Флаг над замком

Джен
NC-17
В процессе
6501
автор
Efah бета
Размер:
планируется Макси, написано 316 страниц, 38 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
6501 Нравится 5662 Отзывы 1940 В сборник Скачать

Глава 13. Камешек в жерновах 2

Настройки текста
Веруна ловко разлил чай по чашечкам, отставил чайник в сторону и пододвинул к гостье подставку с пирожными. Абха улыбнулась, без тени смущения поворачивая подставку, чтобы выбрать самое вкусное. Веруна хмыкнул: вот именно этим его предшественница ему и нравилась — полным пониманием момента и места. Надо — вот вам церемониальность и сложнейший этикет. Не надо? Никакого глупого манерничания и пустого кокетства. Абха тем временем выбрала пирожное в виде яблока и с явно видимым удовольствием откусила первый кусочек. Веруна пил чай, к подставке даже не тянулся: во-первых, не сладкоежка, во-вторых, не стоит отвлекать девушку от процесса получения удовольствия. Съест пирожное, потом второе… Попьет чаю. Размякнет — и подобреет, и чуточку ослабит бдительность. И вообще это взятка. Ему не сложно, а ей приятно. С рождения окруженный многочисленной родней женского пола, Веруна отменно знал, как обращаться с женщинами без ущерба для собственной психики. Абха отставила чашечку, довольно прищурясь. Хорошо. А сейчас станет еще лучше. Может быть. — Какие новости? — взгляд девушки был цепким и острым. — Некий Шив Палпатин стал младшим помощником сенатора от сектора Чоммель, — Веруна сел ровнее, расправляя плечи. — Очень интересный момент: ты полномочия сдавала, я принимал… Тихо и вроде как само собой. — Ему явно помогли. Вопрос кто? — Полностью инициатива сенатора Брахмари. Но… — Именно. Что у нас есть по нему? — На самом деле немного, — Веруна пододвинул самую настоящую папку, лежащую до этого под салфеткой. — Урожденный Палпатин, сирота, все родственники мертвы — год назад скончались последние, дальние, — образование и прочее… Настораживают три вещи. Первая. На удивление кристально чистая биография. — Так, — подобралась Абха, отлично знающая, что безгрешных людей не бывает, политиков тем более. — Второе. Он, оказывается, коллекционер. Собирает вещи, имеющие отношение к разным Орденам одаренных. Особенно выделяет ситхов. — Даже так… — протянула Абха. — Логично. Королевский дом, старый… Девятнадцать королей и королев. Проекты? — В рамках исследования прошлого, — саркастически скривился Веруна. — Только проект стройки и макет, плюс смета. Больше ничего. Упражнение для архитекторов и дизайнеров. — Разумеется. Третье? — Это очень… Неопределенно, но… Есть намеки на связи с Наберри. — Наберри, — презрительно скривила губы Абха. — Эти нувориши. Веруна согласно кивнул. Что поделать, все Королевские дома равны, но некоторые все же равнее. Наберри были самыми молодыми в коротком списке Домов, имеющих права на трон. Когда-то их было тринадцать, но века, полные интриг войн и борьбы за власть, сократили это количество вполовину, Наберри вошли в список последними: они на алтарь Власти положили лишь одну королеву, благодаря связи с кем-то из Темных. И то им повезло: тогда как раз произошли перемены, и королева закончила срок правления живой и здоровой. А Наберри о подоплеке выбора монарха предпочли забыть: никчемная кровь, вода под мостом. Клан, в котором царил матриархат, делал все, чтобы пролезть на вершину, занявшись оружейным бизнесом. Именно поэтому полные пацифизма речи представительниц клана вызывали у Абхи и тех, кто разбирается в вопросе, презрение и рвотный рефлекс. Лицемеры. — В чем состоит связь? — Общий бизнес. Слишком тесное общение, сплетники даже предполагали брак. Вроде как Палпатин решил озаботиться продолжением рода… Потом резко все прекратилось, а сейчас он присматривается к младшей. Падме. — Сколько ей? Три? — Пять. Я копнул глубже. Палпатину пришло предложение о наставничестве. — Даже так, — Абха задумчиво тронула кончиками пальцев покрытые плотным кармином губы. — Сола стала принцессой Тида в этом году. Логичнее продвигать ее. Или… Веруна? — Да? — Нам надо узнать уровень мидихлориан Солы и Падме. Да и всех остальных. — Ты считаешь… — напрягся Веруна. Абха пробежала пальцами по нитке черных бус, украшенных подвеской. — Об этом не говорят посторонним, — медленно начала девушка, — но Одаренные не только могут влиять на разумы других, но и сами уязвимы перед внушением. Особенно… — Необученные, — закончил мысль Веруна. — Интересно. А можно ли проверить… Он замолчал, обдумывая информацию, Абха ждала, не мешая. — Зачем гадать? — улыбнулся подросток. — У нас есть тот, кто скажет наверняка. Я пошлю приглашение раджу Кеноби.

***

Тьюн чувствовал, что несется вниз с горы, и останавливаться нельзя: упадешь и убьешься. От объемов вытащенных на свет неприятных мелочей, складывающихся в стройную и мощную систему, хотелось плакать от бессилия. Закабаление Ордена шло годами, медленно, но верно. Там поправка, тут решение, и вот уже джедаи прислушиваются к просьбам сенаторов, а потом и действуют исключительно в их интересах. Даже те, кто орал о Воле Силы, как пресловутый Квай-Гон, и помощи нуждающимся, совершенно ничего не делали, чтобы подкрепить свою точку зрения действиями, а не горлопанством. А те, кто подкреплял… Или изгои в собственном Ордене, или годами шляются по галактике и носу не кажут в Храм. Или вообще ушли: это только мастерам поставили девятнадцать бюстов. А сколько падаванов, рыцарей… Сколько тех, кто просто не подал официальное заявление о выходе? На этом фоне прочее казалось мелочами, которые можно отодвинуть до лучших времен, но Тьюн прекрасно знал: в действиях Йоды мелочей не бывает. Никогда. Уже очень давно гранд-магистр не разменивается на мелочи. Поэтому Тьюн распределил направления, а себе оставил именно их: те самые мелочи, из которых складывается целая картина. Прежде всего мастер решил раскопать подноготную Кеноби: не просто так Йода отгонял от него палкой желающих заиметь падавана. И вот тут его ожидало первое… Не потрясение, но недоумение. Информации по мальчишке было мало. Нет, она не была засекречена или еще что, просто ее был самый минимум. Раззадорившись, Тьюн начал с общеизвестного. Стьюджон был задворками галактики. Заштатная планета, скудная и никчемная. По крайней мере, такое складывалось впечатление. Похмыкав, Тьюн залез в храмовые архивы: зря, что ли, их считают самыми полными? Снова ничего. Разве что чуть больше подробностей. Он поднял отчет рыцаря, привезшего Кеноби в Храм… Выглядело нормально: летел мимо, почуял Одаренного, забрал у недобросовестных опекунов, пользуясь поправкой в «Законе о Поиске», касающейся злоупотреблений, жестокого обращения и прочей печальной реальности Республики. Имя дано родителями. Тьюн встречал и более скудные отчеты, да даже на ступени Храма иногда подкидывали младенцев и детей, но тут он ощущал нечто большее, чем пропущенные подробности. Поднятая из любопытства медкарта дело не прояснила. Уроженец Стьюджона. Пищевые пристрастия, аллергии — а вот их не было, крепкий, здоровый. Почти человек, но с нюансами: быстрее, сильнее, выносливей… Хотя и не запредельно. Совершенно обычная медкарта, ничего не скрывающая, исчерпывающая, как и положено документам Храма. Тьюн пожал плечами и переключился на отчеты наставников, а потом и Джинна. Кеноби и тут не соврал: прорва замечаний, наказаний медитациями и упражнениями на смирение. Каждый второй наставник указывал на агрессивность, злость и прочие неподобающие будущему джедаю качества, прямо непонятно становилось, с чего вдруг Йода так уцепился за него. И так упорно пинал в руки Квай-Гона. Одними будущими Узами — а Тьюн знал о редком таланте Йоды — дело явно не ограничивалось. Просмотренные отчеты — те скудные куски туалетной бумаги, что Джинн выдавал за них, — только заставили покачать головой. За полгода падаванства мальчишка успел намучиться с мастером по самое «не могу», а Джинн только и выливал свое недовольство на страницы. Зачем брал в ученики, спрашивается? Мозг выгрызать ребенку? Лучше бы Йоде плешь проедал. Что самое поганое, Джинн не один такой: печальная реальность Ордена. В конце концов Тьюн занялся другими делами, а материалы, связанные с самой проблемной Родословной Йоды, отодвинул в сторону. Прошло время, когда Тьюн решил разгрести завалы и принялся сортировать материалы. Вновь попавшаяся на глаза медкарта была лениво пролистана, мужчина проглядывал знакомые данные, когда вдруг понял, что его смущает. В карте было указано, что Кеноби — почти человек, но без уточнений, что это значит. Почти человек — понятие растяжимое. В эти рамки можно запихнуть и экзота, и полукровку, и гуманоида при удаче. Радуясь своему уровню допуска, Тьюн запустил программу, решив сравнить данные Кеноби с данными обитателей Ордена. Не может быть, чтобы совпадений не нашлось. Терминал гудел, перебирая варианты, Тьюн жевал пирожки, вникая в отчеты Теней, писк, свидетельствующий о нахождении совпадения, стал неожиданностью. Тьюн поднял глаза… И многое стало понятным.

***

Квай-Гон сидел в темноте, рассеянно держа в руке крупный окатыш. Невзрачный камень коричнево-оранжевого цвета, галька, вытащенная из реки. На первый взгляд простенький и невзрачный, но если коснуться его Силой… Камень начинал светиться мягким оранжевым светом и тихонько пел еле уловимую мелодию. Камешек со дна реки с родной планеты Квай-Гона. Эту гальку он взял на память, когда посетил свою родину с мастером. Сколько ему было? Четырнадцать? Да. Именно так. Этот камешек то жил у него в комнате, то путешествовал в кармане по галактике… Потом он подарил его Оби-Вану. В качестве примера падавану валялся в кармане, вот и пригодился, да и мальчишке требовалось развивать Живую Силу, а не проваливаться в миражи Объединяющей. Оби-Ван отдал его вместе с сейбером на Мелиде-Даане. Квай-Гон бросил камень в коробку с мелочами, когда вернулся в Храм, и забыл про него. А вот сегодня вспомнил. Вспомнил, какими полными восхищения глазами смотрел мальчишка, касаясь камня Силой и слушая песню… Как с трудом выдавливал подробности о Бендомире, о том, как его продали в рабство и пытались стереть память каким-то адским приспособлением, и только сосредоточенность на гальке, сжимаемой в руке, помогла Кеноби ничего не забыть. Как он медитировал, пытаясь сконцентрироваться на настоящем моменте… Как все чаще вертел его в руках с потерянным видом. Как отдал его, отворачиваясь и уходя. Камню было все равно, все так же пел и светился. А ему? Квай-Гону? Ему тоже было все равно? Или… Если честно, то тогда он просто отмахнулся и вздохнул с облегчением, избавившись от навязанной Йодой помехи. Его волновала Тала. Он не хотел вспоминать бывшего падавана, написал отчет, буркнул что-то советникам, и все. И сам оказался выброшенным в коробку с мелочами: Тала, даже встречая его в коридорах, просто шла мимо, крепко держа за руку своего первого падавана. Мика… Мика был занят: у членов Высшего Совета мало свободного времени. То он мотается по галактике, то занимается внутриорденскими делами… Мика присутствовал при впечатляющем выступлении Кеноби. Какими глазами он тогда смотрел… Но ничего не сказал. Ему. А вот Йоде высказал, как шептались сплетники. Напомнил о принятом Йодой решении насчет отправки Ксанатоса на Телос для разрешения конфликта: Ксанатос был против, не хотел расследовать дела отца, умолял послать Дуку, как опытного и имеющего известность, а не его с мастером… Мика тогда тоже сомневался, но Йода считал, что это станет рыцарскими испытаниями для телосианца, решит вопрос, будет тот джедаем или нет, и чем все закончилось? А ведь Мика предлагал помощь. Теребил, утешал после Падения Ксанатоса… Помогал. Теперь он тоже проходит мимо. Как и все остальные. Даже мастер Дуку окончательно махнул на него рукой: он пытался поговорить, что-то узнать, но Квай-Гон отпинывался от своего бывшего учителя, не желая общаться, и вот результат. Вздохнув, Квай бросил камешек назад в коробку, накинул плащ и направился на привычную полянку в Комнате тысячи фонтанов, но пробираясь по тропинке, остановился. Впереди слышался голос Талы, что-то увлеченно рассказывающей Лоране, и Джинн в красках представил реакцию женщины на его появление. Неожиданно добавился бас Дуку, баритон Сайфо-Диаса… Квай стоял, слушал доносящиеся голоса и чувствовал себя чужим на этом празднике жизни. Раньше он бы пошел вперед, не обращая внимания на недовольство окружающих, вклинился в разговор или демонстративно сидел с каменным выражением лица и страданием в Силе… Пусть утешают. Сейчас он начал понимать, что ему не будут рады. Что его друзья, знакомые и члены Родословной устали пытаться его тормошить и получать отказ. Им просто надоело пытаться и получать резкий отпор. Сколько он простоял в кустах, ловя отголоски чужой радости, удовольствия от общения, он не знал. Просто очнулся, когда уже никого не было, развернулся и пошел назад, в квартиру, забитую хламом, в которой и следа не осталось от присутствия в этих стенах Фимора и Кеноби. А вот мелочи, принадлежащие Ксанатосу, заботливо хранились в коробке. Квай-Гон сидел, перебирал их: голографии, записи, макеты и тетради… И переосмысливал свою жизнь. Когда первые рассветные лучи проникли в окно, он встал, спрятал все назад в шкаф и направился в сторону крыла целителей.

***

Естественно, к Йоде Тьюн не пошел. Смысл? Мелкий зеленый тролль будет мычать с глубокомысленным видом, смотреть сквозь собеседника и вообще демонстрировать погружение в такие глубины Силы, куда остальным путь заказан. Мужчина эти ужимки знал от и до. Так зачем напрягаться? Тем более и так все было ясно. Таунг-полукровка, настоящий тонг, как называли таких мандалорцы: у них полно потомков воинственных серокожих гуманоидов. Если видишь черноволосого, смуглого мандалорца — урожденного, не принятого, — кряжистого, сильного и быстрого, то можно с уверенностью подозревать в нем наличие крови таунгов. Да, Кеноби похож на другой тип мандалорцев: светлокожий, рыжий, будет не выше ста восьмидесяти сантиметров роста, и что? И такое бывало. Бывало и так, что полукровка неотличим от чистокровного: высоченный серокожий когтистый гуманоид. Опять-таки, и что? Всякое бывает. А вот что бывает редко, так это Одаренность, достаточная, чтобы встать на вершину: слова о членстве в Высшем Совете Тьюн забывать не собирался. Что поделать, естественный отбор: магистры в ученики слабосилков не берут, какими б они талантливыми в других областях ни были. В этом ракурсе становилось понятно, какого черта Йода всеми способами пытался запихнуть мальчишку в свою Родословную: кто откажется воспитать второго Тарре Визслу? Тонги крайне редко имели связь с Силой, но если уж являлись Одаренными, то такого уровня, о котором многие и не мечтают. Вот только в этот раз гранд-магистр обломался, сам себя перемудрив. Если с Цином Драллигом и Яном Дуку все было в пределах нормы, то с Квай-Гоном привычное воспитание дало сбой. И вот результат: на Джинне эта многообещающая ветвь Родословной закончилась: слова о том, что он получил титул мастера незаслуженно, разнеслись по Ордену молниеносно. Надо было Йоде тряхнуть стариной, воспитать мальчишку самому или вправить Джинну мозги. А теперь поздно: все неприглядные подробности, стыдливо запихнутые под коврик, вымели на свет. Конечно, авторитет Йоды все так же незыблем, недаром старый сморчок работает с детишками, но… В высших кругах недовольство бессменным руководителем Ордена достигло апогея, тем более опасное, что есть доказательства его промахов. И, если честно, Тьюн был согласен с теми, кто хотел выпихнуть старика в отставку. Орден превратился в болото. Проведенные архивистами исследования выявили ужасающую правду: Орден вымирает. Если когда-то численность джедаев исчислялась миллионами, то теперь счет шел на тысячи. Еще несколько десятков лет, максимум век, и джедаи вымрут по естественным причинам. Поиск почти не финансируется, жители галактики против того, чтобы отдавать своих детей непонятно куда, да и вообще авторитет джедаев, наработанный тысячами лет, упал ниже некуда. Нет династий Одаренных, рыцари не желают утруждаться воспитанием новых поколений, юнлинги с трудом находят наставников, а остальные выпинываются в Корпуса поддержки. А те, кто остается… Превращаются в одиночек-социопатов, потому как у Йоды пунктик на привязанности и Падение. Сейчас Тьюну было невыразимо стыдно за вынесенное не им Порицание. Великая Сила, в кого они превратились? Мужчина вздохнул, открывая очередной отчет. В Банковском клане сменилось руководство, и надо разузнать подробности. Впрочем, забывать о Кеноби он не собирался: тот, кто смог за год остановить войну, длившуюся веками, заслуживает самого пристального внимания. А то, что потомок считающегося вымершим вида… Плевать. Других проблем хватает.

***

Джастер потер лицо ладонью, чувствуя, как неконтролируемо дергается левый глаз. Довели. Быть Манд`алором оказалось совсем не так весело, как он думал. Естественно, Джастер не был наивным романтиком, понимал, что мало иметь титул, надо, чтобы его воспринимали всерьез, но реальность оказалась гораздо суровее, чем он мог вообразить. Да, поединок с Тором Визслой, закончившийся сокрушительным поражением последнего, помог укрепить авторитет Джастера, под руку Мерила тут же перешли те, кто входил в пресловутый Дозор Смерти, а это, на минуточку, двадцать три клана, плюс армия одиночек или небольших семей. И что? Когда Джастер начал вникать в сотворенное Тором за годы правления организацией, то едва не сдох от отвращения, заодно малодушно благодаря предков, что в коротком бое на Мелидаане погибли те члены клана Визсла, что могли принять на себя управление. Тор был психопатом, самым натуральным. Он не просто орал о возвращении к славным дням прошлого, когда Дети Мандо ставились на одну доску с чумой, вредителями и самым грязным отребьем галактики, он еще и делал все, чтобы его подчиненные следовали этому пути. Тор считал, что мандалорцам негоже пахать, а сеять они должны только хаос и смерть, отправляясь в походы и возвращаясь с добычей и рабами. В памяти тут же всплыло лицо Кеноби и его жестокие слова, что бомбили Мандалор за дело. Страшно? Чудовищно? Да. Но иначе никак: такие же отбитые, как Тор, главы кланов и прочие просто не останавливались. Джастер, на свою беду, был ученым, он читал неприглядные хроники и изучал факты прошлого, и понятие «Интеграция» было ему отменно знакомо. И сейчас, выжигая остатки очередного лагеря Дозора, где дети — похищенные из кланов, захваченные в Республике, — подвергались процессу Интеграции, он просто готов был убивать этих твердолобых тварей, считающих, что это в порядке вещей. Или ты становишься правильным — с точки зрения Дозора и Визслы — мандалорцем, или ты в лучшем случае будешь рабом. Но это если очень, очень повезет: Тор не утруждался, и всех отбракованных убивали. Жестокость ради жестокости, имеющая свой, извращенный смысл. Но если логику этих демаголок* Джастер с грехом пополам еще мог понять, то логику призывов Адоная Крайза и остальных Новых мандалорцев — нет. Джастер совершенно не считал, что вот прямо все, абсолютно, жители сектора должны жить только войной. Воспитанный довольно здравомыслящими родителями, Джастер много читал, изучал, примерял к реальности, что в конце концов вылилось в написание Кодекса суперкоммандо, для чего мужчина переработал Каноны Чести крестоносцев и неокрестоносцев. Несколько сотен указаний, как должен жить настоящий Мандо. По его мнению, считающий себя мандалорцем должен был четко следовать Шести Деяниям, а уж чем он на жизнь зарабатывает — совершенно другой вопрос. Хочешь заниматься фермерством? Пожалуйста. Пища необходима всем живым существам, ее производство приносит доход, и считать фермерство неподходящим занятием — глупо. Хочешь более энергичной деятельности? Стань беройя, охотником за головами. Подонков разных мастей в галактике валом, за их поимку или отстрел дают хорошие деньги, да и вообще пространство только чище станет. Не хочешь охотиться? Охраняй. Телохранители всегда в цене. Продолжать этот список можно было до бесконечности, Джастер был за любую деятельность, если она не превращает разумного в чудовище, и требовал только сохранения традиционного уклада — Резол’наре. Носить доспех; говорить на Мандо`а; растить и воспитывать из детей новых мандалорцев; защищать самого себя и свою семью; поддерживать свой клан и откликаться на первый же зов Манд`алора. Все. Никаких призывов к войне. Адонай Крайз, признанный глава фракции Новых мандалорцев, был против не только Кодекса, но и Резол`наре: тем более странное устремление, так как сам Адонай в молодости был гораздо более воинственным, до сих пор носил доспехи, хвастаясь бескар`гамом, и носил титул Джорад`алора: Голоса Манд`алора, его заместителя. Мало того, Адонай активно продвигал в массы идею несопротивления насилию. Чем было обусловлено подобное, Джастер так и не смог понять, но чем дальше, тем больше этот агрессивный пацифизм его утомлял. Но сегодняшний день стал последней каплей. Когда Джастер вернулся на Мандалор, везя в качестве обоснования претензий на трон из черепа мифозавра добытый в поединке Темный меч, то, естественно, приказал проверить все связи Дозора и лично Тора и Пре Визслы, а также их контракты. Уже после первых погружений в документы пошли неожиданности, и чем дальше, тем больше. У Джастера волосы под шлемом шевелились, когда он читал расшифровки записей переговоров. Для начала всплыл Монтросс, погибший на Мелидаане при налете Дозора: выяснилось, что якобы верный зам Джастера являлся давно и прочно прикормленным осведомителем покойного Тора. Тут же стало понятно упорство Монтросса, с которым он агитировал за полет на Корду, где по слухам была база Дозора, которую Джастер хотел уничтожить, а потом, когда туда полетели Джанго с Майлзом, пропихивал контракт с Галидрааном. Стенающий и плачущий губернатор Галидраана, умоляющий о помощи, тем не менее отказал нескольким отрядам в найме, желая приманить на запах денег именно Джастера — по наводке Тора. И многое, многое другое… Джастер разрывался, пытаясь все успеть и объять необъятное, но объединение сектора, крайне нужное и важное, шло с таким скрипом, что просто руки опускались. Он костерил себя за свою импульсивность и желание что-то изменить, вот разве плохо было быть просто ученым, но отлично понимал, что остановиться не может. Реформировать мировозрение целого сектора — это задача на годы. Но если старые Кланы, а также бывшие Дозорные, пошедшие под крыло психа в отчаянии от отсутствия альтернативы, поддержали его начинания с радостью или хотя бы не вредили, то неожиданным тормозом прогресса выступили Новые мандалорцы с их лидером. Джастер никак не мог понять такой радикальной смены поведения: когда-то они оба были Защитниками, и против доброй драки и самообороны Адонай ничего не имел. А вот после того, как овдовел, резко изменился. И миротворчество Крайза постепенно перешло в пацифизм оголтелого толка. Было неприятно выяснить, что Адонай даже не учит своих дочерей языку. Что они не прошли вер`готтен… Сундари вообще Джастеру не нравилось, эта вотчина самопровозглашенных герцогов. Ледорубы Хаат`аде пахали без перерыва, вскрывая тайны советников и самого Крайза, и чем дальше, тем больше напрягали некоторые моменты. Типа сегрегации. Джастер бывал в Сундари, видел жителей, естественно, их рассматривал… То, что увидел, ему не понравилось: больше половины — блондины и рыжие всех вариантов. Две трети жителей — люди. Сила мандалорцев всегда была в том, что они принимали к себе всех, невзирая на вид. Но это… Это уже перешло все границы. Джастер очнулся от размышлений, наблюдая, как налетевшие целители разбирают истощенных, со взглядами загнанных зверенышей детей и подростков, медленно поворачивая голову в сторону Адоная. Сине-красные доспехи с характерным блеском бескара. А Бо-Катан, его дочь, не получила даже наручи… Стоящий неподалеку Адонай тихо переговаривался с одним из своих вождей, и Джастер не утерпел, включив микрофон. И услышанное ему крайне не понравилось. Он подошел ближе, топча сапогами острый гравий. — Повтори. — Мы окажем помощь пострадавшим, — отозвался Крайз, непринужденно держа шлем подмышкой. — Надо проверить, у кого есть родня, остальными займется социальная служба… — Помощь, — произнес Джастер, разглядывая Крайза, как особо неприятное насекомое. — С каких пор в секторе появилась социальная служба? Может, и приют у вас имеется, Крайз? — Но… — Или вы решили, что здесь — Республика, герцог? — выделил голосом титул Джастер, и Крайз еле уловимо напрягся, вскинув подбородок. Мерил задумчиво протянул, размышляя вслух: — Интересно. С каких пор в секторе завелись дворянские титулы? Знаете, герцог, я снимаю с вас полномочия Джорад`алора. Стоящий рядом вождь одного из кланов, входящих во фракцию Крайза, напрягся. — Вы не… — Вас что-то не устраивает, герцог Крайз? — с холодной угрозой шагнул вперед Джастер. — Вы можете оспорить решение с оружием в руке. — Я против насилия! — Да? — Джастер откровенно высказывал недовольство, отмечая прислушивающихся окружающих. — Скажите это детям. Которым вы хотели помочь, отправив их в приют. Это, — он указал на дымящиеся остатки лагеря, — и ваша вина тоже. Отказывая людям в праве самообороны, вы поощряли злодеев. Может, вы лично не совершили зла… Но что вы совершили доброго? Явно прислушивающиеся к разговору мандалорцы зашушукались. Вождь задумчиво застыл, и Джастер удовлетворенно улыбнулся под шлемом. Или Крайз возьмется за мозги… Или в Сундари появится новый герцог.

***

Палпатин скривился, недовольно разглядывая здоровенную яму в земле. Гибель Плэгаса подарила ему титул Владыки и прорву проблем. Как выяснилось, дражайший учитель не просто не делился своими наработками, он еще и сделал все, чтобы подгадить ученику. В лабораториях и хранилищах были системы самоуничтожения… И эти системы сработали, разнося на молекулы интеллектуальные богатства мууна. Шив облетел все известные ему координаты, с каждым разом натыкаясь на такую же или подобную картину. Судя по всему, Плэгас все свои отнорки ставил на самоуничтожение, вводя пароли в нужный момент, чтобы не взлететь на воздух вместе с оборудованием. Но в этот раз прошло слишком много времени… И Шив банально не успел. Сплюнув, набуанец развернулся и направился к кораблю. Оставалось посетить еще пару точек, хотя, скорее всего, и там все разрушено. Отвратительное настроение Сидиуса усугублялось тем, что, как выяснилось, выходов на Банковский клан у него не оказалось. Нет, счета и прочие сейфы остались, компромат, разные полезные данные… А вот влияния на руководство… Это направление Плэгас держал под личным контролем, абсолютно не желая посвящать ученика в банковские дела, и теперь Сидиус с отвращением обнаружил, что верхушка Клана сменилась на две трети. А Сен Хил, нынешний глава, совершенно не горит желанием плясать под чужую дудку. И прижать его пока возможности не было. Единственное, что радовало, с Черным Солнцем все обстояло гораздо радужней, виго преступной корпорации были вполне готовы к долгому и плодотворному сотрудничеству. Кроме того, что тоже радовало, взятый на пробу ученик закончил обучение в лагере гильдии Убийц и готов был заняться первыми самостоятельными заданиями. Конечно, проку от одиннадцатилетнего забрака пока маловато, но для начала сойдет. Теперь, без угрозы от Плэгаса, можно подобрать кандидата в ученики более тщательно. А мальчишка… Надо проверить его навыки. А сдохнет — невелика потеря, все равно времени нет им полноценно заниматься. Значит… куда б его направить? Внешнее кольцо. А вот куда именно… Надо подумать.

***

— Приветствую вас, ваше величество. — Приветствую вас, ваше высочество. Веруна и Кеноби раскланялись, соблюдая протокол. Что поделать, этикет. Куда ж без него, родимого. Впрочем, официальщина долго не продлится, это Оби-Ван чуял. Так и получилось. Выполнив положенные по протоколу встречи планетарных лидеров церемонии, Веруна пригласил гостя к себе, где вполне ожидаемо нашлась и предыдущая королева. Абха рассусоливать не стала, сразу пойдя в атаку: — Радж Кеноби, нам требуется ваша консультация. — Разумеется. — Скажите, пожалуйста, что входит в базовую подготовку Одаренного? Джедая… и ситха. * демаголка — (манд-й) нарицательное: военный преступник, крайне отвратительная личность, мерзость. Автору на рюмочку чая 410012741315515 Яндекс-деньги
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.