Планета Океан

            «Одно неловкое движение — и вы отец».       Михаил Жванецкий

***

       Серебряный Дождь медленно открыл глаза и упёрся взглядом в светящийся потолок. Он немного полежал, с недоумением глядя вверх, потом сел, осмотрелся и обнаружил себя на удобной кушетке в центре идеально круглого помещения. Всё пространство лучилось мягким светом. Серебряный невольно ощутил себя внутри большой белой лампы. Он снова откинулся на подушку и попытался вспомнить недавние события. Ему это удалось: в памяти отчётливо всплыл трудный бой с Жёстким Мясом и первое ранение.       Он провёл ладонью по бедру. Невероятно, но от раны не осталось и следа, исчезли все ожоги, как крупные, так и мелкие. Утомлённое тело вновь наполнилось энергией. Он удивлённо рыкнул, встал с кушетки, прошёлся туда-сюда и со вздохом вернулся на ложе. Смотреть было абсолютно не на что: его, словно узника, окружали лишь гладкие стены без каких-либо намёков на двери или окна. Он абсолютно не представлял, как действовать дальше и к чему готовиться, а главное — к кому попал в плен и сколько предстоит здесь томиться. Необходимо было прояснить ситуацию. Серебряный Дождь в раздражении встряхнул гривой и громко позвал:             — Эй, есть тут кто живой? Отзовитесь!       Вдруг рядом с лежанкой лёгкой дымкой обозначился бледный силуэт. Постепенно проявившись, смутный призрак оказался рослой самкой со стройной фигурой и необычным лицом. Она держала на руках детёныша. Серебряный пристально всмотрелся в её удивительные черты, и неожиданно будто плотная завеса соскользнула с памяти. Это была Арайя, хотя до сих пор она никогда не возникала в его мыслях. Он полностью забыл об их своеобразных отношениях в ту волшебную ночь. Серебряный Дождь приблизился к арианке и в улыбке дёрнул кончиками максилл. В ответ она приветливо раздвинула уголки губ и прикоснулась к блестящему браслету-переводчику на запястье. Затем аккуратно спустила на пол дитя с экзотической внешностью, совсем ещё малька, наверное, лет пяти. Прозрачными голубыми глазками детёныш снизу вверх уставился на высоких взрослых, чему-то тоненько засмеялся и доверчиво прижался к самке.             — Приветствую тебя, Арайя! — вежливо склонив голову, произнёс Серебряный.             — Серебряный Дождь! Вот мы и свиделись. Ты обо мне так ни разу и не вспомнил, а я ждала, надеялась: вдруг позовёшь… — с лёгкой укоризной попеняла ему арианка, слегка прищуривая небесные глаза. Чувствовалось, что она рада встрече.       Арайя рассмеялась тихим мелодичным смехом и кивнула. В комнате возникли три кресла с овальным столиком в придачу. Следом сделала приглашающий жест Серебряному сесть и сама устроилась рядом. Тонкой изящной ладонью она погладила самца по лицу и чувственно провела по жвалам.             — Я помню твою нежность, мой милый яутжа, — проговорила арианка чарующим голосом. — Твои ласкающие руки… о, это было так чудесно…       Она взяла его руку, прижала к губам и начала целовать пальцы один за другим, затем приложила его тёплую ладонь к своей щеке. Лицо Арайи приобрело томное мечтательное выражение, а во взгляде затеплились искорки удовольствия. Серебряный сидел спокойно, не шевелясь, и не мешал ей предаваться романтическим воспоминаниям. А ведь действительно, в то время их внезапная страсть представлялась сказочно прекрасной, но сейчас Серебряный Дождь не ощущал желания вновь приласкать чужеродную самку в объятиях, он просто терпеливо ждал, когда она успокоится. Наконец, арианка выпустила его ладонь и подняла затуманенный взгляд.             — Я знаю, как ты жил после нашей последней встречи, — промолвила она тихим голосом. — Ты всё забыл, но я о тебе постоянно помнила.       Арайя немного помолчала, собираясь с мыслями. Ей удалось избавиться от сладких грёз, и она заговорила увереннее:             — Теперь у тебя есть семья, избранница, но до сих пор нет детей. А всё из-за того, что не хватает взаимной любви… Помнишь, я говорила: только тогда самка понесёт от тебя детёныша, когда ты поделишься с ней любовью. Мне жаль, что твоя жизнь так неудачно сложилась. Однако я уважаю твоё решение и правильный поступок. Ведь Лава спасла тебя от гибели. Не отчаивайся, тебе не суждено остаться без потомства. Смотри, — Арайя посадила себе на колени малыша, — это твой сынок. Его зовут Лорк.       Серебряный просто опешил от её слов. Что за бред? Какой ещё сынок? Ведь с точки зрения генетики такое вряд ли возможно! Скорее всего, это дурацкий розыгрыш. А впрочем… Зачем ей так глупо шутить? Тем более, если учесть, что арианцы прогрессивная раса с высоким уровнем науки, значит, слова этой самки вполне могут оказаться правдой. Ну и дела… Вот чем оборачиваются случайные связи с незнакомками, а тем более с иномирянками. И что на него тогда нашло? Самец с удивлением уставился на арианку, попеременно переводя взгляд от неё к ребёнку.             — Возьми малыша на руки. Он твой, плоть от плоти твоё дитя и моё тоже, — Арайя мягко улыбнулась. — Помнишь, я поделилась с тобой силой своей любви, и ты мне ответил тем же?       Серебряный Дождь бережно принял от неё детёныша и внимательно стал его рассматривать: ребёнок имел лицо, как у арианцев, с белой тонкой кожей и красивыми голубыми глазами. На месте жвал и носовой складки находились рот и нос. От яутжа мальку достался высокий лоб, ребристый гребень и коротенькие отростки чёрной гривы. Тело покрывали серебристые чешуйки. Малыш выглядел прелестным по-своему!             «А ведь он действительно похож на меня. Так что же получается? Теперь нас с Арайей связывает общий детёныш! — Серебряного аж всего передёрнуло от этой неприятной мысли, он возмущённо фыркнул, но тут же постарался успокоиться: — Ну уж нет! Этот факт не имеет никакого значения: я больше не собираюсь сближаться с арианкой. У меня есть законная супруга Лава».       Он снова взглянул на ребёнка и невольно отметил: «А малёк-то какой славный получился!»       Словно в ответ на мысли отца, детёныш ласково потёрся пухлой щёчкой о его руку, что сразу умилило Серебряного.             «Несчастный гибридный детёныш. Он не виноват, что родился полукровкой. Надо приласкать малёчка, ведь я его отец», — с нежной жалостью подумал Серебряный Дождь и с мягким мурлыканьем прижал дитя к груди.             — Лорк, я твой отец!       Детёныш обвил руками его шею и звонко чмокнул в скулу. Серебряный смешливо фыркнул:             — Какой же ты забавный, малёчек!                          — У него есть сестричка. Хочешь с ней познакомиться? — спросила Арайя и мило улыбнулась.       Серебряный уже ничему не удивлялся и внутренне подготовился к новым сюрпризам. Похоже, арианка припасла в рукаве ещё не один необычный подарок. Арайя поднялась из кресла, взяла отца с сыном за руки и повела из круглой комнаты прямо через стену. Подобно клубам пара, белая преграда расступилась; помещение бесследно испарилось, и компания очутилась в саду с прекрасными растениями. Окружающая природа цвела и благоухала! В прозрачной воде живописного пруда плавали и плескались дети. Лицами они, конечно, отличались, но глаза сияли одинаковым небесным цветом; длинные волосы спускались по плечам маленьких арианцев светлыми шелковистыми нитями. Лишь одна тёмная головка выделялась среди купальщиков. Словно весёлые птички, детишки перекликались звонкими голосами. Арайя приблизилась к воде и лёгким жестом поманила кого-то к себе:             — Элеана, доченька, подойди к нам.       На берег выбралась маленькая девочка, её голову украшала чёрная шевелюра; тело ребёнка сплошь покрывали мелкие серебристые чешуйки. На тонкой шейке ясно виднелись жабры. Прикрытые узкими створками, они слабо трепетали на воздухе. Серебряному только и оставалось молча развести руками. Должно быть, сегодня Арайя решила сразить наповал невольного отца!             — Это наша с тобой дочь Элеана! — довольно заявила арианка и гордо отрапортовала: — Как ты уже заметил, у малышки имеются жабры, совсем недавно мы её прооперировали. Теперь она амфибия, как и ты, её отец. Всего через два поколения потомки Элеаны начнут рождаться с жабрами.       Арайя ласково взглянула на ребёнка.             — Доченька, не стой на месте, подойди к отцу.       Элеана смело приблизилась к Серебряному и ухватилась за его ладонь тёплыми пальчиками, да так уверенно, как будто всегда это делала. И что тут скажешь против? Да, эта малышка тоже его кровь, хоть и не похожа на яутжа, но глаза и серебристые чешуйки точно отцовские… Серебряный всегда любил чужих детей, а теперь вот свои родились. Как здесь оставаться равнодушным? Он поднял дочь, с отеческой нежностью прижал к груди и стал аккуратно покачивать на руках. Малявочка оказалась отзывчивой на доброту и ласку; доверчиво прижимаясь, она посматривала на отца такими же глазами, как у него. Какая она трогательная и милая!             «Вот так сюрприз. Гибридные детёныши! Это надо хорошенько осмыслить и попытаться принять. Ну надо же, как непредвиденно получилось. Я — отец двух детей! И каких? Гибридов! А вдруг кроме этих есть и другие? Тогда сколько же их всего? И как объяснить это Лаве? Получается, я предал супругу, произвёл потомство на стороне, хотя и случайно, — с досадой подумал Серебряный. Он исподлобья бросил недовольный взгляд на арианку. — Вот удружила, плутовка! Да и сам я хорош, позарился на гладкую белую кожу. Теперь вот залетел в отцы поневоле».             Арайя тонко прониклась его беспокойством, улавливая внезапную перемену в настроении. Она потянулась погладить Серебряного по лицу, но он жёстко перехватил её назойливую руку и не позволил к себе прикоснуться.             — Нет-нет, не волнуйся, — постаралась успокоить его она. — Ты отец только этих двух детей, уверяю тебя! — Арайя участливо заглянула Серебряному в глаза и мягко добавила: — Не говори Лаве о малышах, ведь ты не знал об их существовании. К тому же в то время ещё не считался её избранником. Значит, ты супруге не изменял. Успокойся!                    Она легонько подтолкнула детей к пруду.             — Идите, дети, купайтесь, играйте.             — Ты что, читаешь мои мысли? — Серебряный раздражённо посмотрел на арианку. Он ощутил, как настроение резко испортилось. Внутренний голос подсказывал, что надо внимательнее относиться к словам и поведению Арайи.             — Да, иногда у меня получается понять, о чём думают окружающие, — призналась она невинным голосом.       Необычная пара молча сидела на берегу пруда. Лёгкий ветерок приятно овевал их лица. Арайя украдкой бросала взгляды на Серебряного. Она видела, как тот глубоко ушёл в себя, и не стала его беспокоить пустой болтовнёй. Ей остро захотелось узнать, о чём он задумался, но почему-то сейчас мысли яутжа оказались недосягаемы: сумел-таки негодник отгородиться непроницаемой завесой. Не страшно: позднее лаской опять удастся добиться от него всего, чего потребуется. Впереди предстоял разговор о важных вещах, ради которых яутжа сейчас находился в мире арианцев.       Так, пребывая в раздумьях, Серебряный наконец пришёл к выводу, что за всей чарующей нежностью арианки явно скрывается фальшь. Двуличие присутствовало везде: в словах, поступках и даже во взгляде изумительно красивых глаз. Да, теперь он точно разобрался, чем эта самка от себя отталкивала, несмотря на её подчёркнутое дружелюбие и на их прошлое интимное сближение. В то время арианка показалась такой искренней, на что он повёлся как наивный малёк, отвесив жвала. Яутжа искоса взглянул на Арайю: она сидела с кротким выражением лица. Её взор загадочно мерцал небесной синевой, золотистые волосы мягкой волной рассыпались по плечам, совсем как у прекрасной феи.             «Надо быть очень осторожным с этой хитрой самкой! Притворщица окутывает меня сладкими тенётами лжи, а сама определённо что-то замышляет. Для чего-то же арианцы меня похитили. Скоро узнаю», — тревожно пронеслось в голове Серебряного.       После паузы он вышел из задумчивости, спокойно посмотрел на Арайю и спросил:             — Арайя, скажи: зачем тебе понадобились от меня детёныши?             — Ты мне понравился! — живо откликнулась она, игриво улыбаясь.       Серебряный дёрнул одной максиллой и криво усмехнулся:             — Хорошо, допустим. Я оценил твою шутку. Но ведь дело не только в личной симпатии. Наверняка здесь кроется что-то ещё?       Арианка снисходительно улыбнулась:             — Да, конечно. Есть и другое объяснение. Именно для этого ты сейчас здесь.             «Ага, вот оно! Наконец-то дошли до сути», — довольно подумал Серебряный и пристально уставился на неё.             — Тогда начни по порядку. Я внимательно тебя слушаю, — добавил он вслух серьёзным тоном.       Арайя коротко вздохнула и приготовилась к нелёгкому разговору. Причём вновь приняла невинное выражение лица.             — Сейчас расскажу. Что тебя интересует в первую очередь?             — Расскажи мне поподробнее о моих детёнышах, — сразу по-деловому приступил к диалогу Серебряный: здесь уж точно его область как биолога.       Арианка согласно кивнула.             — Сразу говорю, эксперимент оказался довольно непростым. Вначале нашим генетикам пришлось усердно поработать, чтобы соединить твои драгоценные половые клетки с моими обычными, — тонко улыбнулась Арайя. — После множества неудачных попыток учёным всё-таки удалось создать несколько эмбрионов. Затем они выбрали из зародышей самые сильные и здоровые, вырастили их в специальной среде. В результате получилась пара этих маленьких замечательных созданий.       Серебряный понимающе кивнул и снова задал вопрос:             — Какого цвета у детёнышей кровь? Я догадываюсь, что у арианцев красная.             — У твоих детей зелёная. Потому что ваша раса яутжа генетически значительно превосходит арианцев в физическом развитии, однако умственно наша мирная цивилизация в разы превосходит вашу агрессивную.       Серебряный скептически фыркнул, но намеренно возражать не стал и продолжил:             — Эти детёныши кажутся старше, чем должны выглядеть на самом деле. Прошло около четырёх лет с того случая, когда мы с тобой были вместе, Арайя.             — Да, эти дети особенные, и они быстро растут, — проговорила она со сладкой улыбкой.       Она взяла за руки Серебряного, нежно переплела свои пальцы с его и пристально уставилась в глаза неподвижным мерцающим взглядом. Он ощутил, как лучи её глубоких, кристально чистых глаз проникают в самые потаённые уголки разума. «Останься со мной… Останься… Ты мне нужен…» — мягкий голос шептал и шептал в голове Серебряного. Всё вокруг слегка поплыло, закружилось в чарующем танце… Он почти перестал отличать сон от реальности. Пытаясь не поддаваться этому колдовскому наваждению, самец встряхнул головой, и постепенно чары рассеялись.             — Что это было, Арайя? Ты действовала на меня гипнозом? — резко спросил яутжа и строго поджал жвала.             — Нет-нет, тебе показалось… — загадочно улыбнулась она и неожиданно предложила: — Останься с нами в нашем мире! У тебя здесь будет всё необходимое для счастья. Дети. Если захочешь, появится много детей. Ты продолжишь заниматься наукой, как и в вашем обществе. Тебе у нас понравится, Серебряный Дождь, скажи только «да»!       Серебряный с изумлением уставился на арианку: подобных предложений он не ожидал услышать. Нет, сегодня действительно день сплошных сюрпризов.             — Зачем я вам, Арайя? — пожал плечами он. — Я такой же представитель высокоразвитой цивилизации, как и вы, мне нет смысла переходить от яутжа к арианцам. К тому же, я занимаюсь любимой работой и счастлив приносить пользу моему народу. Я не уман, поэтому навсегда останусь чужим среди вас. И ещё, — он твёрдо посмотрел в глаза арианки, — теперь у меня есть своя семья: Лава меня ждёт и волнуется.       Арайя недовольно дёрнулась и, в досаде сверкая глазами, ворчливо напомнила:             — Мы тоже твоя семья.       Серебряный отрицательно покачал головой:             — Не надейся, что привяжешь меня к себе этими детёнышами.       Настроение Арайи моментально испортилось. Она скривилась и проворчала сквозь зубы:             — Наши гибридные дети показались тебе отвратительными монстрами.       Серебряный улыбнулся и примиряюще проурчал:             — Ну что ты, Арайя… Дело не в этом. Просто я не хочу жить в вашем мире. Внезапно перед его глазами предстало видение незнакомой реальности, где все особи выглядели гибридами яутжа и арианцев. Такими же, как его необычные дети. И тут до Серебряного наконец дошло. Он в возбуждении воскликнул:             — Я понял! Арианцы стремятся заселить необжитые земли существами, которые бы намного превосходили своих создателей. Ваш выбор пал на нашу расу яутжа, как на физически наиболее сильную и выносливую по сравнению с другими, к тому же умную. Идеальную во всех смыслах для гибридизации с арианцами! А затем с помощью колонистов вы начнёте осваивать планеты, чья среда губительна для вас. Для этого необходимо создать совершенно новую расу разумных существ! Я правильно догадался, Арайя?!             — Да, Серебряный Дождь, ты правильно понял, но разве в этом есть что-то плохое? Новые миры, заселённые молодыми цивилизациями, более умными и сильными, чем их создатели — это же замечательно! Мы долго искали подходящую расу для гибридизации, — Арайя продолжала рассказывать, при этом не забывала пристально смотреть в глаза яутжа, не давая ему отводить взгляд в сторону. — Но вы сами заявились на Ариану, что обернулось для нас большой удачей! Мы даже позволяли истреблять своих созданий для ваших кровавых ритуалов. Но, безусловно, это того стоило!       Серебряному совсем не понравились откровения и радость арианки, однако он пересилил себя и снова спросил:             — Но почему вы предпочли именно меня? С чего вдруг вы самоуверенно решили, что я просто обязан помогать вашей цивилизации двигать науку вперёд по пути освоения новых миров? Согласись, это, по крайней мере, странно, если не сказать глупо.       С видом раскаявшейся грешницы Арайя виновато потупила глазки.       Серебряный с неприязнью поморщился: «Какая нескончаемая игра! Эта арианка — настоящая прожжённая притворщица!»             — Серебряный Дождь, ты не совсем правильно уловил мою мысль, — кротко промолвила она и мило улыбнулась. — Я объясню. Прошу, выслушай меня спокойно и не возмущайся раньше времени. Дело в том, что ты подошёл нам по многим параметрам. Прежде всего, миролюбивой и мягкой натурой, такой нетипичной для вашей цивилизации хищников, но при этом ты остаёшься представителем своей крепкой расы. Многие твои соплеменники не имеют такого удачного сочетания силы и мягкости. Ты талантливый учёный и уровнем интеллекта намного превзошёл иных своих собратьев. К тому же здоров и силён, очень вынослив. Твоё тело гармонично развито, и, наконец, ты красив по-своему! Если умело соединить лучшие гены арианцев с твоими идеальными генами, возникнет новая раса удивительных существ!             «Так вот в чём причина!» — подумал Серебряный и усмехнулся.       Эти самонадеянные арианцы предлагали остаться в их мире не для того, чтобы использовать его по назначению, как талантливого учёного в своих далеко идущих планах! На самом-то деле эти жалкие слабаки позарились на прекрасный генетический материал самца-яутжа, который случайно подошёл им по многим параметрам. И собирались применять его половые клетки так, как им вздумается в пресловутом проекте по гибридизации. Все хитрые уловки Арайи с детьми — обыкновенный спектакль под названием «Отец и милые детёныши» или «Дорогой наш папенька, мы очень скучали и мечтали о встрече!». Да эти несчастные мальки — обычные экспериментальные образцы будущей расы. И Серебряный ощутил, как в груди начал закипать гнев! С трудом сдерживаясь, чтобы ненароком не вспылить, яутжа вскинул загоревшийся взгляд на арианку. Та стояла с кротким выражением лица и, будто сама невинность, ласково улыбалась.             — Так вы хотите меня использовать в качестве производителя? Донора семенной жидкости? — глухо зарычал самец. — Нет! Я не согласен превратиться для вас в подопытное существо! Как вообще у вас хватает наглости мне такое предлагать? С какой стати я должен вам помогать? — и он в негодовании крепко сжал пальцы в кулаки.       Арайя торопливо погладила его по плечу.             — Нет, Серебряный Дождь. Это не совсем так… — мягко оправдывалась она. — Я объясню, послушай меня спокойно, не рычи. Мы рассудили, что если ты один раз испытал на себе рискованный эксперимент, когда тебе вживили жабры, так, возможно, как учёному тебе покажется интересным вновь принять участие в другом, не менее грандиозном проекте.             — В качестве кого? Производителя?! Ты в своём уме, арианка? Прекрати изворачиваться и придумывать на ходу! — громко взревел разозлённый самец яутжа.       Арайя в страхе попятилась, зажимая уши руками.             — Когда вы ловко манипулировали моими половыми клетками, то даже не подумали спросить моё согласие на эксперимент! — гневно рычал Серебряный. — Ради своих грандиозных планов вы применили насилие! Ты отдалась мне, чтобы хитростью получить мой семенной материал! Подлая тварь!             — Нет-нет, Серебряный Дождь, доверяй мне, — поспешно залепетала арианка и схватила его за руку. — Как ты и хотел, я была с тобой предельно откровенна. Теперь ты в курсе дел. Ты не прав, считая меня обманщицей. Я отдалась тогда, испытывая к тебе сильное влечение, ты и сейчас мне очень дорог, — продолжала оправдываться чужеродная самка.       Серебряный резко вырвал руку из её цепких ладоней. Гордо вскинул голову, оглядел Арайю свысока и отрезал непререкаемым тоном:             — Нет! Я категорически отказываюсь принимать участие в ваших проектах! Так и запомни!             — Но почему? — не унималась она. — Разве плохо превратиться в родоначальника молодой цивилизации?       Серебряный уже устал вести бесполезный разговор с настырной арианкой. Ему даже стало противно смотреть на эту изворотливую тварь, но всё-таки он снизошёл до ответа:             — Что здесь ещё неясно? Такие серьёзные вещи не делаются обманным способом. Я всё сказал, разговор на этом окончен. Претворяйте ваши планы без моего участия. А теперь живо отправляйте меня домой!             — Не спеши отказываться. Ты сам себя совсем не знаешь, — тихо проговорила Арайя.       Внезапно самец яутжа ощутил сильное головокружение и попытался опереться на какой-нибудь предмет, чтобы не упасть к её ногам. «Не спеши… не спеши… ты не знаешь себя, не знаешь…» — голос арианки начал отдаляться и, постепенно затихая, становился еле слышным шёпотом.

***

      Утром Серебряный Дождь проснулся в приподнятом настроении. Солнце жарко светило в окно, озаряя комнату яркими лучами.             «Сегодня ночью мне приснился удивительный сон. Крутится в голове, но никак не вспомню, что именно… Странный осадок остался, — Серебряный тряхнул гривой. — Да ладно. Мало ли что приснится, обо всём, что ли, помнить».       Самец весело фыркнул, спрыгнул с кровати и громко позвал:             — Лава! Где ты спряталась?       С озорным смехом он забежал в кухню и нашёл там Лаву. Она резко обернулась на звук: сосуд с водой выпал из её рук и вдребезги разбился о пол. Самка так и застыла с отвисшими мандибулами, прижимая ладони к груди.             — Ага, вот ты где! — задорно воскликнул Серебряный и одним махом подхватил Лаву на руки.       От его действия она заметно напряглась.             — Ты чего испугалась? Я такой страшный, да? — засмеялся милый негодник, стараясь растормошить супругу. — Сейчас вот как укушу тебя за бочок, будешь знать! — забавно проурчал расшалившийся самец, усаживая Лаву в кресло.       Несколько долгих мгновений она смотрела на него растерянными глазами. Потом встряхнула головой и пролепетала:             — Любимый, неужели это ты?       И вот уже, всплеснув руками, Лава с громким стрекотанием вскочила с места и бросилась к Серебряному. Она принялась энергично трясти его за плечи, будто пытаясь убедиться, что он настоящий и не исчезнет, как фантом. Её счастье всё ещё казалось невероятным. Ведь она совсем измучилась от неизвестности и жуткого беспокойства за внезапно пропавшего супруга.             — Ах ты моё горюшко… — жалобно причитала она. — Да где ж тебя так долго носило?       Серебряный в недоумении уставился на неё:             — Как это где? Я только что проснулся в нашей спальне на кровати, — он удивлённо заморгал. — Ты о чём вообще, Лава?       Она сокрушённо покачала головой.             — Да тебя неделю дома не было. Ты вдруг бесследно исчез, как испарился, — и тут же с надеждой спросила: — Помнишь хоть что-нибудь?             — Если честно, нет…             — Но, может, попытаешься? Подумай, — не отставала Лава.       Серебряный озадаченно притих и схватился за виски, силясь хоть что-то припомнить, но в памяти лишь ярко вспыхивали отдельные фрагменты боя с жёсткотелыми.             — Мы с тобой вдвоём славно сражались с Трудным Мясом, — спустя какое-то время только и смог ответить самец.       Они присели на кушетку. С печальной улыбкой Лава прижала голову супруга к своей груди, ласково поглаживая отростки гривы.             — Да, это так. Но после сражения ты внезапно пропал, моё сердечко, — она взяла в ладони любимое лицо и с нежностью лизнула в лоб. — С тобой уже такое приключалось. Помнишь, тебе рассказывали, как ты однажды побывал у арианцев в гостях? Так вот, в этот раз мы сначала подумали на них. Но когда мы связались с соседями, те твёрдо заверили, что тебя у них нет. В таком случае, куда можно деться на планете Океан? Ну не туземцы же тебя украли! Кстати, у них мы тоже искали и, конечно, не нашли. Тогда ничего не оставалось, как организовать поиски в ближних мирах, а если это не даст результатов, переключиться на дальние.       Лава замолчала. Ей показалось, что Серебряный как-то странно притих, наверное, расстроился. Она снова ласково провела рукой по отросткам его гривы и продолжила:             — Для начала Старейшины Совета послали вооружённые отряды к ближайшей обитаемой планете. Бойцы всё там перерыли вверх дном и даже пригрозили войной, если местные твари держат в плену яутжа, однако аборигенам удалось доказать, что они не причастны к похищению. И вот завтра спасатели вместе с арианцами (те вызвались помочь с твоими розысками) собирались отправиться к далёким мирам. И вдруг сегодня ты сам объявился! Целый и невредимый! — радостно воскликнула Лава, не сводя восторженных глаз с дорогого самца, и добавила: — Янтарь и Гранит три дня назад как прибыли и ждут тебя. Не хотят улетать, пока не поступят хоть какие-то известия.       Серебряный ошеломлённо смотрел на супругу. Надо же, он отсутствовал дома целую неделю, а по ощущениям словно только вчера заснул в своей постели и сегодня утром проснулся. Потрясённый самец прилёг на кушетку и молча уставился в потолок, пытаясь осмыслить произошедшее. Его похищали, но в памяти не осталось абсолютно ничего. Украли как какую-то вещь, а после вернули, и неизвестно, что эти подлые твари с ним делали.       Лава видела, как угнетающе подействовала на любимого эта вопиющая история, и, стараясь утешить, устроилась рядом.       Серебряный немного полежал с супругой, потом аккуратно выбрался из её нежных объятий и поднялся.             — Мне надо увидеться с доктором Ветром, — сказал он озабоченным тоном и вышел из комнаты.       Лава проводила его грустным взглядом.       Немного погодя Серебряный Дождь расспрашивал о своём таинственном исчезновении старого друга и наставника, доктора Ветра. Учёный в точности повторил слова Лавы. Они долго обсуждали этот загадочный случай, строя самые разные предположения о том, кто осмелился похитить яутжа и с какой целью, но так и не пришли к какому-то мнению.       На следующий день Серебряному провели полное медицинское обследование. В его организме не выявили никаких серьёзных отклонений. Не найдя причин и дальше мучиться загадками, уже через сутки, самец окончательно успокоился и стал жить по-прежнему, как ни в чём не бывало.