Цепная шавка канцлера

      На женской половине дворца, куда никто из мужчин, кроме евнухов и императора, не имел доступа, Ней Ви неспешно направлялась к павильону, где обучали этикету будущую императрицу. Сновавшие повсюду служанки то и дело переговаривались, завидев «цепную шавку» великого канцлера, обсуждали её за спиной, чем вызывали довольную ухмылку на лице нейватора. В связи со своими личными опасениями, монголка с упоением слушала, как говорливые служанки всё дальше и дальше разносили слухи о нечеловеческих возможностях монстра в теле юной девы, что в любой момент может снять с себя маску благородной дамы и, подобно чудищу, кровожадно убить любого, кто встанет на её пути, одним лишь взглядом. Ней Ви слишком хорошо знала, что если бы она не была нейватором, жизнь её в любой момент могла оборваться, будто натянутая шёлковая нить. Нейв давал ей преимущество над обычными людьми, и девушка даже не хотела знать, каково это, быть неспособным постоять за себя и родных людей. Однако, ухмылка Ней Ви почти тут же растаяла, сменяясь беспокойством, сгущающимся от нежелательных последствий. Нейватор не могла позволить людям бояться Нейва. Интерес общества к диковинке, дающей силу манипуляций, был необходим для возрождения культуры. Эти слухи не только помогали девушке защитить собственное будущее, но и разрушали последнюю надежду на завершение худшего на её памяти периода для всех нейваторов. На данный момент Ней Ви не то что не могла сказать, сколько человек способны продолжать дело её учителя — вопрос заключался в том, существуют ли иные последователи, кроме неё, кому будет под силу возродить культуру Нейва. С мыслями, что заставляли девушку нервно щёлкать пальцами, осознавая, что покровительство вдовствующей императрицы может быть полезным, нейватор продолжала свой путь до террасы на женской половине императорского дворца, где проходило обучение будущей императрицы. Для первого урока с нейватором, доверия к которой не было совсем, Эль-Тэмур выделил из расписания дочери всего половину часа, хотя Ней Ви, опираясь на слухи о терпении Танашири, была уверена, что закончат они даже раньше, поскольку возиться с измотанным и ворчащим учеником она была не намерена.       Пересекая императорский сад, в центре которого и располагался нужный павильон, девушка в последний раз сжала кулаки, концентрируясь на своих ощущениях и внешних звуках, что помогало ей частично сбросить с себя груз эмоций, совершенно излишних при дочери канцлера и дворцовых слугах. Вблизи террасы нейватор уже могла слышать хрипловатый голос старшего евнуха, отвечающего за обучение будущей императрицы, что из раза в раз с одной и той же интонацией повторял слегка приевшееся уже с пятого произнесения «ещё раз», опережаемое звоном бьющейся посуды. Окружённая двумя рядами наложниц и благородных дам, сопровождаемая старшим евнухом и двумя помощницами из наложниц, что несли в руках подносы с фарфоровыми пиалами, Танашири, ступая по срединной линии ковровой дорожки, что была на скорую руку выложена мотком серой ткани, обучалась осанке и походке, присущими членам императорской семьи. По сведениям Ней Ви, будущую императрицу ежедневно изнуряли одними и теми же уроками, что совершенно не откладывались в голове заносчивой особы, в открытую пренебрегающей даже основными правилами этикета. Видя разворачивавшуюся картину, любой бы сказал, что с таким характером Танашири обучить чему-либо невозможно, но нейватор силилась разглядеть другую сторону данного положения, вспоминая собственный опыт. Когда Ней Ви приблизилась к ковровой дорожке, дочь канцлера, уже заметно взбешённая ситуацией, в очередной раз уронила белоснежную пиалу, поставленную на голову, и фарфор, известный своей хрупкостью, разлетелся по ковру, так что пара осколков почти коснулась юбки нейватора. Главный евнух не стал на этот раз повторять пресловутое «ещё раз», поскольку заметил «цепную шавку» канцлера, почтительно склонившую голову. Они обменялись любезностями, но больше евнух Док Ман ничего не сказал, заранее уведомленный о появлении «шавки» и выделенном ей времени на обучение Танашири. Правила дворца не запрещали подобных вмешательств, хоть на практике опытного слуги подобное случалось впервые, однако гораздо важнее был результат, а судя по отношении будущей императрицы к урокам, этикет она не усвоила.       — Приветствую вас, Ваше Величество, — дождавшись, когда старший евнух и некоторые благородные дамы разойдутся, обратилась нейватор к Танашири.       Округлив глаза, будущая императрица с непониманием посмотрела на «шавку», обратившуюся к ней хоть и со всем почтением, но всё же не по правилам этикета, завысив статус невесты императора. Если бы такое приветствие услышал старший евнух, Док Ман, или благородные дамы, несомненно, Ней Ви не сошло бы это с рук.       — Я слышала, что ты очень способная и этикет знаешь безупречно, но вижу, мой отец ожидал от тебя слишком многого, — почти что фыркая, подметила Танашири, насмешливо состроив брови «домиком».       — Если вы, моя госпожа, смогли это заметить, — добродушно улыбаясь, но всё ещё не проясняя взгляд, отвечала Ней Ви, — значит, часть правил этикета всё же вами усвоена.       Насмешливость будущей императрицы тут же улетучилась, приподняв брови, она ошарашено взглянула на нейватора, понимая теперь, что «собачонка» её просто проверяла. Это было неприятно, особенно если учесть, что «шавка» имеет меньше прав в резиденции Эль-Тэмура, чем любая служанка, хоть и оценивается канцлером дороже самого императора. Однако, сообразительность Ней Ви одновременно настораживала и восхищала Танашири, много раз слышавшую об опасности этой негодяйки. Отношение к нейватору ещё не было сформировано, но для первого знакомства, как думалось девушке, «шавка» была весьма интригующей.       — У нас не так много времени, госпожа, — напомнила Ней Ви, добродушно улыбаясь и лишь слегка проясняя взгляд, — мне ещё нужно преподать вам урок на сегодня.       Не поднимая головы, нейватор подала знак стоявшим всё это время поодаль наложницам, что до этого помогали старшему евнуху в обучении Танашири. Они не проследовали за господином евнухом, поскольку невесту императора нельзя было оставлять без сопровождения, и теперь, учитывая сложившиеся обстоятельства, они с ужасом и интересом наблюдали за «цепной шавкой» канцлера, о которой слышали, да и разносили сами множество слухов. Как только девушки приблизились к нейватору, им была озвучена довольно необычная просьба: подать тканевые ленты. Предназначение этих элементов было в подвязывании рукавов у платьев во время особо грязной работы, и наложницы в принципе не носили с собой данный предмет, поскольку это был удел служанок, но просьбу всё же выполнили, одолжив свои ленты для волос. Картина была донельзя странной: кое-как подвязав рукава своей одежды недостаточно длинными лентами для волос, Ней Ви приказала наложницам сойти с ковровой дорожки, а сама встала у её начала, пригласительным жестом призывая дочь канцлера к наблюдению. Нейватор мягко опустилась на пол, подобрав несколько особо крупных осколков фарфоровых пиал, оставленных ещё после урока евнуха Док Мана, и, поднявшись, начала складывать их себе на голову. Три осколка с трудом балансировали на макушке девушки, грозясь упасть в любой момент от неосторожного движения, но Ней Ви, сделав несколько шагов по дорожке, снова начала опускаться на пол, видимо, за следующим осколком. Танашири недоумённо буквально пялилась на «собачонку», совершенно не понимая, к чему та устраивает это представление, а наложницы, не смея в открытую переговариваться, переглядывались и пытались шептаться сквозь почти сомкнутые губы. Мимика будущей императрицы становилась всё богаче, то проявляя усмешку, то пытаясь как можно дальше отстранить голову с неким испугом на лице. Благородная и статная, нейватор позволила дочери хозяина и паре наложниц наблюдать за тем, как она поднимает с пола разбитые пиалы, возлагая их себе на голову, словно выстраивая корону. Казалось, представление может длиться до тех пор, пока Ней Ви не надоест это действо, однако уже на пятом осколке вся её «корона» рухнула на пол. Танашири чуть не прыснула от смеха, думая, что «наставница», желающая удивить ученицу своим мастерством, не смогла удержать на голове и пяти осколков, хоть в душе будущая императрица и понимала, что её собственное неумение удержать цельную пиалу может выглядеть также глупо. Но несмотря на свою неудачу, Ней Ви вновь опустилась на пол, подбирая новые крупные осколки, поскольку предыдущие разбились и уже не были пригодны для её «короны». Всё это повторялось снова и снова, нейватор опускалась на пол, подбирая разбитые пиалы, и поднималась вновь, водружая их себе на голову, но больше пяти осколков одновременно удержать не могла, и все они вновь падали с её головы, порой задевая открытые руки. Вскоре вся дорожка была усеяла более мелкими фрагментами фарфора, чем это было до появления Ней Ви, и ни один из них, по её мнению, не был пригоден для продолжения урока.       — И чего ты хотела этим добиться? — насмешливым тоном, чуть ли не в открытую хохоча над «шавкой» задавала Танашири скорее риторический вопрос стоящей вдалеке особе.       Выражение лица Ней Ви ничуть не изменилось, девушка по-прежнему добродушно улыбалась, будто всего этого не было, однако взгляд её был теплее. Подозвав к себе наложниц и заметив, что девушки как-то напугано смотрят на неё, нейватор взяла с подноса шесть пиал, вложенных друг в друга, и аккуратно поставила их себе на голову. Будущая императрица неверяще смотрела на «шавку», грациозно приближавшуюся к ней с шестью пиалами на голове, думая про себя, что она-то не могла вынести и одной. Это заставляло невольно восхищаться и одновременно подозревать, что это именно нейватор смеётся над ней, роняющей цельную пиалу через пять шагов, а вовсе не наоборот. Но стоило Ней Ви пройти половину дорожки, и лицо Танашири исказил неподдельный ужас.       — Как говорил мой учитель: «Тяжело в учении — легко в бою», — довольно высоким голосом огласила девушка. — Правильное усложнение обучения приводит к большим результатам.       Только когда нейватор закончила свою демонстрацию, она, наконец, смогла сосредоточиться на лице будущей императрицы, с непонятным для неё отвращением и замешательством не отрывающую взгляда от чего-то на уровне ниже плеч Ней Ви. Пытаясь проследить за взглядом дочери канцлера, «шавка» опустила голову, посмотрев на оголённую руку, по которой медленно, но верно стекала струйка крови. Из предплечья нейватора, у локтя, видимо, неудачно упав с головы, торчал осколок фарфора, незамеченный девушкой, судя по краям растревоженной раны. Ней Ви с досадой посмотрела на платье, испачканное в крови, и мысленно выругалась из-за собственной неосторожности. Хорошо ещё, что на ней не было излюбленной фальшивой юбки, возможно, кровь не отстирается, и тогда это платье либо пойдёт на тряпки, либо канцлер всё же заставит своего «питомца» продолжить носить окровавленную одежду. Вынув осколок и размышляя над тем, стоит ли ей отвязать ленты для волос, дабы вернуть их наложницам, пока те тоже не запачкались в крови, Ней Ви вновь случайно посмотрела на будущую императрицу, недоверчиво насупившуюся, неприкрыто ошарашенную, с толикой омерзения взирающую на слишком уж спокойную реакцию нейватора. «Шавка» вначале непонимающе посмотрела на дочь канцлера, будто задавая немой вопрос, а после обернулась на наложниц, теперь уже не вытерпевших потрясения, довольно громко охающих и перешёптывающихся. Ней Ви было невдомёк, почему они так отреагировали на порез, очевидно, кровотечение было капиллярным, даже не венозным, да и кровь у нейватора обычно сворачивалась довольно быстро, так что беспокойство было излишним, но в этот момент до неё дошла даже слишком простая мысль.       — Другое дело — какими методами мы добиваемся своих целей, — уже как-то неловко добавила «шавка», спуская рукава, дабы скорее прикрыть рану.       Как ни странно, но Ней Ви даже не подумала, что для девушек дворца, кого могут изгнать в публичный дом за родимое пятнышко на щиколотке, подобные порезы сродни преступлению, о котором никто и никогда не должен узнать. Для нейватора это был пустяк, девушка наносила себе подобные раны ещё до того, как обрела Нейв, и, естественно, никто из нейваторов не придавал этому значения, порой даже хвастаясь шрамами причудливой формы.       До окончания урока ещё оставалась примерно четверть часа, но, судя по состоянию Танашири, сегодня она «наставницу» не сможет воспринимать спокойно, что точно повредит обучению. Да и самой Ней Ви следовало смыть дорожку уже застывающей крови и сменить одежду, дабы не распугивать слуг и господ своим видом. Она покидала террасу с довольно забавными мыслями: выходит, «шавка» действительно чем-то похожа на чудовище, о котором судачат во дворце.

***

      — Вы отправили бывшего короля на границу, — всплеснув руками, с силой опуская старческие ладони на деревянный стол, рыча, вопрошал Эль-Тэмур, — кто именно до этого додумался?       В кабинете императорского дворца, где во всю стену была изображена карта Юань и ближних государств, во главе длинного стола, что мог вместить около двух десятков человек, восседал великий канцлер Поднебесной, принимая у себя вернувшихся из длительного похода генерала Тан Киши и Ван Го-приспешника. В пяти шагах за спиной канцлера, почти в самом углу, приказа ожидала его «цепная шавка», мутно взиравшая вдаль.       — Это, — дрогнувший и слабый, неуверенный и такой тихий голос Тан Киши, казалось, с трудом окрасил воздух его лёгких, превратив его скорее в нелепое мычание, нежели в осмысленные слова.       В том длительном походе Корё покидали четверо лиц, ожидаемых Эль-Тэмуром в Дайду, но до дворца императора, почему-то, добрались лишь двое. Ван Го-приспешник, отлично понимающий, почему старшему сыну не хватает смелости произнести обговоренные слова, почти незаметно кивнул в сторону генерала, беря на себя инициативу держать ответ перед господином.       — Это он сам настоял, — не поведя и бровью, огласил король Шэньяна, даже не подумав обратить внимание на нейватора, которая прекрасно знала, что канцлеру в этот самый момент красноречиво вьют паутинку лжи на уши.       — Хочешь сказать, Ван Ю сам себя послал на поле боя? — не заподозрив пока приспешника во лжи, позволяя мужчине самостоятельно выложить всю информацию, Эль-Тэмур также оставлял свою прислужницу в стороне.       — Похоже, он хочет вернуть себе трон, — мастерски разбрасывался Ван Го-приспешник заранее приготовленными фразами, — дань сгорела, надо же ему было как-то это возместить.       «Хоть где-то в его словах показалась правда», — промелькнуло в мыслях Ней Ви, упорно рассчитывавшей собственную выгоду от раскрытия или утаивания данного факта.       — Значит, он решил, — размышлял вслух канцлер, — что, если победит, получит свой трон обратно.       — Похоже на то, господин канцлер, — радуясь тому, как легко теневой правитель поверил столь заоблачной байке, продолжал приспешник, совершенно не подозревая, что в помещении был тот, кто мог пролить свет на его слова. — И потом, через эту самую границу проходит шёлковый путь.       Генерал Тан Киши, понимая, что молчание его может натолкнуть отца на подозрения, спешил внести свою лепту в общее дело.       — Последние несколько лет нам сильно досаждали кочевники, — одновременно подсказывая Ван Го, какой ещё довод можно привести Эль-Тэмуру, и усиливая влияние его слов собственным согласием и дополнением, старший отпрыск канцлера, в отличии от приспешника, знающий о способностях нейватора, с тусклой надеждой в глазах, что почти никак не проявилось на его лице, метнул взгляд в тёмный угол, почти полностью заполненный «тенью» канцлера. — Очень сильно досаждали.       — Наверно, он хотел разобраться и с кочевниками, — совершенно не обратив внимание на то, как изучающе Эль-Тэмур взглянул на собственного сына, неподозревающий об опасениях своего союзника, продолжал распинаться король Шэньяна, — чтобы тем самым заслужить обратно свой трон.       — И вырвать победу у самой смерти, — почти ничуть не сомневающийся в правдивости сказанного, теневой правитель лишь на мгновение повернул голову к Ней Ви, уже с интересом вслушивавшуюся в каждое слово своего хозяина, что явно высоко оценивал бывшего короля Корё. Осознав, что пришло время принятия решения, нейватор, почти с трудом сдерживая довольную ухмылку, кивнула Эль-Тэмуру, подтверждая тем самым правдивость всего того бреда, что только что вылили на её господина. — А он действительно интересный человек, — хрипло и шумно выдыхая воздух, одобрительно посмеивался старик.       Ней Ви беззвучно прыснула, почти сразу поймав на себе недоумённый, но в то же время одобрительный взгляд генерала Тан Киши, что именно по этому её жесту окончательно убедился, что нейватор намеренно поддержала их с Ван Го-приспешником аферу. Пусть ему было не совсем понятно, зачем именно «шавка» это сделала, но он был рад, даже немного благодарен ей за сокрытие их тайны.       — Ладно, поживём — увидим, — заканчивал свою мысль Эль-Тэмур, — что нам пришлют: вести о победе или скорбное письмо.       Учитывая полученную информацию, канцлер был намерен продолжить работу в кабинете в одиночестве, что означало, что генерал с приспешником, а также «шавка» могут быть свободны. Ней Ви была даже рада, что это собрание проводилось на территории императорского дворца, ведь сюда Эль-Тэмур не мог провести отряд солдат, что днём и ночью стерегли нейватора. Двери за спинами подданных захлопнулись, и король Шэньяна, успевший ещё что-то сообщить своему подельнику, удалился, чего генерал Тан Киши ждал с нетерпением, получив теперь возможность уединиться с Ней Ви. «Шавка» уже была намерена направиться по своим делам, тем более что возвращение генерала могло означать прибытие во дворец другой очень значимой фигуры, в чём нейватор и желала убедиться, но мужчина так невовремя окликнул её, заставив обратить на себя внимание.       — Зачем ты это сделала? — ничуть не церемонясь, казалось, недовольствовал Тан Киши.       — А мне стоит вернуться и сказать господину правду? — обычно осторожную и вежливую девушку, наконец, выбесил тон генерала, тем более что при нынешних обстоятельствах он был ей должен.       — Нет, — слишком поздно осознав излишнюю эмоциональность вырвавшегося ответа, генерал прочистил горло, возвращая своему голосу привычный баритон. — Я к тому, ничто не делается без умысла.       Нейватор, впервые услышавшая некое подобие размышлений из уст старшего сына канцлера, поразилась понятливости Тан Киши, до этого момента она уже почти потеряла надежду, что этот мужчина ещё может составить ей приятную компанию в партии на смекалистость. Стоявшая до этого лишь вполоборота к генералу, «шавка», решив, что не против немного задержаться, повернулась к Тан Киши и сделала пару шагов ему навстречу, рассчитав, что не стоит давать генералу повода думать, будто нейватор не заинтересована в общении с ним.       — Вы абсолютно правы, — резанув слух, чуть завышенный голос нейватора, отнюдь не предвещавший ничего хорошего, скакнув по нотам, стрелой врезался в сознание отпрыска Эль-Тэмура.       В глазах Ней Ви, впервые на памяти Тан Киши, более ясных и сосредоточенных, играл неведомый доселе огонёк, что заставил мужчину почти незаметно покачнуться, избегая сокращения расстояния между ними. Нейватор видела во взгляде генерала темнеющую мутность отвращения, что разыгрывалась, распространяясь по зрачкам, при каждом передвижении глаз самой девушки, изображающей детальное изучение черт его лица. Ней Ви прекрасно понимала, какое впечатление производит на старшего сына Его Светлости, и эта мутнеющая вуаль лишь больше раззадоривала нейватора, всё же, если бы она действительно могла завести такого человека как Тан Киши, скорее всего, она бы и на глаза ему старалась не попадаться, не то что так двусмысленно таращиться. Но чем ярче он выражал своё отвращение, тем больше ей хотелось надавить, дабы пресечь любую мысль в его голове, относящуюся к ней, как к девушке.       — Услуга за услугу, — резко оборвав зрительный контакт, Ней Ви вернула голосу хладнокровности, вдоволь насладившись спектром эмоций генерала. — Сегодня я вам помогла, и в будущем прошу не забывать об этом.       Тан Киши, душа которого даже успела уйти в пятки, испытующе и ошарашено вглядывался в «шавку», столь резко проявившую интерес, но вновь ставшую всё той же леденящей сердце безжизненной статуей. Генерал, как взрослый и опытный мужчина, не мог вспомнить ни единого случая, когда женщина была ему настолько неинтересна, более того, Тан Киши побрезговал бы прикасаться к этому монстру, что во время пыток не то что не проронила слезинки, казалось, не будь у неё кляпа во рту, она бы и не вскрикнула. И это ещё не последнее, что генерал заметил в этой особе: во время пыток, когда некоторые части тела девушки не скрывала ткань одежды, он видел порой едва заметные, а порой и бросавшиеся в глаза многочисленные шрамы, будто и не девушка была тогда в тюремном помещении, а свирепый зверь, не меньше тигра, в боях и бойнях получивший столь отвратительные отметины. Но об этом знали лишь он и Эль-Тэмур, что, казалось, не просто не удивился такому открытию, а даже просиял от осознания, насколько редкая попалась ему добыча.       — Сочтёмся, — усмехнувшись, уже собирался вернуться к делам Тан Киши, да только в какой-то момент осознал, что теперь нейватор, пусть и не сильно, но посадила его на крючок, с которого нужно как можно скорее сбежать. — Но не вздумай просить слишком многого.

***

      Ржание лошадей и треск в огненных чашах раздавались за пределами шатра генерала Байана. Уже около недели они с помощником приняли на себя командование того сброда, что оказался на передовой, поскольку армией или хотя бы отрядом здешних солдат назвать было нельзя. Воровство прошлого командования и полное отсутствие дисциплины делали своё дело, и генералу с его личным военным советником пришлось столкнуться с более серьёзными проблемами, чем они могли ожидать. Обговорив последние результаты кампании по увеличению военной мощи, генерал, в очередной раз пожаловавшись на «удавку», как он называл подвеску-оберег Ней Ви, сдёрнул диковинку со своей шеи, довольно сильно припечатав её к столу.       — Господин, осторожнее, — ловя на себе удивлённый взгляд Байана, Тал Тал взял камею в руки, осмотрев её со всех сторон. — Это вулканическое стекло, вещь очень хрупкая, если с ней что-то случится, мы не сможем предъявить канцлеру доказательство сговора.       — Раз ты так печёшься об этой «удавке», сам её и носи, у меня вся шея чешется от этой дрянной верёвки, — продолжал причитать старший.       Тал Тал, не в первый раз рассматривающий амулет, что нейватор дала Байану как знак их договора, уже привычным движением провёл пальцами по объёмным рельефным знакам и узорам, столь мелким и хрупким на вид, что стратег невольно и сам опасался, что генерал разобьёт столь потрясающее творение. Тал Тал не мог поверить, что у нейватора могла оказаться такая занятная вещица, это наводило его на мысли о том, где именно могла до этого жить Ней Ви, кто мог сделать для неё этот оберег, а может, девушка и вовсе просто украла это у какого-нибудь богача. Рассматривая подвеску, мужчина перевернул её тыльной стороной, что была гладкой, идеально ровной и зеркальной настолько, что стратег отчётливо видел собственное отражение. Но не вся поверхность идеально зеркалила: внизу, почти у самой кромки, Тал Тал заметил другие знаки, что, в отличие от символов на лицевой стороне камеи, прочесть всё же мог. Там было всего две строчки, но язык письменности, почерк и размер написанного были разными. Если бы стратег не изучал латинский язык из интереса, построенный на алфавитной системе, он бы и не знал тех букв, а на том языке эти символы назывались буквами, что были выцарапаны в первой строке. Однако, даже знание алфавита и некоторых премудростей иноязычной грамматики не позволяло ему перевести то, что было написано. Другое дело — вторая строка — вот здесь уже были легко читаемые китайские иероглифы, что чётко выводили слово «дочь».       — И не устал ещё глазеть на камень? — пробурчал очевидно уставший за день генерал.       — Этот оберег не так прост, — любуясь камеей, размышлял вслух Тал Тал. — Я уверен, его использовали как нож: остриё легко режет мясо и, при правильном подходе, даже дерево, я читал, что вулканическое стекло — материал хрупкий, прост в обработке, но добиться такой идеально ровной поверхности очень сложно, без специального оборудования камень можно сломать, но несмотря на это, его поверхность зеркально ровная, без изъянов, да и сколов почти нет, — стратег воодушевлённо перечислял всё то, что успел вспомнить и узнать наглядно, явно восхищаясь тонкой работой мастера. — Мне любопытно узнать, откуда у нейватора этот оберег.       — Нейватора? — недоумённо переспросил Байан. — Впервые слышу, что ты так называешь эту девчонку.       Неожиданно для самого себя стратег вспомнил слова Ней Ви о доверии и оценке противника. Вспомнил, как канцлер, желая подавить свою «шавку», заставить её подчиниться, унижениями склонял её голову, совершенно не понимая, что за его спиной она огрызается и строит собственные планы, собственные игры.       — Мы не можем недооценивать эту девушку, — огласил Тал Тал, взглянув на дядю. — Недооценённый союзник станет нашим врагом, враг — погибелью.       Немного переварив слова племянника, Байан задумчиво покачал головой, соглашаясь с подходом своего помощника. Доверие тактикам Тал Тала стало само собой разумеющимся, привычкой и одновременно новым открытием, каждый раз подтверждающим правильность этого самого доверия. Удивляясь тому, как его помощник каждый раз находит такие точные афоризмы, но, вспоминая, что вся их резиденция буквально завалена трактатами, Байан тут же находит ответ, одобрительно качая головой.       — Новости, генерал, — в шатёр влетел один из сторожевых лагеря, отдавая честь, что являло собой поклон с прижатым к сердцу кулаком, и уведомляя о последних новостях. — Генерал Талахай только что прибыл.       — Что? — возмущаясь появлением новых проблем, гаркнул Байан, краем глаза замечая, как племянник прячет амулет. — Что этот ублюдок здесь забыл?       Но беда не приходит одна: въехав в лагерь на молодом жеребце, отпрыск Эль-Тэмура вёл за собой бывшего короля Корё и его приближëнных, что по собственной воле оказались в ссылке, последовав за своим господином. Байан и Тал Тал встретили младшего генерала почти в центре лагеря, пока люди Талахая уводили лошадей.       — Что привело тебя сюда? — уже поумерив своё недовольство, куда спокойнее вопрошал старший генерал.       — Я кое-кого привёз, — мотнув головой себе за спину, назвал причину Талахай, в то время как его подчинённые вели под руки сверженного Ван Ю.       — И на что нам тут бывший король? — в глубине души подозревая, какой чёрт придумал спихнуть им на шею дворцового сынка, озвучил мужчина.       — Зачем же ещё — пусть сражается, — искренне не понимая, в чём проблема, пояснил Талахай.       — Нам солдаты нужны, а не придворные, — причитал старший генерал. — На что они мне?       — Я слышал, — неожиданно вмешался Ван Ю, — что здесь много людей из Корё. Отправьте меня к ним.       Байан удивлённо, но в то же время одобрительно, поскольку возникшая проблема решилась сама собой, посмотрел на бывшего короля, как, в общем-то, и все обескураженные невольные зрители. «Вы только что напросились под самые стрелы», — мысленно предупредил военноначальник пленного, отлично помня, что именно солдаты из Корё в их лагере фактически являются живым щитом на поле боя.

***

Выписка из засекреченных материалов №00530

Датирована: вторая половина 21 века; Формат: субтитры к видео из интернет-источника; Статус источника: в процессе блокировки. «Доброго времени суток, дорогие подписчики! Как вы знаете, вот уже несколько месяцев наша команда трудится над созданием алфавитной системы звуков «Азбука ритма», подробнее вы сможете узнать в всплывающих подсказках к видео. Но сегодня у нас для вас новость: мы полностью закончили создание алфавита. Сорок семь букв! Звуков! Называйте как угодно, но весь кайф в том, что система рабочая. На данный момент у нас уже есть несколько слов, составленных по языку ритма, и я лично от себя хочу добавить, что их эффект ни с чем не сравним. К нам уже поступали предложения о покупке технологии, но мы пока хотим сосредоточиться на продолжении словообразования. Прямо сейчас в нашем словаре насчитывается более двух тысяч слов, и это далеко не предел. Мы продолжим работу над нашим проектом и, по скромным прогнозам, за ближайший месяц намерены пополнить словарный запас языка ритма на ещё одну тысячу слов. В следующем видео, которое выйдет в обычном режиме, я запишу пятьдесят слов на выбор из наших архивов, возможно, мы даже устроим голосование среди подписчиков нашей группы, так что непременно переходите по ссылочкам в описании и следите за нами»