже не догадывался о том, что цветы – только начало. С того дня парень регулярно находил у компьютера обеды в виде булочек и заранее приготовленные чашки кофе в кухне, со стикерами приклеенными к ним, на которых отточенным, даже каллиграфическим почерком было выведено его имя. И каждый раз он не мог устоять, не мог отказать себе в удовольствии поживиться чем-то настолько вкусным, ощущая при этом, как сердце заходится в просто бешеном темпе. Проявление внимания, такое незначительное, но тот же кофе, казалось, с каждым разом был всё вкуснее, а чувствуя аромат свежей выпечки, шатен не мог не улыбнуться. Обида, засевшая так глубоко, пожиравшая его ежедневно, никуда не делась. Возможно, стихала на время, готовясь вновь дать о себе знать сразу же, как в поле зрения появится виновник. Она будто раздирала на куски, медленно, но верно идя к поставленной цели – не оставить от парня и кусочка. Время шло и дата в календаре, сменяясь на новую, каждый раз будто бы предвещала какие-то события, но на деле ничего не происходило. Погода становилась теплее, насильно заставляя Хазла вспоминать универ, когда он точно так же ждал чего-то, что способствовало бы хорошему настроению и точно так же пытался забыться, погрузившись в обязанности. Тогда, как и сейчас, ничто не помогало. Однажды, в очередной раз стоя недалеко от парковки ТЦ, где он теперь курил, Хазл, закусив фильтр сигареты и уставившись перед собой, рассматривая случайных прохожих, вдруг встрепенулся, будто пробудившись. Выбросив окурок в ближайшую лужу и натянув капюшон толстовки посильнее, быстрым шагом направился в сторону секс-шопа. В этот же вечер на столе Эвана лежало заявление с просьбой об отпуске.

***

Не отрываясь от горла бутылки, Хаз, без какого-либо интереса, пустующим взглядом смотрел видео на Ютубе, которое, кажется, описывало жизнь диких животных Австралии. Парень пытался отвлечь себя хоть чем-то, что не несёт в себе смысловой нагрузки и во что можно уткнуться взглядом на пару часов, совершенно ни о чём не думая. Однако мысли всё равно возвращались к бывшему. Его образ пробирался сквозь затуманенное сознание, и Росс каждый раз пытался стереть его очередным глотком «Polar ice», уже и не надеясь, что от этого напитка хоть немного полегчает. И пока на экране ноутбука гребнистый крокодил пожирал свою жертву, а диктор за кадром рассказывал, как шестьдесят шесть зубов вонзаются в плоть и кости, разрывая на куски, Хазл только скучающие наблюдал за данным действом, чувствуя себя прямиком как то самое бедное животное, умирающее в пасти хищника. Хазл не любил вспоминать, как Тео с ним обошёлся. Как заставил ещё на протяжении года чувствовать себя так, будто ты с каждым днём медленно умираешь. Конечно, для большинства конец отношений, вероятно, будет крайне болезненным опытом, но тогда, пару лет назад, он всё равно чувствовал себя самым несчастным человеком в мире, и все эти годы, кажется, так им и оставался. Никакие интрижки ни до, ни после не оставили на нём такого отпечатка. Он до сих пор не мог забыть, как застукал своего парня с другим. Тео даже не стал оправдываться. Хазл же, в свою очередь, не стал ничего спрашивать и устраивать никому не нужный скандал, который всё равно ни к чему бы не привёл. Он сделал свой выбор, к сожалению, не в его пользу, но что ж тут поделаешь. Росс просто ушёл, оставив тех двоих наедине. С того дня они больше не виделись, оборвав все связи. Хазл буквально уничтожил все воспоминания, избавился от его подарков, фотографий и вещей, ассоциирующихся с ним, в надежде сделать вид, словно этого человека и не существовало вовсе. Это произошло так резко, что Росс ещё какое-то время после этого не мог осознать произошедшее, не мог поверить в увиденное, не мог забыть. До сих пор не может. Он до безумия любил Тео и слишком сильно страдал после его предательства, а теперь, ещё не до конца поверив во всю серьёзность чувств, как своих, так и Эвана, опять, хоть и неосознанно, пытался оправдать человека, к которому не безразличен, доказать, по крайней мере самому себе, что тот не так уж и плох, что, возможно, стоит дать второй шанс. Почему он не заметил этого раньше? Почему не придал значения собственным чувствам? Почему всё ещё работал в этом злополучном секс-шопе, когда мог направить силы в более нужное русло, сбежав работать в компанию покрупнее и серьёзнее, полностью отдавшись саморазвитию, вкладываться во что-то действительно полезное для общества. Уже подготовленное резюме лежало на почте в черновике, дожидаясь своего часа, когда Хазл, кликнув на несколько кнопок, отправит его в одну престижную компанию, которой требовался ERP-программист. В этом не было ничего сложного, однако Росс на протяжении нескольких дней тупо пялился на документ, не решаясь сделать хоть что-либо. Каждый раз он будто цепенел, просто перечитывая и пересматривая текст, а потом закрывал почту и шёл в магазин за очередной бутылкой алкоголя. Парень сидел у себя дома вот уже почти целую неделю, не пуская к себе никого, даже на бокальчик чего-нибудь более приятного, чем облюбленная за последние несколько дней водка. Хаз пил взахлёб и, организовав себе каникулы, занимался чёрт знает чем: бесцельно слонялся по своим законным нескольким квадратным метрам, смотрел фильмы, не вникая в суть ни одного из них, даже пытался рисовать, лишь бы забыться и отдохнуть от тревожных мыслей. Второй месяц весны уже подходил к концу и пятидневный "отпуск" Росса так же предвещал своё скорое окончание, когда Хаз, уже чувствуя, как проваливается, лёжа на диване, а непонятно откуда взявшаяся тревога нарастала, всё же принял для себя непростое решение. Помимо того, что, листая ленты соцсетей, обнаружил отсутствие у себя каких-либо хобби, он, отложив это на потом, пришёл к выводу, что нужно как-то действовать в сложившейся ситуации, ведь, как всем прекрасно известно, кто не рискует, тот на пьёт шампанское, так ведь…? Не то чтобы парня после минувшей и далеко не самой приятной недели интересовал алкоголь. Внезапно отложив телефон в сторону, Росс какое-то время уделил разглядыванию потолка, обнаружив на нём ранее не замеченное, непонятно откуда взявшееся, но на вид жирное пятно. Встав с дивана и, немного пошатываясь, пошёл в ванную, дабы побриться, и в целом, в кои-то веки привести себя в чувства, немного символично смывая с себя все переживания, накопившиеся за неделю. Хотя, чего уж там, за несколько лет – в душевой придётся просидеть немного дольше обычного. Несколько десятков минут спустя Хаз был готов выходить. Он слегка медлил, ведь уверенности ему всё ещё не хватало, однако надежда на благоприятный исход придавала сил. Громко хлопнув дверью и повертев в замочной скважине ключом, Росс, уже направляясь к выходу из подъезда, достал телефон, и, после нескольких простых действий и пары гудков, спешно поговорил в трубку: – Буду у тебя через сорок минут.