КАНИКУЛЫ ЛЕДИ БАГ И КОТА НУАРА ИЛИ В ОТПУСК ПОНЕВОЛЕ

Глава 18

ЗВЕЗДЫ И ПЛАМЯ

Адриан проснулся ближе к вечеру и сразу же наткнулся взглядом на пару укоризненно взирающих на него зеленых кошачьих очей. — Я от тебя ухожу! — объявил Плагг, гордо задрав мордочку. — Даже так! — Адриан зевнул и, устроившись поудобнее, поинтересовался, — И куда же, интересно? А главное: к кому? — Спасть я ухожу! К Тикки и твоей пассии! — квами мрачно добавил, наклонившись к самому лицу своего хозяина, — Мучайся тут один, я усталый и голодный! — Ну, где я тебе на остове сыр возьму?! — в который раз повторил Адриан, вставая, — На счет ночевки — это ты зря, Маринетт во сне любит поговорить и довольно громко! — Подумаешь! — фыркнул котенок, — Она хотя бы не храпит! И в свои проблемы меня втягивать не будет! — Это ты как хочешь, но причины придумывай сам! Только попробуй меня сдать! — Адриан так сверкнул глазами, что Плагг понял: в случае чего кары избежать не удастся. — Жаль, — мечтательно протянул он, — А я как раз продумывал детали этого душещипательного разговора на тему твоих мыслей, фантазий, желаний… Э-э-э, а подушкой-то зачем кидаться?! Ладно, не буду! Но с тебя… — Еще три коробки сыра по возвращении — знаю! — устало провел рукой по лицу юноша, — Ну что мне за грабитель попался?! Хомячил бы ты лучше печенье — не так затратно! А если бы тебе менее обеспеченный хозяин попался? Все еще ворча, он спустился в гостиную и застал Маринетт спящей на диване. На ее груди мирно посапывала Тикки, смешно морща носик, словно к чему-то принюхиваясь. Девушка улыбалась во сне: ей явно снилось что-то приятное. Тревожить ее не хотелось, но услышав рядом тихие шаги, она сама проснулась и, открыв ярко-синие глаза, повернулась к Адриану: — Ой, я заснула? А мне такой хороший сон снился! И оставалось совсем чуть-чуть… Но не страшно, хорошо что разбудил! Ты знаешь, что в саду на пруду лотосы расцвели? — Правда, расцвели? А я и не думал, что они у нас есть… — изумился Адриан и тут же смущенно потупился, — Ты же не знаешь… Прости, я как-то сразу тебе не сказал. Почему я подумал именно об этом острове… Это земля семьи Агрестов — его папа купил маме в качестве свадебного подарка! Но я до сих пор тут не был, только на фотографиях видел! Маринетт раскрыла глаза еще шире: — Адриан, ну ты прямо сюрприз на сюрпризе! Я, конечно, не в обиде, ты же долго скрывал свою личность и не мог мне этого рассказать, а потом было как-то недосуг… И когда сюда должен кто-нибудь прилететь? — Через недельки полторы явятся горничные и пилот. Думаю, нас даже не арестуют, а сразу отправят в посольство и оттуда на родину. — Так это же прекрасно! — Маринетт аккуратно переложила еще сонную Тикки на подлокотник и встала, а затем весело чмокнула напарника в нос, — А я уже начала побаиваться, что мы тут очень долго проторчим, ожидая спасителей! — Ты мне не сестра! — нахмурился в ответ он, — Возлюбленных целуют вот так… И продемонстрировал, как именно следует целовать возлюбленных, после чего у Маринетт из головы вообще вылетело абсолютно все, включая местоположение на карте и последние данные относительно вызволения из «отпуска». Адриан как раз заканчивал давать мастер класс по затяжным поцелуям, когда в гостиную ворвался Плагг и издал возмущенный вопль: — Нет, ну вы подумайте! Не успели проснуться, уже обжимаются! Тикки, а ты что не вмешиваешься?! Тикки сладко зевнула, потянулась и игриво ответила: — В чем дело, милый? Завидуй молча! Маринетт, переводя дыхание, затуманенным взором посмотрела на обоих и дала краткую рекомендацию: — Мальчики-девочки, не скандальте! Пойдем отсюда, Адриан, а то твой друг нас сейчас съест без соли! — Точно, — поддержал ее юноша и оба направились к выходу из дома. Плагг, скрестив на груди лапки, обиженно присел возле Тикки. Та выудила из вазочки на журнальном столике печенье и протянула ему. — Отстань, не хочу я твоего дурацкого печенья! — проворчал он и вздохнул, — Ну ладно, если только чуть-чуть и в силу того, что я умираю с голоду! И принялся вместе с боевой подругой уплетать аппетитную кругляшку, временами для вида брезгливо фыркая. Не мудря долго и просто насобирав на ужин разных фруктов, Адриан с Маринетт поели и решили отправиться на прогулку. Плагг отговорился повышенной сонливостью, Тикки, в виду отсутствия явной опасности для Леди Баг и Кота Нуара, осталась с ним. А зачем мешать закадычным друзьям и влюбленной парочке? Пускай общаются наедине и где угодно, пока есть такая возможность! Лотосами полюбоваться не удалось — они закрылись на ночь. Зато ярко сияли другие звезды и, пользуясь случаем, Маринетт и Адриан лежали на покрывале на пляже и смотрели в шикарное южное небо. — Ого! — в один голос воскликнули они, когда по темно-синему ночному бархату прочертил мгновенно погасшую черту яркий метеорит. — Успела загадать желание? — весело спросил Адриан. — Нет, — вздохнула Маринетт, — Он очень быстрый. А ты? — Я успел, потому что как раз об этом подумал… — Адриан немного помолчал и тихо спросил, — Маринетт, ты меня любишь? — Да, — она оперлась на локоть и удивленно посмотрела на него сапфировыми в сумерках глазами, — Ну да! А что, есть сомнения? — А замуж за меня пойдешь? — Адриан приподнялся и показался ей сейчас очень бледным и серьезным. Опешившая Маринетт испуганно спросила: — Когда? — Когда? Да в этом году! Мне вот-вот исполниться восемнадцать, девушкам с пятнадцати вступать в брак можно! Я прошу, Маринетт! — тон Адриана был тверд, как победит, а вот глаза взволнованно сверкали и скулы пылали. Они оба сели и девушка, чувствуя, как жар поднимается по ее телу вверх и заливает все видимые участки кожи, тихо ответила: — Прости, но я сейчас не могу согласиться. — Почему?! — на Адриана было жалко смотреть. Приблизительно так он выглядел, когда копия Леди Баг признавалась ему в любви, а настоящая героиня безжалостно разбивала его надежды. — Послушай, Адриан, — Леди взяла его ладони в свои руки и тепло ему улыбнулась, — В моих чувствах ты можешь не сомневаться! Но ты забыл очень-очень важные обстоятельства! Во-первых: нам еще нужно отучиться, найти работу и вообще у нас остался еще один, выпускной класс в колледже! Мы же еще школьники! Во-вторых: если мы так скоропалительно и неосмотрительно побежим сейчас под венец, все решат, что я… в общем, в положении. А в третьих — это самое важное: где, а главное, на что мы будем жить? Надо же все продумать! Адриан огорченно молчал, но осознавал ее полную правоту. — Тем более, — Маринетт ласково погладила его по щеке, — Ни у кого нет того, что есть у нас — знак Божий, уверенность, что мы идеально друг другу подходим! Нас обручила сама Судьба, дав нам вместо колец наших квами! Поскольку они у нас есть, есть и доказательство, что мы должны быть вместе. — Не так, — поправил ее Адриан, — Квами есть у нас потому, что мы созданы друг для друга! — Вот видишь! — она одобрительно кивнула. Они крепко обнялись, и Адриан прошептал ей на ухо: — Ну можно я хотя бы буду считать тебя своей невестой, пока до свадьбы еще далеко? — Это — сколько угодно! — рассмеялась Маринетт счастливо, — Тогда с этого момента ты — мой жених! И учти: измен и взглядов налево я не прощу! Сказано это было полушутливо, но юноша, чтобы у нее не оставалось сомнений, закончил разговор горячим поцелуем. Удивительное тепло, тишина и темнота ночи на необитаемом острове действовали на обоих почти гипнотически. К тому же квами остались дома, и как-то так получилось, что Маринетт, не усидев под натиском Адриана, упала на спину, а он оказался над ней. Нуар, понимая, что теряет голову от запаха ее волос, вкуса ее кожи и губ, все же пошел на более решительный шаг. Он углубил поцелуй, заставив любимую судорожно вздохнуть в голос, и прижал ее к себе. Всего два слоя ткани отделяли их друг от друга… Маринетт позволила себе на несколько минут окунуться в чувства, но вовремя спохватилась и легонько толкнула его в грудь. — Адриан, остановись, пожалуйста! Он моментально отстранился, хотя глаза у него дико горели: — Как скажешь… Дрогнувший охрипший голос совсем не выражал покорность судьбе вопреки словам. Девушка, чтобы окончательно его не расстраивать, мягко поцеловала его в шею над сонной артерией и тихо сказала: — Не сейчас. Я только-только тебя узнала и, хотя я верю тебе, так просто не могу. — Хорошо, — лаконично ответил Адриан, надевая привычную маску невозмутимости и Маринетт показалось, что он прячет за ней досаду или обиду. — Пойми правильно. Я люблю тебя! — горячо сказала она, — И когда-нибудь, когда мы оба будем уверены… Наверное, скоро. Просто вся эта картина: необитаемый остров, на километры вокруг только мы, солнце, море — я боюсь, что вся эта романтика может затуманить нам разум и привести к необдуманным и слишком поспешным поступкам! — Да. Я тебя тоже люблю. И мне тоже эта картина кажется какой-то нереальной, — вздохнул он, закрывая глаза и прижимаясь своим лбом к ее, — Я не могу до конца поверить в то, что происходит. Все так разом на меня свалилось — это заклятие Бражника сработало как подарок! Никогда бы не поверил, если бы сам не увидел и не почувствовал! Да еще и ты меня полюбила! И оказалась моей самой лучшей Маринетт! Ты как всегда права и выручаешь меня советом! Она смущенно улыбнулась и опустила ресницы: — Давай все-таки пока пойдем домой, поспим, дадим отдохнуть нашим наставникам, а завтра с утра еще раз все обдумаем, разложим по полочкам наши мысли, чувства… Логика проснется, заодно и здравый смысл! Утро всегда вечера мудренее. Нуар кивнул, встал, протянул ей руку и они оба удалились с пляжа, чтобы снова разойтись по своим спальням и расстаться на еще одну, безумно долгую ночь… Маринетт не спалось. Она снова и снова вспоминала его запах, его глаза, руки, волосы, губы… Какой он все-таки восхитительный! И такой красивый, что даже страшновато. Маринетт понимала, что преувеличивает его достоинства в силу своей влюбленности, но ничего поделать не могла. Адриан казался ей идеальным. Ее так и манило прижаться к этому совершенству, всеми доступными способами закрепить свои права на него! И ей не хотелось его долго мучить. Тем более что она и сама первый раз за всю историю их отношений испытала совершенно новое, неведомое доселе чувство. Сегодня на пляже, когда они были так близко, от его тела словно исходили какие-то магические токи, и по ее позвоночнику заскользило от мозга к животу диковинное огненное ощущение. Эта саламандра начала свой пламенный танец, заставив тело сходить с ума! Вздохнув, Маринетт, испугавшись, постаралась подавить в себе зарождающуюся жажду, хотя это было и непросто, повернулась на бок, закрыла глаза и прислушалась к дыханию Плагга и Тикки, которые лежали на некотором расстоянии друг от друга на соседней подушке. Везет же квами! Такое ощущение, что им хватает просто легкого флирта, чтобы наслаждаться своим возлюбленным! А вот ей уже явно нет… Адриан лежал на своей постели, вытянувшись и крепко сжав кулаки. Он ощущал, что голоден. Очень голоден! И в каком-то смысле начинает понимать Плагга. Но нужно держать себя в руках! Нет, это невыносимо!!! Так и заболеть недолго! Но он же не озабоченный какой-нибудь, а просто… Адриан кусал губы и нервно ерзал в своей кровати. Его чувства вроде бы были нормальными, но порой приобретали бриллиантовую остроту. Выручил, его, как не странно, Плагг. Дождавшись, когда Маринетт задремлет, хитрюга, оберегая как жизнь юноши, так и честь обоих, юркнул в спальню к Адриану и незаметно пристроился у него за затылком. А затем наклонился к его уху и пропел ехидно: — Что — не спится? Заплати налоги и живи спокойно! Адриан подскочил и уставился на квами. А тот, покатываясь со смеху, отпустил непристойный стишок собственного сочинения, дабы охладить напарника: — Все я о тебе знаю! Как увижу я Маринку, сердце бьется об ширинку! — Плагг, чума зеленоглазая! Пошел вон! — дрожа от ярости и мгновенно забывая о муках страсти, прошипел Адриан, — Не смей о ней так! Никогда!!! — Сам такой! — обиделся Плагг, показал ему язык и просочился сквозь стену. Но эффекта добился: Адриан немного успокоился, потратив силы на гнев, и все-таки отключился. Сам квами, удовлетворенный результатом, пристроился рядом с Тикки, лукаво сверкнул зелеными глазами и тоже опустил веки.