Ничто не имеет значения, кроме нас

Желание, или вожделение, — средняя степень воли, между простым органическим хотением, с одной стороны, и обдуманным решением или выбором — с другой. Порой желания настолько тесно связаны с мечтами, что очень сложно отделить одно от другого. Или же вовсе они являются одним и тем же.

И каждый глоток В ней что-то не то – Не древнее зло, Но очень похоже.

Арлен была одной из самых прекрасных женщин, что существовали на свете – если бы Эдван отрицал бы это, он был бы лжецом. Она была не только прекрасна внешне, но и очаровательна своим характером. Мягкая, нежная, добрая, отзывчивая – обычно так себе представляли образ «хорошего человека». И, разумеется, Кун Эдван мог понять, почему многие вокруг влюблялись в нее так просто и быстро. Прекрасная роза без шипов, если не присматриваться. Ясная путеводная звезда, за которой легко следовать. Ви был тем, на кого обычно не упадет взгляд – один из тех, кому легко затеряться в толпе. Тихий, загадочный, не выходящий вперед – он порой даже не воспринимался, как один из Великих Воинов. Он уходил и приходил, как ночь, терялся на фоне Захарда, который светился, как солнце. Ви держался тихо и спокойно, стоя чуть за плечом Арлен, пряча глаза за длинными волосами. Тихая и мрачная тень, если не познакомиться ближе. Хмурая и темная ночь, что прячет тайны в бархатной тьме. Вот только Кун Эдван видел больше. Арлен не была невинной розой, ее таинственные заклинания несли отпечаток древних тайн и отблески жестоких ритуалов. В ней было что-то иное – не древнее зло, но очень похоже. Арлен смотрела ласково, двигалась мягко, но Эдван слышал в воздухе поступь того, чем она являлась на самом деле. Это делало ее только более восхитительной. - Эдван, это мне? Очень мило! – Арлен зарывает нос в букет цветов. Ее кобыла тянется к цветам губами, привлеченная запахом, и Грейс со смехом отталкивает ее морду в сторону. Кун довольно ухмыляется и заглядывает за ее плечо. - Ви отошел, - Арлен все еще нюхает цветы, наслаждаясь ароматом, но в ее глазах пылает лукавый огонек, - Решил позволить своей лошади размять ноги. - А где Захард? Я видел его где то рядом с тобой вроде, -На это Арлен лишь пожимает плечами, что-то беззаботно напевая. Кун отцепляет от пояса флягу с вином и делает глоток. На Арлен приятно смотреть – но Эдван подмечает, как прекрасная женщина внимательно разглядывает его подарок. - Так-так, Эдван. Мелисса, бузина, амарант и красная маргаритка. Серьезно, Эдван? Ты думаешь мои дела настолько плохи? Мне все еще не отказали, милый. - «Прекрасный человек нравится нам обоим, я сожалею», - Кун усмехается, показывая зубы, - Мне кажется, я делаю все правильно. Только амарант нужно заменить на что-то, ты очень быстро догадываешься, что это Ви. - Эдван, милый, ты прешь напролом. Мне кажется, нужно действовать тоньше, - Арлен прячет улыбку в цветах, смеясь. Кун с удовольствием признает тот факт, что Арлен не нежная и невинная фея, а коварная и дальновидная ведьма, - Не забывай, у меня больше шансов, чем у тебя. - Не думай обо мне так просто, - Копейщик смеется, запрокинув голову, - ты знаешь, если очень долго долбиться в одну точку, даже самая крепкая стена сломается. - Этим то мне ты и нравишься, Эдван, - Арлен все же скармливает несколько цветов фыркающей лошади и проводит тонким изящным пальцем по носу Куна, постукивая по кончику, - Вот только я буду быстрее. - О, я не против, - Эдван перехватывает тонкую ладонь ведьмы в свою и прижимается к ней губами. Мягкий смех Арлен звучит совсем невинно и по-девичьи. - У тебя огромные запросы, Анни. А что, если я внезапно кусаюсь? - Я просто люблю прекрасные вещи , - Кун подмигивает ей, - Мои желания ясны как день – я хочу вина, женщин и красивых вещей. И я абсолютно не трус. Считается ли самоубийством такое – флиртовать с подобной опасной женщиной перед носом у Захарда? Эдвана не волнует – их отношения колеблются между дружбой и соперничеством. Это забавно. Поэтому, пока никто не видит, Эдван наклоняется и целует Арлен в губы. От нее пахнет грушей и кориандром.

И каждый глоток В нем что-то не то, И близится час – Он скоро утонет.

Ви тоже нес на себе отпечаток чего-то странного, но это было намного более спокойным и загадочным. К нему было приятно прикасаться – мягкая дрожь пробивала тело каждый раз, когда их руки случайно соприкасались. Густанг этого боялся – Эдван видел его страх, даже когда он прятал взгляд за стеклами очков. Он просто не понимал Ви, а так как этот засранец был ученым - к тому же слишком гордым для ошибок – до мозга костей, все, что он не мог обьяснить, его пугало. Эдван смеялся – он чуял это в Ви, но не мог уловить этого в Арлен. Ви – существо ночи, восхитительное в своей тишине. Кун все еще не докопался до истины, то того, что так крепко связывает Арлен и Ви, но ему нравится разгадывать подобные загадки. Эдван Кун далеко не дурак – конечно, играть роль кого-то легкомысленного и недалекого довольно весело, но и быть себе на уме тоже полезно. Иначе получится так, как с Захардом – он будет недовольно смотреть на Ви, уверенный, что тот отнимает у него арлен, не замечая, как на его «соперника» ведут охоту сразу двое. Ви не раздевается при всех – остальные списывают это на стеснительность, или на то, что таковы порядке в их с Арлен родной стране – но Кун знает, что не в этом дело. И разумеется, он не собирался просто так подсматривать за ним, когда тот купался в одиночестве. Хотя кого он обманывает - конечно собирался, просто наиболее удачную позицию заняла Арлен. Так что ему пришлось залезать на дерево и делать вид, что ему удобно сидеть на трясущейся ветке. Он практически слышал хихиканье Арлен из-под дерева, где пряталась уже она. Ви раздевается так, словно соблазняет кого-то – хотя Эдван знает, что он делает это не нарочно. Сдавленный вздох Кун заталкивает подальше, стараясь себя не выдать. Ви восхитительно выглядит в темноте, когда лишь свет Шинсоо обнимает его тело. Тонкие строчки рунной вязи обнимают его руки и грудь. Просто прекрасно. Эдван, разумеется, узнает знаки – руны заклинаний Арлен. Ви в это время расслабляется и проводит руками по своим бедрам – Эдван, не желая этого, вместе с Арлен испускает довольный вздох восхищения. Есть что-то запретное, наблюдать за тем, как тот, кого ты желаешь, наслаждается своим одиночеством – запретное и сладкое, как ежевичное вино. Руны под серебристым светом из черных становятся белыми – в Ви проступает что-то дикое и первозданное. «Кто-то случайно сжег его шкурку – я успела поставить руны, чтобы он не погиб. В итоге он следует за мной всюду. Правда я не против» Ви внезапно оглядывается – у Эдуана есть желание выскочить вперед, соскакивая с дерева. Но тут будет и Арлен, да и Ви все еще не попал ни на одну из их уловок. Нехорошо будет прерывать сейчас подобное представление. Ви, наверное, не понимает их намеков, слишком людских для того, кем он является – но Арлен не из простых, да и Эдван сдаваться не собирается. Они работают вместе, сообща. Арлен все так же нежна и мила, щебечет, что «Желает увидеть звезды», но Эдван знает, что желание у них одно на двоих. Набатом в голове стучит только Ви, Ви, Ви. Желания так похожи на мечты, но их желание больше похоже на вожделение. Ви загадочный, мягкий, таинственный, не похожий ни на кого, дикий и одновременно лучший из всех. Он смотрит на них, все еще не понимая, что они от него хотят, но с каждым шагом подпускает ближе. Ведьма и интриган обступают честное и верное чудовище. Чудовище настолько невинно, насколько это возможно, их обоих это умиляет до безумия. Круг сжимается, а клетка захлопывается. Если провести языком по месту, где шея переходит в плечо, Ви как-то безумно трогательно вздрагивает, смотрит подозрительно. Эдван усмехается и вновь повторяет это же движение – Арлен повторяет его движение зеркально, но с другой стороны. Ви вздрагивает и стонет – не как человек, звук рождается где-то ниже, в груди, выходит глуше и жарче. - Ви, Ви, Ви, - Эдван спускается поцелуями ниже, к расчерченному рунами животу, мимоходом целуя тонкие пальцы Арлен, - Что же ты хочешь на вершине Башни? Ты хочешь новую шкурку? Их чудовище мотает головой, задыхаясь – Арлен целует его жадно, царапая за ушами. Эдван кусает бледную кожу чуть выше косточек таза и Ви дергается. - Или ты хочешь что-то другое, милый? – Арлен отрывается и смотрит прямо в глаза Ви. Кун знает, что глаза у нее колдовские и золотые, тягучие, как мед – он ощущает, как замирает Ви под его губами. -… не хочу… новую шкуру… хочу быть как человек. - Ты сам ведь ее сжег, не так ли, глупенький? – Арлен смеется, этот ее смех все еще делает ее похожей на очаровательную милую девочку. Эдван видит, как ее молочного цвета бедро прижимается к боку Ви, и, не раздумывая, ласкает его рукой. Ви молчит, но, похоже, это правда. Эдван восхищенно фыркает и поднимается, чтобы поцеловать Ви и Арлен. Пока они с арлен целуются, он чувствует взгляд Ви. Он стесняется, но тоже желает. Желает их. - Ты такой милый. Из за своей наивной мечты ты попал в логово монстров, ты это понимаешь? – Эдван гладит его по щеке, глядя в аметистового цвета глаза, - Маленькое честное чудовище. - Когда взойдем на Башню, - Арлен целует длинную высокую шею, - Мы можем отправиться обратно в путешествие. Только мы втроем. - Звучит неплохо, правда, ведь, Ви? – Эдван гладит его по волосам. Ви изгибается и, приподнимаясь, кусает его за плечо. Эдвана пробивает сладкая дрожь, - Сочту это за «да». Арлен смеется, нависая над Ви и слегка отталкивая Эдвана. Он не возражает – у них впереди вся ночь. И все, что следуют за ней. Желание или вожделение – что-то среднее между потребностью и осознанным выбором. Но желание естественно для любого живущего. Так же естественно, что ночь будет привлекать к себе луну и звезды.