Their Verdict of Vagaries II

      Гарри нервно барабанил по столу, пытаясь сконцентрироваться на том, что говорит Дамблдор. Был пасмурный пятничный день, урок Трансфигурации; в классе по большей части было тихо, если не считать ветра и дождя, бушующих за окном. Даже без постоянных напоминаний со стороны учителей и учеников, Поттер понимал: ТРИТОН не за горами, однако, это его не сильно беспокоило.       Прошло чуть больше недели, с тех пор как Гарри узнал о планах Пожирателей на профессора Спиндл. Гарри начал кусать губы, пытаясь успокоить нервы — не помогло, ведь ничего так и не решилось. Пожиратели Смерти всерьез задумались убить преподавателя, и в связи с отсутствием у них проблем с моральной стороной вопроса, Гарри не сомневался, что не сегодня завтра они могут наделать делов.       Он снова и снова пытался убедить себя, что его это не касается, что это все не имеет значения, что это в любом случае неизбежно… Ведь чего еще стоило ожидать от приспешников Тома? Он изо всех сил пытался оставаться бесстрастным, однако тяжело было переступить через себя.       И хотя Нотт и Лестрейндж не были до такой степени подлыми, им, как и людям вроде Розье, не нравилась тень, нависшая над их группой, даже больше, чем самому Гарри. Все Пожиратели перестали избегать этой темы у себя в мыслях рядом с ним, и он конечно же этим воспользовался. Мысли Нота и Лестрейнджа были наиболее обнадеживающими.       — Ему давно пора знать, — подумал Лестрейндж. — Я даже почти рад этому… Мне кажется, Риддл слишком осторожничает, когда дело касается его секретов. Хотя я бы не хотел быть тем, кто скажет ему об этом… Интересно, сколько Джонатану понадобится времени, чтобы смириться с действительностью…        — Он сольется? Хотя не уверен, — подумал Нотт о Гарри. — Ему очевидно, будет сложнее свыкнуться, чем нам, хоть он и не подает виду. Иначе зачем Тому было держать его в неведении? О нас Том так не пекся. Интересно, каких Джонатан взглядов о магглах… Я рад, что не единственный, кто находит это чересчур радикальным… А Эйвери еще удивляется, почему я не торчу с ним больше…       Гарри сожалел, что не продолжил тот спор с Томом неделю назад. Он сделал это, только потому что не хотел выглядеть слишком обеспокоенным. Но расчётливое убийство совершенно отличается от подшучивания над нечистокровными или от изучения нескольких темных заклинаний. Теперь Гарри понимал, что почти всем в их группе не по себе от этого слона в комнате.       Риддл, наверняка, также видел мысли своих Пожирателей, но упорно отказывался хоть что-то предпринимать. У Гарри в голове не укладывалось, как такое возможно. Ведь у него достаточно власти над своей шайкой, чтобы решить вопрос за один вечер в их треклятом штабе. Неужели он сам не осознает, насколько это ужасно, и насколько важно остановить их.       И теперь Гарри не мог усидеть на месте, ибо Том наверняка все решил. Единственное, что его не устроило, это идея секрета, а это просто космическое заблуждение. Гарри сожалел о каждой лжи, произнесенной в ту ночь… Он чувствовал, будто вся вина за возможное преступление скоро свалится на его плечи, а он ведь даже не знает этого профессора и видел его всего пару раз…       Он слепо надеялся, что Том заметил его не утихшее волнение, и поймет с чем это связанно. Но за всю неделю он ни разу не обмолвился и словом. И Гарри осознавал, чем дольше он ждет, тем хуже становится ситуация, и кто знает, когда все выйдет из-под контроля.       Прозвенел звонок, оповещающий о конце урока. Гарри встал и начал собираться вместе со всеми, упаковывая книги, пергаменты, перо и чернильницу в свою сумку. Покидая класс, он решил, что не станет скрывать свои настоящие мысли и обязательно поговорит с Томом сегодня…       — Том?       — Да?       Гарри тут же засомневался, так как несколько Пожирателей тут же обратили на него внимание. — Можем ли мы поговорить?       Том был слегка удивлен и ничего не ответил, размышляя над предложением.       — Это важно, — добавил Гарри.       — Да, конечно, — сказал Том, поднимаясь. Гарри последовал за ним. — Пройдемся?       — Да, давай.       Когда Том и Гарри покинули штаб, несколько Пожирателей посмотрели им вслед с легким любопытством. Они двинулись по холодным, пустым коридорам, петляющих в подземелье; звук их шагов отражался громким эхом от каменных стен. Прошло довольно много времени, прежде чем они решились заговорить.       — И о чем таком нетерпящем отлагательств ты хотел поговорить? — спросил Том, пока они шли. Риддл пристально изучал выражение лица Гарри, как поступал всегда, когда разговаривал с кем-то.       Гарри в свою очередь пытался найти подходящие слова, но решил сказать прямо как есть. — Мне совсем не нравится, что задумали твои друзья.       Ответ последовал после небольшой паузы. — Что ты имеешь в виду?       Гарри старался держать себя в руках, чтобы не сорваться. — А сам как думаешь?       Тому понадобилось время, чтобы найтись с ответом.       — Ты ведь сам говорил, что тебе фиолетово, что творят другие, — напомнил он Гарри, не выразив ни единой эмоции на лице. — Это только их дело, и никто не в состоянии контролировать…       — Я соврал, — признался Гарри, недоумевая, почему Том не догадался.       Это выбило Тома из колеи на секунду. — Зачем?       — Я… меня просто потрясла эта новость, — неубедительно произнес Гарри, — я как бы… запаниковал.       Они все еще шли по направлению к верхним этажам замка. — И что ты хочешь от меня?       — Ну, может, остановишь их?       — Я уже говорил, что не могу, — заявил Том. — Напоминаю, что ты вроде как согласился со мной.       — Да говорю же, я соврал, — вспыхнул Гарри. — Кто как не ты, может повлиять на это?       Они вышли из подземелья и направились к вращающимся лестницам, чтобы подняться выше. —Я не хочу их останавливать, — просто ответил Том.       — Но почему? — недоуменно спросил Гарри.       — А зачем мне это? — поинтересовался он в ответ.       — Ну, может потому, что это аморально? — саркастично предположил Гарри, с каждой секундой повышая свой голос. Было уже десять часов вечера. Ему понадобилась необычайная выдержка, чтобы не сорваться на Тома, ведь тот в упор отказывался его понимать. — Потому что это терроризм, поступив так однажды, уже ничто их не остановит поступить так снова!       Том молчал, пока они миновали один лестничный пролет за другим — пробираясь к гостиной на шестом этаже, где никто не услышит их спора. Достигнув места назначения, Том мягко закрыл за Гарри дверь, и они оба оказались в пустой комнате.       Они пожирали друг друга глазами какое-то время, пока Том не сказал: — Почему тебя это вообще беспокоит? — голос Тома оставался по-прежнему спокойным, — это ведь тебя совсем не касается.       — Нет, касается — они собираются причинить вред невинному человеку!       — И что с того, это всего лишь жалкий поклонник магглов…       — Как ты не понимаешь?! — возмутился Гарри. — Нельзя убить человека, который просто отстаивает права магглов, и при этом остаться безнаказанным!       — Но я то тут при чем? — в голосе Тома начало появляться раздражение. — Это была не моя идея!       — Но ведь ты их лидер! — воскликнул Гарри. — Если ты никак не оспорил их намеренье, значит все в порядке.       — Они в курсе моего отношения к убийствам, и что я не в ответе за их наклонности. Думал ты тоже.       — Но ведь они не посмеют тебя ослушаться, и если ты скажешь им прекратить…       — Я не собираюсь прекращать то, что я не начинал! — яростно возразил Том.       — Думаешь, это не твоих рук дело? — спросил Гарри. — А чьих еще? Именно ты познакомил их с Темными Искусствами…       — Не смей обвинять меня в этом! — возмутился Том. — Хочешь сказать, я нарочно учу их убивать людей?       — Нет, я просто… — Гарри начал нервно ходить по комнате, вороша свои волосы. — Нельзя позволить им разрушить жизнь человека, в угоду нелепой прихоти.       — Я не собираюсь денно и нощно следить за каждым их шагом, у меня и без того дел хватает, — недовольство Тома не утихало.       — Да не нужно ни за кем следить; просто объясни, что подобное поведение неприемлемо!       — Вот пойди сам и объясни, — сухо предложил Том.       — Ты их что ли боишься или типа того? — спросил Гарри.       — А ты?       — Я в ужасе! Это просто невероятно, что ты не собираешься ничего делать с этим! Закрывая глаза на то, что половина Пожирателей, у которых осталась хоть капля нравственности, против этой затеи. И не говори, что не в курсе, знаю, как часто ты копаешься в головах своих друзей!       — Я неповинен в грехах своих друзей, но ты видимо считаешь иначе.       — Я не хочу свалить всю вину на тебя, — отчаялся Гарри. — Я просто хочу разобраться с этим кошмаром! Не знаю, как подступиться, хочу, чтоб ты помог!       Том выглядел озадаченным. Наступила пауза, он, казалось, не знал, что сказать. Гарри тоже молчал, предоставляя время для размышлений и себе и Тому. Прошло больше минуты.       За это время Том поуспокоился и его голос вновь стал бесстрастным. — Если тебе нужно помочь разобраться с этим, то…       — То что? — спросил Гарри.       — Я не знаю.       На комнату снова обрушилась тишина. Гарри осознавал, насколько важно победить в этом споре. Ведь если Пожиратели Смерти уже в этом возрасте готовы пойти на убийство, то не за горами их превращение в тех самых безжалостных палачей. И тогда у Гарри не останется ни единого шанса хоть что-то поменять.       — Ты даже не видел этого профессора ни разу, — сказал Том. — Не представляешь, как раздражает его обожание магглов.       — Да плевать мне! Это все еще человеческая жизнь…       Гарри постарался тут же успокоиться, чтобы снова не накалять обстановку. Он с минуту прожигал Тома глазами, после чего в задумчивости отпустил их в пол. Даже если Том хочет подыграть Пожирателям, чтобы не терять их расположение, он должен понимать, что это уже перебор.       Том молча бродил по комнате, размышляя над их перепалкой. После чего подошел к Гарри, посмотрел ему прямо в глаза и протянул руку к его руке, переплетая их пальцы. Некоторое время они просто смотрели друг на друга и ждали, пока кто-то заговорит.       — Смиришься ли ты с этим со временем? — мягко спросил Том.       Гарри посмотрел прямо в черно-серые глаза и решил быть откровенным. — Нет.       — Ты же сносил их ребячество раньше? — спросил Том. — Остался всего месяц, и мы закончим школу. У них даже не будет времени осуществить их нелепый план, ТРИТОН и прочее несомненно отвлечет их.       Своей свободной рукой Том нежно провел по подбородку Гарри.       — И пройдут годы, прежде чем мы встретимся с ними снова, если это вообще когда-нибудь произойдет…       — С чего ты взял, что после выпуска, они не продолжат охоту на любителей магглов?       — Поверь, они боятся Министерства гораздо больше, чем Диппета, — заверил его Том, — более того, они скорее всего будут заняты поиском работы, сомневаюсь, что у них найдется время на простую встречу, не то, что на организацию преступления.       — Полагаю, ты прав… — неуверенно согласился Гарри.       — Уверяю, как только мы покинем Хогвартс, ты забудешь об их существовании, — заявил Том. Его рука все еще нежно поглаживала подбородок Гарри.       Гарри смотрел на Тома, наслаждаясь прикосновениями его длинных пальцев, огорчившийся, что он так и не смог повлиять на решение собеседника. — То есть мы не сможем ни на что повлиять, — тихо сказал Гарри, вновь опуская взгляд в пол.       — Нам и не нужно, — мягко ответил Том. — Вся эта школьная жизнь скоро закончится.       Гарри не нашел, что ответить. И тогда Том наклонился вперед, чтобы нежно поцеловать его. Они задержались на этом поцелуе на некоторое время, чтобы ни у кого не нашлось, что добавить в этом треклятом споре. Гарри почувствовал, как руки Тома медленно поднимаются по его спине, и его дыхание становится все более неровным. Мысли о Пожирателях начали стремительно вытесняться из его головы нарастающим возбуждением. Но ему все же захотелось добиться хоть какого-то компромисса в их конфликте.       — Если они и правда начнут замышлять убийство, — продолжил Гарри, — ты что-нибудь предпримешь?       Том задумался на минуту. — Да…       Гарри кивнул, радуясь тому, что они достигли некоторой формы соглашения.       — Может, присядем? — тихо спросил Том.       — Конечно.       Том подвел его к одной из удобных кушеток, стоявших в этой комнате, и они сели бок о бок.       — Что будем делать после того, как покинем Хогвартс? — спросил Гарри, прежде чем они успели продолжить.       Том слегка улыбнулся. — Для начала найдем жилье.       — Как? — спросил Гарри, которому эта идея тут же понравилась.       — Есть несколько вариантов, — ответил Том. — Скорее всего, у нас не получится жить вместе в одной квартире, так как это будет подозрительно. Но мы обязательно что-нибудь придумаем: соврем или используем подходящее заклинание.       — Нам также потребуется найти работу на это время.       — Само собой.       — Ты все еще хочешь преподавать в Хогвартсе? — спросил Гарри, перебив Тома.       — Да, — ответил Том. — Как я, наверное, уже говорил, профессор ЗОТИ несомненно готова отказаться от своей должности, как только найдется достойная замена.       — А Диппет знает об этом?       — Да, я говорил с ним пару месяцев назад.       — Тебе повезло, что Меррисот решила уйти на пенсию пораньше.       Уголки его губ слегка приподнялись. — Да, повезло…       Гарри, слегка нахмурившись посмотрел Тому в глаза. — Это что… твоих рук дело?       Том вновь посмотрел на их сцепленные руки и еще больше заулыбался. — Ну, я не мог позволить ускользнуть подобной возможности.       — Что ты сделал?       — Почти ничего, — ответил Том. — У меня было всего несколько разговоров с Меррисот, в которых я намекнул, что в будущем хотел бы преподавать. Наплел ей, что ее уроки безумно вдохновляют и что ее предмет мой самый любимый.       — И что она решила уступить тебе, вот так просто? — с улыбкой на лице спросил Гарри.       — По большей части да, — сказал Том. — Хотя это не совсем ее решение. Она сказала, что оставит рекомендацию на меня Диппету перед уходом, думаю это будет полезно. Так что у меня нет причин полагать, что директор будет против моей кандидатуры.       Гарри снова улыбнулся. Он знал — в итоге Диппет решит, что Том слишком молод для этой работы. — Почему ты хочешь преподавать? — спросил он, хоть и знал ответ, но ему хотелось услышать его из первых уст.       — На это есть много причин, — ответил Том. — Наиболее очевидная — это то, что мне самому не хочется прекращать обучение и в Хогвартсе я смогу продолжать получать знания. Еще я смогу влиять на молодые умы… думаю, многие недооценивают силу влияния преподавателей. Обучение сотен волшебников и волшебниц своим взглядам на мир, дает мне возможность использовать их силу в своих интересах в будущем.       — Как те уроки, что ты даешь нам по Темным Искусствам?       — Да, похоже на то.       — Почему тогда ЗОТИ?       Том улыбнулся. — При правильной подаче материала я не только смогу научить защищаться от Темных Искусств, но и смогу разжечь интерес к оным. Через какое-то время они обязательно попросят меня продемонстрировать примеры серой магии.       Гарри не был уверен в том, что думать об этом плане, но понимал, что тому не суждено будет реализоваться. — Похоже, ты много размышлял над этим.       — Как и над любой из моих идей, — ответил Том, улыбнувшись. — Лучше скажи о какой работе помышляешь ты?       — О, я не совсем уверен…       А на самом деле, совсем не думал об этом. Он быстро начал прикидывать, что необходимо сделать по окончании Хогвартса… Для начала ему нужно притвориться, что он охотится за Гриндевальдом. Хотя долго разыгрывать этот спектакль ему не придется, ведь через пару месяцев его одолеет Дамблдор и запрет в Нурменграде…       Неожиданно для себя он вспомнил о поисках Даров Смерти… он не был полностью уверен, нужны ли они ему, но они определенно могут понадобиться в будущем. Так что потребуется выкрасть палочку Дамблдора.       — Я хочу работать там, где всегда буду в курсе всех новостей, теорий и слухов, — заявил Поттер. — Информации из еженедельника явно недостаточно.       — Чтобы отслеживать перемещение Гриндевальда?       — Да, — ответил Гарри. — Так что мне нужна работа, где полно такого. А еще я бы хотел быть поблизости от Хогвартса.       — Зачем? — оторопев, спросил Том.       — Не знаю… — он прикидывал, если обитать неподалеку, то легче будет следить за Дамблдором, и возможно так легче будет выкрасть палочку. Но, конечно, было необходимо придумать убедительное оправдание для Тома. — Я имею в виду… если ты будешь работать тут, я всегда был бы рядом.       Любопытство испарилось с лица Тома. — Тогда тебе нужно работать прямо в Хогвартсе.       — Да, — согласился Гарри. — Это было бы прекрасно.       Гарри показалось, что это был хороший план. Довольно просто планировать свое будущее, когда знаешь, что должно произойти…       — Я был бы счастлив жить с тобой, — отметил Том, и на его губах появилась мягкая улыбка. — Иметь возможность остаться наедине, построить совместное будущее. Ты станешь моей секретной отдушиной… — он взял свободную руку Гарри и поцеловал ее.       Гарри поцеловал его в ответ, чувствуя ликование, когда объятия начали углубляться. Он почувствовал, как руки Тома скользят по его талии, их дыхания сливаются воедино становятся более неровными. Вскоре каждый дюйм тела Гарри жаждал прикосновений Тома, и он был дезориентирован, желая сблизиться еще больше, совсем забыв о времени.       — Мы уже должны были вернуться, — слегка отстранившись, тихо произнес Том.       Поттер немного разочаровался этому предположению. — Мне совсем не хочется к остальным.       — Скоро мы покинем эту школу, — снова напомнил ему Том.       — Вот именно, тогда зачем переживать, что наше отсутствие заметят?       Том слегка улыбнулся. — И то верно…       — Я все никак не пойму, зачем они следят за каждым твоим шагом?       — Просто не обращай внимания.       — И тем не менее. Особенно это касается Лестрейнджа, постоянно трясётся, чтоб не дай Бог ты уделил кому-то больше внимания, чем остальным. Это же глупо.       — Думаю, в некотором роде ты прав. — Том сделал небольшую паузу. — Я никак не мог понять их отношение ко мне, пока не научился легилименции…       Гарри внезапно заметил, что Том больше не улыбается. На нем снова была маска безразличия. И Гарри не мог догадаться, о чем тот думает. — Что ты имеешь в виду?       Том долго размышлял над тем стоит ли продолжить этот разговор.       — Я не обладаю сильной эмпатией с самого детства. Так что в детстве я научился подмечать движения и мимику лиц других детей, примеряя их в итоге на себя, чтобы добиться необходимой реакции окружающих. Я был одержим наукой выражения эмоции несколько лет… — Гарри ошеломленно уставился на Тома, его поражало, что он говорит о выражении эмоций, как об инструменте, а не как о естественной реакции. — Честно говоря, я до сих пор не всегда понимаю своих друзей, пусть у меня и есть доступ к их мыслям…       Гарри не понимал, что делать с этим неожиданным признанием. Было что-то жутковатое в том, что он только что сказал…       Однако Том внезапно взглянул на него, заметив, что Гарри все еще молчит. Он наблюдал за ним еще пристальней, чем обычно. И в какой-то момент у него на лице промелькнуло сожаление за то, что сболтнул лишнее.       — Как думаешь, это нормально? — очень тихо спросил Том.       Гарри заколебался. Он даже не был уверен, к чему именно относился этот вопрос… возможно ко всему. Однако, независимо от того, о чем спрашивал Том, Гарри не мог найти подходящего ответа.       — Я не знаю, — неуверенно начал Гарри. — Я к тому… наверное, это нормально. Большинство детей вообще не обладает эмпатией, и… и даже с легилименцией эмоции все еще сложны для них…       — Да, — сказал Том. Он больше никак не прокомментировал попытки Поттера утешить его. Прошло много времени, прежде чем их разговор вновь вернулся в нормальное русло.