Предатели умеют любить

Меня мучают кошмары. Я убивал ни в чем неповинных людей. Я не люблю убивать, спросите вы? Ошибаетесь. Мне нравится убивать. Как они смотрят своими заплаканными глазами, просят о пощаде, молят Бога сохранить им жизнь. Бога нет, но есть я. Я выполню для него всю грязную работу. Но и я теряю решимость, однажды и я сломаюсь из-за такой праведной цели. Но пока, я буду продолжать судить людей, я буду продолжать ломать себя, иначе это сделает он... Я ненавижу его, ненавижу всеми фибрами души, он так легко лишает людей жизни, его не волнует, хорошая или плохая цель, правильно ли мы поступаем. Он прирождённый убийца, самый отвратительный из них, самый опасный... Палач.

***

Зелёный лежит на кровати в медпункте. Здесь его никто не потревожит, кроме, конечно же, медика в белом костюме, который, наверное, в комнате Чёрного космонавта. Тому на ногу упали ящики с продовольствием в Хранилище, которые, никогда не падали до сегодняшнего дня. И у Даниила, кажется, есть догадка, кто это мог подстроить. Скорее всего, это очередная "ловушка" Палача. Только он любит играть, словно хищник, выжидая. Что же за игру он начал в этот раз, между прочим, пока безобидную. Чёртов маньяк. — Надеюсь, ты так усердно думаешь обо мне... — равнодушно сказал, вылезший из вентиляции Фиолетовый космонавт. — ....! — Зелёный опешил, он так не хотел видеться с ним, одним из главных героев его ночных кошмаров, чудовища во плоти, не иначе, — Ублюдок... — — Почему же ты не рад? Ах... прости, я забыл, ты ведь хотел меня убить...— Фиолетовый предатель встал в полный рост, он был выше Зелёного примерно на голову, среднего телосложения, но все равно, он кажется горой, не той, что защитит, а той, что убьёт лавиной при удобном случае, щёлкает пальцами, — Знаешь, я так хотел с тобой встретиться, напарник... Даниил застыл, пытаясь предугадать, что может сделать с ним бывший напарник. Дверь, на которую Зелёный повернул свою голову, закрылась. Он резко побежал к единственному выходу, но крепкие руки прижимают Даниил к двери, перекрывая все пути отступления. — Хочешь сбежать? Как глупо... — убийца, ладонью касаясь скафандра, проводит от скулы к щеке лёгким движением, словно пытается успокоить котёнка. — Не прикасайся... — А то что? — Я... — Хмм, что такое? Нечего сказать, Даниил...— парень, возможно, упивался такой жалкой реакцией на их воссоединение. — "На нём нет скафандра, когда он..."- — успел лишь подумать Зелёный, как слова сами собой вырвались: — Иди к чёрту! — Я уже здесь, — криво усмехнулся Фиолетовый самозванец, — Знаешь, Зелёный, — рука опистилась ниже, сжимая горло, — Мне было очень обидно, как ты мог меня оставить? — Ты... чудовище! — парень цеплялся за руки напарника, но они не разжимались из-за таких жалких попытках самообороны. — Что же ты так грубо, ты ведь такой же, как и я, Даниил — руки, будто обрели больше силы, сжимались все крепче и крепче, — Я же спас твою жалкую жизнь, а ты так мне отплачиваешь?... — он прильнул ближе к лицу своего партнёра. — Ю...ли.ан..кха- — Замолчи! Не смей называть моё имя! — Юлиан, не на шутку взбесился ещё сильнее, — Давай, попробуй сказать его еще раз, выродок! — Фиолетовый повалил на пол Зелёного, его лицо исказилось, в глазах плясали воображаемые огни, или, точнее, так показалось Даниилу. — Не молчи! Давай, блять, скажи это ещё раз! — Зелёный уже не мог сопротивляться, всё вокруг плыло, стекло скафандра покрылось тонким слоем пара. — ... — не издавая и звука, лишь скребя руками о руки Юлиана, наверное, так и должна была закончиться его ничтожная жизнь, — "Так всё и закончится?"... — подумал напоследок юноша. Но руки почему-то освобождают дыхательные пути, отстраняются. Зелёный космонавт заходился в сухом кашле, он перевернулся на бок к стене, сжался в позе эмбриона, горло горело и отдавало неистовой болью. — Ты такой жалкий... Отвратительный, — Фиолетовый снова щёлкнул пальцами, двери мгновенно открылись и, не оставаясь в медпункте ни минуты дольше, ушел в неизвестном направлении. Когда в комнате затихло, Даниил тупым взглядом пялился в потолок, который, не к удивлению, плясал и кружился в глазах пострадавшего космонавта. Скафандр на удивление снялся легко, как-будто только и ждал этого момента, конечно, с приложеными усилиями. Глоток свежего, холодного воздуха дался с трудом, кадык судорожно бегал туда-сюда. Все вокруг расплывалось, потолок смешался с полом, стены, как языки пламени, вертелись в водовороте сознания, которое в скором времени покинуло своего обладателя.

***

Очнулся Зелёный всё на том же полу, сам, к счастью. Вокруг ни души. Глаза попытались сфокусируются на потолке. Старом, местами облезлом, железные пластины которого уже заржавели, болты отпали в некоторых местах... Хах, это место казалось тюрьмой... — Нужно... вернуться, — сказал Даниил, скорее всего себе, надеясь, что Фиолетовый больше не будет с ним играть, по крайней мере, сегодня. Ноги ослабли, не могли исправно функционировать, хорошо, что поблизости есть больничная койка, о которую можно опереться.

***

На наручных часах было без десяти семь, ещё совсем рано, все, наверное, видят десятый сон... Даниил медленным шагом шёл опираясь о стену. Он был чертовски истощён. Так, мало-помалу, перед глазами замаячила знакомая дверь. Тяжелая рука опустилась на дверную ручку, кое-как прокрутив её в влево, та, как самая верная девушка, открыла двери, впустила в своё потрёпанное временем "сердце" или небольшую спальную каюту. Кровать, в прошлом гадкая и неудобная, сейчас казалась до чёртиков мягкой и такой соблазнительной. Дверь с щелчком закрылась, голова освободилась от оков костюма, как и всё тело. Манящая подушка, холодная, дарит мимолётное удовольствие, но какая теперь разница? Нужно отдохнуть. Остальное можно решить завтра. Завтра...