Восьмой год. Возможность выбирать

Гарри шел по широкой улице к дому, огороженному невысоким забором. Он уже был в нем однажды, но тогда стояла ночь, и прогуляться по этой улице не было никакой возможности. Гермиона и Рон остались в Хогвартсе. Не смотря на всех их протесты, Гарри принял решение прийти сюда одному. Он приблизился к калитке, открыл ее, снял мантию-невидимку и по узкой тропинке прошел к дому. Сад вокруг дома был запущен, тут и там Гарри замечал заинтересованные мордочки гномов. Он постучал. Через несколько секунд дверь открыла женщина. В прошлый раз Гарри спутал ее с сестрой, сейчас сделать это было сложно. Вряд ли Беллатриса Лестрейндж была способна на такие эмоции. Лицо Андромеды Тонкс было полно боли. — Здравствуйте, — сказал Гарри. Он чувствовал себя здесь лишним, ненужным, но он должен был поговорить с ней и увидеть Тедди. — Здравствуй. Не ожидала тебя увидеть, — ее удивление было слышно только в голосе, на лице ‘f эмоция не отразилась.- Входи. Она сделала шаг в сторону, и Гарри прошел внутрь. Здесь все было так же, как и в прошлый раз, только в гостиной на камине стояли три фотографии затянутые в черную ткань. Сердце Гарри болезненно сжалось, и он отвел взгляд от улыбающихся лиц Теда Тонкса, Нимфадоры и Римуса Люпинов. — Я соболезную, — проговорил он. Она кивнула. — И я тебе тоже. Я знаю, Римус был дорог тебе. — Я очень хорошо относился и к Тонкс… извините, и к Нимфадоре. Мне очень жаль. Извините. — Тебе не за что извиняться, мальчик, не ты затеял эту войну. Чаю? — Нет, спасибо. Я бы хотел поговорить с вами…- он замялся, — на счет похорон. Она приподняла брови и села в кресло, Гарри опустился на диван напротив. — Я бы хотел помочь. Хотел бы взять на себя все расходы по их проведению… Она перебила его: — Все расходы берет на себя Министерство. — Я не знал. Тогда… Вы должно быть знаете, что они хотели, чтобы я стал крестным Тедди. — Да, Нимфадора говорила мне. — Я плохо представляю, как проводится этот обряд и что для этого нужно… И еще, я хотел бы сказать, что, если вам понадобится какая-то помощь… э-э… возможно материальная или… — Неужели ты думаешь, что Блэки могут в чем-то нуждаться?! — в этот момент она стала поразительно похожа на свою сестру. — Нет, я… я… просто…- Гарри растерялся. — Извини. Все-таки от влияния крови никуда не денешься, — она горько усмехнулась.- Я имела в виду, что никаких материальных трудностей мы не испытываем. Тедди получит неплохое наследство. А что касается других видов помощи, то мы, конечно же, будем рады. Все-таки мальчик остался без родителей… Сейчас он пока этого не понимает, хотя чувствует… У него возникли проблемы с метаморфством. Поэтому ему очень важно, чтобы с ним был кто-то. Конечно, я делаю все, что могу, но ему не хватает мужского общества. Отца никто не заменит. Ты можешь приходить к нам, когда хочешь. Ты и твои друзья. Я вообще собираюсь продать этот дом и купить поменьше. Возможно неподалеку от Оттери-Сент-Кэчпоул. Гарри удивленно вскинул брови, заметив это, Андромеда пояснила: — Вчера вечером я получила письмо от Молли Уизли, она предлагала помощь. Необычная женщина… у них такое горе в семье, а она нашла силы написать мне, — она на секунду задумалась, а потом продолжила.- Что касается крестин, то думаю их нужно провести несколько позже. Возможно к концу лета. — Конечно, как скажите. А могу я… могу я увидеть Тедди сейчас? — Да, пойдем, он сейчас спит. Они поднялись по лестнице на второй этаж дома и вошли в маленькую светлую комнатку. В кроватке, укутанный в теплое одеяло, спал светловолосый малыш. Гарри до этого не доводилось видеть таких крох вот так близко, он улыбнулся. — Он очень милый, — прошептал он. Миссис Тонкс ничего не ответила, по ее лицу скользнула улыбка. Когда Гарри уходил, у него было странное ощущение. Ему было горько, что этот милый малыш остался сиротой и больше никогда не увидит родителей, а с другой стороны он был очень рад, что у него есть эта женщина. С виду надменная и равнодушная, но очень дорожащая им и любящая. Гарри знал, что это важно, ведь он жил с Дурслями, которые ни в грош его не ставили, а у Тедди есть бабушка и еще есть он. «Интересно, а где сейчас Дурсли?» — неожиданно для себя подумал Гарри, он ведь не видел их практически год. «А почему бы их не навестить?» — эта шальная мысль пронзила его мозг, как стрела. Но тут же он вспомнил, что теперь, когда война закончилась, и вновь вернулись министерские законы, он не может трансгрессировать, потому что у него нет разрешения. «Какая глупость! Хорошо хоть палочкой пользоваться можно». Он дошел до очередного поворота и нагнулся к старому потертому ботинку, через секунду почувствовал рывок и, открыв глаза, увидел знакомые башенки замка. ~*~*~*~ Гарри вернулся как раз к ужину. В холле он встретил Рона и Гермиону. — Все хорошо? — Гермиона выглядела встревожено. — Да, все нормально. — Ты поговорил с ней? — Да, и видел Тедди. Он милый! — Гарри улыбнулся и принялся рассказывать, какие у него крошечные ручки и светлые волосы. Когда они вошли в зал и заняли свои места, то заметили за преподавательским столом профессора Макгонагалл, она о чем-то разговаривала со Слизнортом. В этот момент в окно влетела красивая серая сипуха и спикировала на стол прямо перед директором школы. Когда Макгонагалл вскрыла конверт и прочитала письмо, ее лицо тронула улыбка. — Хорошо, что хоть кто-то получает хорошие новости, — отозвался Терри Бут. Гарри повернулся и удивленно посмотрел на когтевранца. — Сегодня я получил письмо от родителей, мою тетю обвинили в пособничестве Пожирателям. — И чем они там занимаются в этом министерстве?! — воскликнула Гермиона. — Терри, я уверен, что все разрешится. Просто сейчас Министерство пытается все улаживать, вот и происходят ошибки. Да к тому же сейчас у нас очень здравомыслящий Министр. Все будет хорошо, — Гарри уверенно кивнул. «Интересно, который раз за день я произношу эту фразу, и сколько еще раз придется это сделать?» — Спасибо. Я тоже в это верю. Из-за преподавательского стола поднялась профессор Макгонагалл, и все взоры обратились к ней. — Добрый вечер! Прежде чем начнется ужин, я бы хотела сказать пару слов. Только что я получила письмо из Министерства с разрешением. Из-за событий, что происходили в школе в прошлом году, да и не только в школе, уровень знаний, полученных нашими учениками, оказался необычайно низок. Особенно это касается старших курсов, — она кинула быстрый взгляд на троицу. — Поэтому школой и Министерством было принято беспрецедентное решение позволить ученикам седьмого курса провести еще один год в стенах школы. За столом сразу появились шепотки, ученики стали переглядываться. — Вы получите возможность еще раз, а кто-то впервые, получить или же восполнить знания по основным дисциплинам, в конце года вы сможете сдать ЖАБА. Но учитывая то, что вы, можно так сказать, теряете этот год относительно вашего дальнейшего обучения, то вы сможете, помимо программных дисциплин, получать основные знания по выбранной вами специальности. Эти знания будут соответствовать тем, что вы получили бы, проучись год в специальном учреждении. После окончания школы и сдачи ЖАБА по его результатам вы будите автоматически переведены на второй курс того учебного заведения специальность которого вы выбрали. Это не обязательная, но желательная мера. Вы, конечно же, можете попробовать сдать ЖАБА сейчас, но я не уверенна, что вы добьетесь хороших результатов, а поэтому мне очень не хотелось бы, чтобы вы позорили честь нашей школы. Я не требую от вас сиюминутного ответа. Решение вы должны будите принять до тридцать первого июля. В письме с вашим согласием вы должны будете непременно указать название выбранной вами специальности, по которой вы продолжите обучение после школы. Если есть те, кто сомневается в выборе дальнейшей профессии, а таких, я уверена, немало, после ужина обратитесь к профессору Слизнорту, он снабдит вас всеми необходимыми сведениями. Если у вас возникнут еще какие-либо вопросы, вы можете обратиться прямо ко мне. Вопросы могут быть адресованы как в устной, так и в письменной форме. Я очень надеюсь, что вы примите правильное решение. Ну, а теперь, давайте, наконец, ужинать. Приятного аппетита, — она улыбнулась и опустилась в свое кресло. Воздух заполнился звуками аплодисментов. — Это замечательно! — воскликнула Гермиона, как только Макгонагалл села.- А я все переживала на счет ЖАБА, значит у нас будет возможность его сдать! — О да, я спал и видел, как буду сдавать ЖАБА! Неужели моя мечта сбудется? — съязвил Рон, Гермиона не обратила на это ни малейшего внимания. — Но ведь это и правда здорово! Мы сможем восполнить все пробелы в знаниях и при этом не потерять даром год! Мне даже не верится, что в нашем Министерстве до этого додумались. — Почему-то мне кажется, что это была не идея Министерства, — Гарри ухмыльнулся. — О ком ты? — Такая идея могла прийти в голову только Дамблдору… — А это вполне возможно! Разве он не гений?! — Гермиона улыбнулась и принялась за еду. Гарри и Рон переглянулись, пожали плечами и тоже взяли в руки ложки. Обсудить все это и переварить, время еще было. ~*~*~*~ Гарри постучал в дверь учительской. — Входите, — раздался голос. Гарри приоткрыл дверь и заглянул внутрь. За одним из столов сидела профессор Макгонагалл, ее-то он и искал. — Добрый вечер. — Здравствуй, Гарри. — Я принес вам это, — сказал он и поставил перед ней тот самый ботинок, что послужил ему портом.- Спасибо. — Все прошло нормально? — Да. Э-э-э… профессор Макгонагалл, мне не очень удобно просить вас об этом… я бы хотел поговорить с профессором Дамблдором, ну… то есть с его портретом. — О, Гарри, конечно. — Правда? — Да, — она поднялась из-за стола и, подойдя к нему, положила руки ему на плечи.- Гарри, ты можешь всегда приходить в мой кабинет и разговаривать с Альбусом. Потому что ты, как никто другой, это заслужил, и тебе это нужно. — Спасибо, — выдавил Гарри. В глазах его преподавателя не было привычной строгости, в них была забота, поэтому мальчик несколько смутился. — Пароль ты знаешь, я думаю, — она улыбнулась.- Иди. — Спасибо, — еще раз повторил он и вышел. Когда он дошел до кабинета директора на восьмом этаже, то увидел, что горгулья занимала свое прежнее место, правда выглядела она несколько побито.- Дамблдор, — проговорил он. — Входи, — проскрипела статуя, и Гарри поднялся на ступеньку. Когда он вошел, то сразу почувствовал, как портреты обратились к нему. — Что за безобразие! — прокричал Финеас Найджелус.- То, что ты сделал, конечно, делает тебя героем, но не дает возможности врываться в кабинет директора! — Профессор Макгонагалл разрешила мне прийти, — сказал он, обращаясь одновременно и к выкрикивающему упреки портрету и к портрету, висевшему прямо над столом.- Добрый вечер, профессор. — Гарри, мой мальчик, что-то случилось? — Дамблдор лучезарно ему улыбнулся. — Нет, я просто хотел спросить ваш совет. — Я слушаю тебя. — Вы наверняка знаете, что мы можем остаться в школе еще на один год. — Да, это была вообще-то моя идея. — Мы так и подумали, — Гарри улыбнулся. — Ты не хочешь остаться? — Нет, дело не в этом. Это действительно здорово, вот эта возможность. Просто… просто я не знаю, что делать дальше, после… — Но ведь ты хотел стать мракоборцем. — Да, но… разве в этом есть смысл, теперь? — Конечно, есть! Гарри, смысл есть во всем. То, что закончилась эта война, не значит, что завтра не начнется новая. Да ведь работа мракоборца не означает только поиск и уничтожение злых колдунов. Нет, она очень многогранна и интересна. Я не настаиваю на этом твоем выборе, просто хочу немного тебе помочь, ведь ты пришел за советом. — Да, спасибо. Просто… это так необычно и сложно. Последние три года я жил мыслью, целью — уничтожить Волан-де-Морта, и вот теперь, когда это произошло, впереди я вижу только пустоту, я не знаю, что делать. Все будто закончилось. — Нет, Гарри, ты не прав, все только начинается. Твоя жизнь только начинается. Теперь ты свободен, и все в твоих руках. Я понимаю, сложно привыкнуть, на все нужно время. Поэтому мы придумали этот ход с восьмым годом обучения, чтобы вы смогли продолжить жить в привычном ритме, а не совсем с чистого листа. Вы заслужили эту возможность. Гарри улыбнулся. — Я ответил на все твои вопросы? — Да. Спасибо, — Гарри еще несколько мгновений смотрел на портрет директора, а потом развернулся и направился к двери. — Гарри, ты всегда можешь приходить сюда, если вдруг тебе что-то понадобится. — Спасибо. До свидания. — Доброй ночи, мой мальчик. ~*~*~*~ Рон и Гермиона сидели в гостиной и спорили. — Почему ты не сказала мне раньше, что собираешься в Австралию?! — Когда? Когда раньше?! Когда мы убегали из дома Малфоев? Или может когда грабили Гринготс? Вообще-то я думала, что у тебя хватит мозгов понять, что я рано или поздно поеду туда, чтобы найти родителей! — Мы могли бы обсудить это! — Когда, Рон? Когда? Мы еще вчера не были уверены, что вообще останемся в живых! — Мне кажется, ты вообще не собиралась говорить мне что едешь! — Какую глупость ты несешь!!! Конечно, я сказала бы тебе! Я просто не хотела забивать твою голову этим сейчас! — Тебе надо было отправить их в Болгарию! — выпалил Рон, не успев подумать. — Что? Причем здесь Болгария? — Не причем, я не подумав сказал. — А ты хоть раз говорил что-то подумав?! — Эй, что здесь происходит? — Гарри подошел к друзьям. — Ничего! — выкрикнули Рон и Гермиона одновременно. — Нечего на меня орать! — Извини, — буркнул Рон. — Где ты был? — спросила Гермиона в надежде перевести разговор в другое русло. — У Дамблдора. — Что? Т-т-т-ам? — Рон указал в сторону окна и белой гробницы. — Нет, в кабинете. Я говорил с портретом. Гермиона приподняла брови. — Он сказал, что чтобы привыкнуть нужно время. И еще… — Ты решил оставить палочку себе? — глаза Рона сверкнули. — Нет. Рон, мы уже обсуждали это. Рон нахмурился. — А что ты собираешься делать с палочкой Малфоя? — спросила Гермиона. — Думаю вернуть ее. — Что?! — Рон даже подпрыгнул. — Ну, а зачем она мне? — Но это палочка Малфоя! Выкинь ее, сломай. — Зачем, Рон? Это глупо. — А он сегодня у нас блещет гениальными идеями! — воскликнула Гермиона. — Эй, да что с вами такое? — И как ты собираешься вернуть ему палочку? — Ну… может, с совой пошлю… или… еще не знаю, — Гарри пожал плечами.- И, кстати, я был прав на счет того, что идея с восьмым годом обучения принадлежит Дамблдору. Он сказал… что это было сделано для того чтобы… мы продолжили жизнь в привычном ритме, а не начинали с чистого листа. Несколько секунд они молчали, каждый думая о своем, потом Гермиона подала голос: — Пожалуйста, соберите свои вещи сегодня, потому что завтра на это не будет времени. Утром я их заберу. Спокойной ночи, — она поднялась и, демонстративно не глядя на Рона, направилась к лестнице. — Хорошо. Спокойной ночи, — отозвался Гарри. — Подожди! — Рон догнал ее уже на лестнице.- Гермиона, прости. Я наговорил глупостей… я не хотел. Она сердито посмотрела на него, но потом улыбнулась: — И ты извини, я, кажется, тоже немного перегнула палку. Спокойной ночи, — она поцеловала его в щеку и пошла дальше. — Может, тоже пойдем спать? — спросил Рон, подойдя к Гарри. — Пошли, вещи соберем. Когда они вошли в свою спальню, Гарри спросил: — Ты уже решил, что выбрать для дальнейшего обучения? — Я думал об этом. И все-таки решил не менять свое первоначальное решение. А ты? — Я для этого и ходил к Дамблдору, спросить совет. — И что он сказал? — Сказал, что… в общем, что это достойное и нужное дело даже сейчас. — Так значит снова вместе? — Рон улыбнулся. — А как же иначе-то? Они засмеялись и принялись складывать свои немногочисленные вещи. Гарри мысленно улыбнулся и понял, что первые решения всегда самые правильные. А еще он очень порадовался, что сможет провести еще один год здесь, дома.