Хотеть не вредно. Вредно не хотеть

Сайлас сидел в удобном кресле в кабинете королевского юриста. В соседнем кресле сидела Роза, умело накрашенная, с новой прической, в элегантном костюме. Сайлас рассматривал ее и сравнивал с Хеленой — усталой, без макияжа, с волосами, небрежно собранными в пучок. Роза проигрывала абсолютно по всем параметрам. И подумать только, у него когда-то вставало на эту женщину! Всё-таки в одном Роза права: Бенджамины те еще кобели. Хорошо хоть Джек остепенился. Юрист замолчал, и Сайлас перевел взгляд на него. Всё, о чем тот говорил, Сайлас уже слышал, документы перечитал трижды. Условия развода его устраивали. По законам Гильбоа, прав на алименты бывшая жена не имела. Впрочем, нищенствовать бездельница Роза не будет: у неё был изрядный собственный капитал, наследство от отца и брата. — Давайте сюда, — сказал Сайлас. — Я подпишу. Роза поджала тонкие, яркие от помады губы, обожгла гневным взглядом уже бывшего мужа, но промолчала. Тут уже нечего было говорить, не угрожать же Сайласу. Да и чем, рычагов давления у неё больше не было. — Детей устраивает твой выбор, или ты снова не спросил их мнения? — обронила она, когда юрист протянул ей документы на подпись. — Почему бы тебе не поинтересоваться у них самой? — поинтересовался Сайлас. — Они точно тебе звонили, оба. Ты не брала трубку. — Чтобы получить новую порцию обвинений? — фыркнула Роза, делая вид, что увлечённо перечитывает каждую страницу, несмотря на то, что её юрист всё проверил уже с десяток раз. — Будто я не знаю, на что ты способен. Уж точно можешь настроить детей против родной матери. — Ну и какая ты мать, если детям нечего тебе предъявить, кроме обвинений? — скривился Сайлас. — Ты их игнорируешь, не я. Джек и Мишель достаточно взрослые, чтобы принимать собственные решения. Ты за всю жизнь не сделала ничего для того, чтобы они тебя любили, и теперь пожинаешь плоды. Подписывай, не тяни. Лицо Розы не изменилось ни на йоту, словно и не ей сейчас высказывал Сайлас. Принципиально дочитав последние бумаги до конца, она поставила внизу размашистую подпись. — Только имей в виду, я буду навещать детей, когда мне этого захочется, — процедила она. — Сначала у этих самых детей спроси, хотят ли они тебя видеть, — усмехнулся Сайлас. — А то ведь муж Джека — начальник королевской гвардии. Не захочет Джек — так тебя и на порог не пустят. Он поблагодарил юриста. Присутствовавшая тут же Томасина убрала документы в папку, и они вместе вышли из кабинета. — Вот и свобода… — с облегчением сказал Сайлас, стоя у машины. — Что, Томасина, королям положен отпуск? — Его Высочество без проблем вас заменит на несколько дней, — ответила личная помощница и едва заметно, одними губами улыбнулась. — Вы во дворец, Ваше Величество, или в больницу сейчас? Папку с документами она держала крепко, хотя вряд ли нашёлся бы такой сумасшедший, что готов был покуситься на собственность короля, тем более теперь, когда его личная охрана начала потихоньку заменяться людьми с хмурыми лицами и не самой простой биографией. Даже личным водителем короля стал широкоплечий лысый детина, которого все звали просто и без затей Таузигом. — В больницу. Сета сегодня выписывают, хочу отвезти их с Хеленой домой. — Сайлас потёр палец, на котором до сих пор остался след от кольца. — Значит, так. Отвези к Хелене домой недельный запас продуктов на двоих, фруктов там для Сета побольше, мяса… И мне нужен букет цветов. Розы. Да, именно розы, такие, темно-красные. Томасина коротко кивнула, и в её ладони, словно по волшебству, возник мобильный телефон. Перед Сайласом распахнулась задняя дверца машины, а рядом невозмутимой глыбой замер Таузиг. Можно было отправляться и быть уверенным, что курьер с цветами уже будет ждать у дверей больницы. Сайлас ехал и размышлял о том, как бы пригласить Хелену на свидание. Куда — и так понятно: в «Салом», лучший ресторан столицы. Конечно, надо придумать, кто присмотрит за Сетом… Да Томасина и присмотрит! Наёмным няням, не проверенным сверху донизу, Сайлас не доверял. Стоило машине Его Величества остановиться у дверей больницы, как рядом нарисовался парнишка неопределенного возраста с охапкой, как Сайлас и просил, темно-красных роз. Он сначала съёжился под пристальным взглядом водителя короля, а потом залепетал о заказе, о букете для Его Величества. Таузиг снова распахнул дверь перед Сайласом. Тот вышел из машины, забрал у курьера цветы, милостиво кивнул ему. Настроение у короля было просто отличное. Сет и Хелена были уже в холле. Сайлас улыбнулся самой прекрасной женщине в своей жизни и вручил ей букет. — Спасибо, — смущенно сказала она. — Но это не обязательно. — Папа! — обрадованно завопил Сет, бросился к нему, повис на руке, лепеча о том, что он молодец и так старался поправиться, чтобы можно было гулять вместе. Заведующий отделением уже отдал Хелене все документы, выписку и посоветовал первые два месяца очень внимательно следить за ребенком, не допускать стрессов и через полгода обязательно показаться. — А Джек ещё приедет? А Баки? — спросил Сет. — Баки мне про самолёты рассказывал. Раз я здоровый, то теперь точно могу стать пилотом! — Ты хочешь водить вертолёт или самолёт? — спросил Сайлас. — Хелена, пойдёмте. Я отвезу вас домой. — Я… — начала она, поднимая лицо от роз. — У меня есть машина. Она на стоянке. — Я велю отогнать её куда вы скажете, — пообещал Сайлас. — А я не знаю… — понурился Сет, беря родителей за руки. — Ну пойдёмте уже! Лицо Хелены стало сложным, задумчивым, но, взглянув на радостного сына, она кивнула. Не хотелось портить Сету такой день, тем более она и сама скучала по Сайласу, хоть и не всегда узнавала его. Они медленно, никуда не торопясь, вышли на улицу. Сайлас нес сумку с вещами Сета и Хелены. Сет тут же сорвался с места, добежал до ожидавшей их у самых дверей машины и замер с открытым ртом, разглядывая огромного человека в черном деловом костюме, застывшего рядом. — Сет, это Джош Таузиг, мой шофер, — сказал Сайлас. — Какой громадный! — задрал голову Сет. Таузиг забрал у короля сумку и загрузил ее в багажник. — Мисс Пардес, — прогудел Джош и открыл перед ней дверь, подождал, пока женщина и мальчик устроятся и, обойдя машину, открыл дверь перед королем. Хелена прижала к себе Сета, коснулась губами его виска и зажмурилась, всё ещё боясь проснуться в палате и понять, что не осталось и следа от этой яркой жизнерадостности, а Сет снова мечется и зовёт отца. Сайлас сел, и машина тронулась. Адреса Таузиг не спрашивал — он и так его знал. Всю дорогу Хелена молчала, гладила сына по голове и смотрела в окно, стараясь забыть сюда дорогу, не думать — а вдруг не помогло? Тряхнув головой, она снова прижала Сета к себе. До окраины Шайло ехать было совсем недалеко, но водитель Сайласа словно специально никуда не торопился. — Какие всё же здесь красивые места, — наконец произнес Сайлас. — Не беспокойтесь о Сете, Хелена. Если понадобится повторная пересадка костного мозга, она будет. Джек тоже подходит как донор. — Подходит? — удивилась Хелена, глянула на Сайласа. — Его Высочество проверялся? Это вы его просили? Вы и так много для нас сделали. — Джек сам решил это сделать, — Сайлас погладил её по руке. — Не хочу больше в больницу, — насупился Сет. — У меня есть дочь, — повернулся к мальчику Сайлас. — Когда ей было столько же, сколько тебе, она тоже много болела. Но слушалась врачей и выздоровела. — Она моя сестра? — вскинулся Сет. — А как её зовут? — Мишель. — А Джек — это кто? — продолжал спрашивать мальчик. — Твой старший брат. — А сколько ему лет? — Двадцать шесть, — улыбнулся Сайлас. — У, так он уже старый! — надулся Сет. Сайлас рассмеялся. Хелена покачала головой. Ох уж эта детская логика. Хотя в его возрасте она тоже думала, что после двадцати — это уже старость. Машина затормозила около дома. Снова была услужливо открыта дверь и предложена широкая ладонь водителя, предлагающая возможность опереться. Хелена полной грудью вдохнула, прижала к груди тяжёлый и, скорее всего, очень дорогой букет. Они были наконец-то дома. Обернулась к Сайласу. — Мне даже вас чаем не напоить, Ваше Величество, в знак благодарности, — огорчилась она. Так не хотелось расставаться, хотелось удержать Сайласа рядом чуть дольше, пусть даже и по такому ерундовому поводу, как чай. Около маленького дома Пардесов остановилось еще две машины — ее синий «рено» и фургон доставки. — Посмотрим, есть ли здесь чай, — Сайлас оптимистично указал на двух грузчиков, достающих из фургона пакеты и контейнеры. — Признаться, не знаю, что там может быть. Сет, подержишь мамин букет, пока она будет доставать ключи? — Ага! — Сет обхватил букет. — У, они царапучие! Хелена хотела что-то возразить, но промолчала, покачала головой и пошла к двери. Она отлично помнила слова и Томасины, и Его Высочества о том, что Сайлас совершенно их с Сетом не помнит. И она была согласна даже на это лишь за то, что он не отталкивает младшего сына от себя, позволяет ему быть любимым ребенком. Хотя сама Хелена помнила Сайласа абсолютно другим. — Проходите, Ваше Величество, простите, у меня не слишком прибрано, — немного тревожно огляделась она по сторонам и вздохнула, заметив на столешнице и полках пыль. Сайлас вошел в дом, и началась суета. Грузчики таскали и таскали пакеты и контейнеры, Сет плюхнул букет на стол и принялся искать вазу. Он включил воду на кухне, и давно не использовавшийся кран принялся плеваться ржавчиной. А Сайлас всё смотрел на Хелену и не мог оторвать от неё взгляда. Наконец посторонние вымелись, закрыв за собой дверь. Сет нашел большую глиняную вазу и засунул в неё букет, а потом принялся потрошить доставку. — Ух ты! — воскликнул он. — А тут шарики «Несквик», мои любимые! И бананы. Мама, можно я съем банан? — Хелена, — произнес Сайлас прежде, чем она ответила сыну, — позвольте мне пригласить вас на свидание. Кивнув Сету, она с теплой улыбкой наблюдала, как он, высунув кончик языка от усердия, старательно отламывает себе один банан и чистит. Давно, очень давно у него не было такого аппетита, вообще желания есть, но снова появился Сайлас и перевернул теперь уже и его жизнь. И опять к лучшему. — Пригласите, — не сводя взгляда с сына, ответила Хелена. — Пригласите, а я соглашусь. Сайлас почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Может быть, завтра? — с надеждой спросил он. — Ужин в «Саломе». А с Сетом побудет Томасина. Хелена снова кивнула. — А сейчас, может, всё же чаю, Ваше Величество? — С удовольствием, — улыбнулся Сайлас. — Я помогу вам разобрать всё это? Где-то там точно должен быть чай. Все-таки король был странным — знакомым незнакомцем. Когда он находил время приехать к ним с Сетом, конечно, помогал, но никакой женской работы, только то, что и положено делать мужчине, как он всегда говорил, а сейчас… Хелена с изумлением наблюдала, как Сайлас подхватил сразу все пакеты, а их было отнюдь не мало, и донес без просьб до кухни, где поставил на стол и принялся разбирать. — Ваше Величество, — спохватилась Хелена. — Зачем вы, я сама. — Зовите меня по имени и на «ты», Хелена, — попросил Сайлас. — Мне интересно. Я столько лет живу на всём готовом, что и представления не имею о том, что как сейчас выглядит. — Он с интересом посмотрел на упаковку баварских сосисок. Хелена против воли улыбнулась. — Хотите… я приготовлю горячие бутерброды? Сет их очень любит. Возможно, и вам придутся по вкусу? — Я же просил на «ты», — с легким укором покачал головой Сайлас. — От горячих бутербродов я не откажусь. Ему было удивительно хорошо, легко и свободно в этом доме, с этой женщиной. Правда, очень хотелось отправить ей в помощь кого-нибудь из дворцовых слуг, но Сайлас уже достаточно хорошо разобрался в характере Хелены и понимал, что она откажется. Он сегодня и так несколько перегнул палку. Снова улыбнувшись, Хелена по-другому перевязала волосы, забрала у Сайласа сосиски и принялась священнодействовать, по привычке напевая себе под нос. Мелко нарубить сосиски, смешать с готовым сливочным соусом и тёртым твёрдым, тоже, скорее всего, очень дорогим сыром, выложить тонким слоем на свежий, только из пекарни, хлеб и отправить в старенькую духовку. Меж тем на плите уютно зафырчал чайник, а в гостиной заговорил мультяшными голосами телевизор. Сайлас смотрел, как Хелена наливает воду в чайник, как ставит его на плиту, как достаёт заварник в незабудках и выбирает чай из десятка пачек, и понимал: именно с этой женщиной он хочет прожить жизнь. Привести её во дворец. Надеть на неё корону. Она вдохнёт во дворец жизнь, принесёт душевное тепло, которого там так не хватает. Поглядывая на часы, Хелена молча разлила чай по трем кружкам, выставила на стол на большом блюде пышущие жаром бутерброды, достав их из духовки. — Сет, малыш, — негромко позвала она, и мальчишка тут же появился на пороге, словно только и ждал, что его окликнут. — Мама, можно я в гостиной, ну пожалуйста? — по-детски жалостливо взмолился он и тут же подпрыгнул на месте, всё прочитав в глазах матери. Через пару мгновений на кухне они с Сайласом остались снова вдвоём. — Потрясающие бутерброды, — улыбнулся Сайлас, попробовав. Он снова тушевался, не зная, о чем говорить с Хеленой. Он знал о ней всё, что только смогла накопать Томасина: историю семьи, образование, профессиональную деятельность, состояние здоровья, финансовое положение. Он знал, что любит её. Он знал, что у них есть общий ребенок. Но Сайлас совершенно не помнил, как они познакомились, как сошлись, почему она столько лет терпела унизительную роль королевской любовницы, которая даже на общего ребенка не получает от любовника ни лавра. Ему хотелось пообещать, что теперь всё будет иначе, но он не знал, как было раньше. — Я развёлся, — произнес он наконец. — Прости, я не знаю, что должна сказать на это, — пожала плечами Хелена, опустила взгляд, но вот её тонкие ладони слегка, едва заметно подрагивали, выдавая волнение. — Я очень благодарна… тебе за Сета, он был совсем плох, а поиски донора никак не продвигались. — Это моя вина, — Сайлас уставился в чашку. — Моя порченая кровь. Прости. — Не говори так! — неожиданно даже для самой себя разозлилась Хелена. — Без тебя его вообще бы не было! В гостиной с телеэкрана болтали мультяшки. Сайлас покачал головой. — Ты прекрасна и грозна, — улыбнулся он. — Настоящая воительница. — Один из самых странных комплиментов, что я слышала, но спасибо, приятно, — без тени смущения ответила она, допила свой чай. — Я сам военный, — улыбнулся Сайлас. — Поэтому и комплименты у меня несколько… казарменные. Спасибо тебе. Всё было очень вкусно. Но мне пора. Я пришлю за тобой машину завтра в шесть. Хелена проводила его к выходу, снова поблагодарила и, подавшись вперёд, коснулась мягкими ненакрашенными губами щеки Сайласа, всего на пару мгновений, и сразу же отстранилась. Всё-таки она очень любила этого человека, хоть и узнавала с большим трудом. Сайлас вышел со двора, обернулся на дом, улыбнулся и сел в машину. — Во дворец, — приказал он Таузигу.