Вскормленная ненависть

      Первым, что почувствовал Джошуа, войдя в криминалистический отдел, был умопомрачительный запах кофе. Лишь вдохнув его, детектив почувствовал, как отяжелевшая за ночь голова проясняется. Он не спал уже несколько дней. Столько же не появлялся дома. Джошуа почти получилось убедить себя, что дело только в работе — ему еще столько предстояло сделать для того, чтобы восторжествовала справедливость, но периодически, особенно когда Джошуа оставался один на один с собой, вкрадчивый голос нашептывал ему, что таким образом он просто оттягивает неизбежное.       Возможно, Киллиана в его квартире уже нет. Вполне логично, если предложение руки и сердца, сделанное так поспешно и на не совсем трезвую голову, его оттолкнуло. С другой стороны, воспитание не позволит Киллиану вот так просто исчезнуть. А значит, тяжелого разговора не избежать.       Рабочее место Хелен пустовало. Компьютер был все еще выключен. Теодор Хуббард общался с новым судмедэкспертом, Джошуа решил им не мешать. Он в задумчивости стоял возле ее стола и не знал, что делать. Мозг отказывался думать. Да, поспать все-таки не помешало бы.       — Тебе Ласло нужна? — окликнул Джошуа криминалист, чье место было прямо напротив Хелен. В его руке дымилась чашка кофе, а сам он выглядел слишком счастливым для человека, работающего в полиции. — Она в проявочной.       Уже было направившись к выходу, Джошуа вспомнил, что не поблагодарил коллегу. Обернувшись, детектив поймал на себе пытливый взгляд, и вместо «спасибо» с губ сорвалось совершенно иное.       — Что?       — Правда, что про тебя говорят? Что ты ищешь культ Гестии? — Джошуа нахмурился. На самом деле этого вопроса он ожидал меньше всего. Хоть и не исключал.       — Допустим, — он сам не заметил, как скрестил на груди руки.       — Заканчивал бы ты с этим, — коллега сделал глоток и уткнулся в монитор.       Джошуа продолжал сверлить его затылок. Что это было? Предупреждение? Или угроза? Но криминалист уже не обращал на него внимания. Будто этого разговора и не было.       По дороге в проявочную, которая на самом деле уже давно не служила по своему прямому назначению, а была скорее местом, где можно было спрятаться от посторонних глаз, Джошуа завернул в туалет. Он вывернул кран с холодной водой на максимум и умылся. Во что бы то ни стало, ему нужно было проснуться. Потому что кофе и дряной энергетик, купленный прошлым вечером в качестве эксперимента, уже не помогали. Нельзя позволить паранойе взять над собой вверх. Потому что когда Джошуа поверит в то, что лапы Культа дотянулись до полицейского участка — он проиграет.       Хелен устроилась за компьютером. В большим наушниках, увлеченная работой, она не заметила, как Джошуа вошел, и вздрогнула, когда он дотронулся до её плеча. Как только образ со зрачка был распознан мозгом, криминалист улыбнулась.       — А я всё думала, когда ты ко мне придёшь.       Хелен стянула наушники, и Джошуа услышал кусочек. Песня казалась смутно знакомой. Где-то он ее точно слышал. Причем совсем недавно.       — Как дела с компьютером Изабель?       — Полностью расшифрован, — Хелен с гордостью продемонстрировала папку, в которой были еще папки. Много папок, и еще больше файлов в них.       — Есть что-нибудь интересное? — Хелен неоднозначно пожала плечами. Джошуа принес из угла комнаты стул и сел рядом. Конечно, он и не рассчитывал на многое. Просто цеплялся за соломинки.       — Интересная девушка. Даже жаль, что с ней такое произошло.       — Ты сейчас говоришь об убийце, — Джошуа откинулся на спинку стула. — Ну, или как минимум соучастнице, — взгляд, которым Хелен одарила его, детектив не смог охарактеризовать однозначно. Одновременно согласие, печаль и укор.       — Я помню, — её голос прозвучал хрипло. — Ладно, смотри, что мне удалось найти.       Криминалист вывела на экран застывшее изображение не самого лучшего качества. Джошуа узнал кровать в комнате Изабель. На ней стояла распахнутая сумка. Остальной фон распознать было невозможно, слишком нечётким он был. Хелен дождалась, когда происходящее полностью захватит внимание Джошуа, и, нажав на пробел, запустила видео.       Звука, к сожалению, не было. Изабель металась по комнате, бросая вещи в сумку. Она постоянно смотрела куда-то в сторону, где по воспоминаниям Джошуа находилось окно, и вздрагивала. Что-то — скорее всего резкий звук, возможно звонок, пригвоздил Изабель к полу. Она замерла, потом медленно посмотрела прямо на камеру, так что теперь Джошуа знал какого цвета ее глаза. Голубые. Ужасно напуганные. С пожирающим изнутри отвращением к самой себе.       Изабель знала, что последует за этим звонком в дверь. Это читалось по её лицу. Джошуа верил, что человек предвидит собственную смерть, притаившуюся за углом. Просто инстинкты самосохранения не срабатывают, и происходит то, что происходит. Возможно, это можно назвать смирением, заложенным в человеке самой природой как один из механизмов естественного отбора.       Наверное, звук повторился, потому что Изабель ожила и ненадолго вышла из кадра. Прошло около минуты, прежде чем в кадре снова появилась хозяйка комнаты, только на этот раз не одна.       Эту маленькую, совсем не выглядевшую на свой возраст, девушку Джошуа узнал сразу. Он не верил ни ее словам, ни поступкам. Каждое действие этой стервы было продуманным. Каждый испуг — наигранным. И несмотря на то, что доказательств у Джошуа не было, он точно знал — всю эту кашу заварила именно она.       Вопрос «зачем» пока оставался без ответа.       Хелен поставила видео на паузу и посмотрела на Джошуа, ожидая реакции. Но тот сидел неподвижно, продолжая разглядывать застывший силуэт Ребекки, нагло разглядывавшей содержимое сумки. Она что-то говорила Изабель, но та явно старалась игнорировать подругу. Она села за компьютер, избегая смотреть в камеру. Почему-то первой мыслью, за которую ухватился детектив, была та, что Изабель очень не хочет, чтобы Ребекка узнала о том, что ведется запись.       — Знаешь, у нее на компьютере совсем не было личный фотографий. Только игры и пара учебников по программированию, — первой начала Хелен.       Она посмотрела на Изабель с грустью. Совсем без макияжа. Теперь, когда она сидела совсем близко к камере, можно было убедиться в том, насколько бледной была ее кожа, а губы искусанными. Темные волосы Изабель заплела в небрежный хвост, открывая ровную линию скул.       — Можно определить время, когда была сделана запись? — Хелен кивнула.       — Уже. Можно с уверенностью сказать, что эта девушка была последней, кто видел Изабель живой. Сейчас они начнут ссориться, потом Изабель схватит сумку и выбежит из комнаты, забыв про телефон. Вот, на зарядке стоит, — Хелен кивнула в сторону невнятного черного прямоугольника на тумбочке.       — Ребекка выйдет сразу за ней?       — Имеешь в виду, достаточно быстро для того, чтобы столкнуть подругу с лестницы? Точных расстояний не знаю, но почти уверена, что да.       Джошуа промолчал. На доказательства вины это походило с натяжкой. Мало ли что могло произойти за кадром. Исключить, что Изабель сама упала с лестницы, было нельзя. Вдруг Ребекка просто испугалась, замела следы ссоры и сбежала? Только если…       — Не припоминаю, чтобы Донна говорила что-то про сумку… — Хелен сразу догадалась, что Джошуа имеет в виду.       — Я позвонила в участок Омахи и спросила. Никакой сумки и не было. В подвале нашли только тело. В комнате сумки тоже нет. Видимо, ее забрала с собой Ребекка.       — Только зачем? — Джошуа снова посмотрел на застывший кадр. Ребекка заглядывала в сумку, значит, знала, что там находится. Может, что-то важное? Например, улика. — Что Изабель делала за компьютером?       — Вечно ты торопишь события? — от замечания Хелен Джошуа поперхнулся. Он уже было хотел возмутиться, но вовремя понял, что она имеет в виду работу. Не Киллиана. — Она отправила сообщение некому Скотту.       Джошуа сразу вспомнил, где слышал это имя. Миссис Робинсон называла его в их последней беседе. Но зачем Изабель писать насильнику?       — Что именно она ему написала?       — Назначила встречу, — Хелен наморщила лоб, стараясь припомнить подробности. — Недалеко от полицейского участка. Знаешь, что странно? Она пригрозила, что расскажет о нем, если он откажется помочь.       — Это всё? — Хелен кивнула.       Она сняла видео с паузы, и они продолжили наблюдать за тем, как разгорается ссора между подругами. Изабель выглядела разгневанной, злой и решительной. Ребекка недолго пыталась убедить её не ходить в полицию, но всё оказалось тщетно. Когда Изабель вышла из комнаты, Ребекка, прикусив губу, побежала за ней.       Паззл сложился.       Ребекка не собиралась убивать Изабель. Приехала, скорее всего, только чтобы проведать подругу. На крайний случай припугнуть. Но всё пошло не по плану. Тихая и замкнутая Изабель не желала идти на поводу, а про цепи, которыми Ребекка успела оплести Кэт и Дейзи, и речи не шло. Роль, которая была отведена Изабель, осталась не отыгранной.       — Видимо, всё-таки придется мне поговорить с этим Скоттом, — Джошуа не хотел этого. Он передал слова миссис Робинсон своей коллеге из Омахи и поклялся не лезть. Дело и так было грязным, пачкало руки и душу. Изнасилование только сгущало краски. Детектив не был уверен, что сможет сдержаться и не раскрасить лицо этого поганца.       — Если понадобится помощь, обращайся.       По дороге в кабинет Джошуа достал телефон. У него чесались руки набрать Киллиана, просто услышать его голос, но он сдерживался. Это же чистой воды мазохизм. Скоро этот голос скажет, что между ними всё кончено. Чувство, которое он испытал раз в жизни, навсегда уснет под руинами неправильных слов и поступков.       И если это неминуемо, то пусть произойдет сегодня. Решено, Джошуа ночует дома.       Вэн отмечал на карте места, где они безуспешно пытались найти Патрика. Все показания свидетелей оказались заблуждением — хотя Джошуа считал это скорее тщательно продуманной ложью. Их просто водили за нос. Патрик, и те, кто стоит за ним. Почти весь город заполнили красные кресты — отголоски слепой надежды. Даже безнадежный мечтатель уже понял, что поиски не обернутся успехом. Но Вэн упорно верил, что еще чуть-чуть, и всё получится. Патрик, несчастная жертва неизвестных, будет спасена. Джошуа не пытался его переубедить.       Он и сам хотел увидеть напарника и лучшего друга. Посмотреть в глаза. Без озвученных вопросов узнать ответы. Или дать Патрику шанс оправдаться. Зависит от обстоятельств.       — Собирайся, — Вэн удивленно обернулся на него.       — И тебе доброе утро, — напарник изучающе осмотрел его, чтобы вынести вердикт, — снова ночевал на работе?       Он все ещё пытался подружиться, но Джошуа сопротивлялся. Не отталкивал, но держал Вэна на расстоянии. И не потому, что беспокоился, что с тем может что-то случиться. Просто жизнерадостность и дружелюбие напарника порой раздражало.       — Продолжишь говорить очевидные вещи, поеду один, — Джошуа блефовал. Вэн нужен был ему хотя бы потому, что от собственной машины остались только ссадины на лице и руках.       — Куда мы? — Вэн посмотрел на карту, прикидывая, где они еще не искали.       — В Омаху. Надо кое-с-кем перетереть.       — А побриться сначала ты не хочешь?       — Замолкни, — под ледяным взглядом Вэн сглотнул.       Машину напарника Джошуа определил сразу. Среди серости и скуки выделялся красный японец. Вэн сел за руль. Довольная улыбка на его лице настораживала. Джошуа запоздало понял, что она означает, но было уже поздно. Вэн включил радио.       — Кто за рулем, тот выбирает музыку, — произнес он утвердительно, но с намеком на вопрос. Джошуа великодушно пожал плечами.       — Мне вообще все равно.       Джошуа видел по лицу Вэна, что тот хочет поговорить, поэтому закрыл глаза. Ну уж нет, на душевный разговор он его не разведет. Пусть любезничает с Крисом.       — Спишь? — Джошуа заскрипел зубами. И вообще, почему они до сих пор не поехали.       — Да.       — Ты не забил адрес в навигатор, — голос напарника звучал одновременно насмешливым и извиняющимся. Как будто он всеми силами пытался сдержать смешок, помня о манерах. Джошуа неохотно открыл глаза и, взяв телефон, забил адрес полицейского участка Омахи. Вэн присвистнул. — Неблизкий путь.       — Поехали уже.       Джошуа любил Омаху. Здесь он родился, провел детство. Здесь жила его семья. Здесь была похоронена мама. Но приезжал сюда нечасто. Последнее время, к своему стыду, из-за работы. Отец иногда звонил, приглашал в гости, но Джошуа постоянно откладывал визит. Может, когда всё это закончится, он все-таки навестит их, расскажет о том, как облажался.       Полицейский участок Омахи был куда больше их собственного. Несколько раз Джошуа даже был внутри — много света, просторные кабинеты, новая мебель и кажущиеся приятными коллеги. Чужой мир, о котором мы ничего не знаем, всегда кажется таким, так что Джошуа не дал себе обольститься.       Донна Фармер вышла на крыльцо спустя несколько минут после того, как Джошуа сообщил ей о своем прибытии. Она по-отечески обняла Джошуа, который был на три головы выше, и дружелюбно кивнула Вэну. В отличии от Каунсил-Блафс, порядки в Омахе были строже и даже детективы были обязаны носить форму. Её темно-синий цвет отлично гармонировал с темным цветом кожи Донны. И вообще, по мнению Джошуа, коллега была одной из немногих, кому форма по-настоящему шла. Донна как будто родилась в ней.       — Всё-таки решил поговорить с этим засранцем? Кроме слов твоей свидетельницы у нас нет доказательств. Парень чист. Во всяком случае по бумагам. Так что либо обвинения беспочвенны, либо он быстро бегает.       Джошуа понял, что Донна говорит образно, зато Вэн непонимающе посмотрел сначала на нее, а потом на напарника.       — Мы приехали поговорить с воришкой? — Донна хохотнула, Джошуа закатил глаза.       — Какой милый птенчик. Не знала, что такие водятся среди детективов.       — Он из отдела поиска без вести пропавших.       — Тогда удачи, малыш.       Донна передала Джошуа записи с адресом Скотта и точками, где его чаще всего видели. Пробежав глазами по написанным от руки строчкам, Джошуа спрятал их в карман.       Все трое молча смотрели в небо и думали о своем. Подставив лицо теплым солнечным лучам, Вэн прикрыл глаза. Скоро весну сменит лето, и его лицо покроют веснушки — поцелуи солнца, к которому он так тянулся. Джошуа пытался понять, что последует за встречей со Скоттом. Ему надоело ходить по тонкому лезвию догадок и предположений. Ему требовались факты, без них тело ломило как при простуде. В висках гудело нарастающее недовольство. Донна взглянула на него снизу вверх.       — Будь осторожен, — Джошуа кивнул.       — Всегда.       Перед машиной Вэн остановился в нерешительности. Джошуа, который не мог сесть, потому что двери были до сих пор заблокированы, посмотрел на него. Вэн, почувствовав его взгляд, встретился с ним глазами. Плавившийся за его спиной фон позволил Джошуа полностью сосредоточиться на мягком силуэте напарника. Вэн не озвучивал, даже не показывал вида, но Джошуа понял — он обижен. За все, что детектив сделал и не сделал. За то, что относился к нему с пренебрежением, как к обузе. Вина и стыд, голоса которых он все это время успешно игнорировал, закричали с новой силой. Выдохнув, Джошуа снова оттолкнул их. Обижается — отлично. Будет лучше, если Вэн вообще возненавидит его. Может, тогда откажется быть его напарником.       — Я тут подумал, — подал голос Вэн. Он уже успел проглотить обиду и улыбался, — может, ты сядешь за руль? Тебе ведь лучше знать, куда мы поедем.       — Не-а, — Джошуа нетерпеливо дернул ручку. — Открывай, и поехали уже.       Вэн тяжело вздохнул и достал из кармана ключи. Он не понимал, почему напарник так себя ведет. Со всеми остальными, кроме, пожалуй, Криса, Джошуа общался нормально. Улыбался. Даже иногда смеялся. Но с Вэном становился раздражительным и агрессивным. И как бы он не пытался исправить всё, ничего не получалось. Чем бы Вэн его не обидел, так просто прощать его Джошуа не собирался.       Можно было бы понять, если бы Вэн претендовал на место Патрика. Но ничего подобного он не делал. Порой ему вообще казалось, что лишний раз в присутствии Джошуа о Патрике лучше не говорить. В такие моменты на лице напарника появлялось выражение не грусти, а скорее острой неприязни. Может, конечно, Джошуа так маскировал боль. Вэн не знал.       Они почти сразу съехали с эстакады в жилой квартал. Ровные маленькие домики должно быть символизировали идеальную жизнь её обитателей. В одном из таких Джошуа провел детские годы, наполненные счастьем и любовью. Сейчас воспоминания о них приносили еще и боль. Джошуа сглотнул и сбавил скорость.       Нужный им дом находился на левой стороне. Одноэтажный, из белого сайдинга — полный близнец своих соседей. Джошуа вышел из машины и остановился возле почтового ящика, дожидаясь, пока Вэн присоединится к нему. Напарник только вступил на тротуар, когда из дома вышел щуплый подросток. Одетый в мешковатую одежду, в летних кедах, он увидел детективов и напрягся.       — Скотт? — окликнул его Джошуа, и сразу понял, что зря.       Парень оценил ситуацию, бросив взгляд по сторонам, и бросился прочь. Выдохнув с досадой, Джошуа без раздумий побежал за ним. Ему почти сразу стало жарко, а уши заложило. Что уж тут сказать, Джошуа давно не тренировался. Он много ходил по городу, часто пешком, но это не шло ни в какое сравнение с бегом. Особенно когда целью пробежки был подросток, знающий район как свои пять пальцев и с легкостью перепрыгнувший высокий забор, возникший буквально из воздуха.       Джошуа прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Это была короткая, наполненная позором погоня. Голова кружилась, в висках стучало. Джошуа пришлось зажмуриться, потому что мир вертелся слишком быстро, и его начало тошнить.       — Ты в порядке? — Вэн, наконец, догнал их, но в любом случае было уже слишком поздно, — он ударил тебя?       — Все хорошо.       Вэн помог Джошуа подняться и подошел к забору, примеряясь. Даже подпрыгнул зачем-то. Джошуа, осмотревшись, заметил слева от себя придвинутый вплотную ящик, забравшись на который, он бы без проблем преодолел преграду. И о котором без всяких сомнений знал Скотт. Возможно, не в первой сбегал и это был тщательно продуманный маршрут отступления. И где теперь искать его?       — Можно проверить пару мест из списка, — словно прочитал его мысли Вэн. Джошуа был согласен на его план только если в бардачке его машины найдется таблетка против головной боли.       Озарение на Вэна спустилось, когда он уже был за рулем.       — Ты разве недавно в больнице с сотрясением не лежал? — Джошуа шумно выдохнул. И откуда он всё про него знает? Вряд ли от Патрика. — Капитан на летучке рассказывал.       Ну, конечно, а Джошуа еще раздумывал. Кто еще не упустит случая окунуть его лицом в грязь. Наверное, капитан бы хотел, чтобы пропал Джошуа, а не Патрик. И никто бы не стал его искать.       — И что еще он сказал?       — Только это, — Вэн прокашлялся. — Мол, только начало года, а ты уже отлыниваешь.       Джошуа отвернулся к окну. Мало того, что в конце прошлого года усадил его за бумажную работу. Так еще и унижает перед коллегами. Что же, значит он найдет Патрика, остановит Культ и в этот же день положит на стол капитана заявление. Надоело.       Скейт-парк, несмотря на отличную погоду, пустовал. Джошуа и Вэн всё равно на всякий случай обошли его, но Скотта или хотя бы намека на то, что пацан был здесь, не нашли.       В кафе, адрес которого написала Донна, его тоже не было.       Джошуа устало прикрыл глаза.       — Отвези меня домой, — казалось, Вэн только этого и ждал.       Окна его квартиры не горели. Пытаясь не думать о худшем, Джошуа поднялся на нужный этаж, немного помешкав перед тем, как выйти из лифта. Он не стал нажимать на звонок. Детектив достал из кармана ключи. Нижний замок заперт на два поворота. Верхний — на один. Ключ проворачивался так легко, как нож по маслу. Или в его сердце.       Джошуа наощупь нашел выключатель. Прихожую залил теплый желтый свет. В родных стенах чувство одиночества увеличилось сто крат. Джошуа вспомнил Гарма. Верный пес всегда встречал его с работы. Теперь только тишина. В квартире был идеальный порядок. Наверное, Киллиан навел, прежде чем уйти. Несильный запах хлорки почти не резал горло.       Со стаканом воды Джошуа вошел в спальню и замер, чувствуя, что сердце вот-вот разорвется. Разбуженный светом, Киллиан зашевелился и поднял голову.       — Я думал, ты уже не вернешься.       Оставив стакан на комоде, Джошуа присел на край кровати. Всё, что он напридумывал у себя в голове, оказалось неправдой. Мертвая хватка отпустила внутренности. Джошуа снова мог дышать. Он улыбнулся вместо ответа. Пальцы Киллиана коснулись ссадины на его щеке.       — Ты ввязался в драку?       — Это? Ерунда, — Джошуа перехватил его руку и, чуть наклонившись, поцеловал в сухие горячие губы. — Кстати, можешь одолжить машину?       — Джошуа…       Детектив коротко рассмеялся. Этот укор вперемешку с волнением сводили с ума. Спрятанный в тени вопрос, остающийся без ответа, казалось, был забыт. Целовать Киллиана было приятно. Джошуа соскучился по его губам, вплетенным в волосы пальцам, переплетенному дыханию. Он с трудом разорвал поцелуй и отстранился.       — Я в душ, — желудок невовремя напомнил о том, что Джошуа весь день ничего не ел. Киллиан мягко улыбнулся.       — Ужин в холодильнике, нужно только разогреть.       — Я сам, отдыхай, — увидев, что Киллиан собирается подняться с постели, торопливо сказал детектив. — Вообще-то у тебя постельный режим, забыл?       — Я весь день спал, так что всё нормально. Хочу позаботиться о тебе.       Джошуа выдохнул. Ну что он мог возразить на это?       Теперь, когда он знал, что Киллиан здесь, с ним, в квартире как будто стало теплей. Холодный душ притупил сонливость. Джошуа побрился и, переодевшись, вошел на кухню.       Киллиан уже ждал его. Он стоял, прислонившись спиной к кухонной тумбе. В мысли невольно ворвалось воспоминание о той ночи, когда умер Гарм. Единственный человек, который тогда поддержал его, сейчас ждал его с аптечкой в руках. Неужели Джошуа был готов вот так просто отпустить его? Собственные мысли, еще недавно въедавшиеся в мозг словно колорадские жуки, казались чужими. Кто только вселил в него эту неуверенность? У них всё будет хорошо.       Джошуа сел и без лишних слов позволил Киллиану обработать ссадины. Его прикосновения немного сглаживали боль, но детектив все равно морщился, вызывая легкую улыбку у Киллиана. Закончив с ободранными ладонями, судмедэксперт поддел пальцами подбородок Джошуа, вынуждая пересечься с ним взглядами.       — Мне стоит беспокоиться? — детектив хмыкнул.       — Ничего, с чем бы я не справился.       Ответ может не до конца устроил Киллиана, но он промолчал. Джошуа не сразу разорвал зрительный контакт. Наконец он смог подобрать ассоциацию глазам человека, в которого был влюблен. Заледеневшая гладь озера. Такая светлая, что сливалась с линией горизонта. Будто само небо рухнуло.       На ужин была запеченная рыба. Может, Джошуа был просто голоден, но давно он не пробовал ничего столь восхитительного. Нежная, без единой косточки. Джошуа съел все за минуту и с надеждой посмотрел на Киллиана.       — А добавка есть? — невинный вопрос застал судмедэксперта врасплох. От того, как округлились его глаза, Джошуа потянуло рассмеяться. Но он ограничился легкой улыбкой, хотя для этого пришлось прикусить губу. — Шутка.       Вопросы о семье Киллиана крутились на языке, но Джошуа не решался начать этот разговор. В большей степени из-за того, что не хотелось расстраивать Киллиана. Чуть меньше из-за страха разрушить хрупкое равновесие между ними. Поэтому детектив решил не начинать эту тему. Как-нибудь в другой раз.       — Как продвигаются поиски Патрика? — Джошуа пожал плечами. И почему всех так волнует этот вопрос. Неужели только он страшится последствий возвращения напарника.       — Пока безуспешно.       Они устроились на диване. Джошуа зачем-то включил телевизор. Просто по привычке — раньше он всегда так делал, когда возвращался с работы.       — И ни одной зацепки? Вы уверены, что Патрик хочет, чтобы его нашли?       Неужели впервые кто-то, кроме Джошуа, произнес это вслух? Они с Киллианом не обсуждали случившееся той ночью, но детектив первые дни и ночи безостановочно прокручивал всю цепочку событий.       Ему уже не казалось случайным, что Патрик послал его обойти полицейский участок по периметру. Сам-то он направился прямиком на звук. То, что он сломал телефон, тоже с большой вероятностью было сделано намеренно. Глупые отмазки о том, чтобы Джошуа не подходил близко, поверив на слово, что Киллиана больше нет. И наконец то, о чем детектив хотел думать меньше всего — он надеялся, ему просто показалось, что Патрик спрятал пистолет, стоило ему зайти в переулок. Уж лучше этому быть обманом зрения, а не предательством.       — Капитан в это не верит. Он правда и в Культ не верит. Может, стоит предложить ему версию с инопланетным похищением? — Киллиан в ответ лишь покачал головой. Он внимательно смотрел на Джошуа и, казалось, считывал каждую его эмоцию. Знал про каждое сомнение. Пока только зарождающийся страх глубоко внутри.       — Давай посмотрим фильм?       Может Джошуа выбрал скучный фильм, может сказывалась болезнь, но на середине Киллиан уснул. Его голова покоилась на плече детектива, и тот отдал бы все деньги мира за то, чтобы это мгновение продлилось вечность. Он даже не пытался вникнуть в происходящее на экране, потому что думал о деле.       Как определить, кто будет пятой жертвой, если он совсем не знает о быте Культа. Наверняка у них есть свод правил, может даже летопись, в которой хранится описание жертвенного огня. Только вхожий в эту общину мог дать ответы на вопросы, роем крутящиеся в его голове. На ум приходил только дедушка Киллиана. Но на это Джошуа подойдет только в самом крайнем случае.       А пока нужно заняться зацепкой, которая может пролить свет на деятельность Культа или запутать все окончательно. А именно — таинственная смерть Джонатана. Который, если верить Альберту Риду, был не просто историком, а старейшиной Культа.       Только Джошуа не мог припомнить за последний двадцать-тридцать лет громких преступлений, которые бы походили на ритуал. Возможно, Джонатан пришел к власти более миролюбивым путем.       Дело близилось к титрам, когда спящий на кофейном столике телефон ожил. Стараясь не разбудить Киллиана, Джошуа взял телефон в руки. Номер не определился, так что детектив задумался, стоит ли вообще отвечать. Поздние звонки никогда ему не нравились, а когда звонящий оставался инкогнито, тем более. И всё же, трубку Джошуа снял.       Этот голос детектив узнал бы из тысячи. Он не слышал его уже три или четыре месяца — время бежало как ненормальное. Ему звонил Патрик.       — Пожалуйста, давай без расспросов, времени в обрез, — напарник продиктовал Джошуа адрес. — Запомнил? Поторопись.       Джошуа не успел ответить, в трубке послышались короткие гудки. Он перезвонил, но женский голос сообщил, что абонент находится вне зоны действия сети.