Закрой глаза на истинность

      Чонгук, 15:36       «Я заберу тебя»

Чимин, 15:37 «Я уже почти освободился. У тебя есть какие-то планы?»

      Чонгук, 15:37       «У меня всегда есть на тебя планы»

Чимин, 15:39 «Хм-м, удиви меня;)»

      Чонгук, 15:40       «Буду ждать тебя у выхода»       Чимин улыбнулся, свернул раздел сообщений и положил телефон в карман. Сегодня тёплая погода, может, Чонгук приготовил для него что-то особенное? Можно было бы сходить на Башню Намсан, оттуда открывается замечательный вид на Сеул.       Пак и Чон вот уже неделю с того дня поездки в детдом проводят время вместе. Альфа не первый раз слишком быстро завершает переговоры и несётся к Чимину на встречу. Омега, в свою очередь, выуживает из своего загруженного графика свободную минутку для похода на свидание с человеком, который стал нравиться ему всё больше и больше. Каждую встречу Чонгук открывался для него с новой стороны. Он рассказывал о своих побегах из дома и тех приключениях с друзьями, о которых до сих пор не знает господин Дук; о своём папе-омеге, которого помнит только по фотографиям и о котором ему рассказывала бабушка; о том, как Чонгук поддерживает с ней отношения и приезжает иногда, чтобы поесть её фирменный пирог с абрикосами. Парень обещал познакомить Чимина с этой доброй женщиной, которая практически вырастила Чонгука, когда тот иногда жил у неё в деревне.       Чимин тоже рассказал о своём детстве, не утаив о своей ненависти к Гуку в школе, потому как Чон был тем ещё засранцем. Альфа только смеялся и говорил, что он приличный мальчик, однако, доказывал обратное, страстно целуя Чимина в машине, когда подвозил до дома. Один раз они так яро целовались, что весь следующий день у омеги болели губы.       Улыбаясь собственным мыслям, Чимин не заметил, как в кабинет вошёл Дохён и сел на свой стул.       — Честно говоря, не ожидал от тебя такого, — бета сложил руки в замок и с укором взглянул на парня.       — Простите, — омега виновато склонил голову.       — Что мне твоё «простите»?! Ты о Хосоке подумал? О Юнги? Как они будут танцевать с тобой, касаться тебя, чувствуя, что ты меченый, скажи мне!       — Но ведь Хоби-хён справляется. Я пью блокаторы и он тоже, но только для альф, и нам не так сложно работать вместе. А Юнги, — Чимин запнулся, сглотнув, — он… не чувствует.       — Как это не чувствует? — мужчина приподнял брови.       — Ну я… он не отталкивается, как Хосок.       — Не понял… между вами с Юнги что-то б…       — Нет, что Вы! — перебил Чимин. — Ничего такого, к тому же, как Вы могли понять, у меня есть уже альфа.       Чимин и сам не понял, с какого момента стал спокойно говорить о том, что у него есть парень. Когда Тэхён узнал об их тесном общении с Чонгуком, тот только сделал фейспалм и высказал всё своё негодование по поводу поведения друга, но заверил, что в любом случае поддержит Пака. Этих слов Чимину было достаточно, чтобы понять, что никто из близких его не осудит.       — Уверяю Вас, Дохён-щи, моя метка уже завтра исчезнет и больше не возникнет дискомфорта у кого-либо из ребят.       — Ох, ладно, — выдохнул бета и откинулся на спинку кресла. — Только предупреди своего альфу, чтобы больше он меток на тебе не оставлял. Хотя бы пусть подождёт до возвращения нас из Японии.       — Хорошо, спасибо Вам, — омега встал со своего места и поклонился.       Попрощавшись с менеджером, Чимин вышел в коридор и громко выдохнул с чувством большого облегчения. Он очень боялся, что Дохён его уволит, как только Трэй учуял метку на омеге, несмотря на принимаемые подавители, и рассказал всё менеджеру, но вот почему Юнги до сих пор не ощущает чужого запаха на теле Чимина оставалось загадкой.       Чимин шёл по коридору компании и, завернув за угол, вскрикнул от того, как неожиданно ему заткнули рот ладонью и, прижавшись сзади, потащили в противоположную сторону.       — М-м-м-м, — визжал омега, пытаясь вырваться, но сила нападавшего во много раз преобладала.       Когда Пака затолкали в комнату хранения костюмов и бросили на пол, развернувшись, Чим смог увидеть трёх незнакомцев: двое были омегами (парень и девушка), от них несло какими-то приторно сладкими духами, а также стоял высокий бета, который и притащил его сюда.       — Что вам нужно? — спросил Чимин, поднимаясь на ноги, но его пихнули в плечи, чтобы тот не смог подняться. — Вы кто такие?!       — Заткнись, шлюха! — взревел омега с жёлтым пробором на голове. — Чё, сучка, думаешь, тебе всё сойдёт с рук? Кому ты отсосал из руководства?!       — Чего?       — Не делай такие невинные глазки, потаскун, — оскалилась девушка. На вид ей было столько же лет, сколько и Чимину, но комплекцией она была тоньше.       — Юнги-хён должен был работать со мной!       Пак сфокусировал взгляд в темноватой комнате и вспомнил, что видел этого паренька, выбегающего из танцевального зала под вопли Трэя. Точно. Это тот самый омега в слезах.       — Трэй считает, что вы недостаточно хороши для группы Юнги, — сплюнул Чимин, продолжая сидеть на полу и упираться в него ладонями.       — Что ты сказал?! — парень в момент подлетел к омеге и ударил по лицу, залепив сильную пощёчину.       Чимин не ожидал, что в парне-омеге может быть столько силы. Он сам ведь никогда не дрался, только терпел, как учил его отец. Всё стерпеть. Надо продержаться и всё закончится.       — Да я здесь уже три года! Три!!! Я тут жопу рву, чтобы попасть к Юнги в команду, а тут вдруг приходит чья-то подстилка и мелькает своей рожей в клипе.       — Согласна, — поддакнула девушка, стиснув кулаки. — Ты посмотри на него, если б не дорогая одежда и косметика, был бы похож на обычного провинциала! В тебе же нет ничего особенного, ты — пустышка!       Парень-омега схватил Чимина за волосы и оттянул назад, принося сильнейшую боль. Пак вскрикнул, ухватившись за руки парня, но все его попытки вырваться оказались провальными.       — Надо у него поучиться. Видишь, у него метка даже есть. Постоянно задницу подставляет, чтоб не выгнали. Поди имеют они его все по очереди, раз до сих пор не выкинули из состава.       В голосе парня была слышна обида. Такая сильная и мрачная, что Чимин мог бы ему даже посочувствовать, однако, не мог сейчас этого сделать, потому что боль, которую ему причиняли, брала всё внимание. Омега отпустил волосы и отшвырнул блондина в сторону, как грязную тряпку.       — Блядское отродье, я ещё устрою тебе сладкую жизнь, — удар ботинком в живот, отчего дышать стало трудно и больно.       Чимин открыл рот, хватаясь за живот, и ощущая, как в глазах застряли слёзы. Парень подошёл к нему и сдавил пальцами кожу на бледных скулах:       — Теперь ходи и бойся, потому что всякое может случиться, а до поездки в Японию ещё время есть. Ты, шваль, никогда, слышишь, никогда не получишь Юнги! Понятно?! — омега повернулся к бете. — Сиюн, закончи с ним! Ещё разок и хватит.       Взяв девушку под руку, омега вышел из костюмерной, а бета подлетел и ещё раз пнул Чимина ногой в то же самое место на животе. Чимин скорчился от ноющей боли и только услышал звук отдаляющихся шагов и хлопка двери. Не дав себе отключиться в такое притягательное сейчас беспамятство, Пак поднялся кое-как на ноги, превозмогая тупую боль в животе, вышел из костюмерной и, держась одной рукой за стену, добрёл до лифта. От боли и обиды Чимину немного хотелось умереть.       «В тебе же нет ничего особенного, ты — пустышка!»       А может, они правы? Слёзы текли по щекам, пока омега ехал в лифте. В зеркале на него смотрел потрёпанный парень с потёкшим макияжем. Как же обидно… сколько можно издеваться над ним? Как долго судьба будет испытывать его на прочность? Как долго омега будет позволять бить себя? Обтирать об себя ноги?       Лифт звякнул на первом этаже и его двери разъехались в стороны, впуская блондина в просторный холл. У стойки приветливой Шин стоял Чонгук и мило улыбался девушке, но, когда увидел Чимина с рукой на животе и всего в слезах, тут же сбросил всё хорошее настроение и подлетел к нему.       Чиму хотелось броситься навстречу, но он стоял, как вкопанный, не в силах сделать и шага. Он только смог всхлипнуть и вцепиться руками в пальто Чонгука, когда тот обнял его.       — Чимин, что… что случилось? Что произошло? Ну не молчи же, говори! Кто тебя обидел? — альфа начал рассматривать одежду парня и заметил тёмные следы от ботинок на его рубашке. — Тебя били?! Чимин, тебе больно? Где болит? — но омега молча всхлипывал, а Чон повернулся к своему охраннику, который в секунду оказался рядом. — Иан, сейчас же узнай, что произошло! Переверни всю эту «шарашкину контору», но найди мне гниду, которая посмела на него напасть!!! Живо!       — Понял, господин Чон, — и охранник полетел по лестнице вверх.       — Чимин, что с тобой? Это кто тебя так? Скажи и я сама их убью! — вопила Шин, находившаяся в шоке от увиденного. За время своей работы она всякое повидала, но с таким видом из их стен не выходил ещё ни один трейни. — Я найду, я сейчас сама Дохёну позвоню.       Девушка побежала за свою стойку, хватая телефон. А Чимин повис на шее альфы и сквозь слёзы прошептал:       — Чонгук, скажи, я никчёмный? Ответь честно, прошу тебя!       — Блять, да о чём ты?! Ты — вся моя жизнь! Какой, нахуй, никчёмный??? Ты себя слышишь?! Я люблю тебя, ты самый лучший, Чимин! Твою мать, тебе в больницу надо.       Пак плакал навзрыд от переполняющих его чувств, когда уткнулся в шею молодого мужчины. Того, кто внушал уверенность, что защитит от всего.       — Забери меня, прошу тебя, забери меня! — шептал сквозь всхлипы Чимин.       — Поехали, малыш, — Чонгук подхватил омегу на руки и понёс на выход.

***

      — Да, — ходил из угла в угол Чонгук, разговаривая по телефону с Дохёном. — Мне поебать, но Вы найдёте мне этих придурков и доставите живыми! Иначе я всю вашу компанию уничтожу к чертям собачьим!!!       Сбросив вызов, альфа шумно выдохнул, чтобы не потерять остатки терпения и не разбить что-нибудь за штуку баксов, а затем подошёл к кровати, где его жениха в данный момент осматривал врач.       — Ну что ж, могу сказать, что всё не так критично, могло быть и хуже, — сделал заключение доктор, снимая перчатки. — Повреждений внутренних органов нет. Будут синяки, но с помощью этих мазей всё пройдёт в короткий срок.       Врач отдал рецепт со списком лекарств Чонгуку.       — Спасибо Вам, — потёр лоб альфа и повернулся к служанке. — Соён, проводи доктора Ли.       — Выздоравливайте, господин Пак, — поклонился мужчина в белом халате и, прихватив свой чемоданчик, вышел из спальни в сопровождении Соён.       Чимин приподнялся на руках, пододвигаясь к спинке кровати и принимая сидячую позу. Он уже успел успокоиться, пока они ехали к Чону домой. Боль притупилась от укола доктора Ли, но гораздо легче омеге всего лишь от присутствия Чонгука подле него.       Альфа отложил бумаги и телефон на тумбу и забрался на кровать к омеге. Чимин придвинулся ближе и устроился в сильных объятьях, блаженно улыбнувшись. Гук поцеловал блондина в макушку и продолжил осторожно гладить того по животу. Расстёгнутая на все пуговицы рубашка открывала вид на небольшие следы ударов под рёбрами.       — Расскажешь, что произошло? Иан сказал, что на видеокамерах засекли трёх человек, выходящих из костюмерной.       Чимин поёжился, утыкаясь носом в шею альфы, желая укутаться в его аромат и спрятаться от всего плохого.       — Всё из-за того, что меня взяли в команду. Юнги-хён — айдол, с которым многие хотят работать. А я там так неожиданно появился… они думают, что я там с кем-то… переспал, — на этом слове губы Чима задрожали. — Что я только через постель туда попал.       — Т-ш-ш, — брюнет крепче обнял его. — Эти недоноски не понимают, что ты — очень талантливый. Они просто завидуют тебе. Я, кстати, видел ваш клип, который сегодня вышел.       — Да? — поднял на него глаза омега. — И как тебе?       — Честно? — и дождавшись кивка парня, ответил: — Пока смотрел, завидовал тому, кто обнимал тебя. Хосок хорошо играл, из омег я смотрел только на тебя, ты восхитительно отыграл свою роль. Я поверил в то, что там творилось. А в целом картинка мне понравилась и смысл песни в клипе тоже. Я теперь буду слушать этот трек в машине.       Чимину было безумно приятно слышать похвалу в свой адрес, потому что до самого выпуска клипа он не был до конца уверен в том, что у него всё получилось на съёмках.       — Но вот этот Agust D так на тебя смотрит… плотоядно. Будто сожрать тебя хочет.       — А-ха-ха-х, не говори глупостей, — Чим заёрзал в руках альфы, но тот его не отпускал. — Мы всего лишь играли роли.       — Главное, чтобы не заигрались.       — Гуки-и, — протянул блондин, застенчиво улыбаясь, и погладил альфу по руке, очерчивая крепкий бицепс через рукав тёмной рубашки. — Мне только ты нравишься!       После недолгого молчания бизнесмен всё же решил задать вопрос, который его терзал всю дорогу домой.       — Почему ты меня спросил об этом? О никчёмности.       — …       — Чимин, прошу, не закрывайся от меня! Скажи, почему ты спросил об этом?       — Потому что они так сказали. Те, что напали на меня. И я подумал… а вдруг это правда…       — Даже не смей думать об этом! — Чонгук поднял пальцами подбородок омеги, чтобы тот посмотрел ему в глаза. — Ты — самый лучший омега, которого я когда-либо встречал. И не позволяй больше каким-то уродам так обращаться с тобой!       — Хорошо, — согласился Чимин, снова уткнувшись в грудь парня. — Я тут подумал, что хочу научиться драться. Ты ведь спортом занимаешься, научишь меня защищаться?       — Хм, неплохая идея, но я бы посоветовал тебе согласиться на охрану. Давай я приставлю к тебе человечка, который всегда будет рядом и никому не даст на тебя напасть.       — Не-е-т, не надо! Это только усугубит всё. Такой вариант меня совершенно не устраивает. Даже Юнги-хён нанимает секьюрити в очень особые дни, а ты хочешь к его трейни приставить охранника. Смех один! Не надо, я сам разберусь.       Чонгук не стал давить на Чимина, поэтому просто замолчал, придумывая, как всё равно рано или поздно убедит его ходить с охраной.       Спустя полчаса обнимашки плавно перетекли в более тесное общение, потому как Чон уже активно хозяйничал во рту омеги, нависая над ним сверху, чтобы не давить на ушибленный живот. Трель телефона заставила Чимина застонать в губы альфы и заёрзать под ним.       — Ах, пусти, — блондин выпутывался из объятий.       — Выключи его!       — Гуки, прекрати, — Чимин потянулся к телефону на тумбочке, и, когда взял мобильник в руку, выгнулся дугой, потому что язык альфы уже ласкал чувствительные сосочки. — Ах-х-м-м-м…       Дрожащая рука приняла вызов и приложила аппарат связи к уху.       — Алло.       — Чимин! Что случилось? Мне только что сообщили.       — Юнги? — удивился омега и приподнялся, потому что Чон, услышав знакомое имя, прервал свои манипуляции.       — Ты как? С тобой всё нормально? Я обещаю, что сам найду этих ушлёпков. Ты где? Чимин, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, иначе я с ума сойду!       — Хён, со мной всё в порядке. Пара ушибов.       — Пара ушибов? Я видел записи с камер в коридоре, да ты еле выполз оттуда! Чимин, скажи, где ты, и я приеду.       — Эм… н-не надо приезжать, — Пак обеспокоенно посмотрел на Чонгука, который стиснул челюсти с ненавистью взирая на мобильник омеги. — Хён, всё хорошо. Я сейчас дома…       — Я приеду, я знаю адрес.       — Нет-нет, не надо, я не у себя дома, я… — блондин набрал побольше кислорода в лёгкие. — Я у своего альфы сейчас.       На том конце провода стало тихо, но было слышно хриплое дыхание. В груди противно ударило. Почему стало так плохо? Чимина вдруг охватило странное чувство, которое он не мог даже сам себе объяснить.       — Хорошо, — холодно ответил Юнги, словно и не он вовсе секундой ранее чуть ли не орал в трубку. — Тогда до встречи на репетиции.       — Хён… — но послышались гудки. Он сбросил звонок.       Чимин потупил взгляд, отбросив телефон, и закусил губу.       — Ты что-то чувствуешь к нему? — раздался строгий мужской голос.       Омега повернулся к источнику звука и изогнул одну бровь:       — Ревнуешь?       Чонгук приблизился к лицу жениха так близко, насколько это возможно, и заглянул в глубину омежьих глаз:       — Хочу знать правду.       — Правду? — вспылил Чимин и начал колотить парня по плечам. — Люблю я тебя, люблю! Тупой ты кусок альфы! Люблю, слышал?! И даже не смей усомниться в моих чувствах к тебе!       Пак остервенело брыкался и толкался, но сильный брюнет всё же обнял его, прижав к себе, желая затискать всего и зацеловать каждый участок его тела.       — Люблю тебя, — прошептал Чонгук, целуя омегу в висок.       — Придурок!       — Который по уши в тебя влюблён.

***

      Несмотря на небольшие боли в животе, Чимин всё равно захотел сходить на Башню Намсан. Поэтому вечером следующего дня вытащил Чонгука из квартиры. Альфа взял выходной, потому что не мог отойти ни на шаг от своего любимого, правда, схлопотал по шее от отца, но господин Дук тоже был обеспокоен состоянием будущего зятя, поэтому разрешил отложить дела компании на пару дней.       Быть в руках Чона стало для Чимина одним сплошным наслаждением, потому что Пак с детства тактильный, ему жизненно необходимы объятья, но в детстве их ему мало дарили. А Чонгук сейчас успешно заполнял пробелы в жизни омеги. И в данный момент, стоя на смотровой площадке высоченной башни, откуда был виден весь вечерний Сеул, Чонгук обнимал Чимина сзади, пока в глазах омежки отсвечивались яркие огни города.       — Давай поженимся?       — Чего? — поднял омега глаза. — Гуки, ты чокнулся? Дата вроде выбрана уже.       — Не-е-ет! Эту дату выбрали родители, а я предлагаю тебе сделать это прямо сейчас. Мне важно, чтобы мы оба этого хотели. Я серьёзно.       — Но почему? — тихо прошептал Чимин дрожащими губами, вглядываясь в даль.       Чонгук вздохнул, защекотав ухо омеги, однако, тот был серьёзен, ожидая ответа:       — Потому что хочу провести с тобой каждое мгновение моей жизни.       Ощутив, что его перестали обнимать, Чимин обернулся и увидел парня, стоящего перед ним на одном колене, в руках которого была открытая бархатная коробочка с кольцом. Все туристы, что гуляли сейчас по башне, удивлённо охнули и замерли в ожидании. Кто-то вообще начал снимать пару на смартфоны.       — Чимин, выходи за меня! Я клянусь быть тебе самым лучшим альфой, мужем, другом, защитником…       — Боже, Чонгук, что ты творишь? — озирался по сторонам омега.       — Я клянусь быть для тебя всем, что тебе нужно и дарить ту любовь, которую ты поистине заслуживаешь! Поэтому прошу тебя выбрать меня. Ты выйдешь за меня замуж?       Чимин уже вовсю ревел, вытирая глаза свободной рукой. Он не хотел верить в происходящее. Что, твою мать, происходит? Чонгук предлагает выйти за него. Предлагает! А не заставляет… Всхлипы не давали нормально дышать, а сердце стучало, будто стремилось вырваться и побежать по дороге. Мимо останавливались люди, подул сильный ветер, охлаждая румяное лицо. Нужно что-то ответить. Согласиться? Но это значит изменить своим принципам. Чимин поклялся Лиену, что никогда не согласится быть с другим. А тут… Чонгук… его тепло, забота, любовь… может, Чимин давно отпустил Лиена. А сейчас, видимо, окончательно. Ведь хочется… Чёрт, как же хочется этого людского банального счастья с вёдрами сердечек, кучей лепестков роз и миллиардами бабочек в животе.       — Я согласен.       Как знак богов, прогремела надвигающаяся гроза и в чёрном небе сверкнула яркая молния. Чонгук мгновенно встал на ноги, прижал к себе дрожащего парня, крепко-крепко обнимая. Чимин обнимал в ответ, капая влагой на выглядывающий из-под пальто мужчины серый воротник водолазки. Неужели он согласился связать свою судьбу с альфой? С Чонгуком? Ненависть сменилась на любовь, на притяжение, на ласку, которую хотелось дарить парню, от которого когда-то убегал. Но теперь хотелось быть с ним… каждый миг…       Чонгук вытащил из коробочки кольцо и надел на безымянный палец Чимина. Фраза, выгравированная на кольце из белого и розового золота, заставила всхлипнуть…

나의 천사 («мой ангел»)

      Готовился, зараза.       — Люблю тебя, — прошептал Чон на ухо, стиснув омегу в своих руках. Теперь всё поменялось. И дело не в объятиях, поцелуях и держании за руки. Чонгук хотел, чтобы Чимин всегда так смотрел на него — восторженно, заворожённо, с желанием быть рядом двадцать четыре на семь, какое испытывал сам альфа.       — Сделай так, чтобы я не пожалел о своём выборе, — попросил Чимин, чуть отодвинувшись, чтобы смотреть прямо в тёмные глаза, которые у Гука тоже были на мокром месте.       — Обещаю!       И закрепил своё слово поцелуем. Оба парня с упоением наслаждались близостью, совсем не заметив, как начал капать проливной дождь, а прохожие восторженно захлопали с радостными вскриками. Но они ещё не знали, какие испытания судьбы их ждали совсем скоро.