Their Verdict of Vagaries II

      Гарри и Том покинули маленькую гостиницу в Аппер-Фледжли после истечении запланированных двух недель. Парень с ресепшен равнодушно попрощался с ними, на его лице читалось недоумение. Он явно пытался понять, кто они такие. Гарри задумался, не было ли с их стороны неразумно оставить имена «Волдеморт» и «Тромедлов» в гостевой книге, но Том заверил его, что чары сработали безукоризненно и едва ли бармен что-то вспомнит.       Прошло еще две недели с тех пор, как они нашли новую квартиру, после чего и работу. Тому не потребовалось много времени, чтобы убедить людей дать ему желаемую работу, как для себя, так и для Гарри. Их квартира тоже была приобретена без лишних хлопот, к его небольшому удивлению. Было любопытно, как Тому удавалось так легко получать желаемое.       Был понедельник, шестнадцатое июля, когда Гарри приступил к своей работе. В то утро они проснулись рано, быстро собрались и позавтракали. Оставалось всего около двадцати минут до выхода, когда Том предложил изменить внешность Гарри, чтобы создать ему совершенно новую личность.       Они стояли в гостиной, оформленной довольно просто: книжная полка занимала почти всю стену, так же были два кресла и диван, стоящий в центре комнаты напротив полок, а между ними стоял небольшой столик. Дверь, ведущая в квартиру, находилась в гостиной, а рядом с ней было два окна, которые обеспечивали хорошее естественное освещение с улицы, несмотря на то что они жили в узкой и темной Ноктюрн Алее. Еще две двери было справа от входа. Одна вела в кухню, другая в спальню, а также в ванную комнату. Их квартирка была скромной, но уютной.       — Вряд ли я встречу там кого-то знакомого, — прокомментировал Гарри, стоя лицом к лицу с Томом, который собирался начать трансфигурацию. — Тем более я же буду редактором, а не журналистом, так что скорее всего буду встречаться каждый день с одними и теми же людьми из офиса.       — Мне кажется, немного осторожности не повредит, — ответил Том, изучая лицо Гарри. — Никогда не знаешь кому придет в голову посетить «Ежедневный Пророк» и случайно узнать тебя…       Том начал невербальное превращение. Однако спустя пару минут внезапно остановился, глядя на челюсть Гарри, которую он менял. — Что случилось?       — Ты и раньше применял трансфигурацию? — медленно спросил Том.       Гарри не мог быть уверен насколько это впечатлило Тома, однако ответил: — Ну, знаешь, за сменой имени неминуемо следует смена внешности. Особенно в ситуации, когда приходится скрываться.       — Но я ни разу не видел, как ты менял себе внешность. Даже в школе.       — И?       — Значит, ты либо ранняя пташка, либо тебе удалось найти способ поддерживать свою трансфигурацию постоянно, — заявил Том, все еще пожирая оппонента глазами. — Если первое, то я поражен, как тебе удалось до сих пор скрывать это, учитывая, что мы жили в одной комнате. А если второе… то, пожалуй, я поражен еще больше, и мне не терпится узнать, как ты научился поддерживать трансфигурацию дольше нескольких часов.       Осознав услышанное, Гарри только сейчас понял — курс Трансфигурации ранее был, возможно, более продвинутый, чем тот, что изучали в этом десятилетии. Поттер был уверен, что в его времени такие вещи, как смена цвета глаз нельзя продлить дольше чем на день-два, но как-то и не подумал, что в сороковые любые внешние изменения человека едва держались пару часов.       Он предположил, что все это, должно быть, было довольно поздним прорывом, так как Мастеров Трансфигурации интересуют более сложные области этой науки. Начиная с областей трансформации неодушевлённых предметов и заканчивая живыми материями, вроде животных и насекомых — по крайней мере, в ранних опытах никто бы не рискнул применить заклинания на людях. Да и вообще, в первую очередь был важен сам факт превращения, а не его длительность. Однако теперь Гарри гадал, что ответить Тому…       — Я всегда умел применять длительные трансфигурации, — признался Гарри после минутной паузы. — Это была одна из первых вещей, которой меня научили друзья моих родителей, забрав из приюта. Не сказал бы, что и в остальных предметах мне дали какие-то столь обширные знания, но изменения внешности казалось им очень важным умением.       Том задумался на минуту, перестав колдовать над Гарри. — Ну, это не лишено смысла, — начал он. — Это может быть полезно в разведке… но мне лишь любопытно, как именно это работает.       Несмотря на то, что до прорыва в этой сфере трансфигурации было еще далеко, он не побоялся рассказать Тому правду, о том, как увеличить длительность своих превращений. Он все равно не из тех, кто так просто побежит трепаться об этом посторонним людям. — Это просто. Нужно всего лишь стараться сохранить равновесие между каждым твоим преобразованием… Начинаешь вносить изменения во внешность по порядку одно за другим, но понемножку, чтоб каждое предшествующее изменение не успело откатиться. И когда все будет готово произносишь заклинание, чтобы закрепить результат.       Увидев лёгкое недопонимание, Гарри продолжил описывать, как все это работает, более подробно, на радость Тома. Ему было немного неловко объяснять то, что ему казалось элементарным, самому умному волшебнику, которого он когда-либо встречал. Справедливости ради с момента их знакомства Том успел его научить гораздо большим вещам. И единственная причина, по которой эта магия казалась Гарри такой простой, так это то, что ему часто приходилось ее использовать. Потребовалось всего пять минут, чтобы его напарник разобрался в чем суть, но это и неудивительно.       — Надеюсь не нужно объяснять, почему не стоит распространяться об этой технике никому? — добавил Гарри, когда закончил. — Подобная трансфигурация, была своего рода визитной карточкой нашего Тайного сообщества.       — Не переживай, я никому не скажу, — заверил его Том. — Обещаю.       Гарри успокаивал себя, что даже если Том решит прославиться этим открытием, то это вряд ли приведет к сильным изменениям. Разве что Волдеморт стал бы создателем самого полезного и популярного умения в Трансфигурации за сто лет. — Хотя, — сказал Гарри, — возможно, стоило бы рискнуть, хотя бы ради того, чтобы увидеть лицо Дамблдора, когда ты прославишься благодаря этому открытию. Тогда ты бы смог без проблем устроиться в школу преподавателем.       Том улыбнулся, но через мгновение сказал: — По мне, это не стоит того, чтобы рисковать тобой.       Гарри перестал улыбаться, так как его все еще одолевали сомнения, когда Том говорил такие вещи. Ведь это все еще могла быть ложь, и он не испытывал на самом деле ничего подобного. А может он просто хочет стать профессором ЗОТИ, а не Трансфигурации, и Гарри просто накручивает себя. Он постарался избавиться от навязчивой мысли и возненавидел себя за то, что снова вспомнил об этом. Его размышления прервал Том, неожиданно снова заговорив.       — Можно увидеть, как ты выглядишь на самом деле? — тихо спросил он.       Гарри удивился такому вопросу и заколебался. — Эм… ну не знаю…       Вдруг это создаст проблемы в будущем? Если он увидит Гарри из девяностых, то несомненно его узнает. Однако в этот раз он попросту не смог придумать повода для сокрытия своей настоящей внешности… Пока он пытался принять решение, Том смотрел на него, вероятно пытаясь понять, о чем тот думает.       — Не сомневаюсь, что изменения не такие уж и большие, — сказал Том. — Мне просто любопытно, доверяешь ли ты мне.       Гарри не хотел, чтобы Том подумал, будто он уклоняется от демонстрации своей настоящей внешности только потому, что он был тщеславен. И тем более ему не хотелось, чтобы он решил, что ему не доверяют. На секунду он решил, что можно было бы вновь отмазаться Гриндевальдом. Мол все это в целях безопасности; он не хочет светиться в чужих воспоминаниях, ведь Гриндевальд тоже неплохой легилемент. Но что-то ему подсказывало, что в этом случае не стоит врать и уклоняться. — Хорошо, — сказал он, — я покажу…       Том выглядел довольным, и без каких-либо сомнений применил к нему Контртрансфигурацию. Гарри почувствовал, как начало меняться его лицо, и когда все закончилось он открыл глаза и взглянул на Тома. Тот выглядел довольным.       — Без чар ты выглядишь так же соблазнительно, — мягко заметил Том, в то время как его глаза метались по лицу Гарри, внимательно изучая. — И я сказал «так же», так как в действительности изменения не столь значительны.       — Уверен, у тебя выйдет гораздо лучше поменять мне внешность, — честно прокомментировал Гарри. Том издал короткий смешок, прежде чем поднять палочку и продолжить свою трансфигурацию.       Ему потребовалось всего три минуты, чтобы придать Гарри новое лицо. После он подхватил его под руку и повел сквозь их гостиную в ванную комнату. Том был доволен своей проделанной работой, и Гарри сразу понял почему, увидев себя в зеркале над раковиной.       Он все еще был смутно похож на себя. Но это и не удивительно, ведь для более неестественных изменений нужно потратить гораздо больше времени, не говоря уже о том, что это может плохо сказаться на психологическом восприятии себя, это не очень полезно. Однако, очертания его лица стали даже более прекрасны, чем когда-либо были у него.       — Тебе нравится? — спросил Том с улыбкой, наблюдая за ним в зеркале.       — Это забавно, — ответил Гарри, пытаясь подобрать правильные слова. — Но тебе следовало сделать меня менее приметным.       — Нет, главное было сделать тебя не похожим на себя, — поправил его Том, подходя ближе, все еще ухмыляясь. Он встал позади и слегка приобнял Гарри за талию, приблизив губы к его уху. — Хотя должен признаться, что до сих пор вижу твои естественные черты лица.       Гарри не стал это комментировать, в то время как Том счастливо его разглядывал в зеркале.       — Тебе не нравится моя работа? — спросил он через какое-то время.       — Нет, я просто… — Гарри на самом деле не был уверен, что чувствует по этому поводу и почему ему так сильно не нравилась эта ситуация. — Это просто неловко. И как-то непривычно.       Том тихо рассмеялся. — Не понимаю, что непривычного, — мягко сказал он, сжимая Гарри чуть крепче, — и вообще, ты мне нравишься в любом своем воплощении.       Гарри попытался пожать плечами и в итоге отошел от Тома, возможно, в первую очередь, чтоб дистанцироваться от своего отражения. Да и вообще, какая разница, как он будет выглядеть. Ему все равно в офисе сидеть целыми днями в течении следующего года или около того. Он взял Тома за руку, когда тот отошел от зеркала, и сказал: — Так, если мы не поторопимся, то опоздаем. А это плохая идея — опаздывать в первый день работы.       — Действительно, — согласился Том, проследовав за ним в гостиную. Гарри уже собирался взять свою мантию и покинуть квартиру, но его вдруг притянули и нежно поцеловали. Его решимость покинуть дом тут же ослабла. Однако, им все равно пришлось разъединиться через мгновение.       — Не хочу злить Горбина своим отсутствием, — сказал Том, поднимая свой дорожную мантию. — Хотя и буду скучать по тебе весь день.       Гарри слегка улыбнулся. — Я вернусь, сразу после окончания рабочего дня.       После короткого прощания, парни разошлись каждый в свою сторону. Гарри вышел к Диагон Аллее, минув множество темных и жутких магазинов, выстроившихся вдоль извилистой Ноктюрн Аллеи. Он не был уверен, почему этот темный переулок перестал пугать; может, потому что он стал взрослее, а может, потому что он изменился.       Этим ранним утром Диагон Аллея была ярко освещена и наполнена снующими людьми. Гарри шел еще около пяти минут, шествуя мимо множества ярких витрин магазинов, торгующих метлами или перьями, пока не вышел к замысловатому зданию, на фасаде которого красовалась вывеска «Ежедневный Пророк». Множество волшебников и волшебниц шныряли туда-сюда из главного входа этого четырехэтажного здания. Оно было сделано из кирпича песчаного цвета с красивыми, закрученными узорами, вырезанными на каждом подоконнике. Несколько ступенек вели от главной улицы к большим массивным дверям на входе. Недолго думая, Гарри присоединился к толпе и прошмыгнул внутрь.       За высокими дверями, находился огромный вестибюль, украшенный золотой и красной плиткой, с высокими потолками и множеством дверей, ведущих в разные стороны, поскольку комната была круглой. На эту комнату явно были наложены чары расширения, так как снаружи здание не выглядит способным вместить такой вестибюль. Между каждой дверью стояли высокие столы из темного дерева и Гарри направился к одному из них.       — Доброе утро, сэр, — поприветствовала его аккуратная миловидная ведьма, когда он подошел к ее стойке.       — Доброе утро, — ответил на любезность любезностью Гарри, — я Ричард Планкетт, новый редактор в отделе криминалистики «Ежедневного Пророка».       — О, конечно, мистер Планкетт, — мгновенно сориентировалась ведьма. — Проходите сюда, пожалуйста.       Гарри наблюдал, как ведьма встала из-за своего стола и пригласила следовать за ней. Она провела его сквозь дверь, что располагалась за ее стойкой, и дальше они прошли бесчисленное количество коридоров и лестничных пролетов. По пути Гарри, не стесняясь, изучал мелькающих мимо него волшебников, пока они не прибыли в нужное место.       Они остановились возле небольшого перекрестка, где сходилось около восьми коридоров. Рядом за одним из столов сидел волшебник, который устало читал длинный пергамент. Он поднял взгляд, когда к нему подошла ведьма, что сопровождала Гарри.       — У меня тут мистер Планкетт из отдела Криминалистики, — сказала она.       — Ах, да, — сказал волшебник усталым скучающим голосом, поправляя очки на своем носу. После паузы он снова вернулся к своим бумагам. — Довольно впечатляющее резюме, да. Тогда проведите его к главному офису.       Ведьма так и поступила, и они двинулись дальше по виляющим коридорам, только в этот раз все закончилось быстрее. Спустя два поворота они оказались где нужно. — Вот мы и на месте, — когда они остановились у двери, сделанной из того же дерева, что и столы. — В этом отделе вас уже ожидают. Там вам расскажут о ваших обязанностях, а также все, что вам нужно знать про предредактирование. Если у вас есть еще какие-то вопросы, не стесняйтесь спрашивать у любого сотрудника.       — Спасибо, — поблагодарил ведьму Гарри. Та, не мешкая, кивнула ему и поспешила удалиться, а Гарри вошел в комнату за дверью.       Кабинет был ярко освещен, стены между заколдованными окнами были украшены фотографиями неизвестных и старинными газетными статьями, а за самими окнами открывался вид на чистое голубое небо, несмотря на то, что они явно находились под землей. Во всей комнате располагалось пять столов, четыре из которых были уже заняты волшебниками. Один из них выглядел лет на сорок, и он явно был погружен в свою работу. Другой волшебник хоть и был на вид старым, но выглядел довольно крепким, остальные двое — волшебник и волшебница не старше двадцати пяти, которые мило беседовали друг с другом и, казалось, не были обременены работой.       Гарри был рад заметить, что никто из них не выглядел сильно строгим и требовательным, кроме самого старого волшебника. Когда он закрыл за собой дверь, он обратил внимание на изучающий взгляд со стороны того старого волшебника. Гарри же в свою очередь почувствовал, что он кажется ему смутно знакомым.       — Вы должно быть Ричард Планкетт, — раздался рокочущий голос, того самого волшебника, что показался ему знакомым.       — Да, — ответил Гарри.       — Вы как раз вовремя, — сказал он, — вернее даже чуть не опоздали.       — Извиняюсь, я просто…       — Не к чему объяснения, — заверил его волшебник. Он слегка улыбнулся, все еще внимательно изучая Гарри. — Я бы устроил вам экскурсию по этому месту, но я уверен, что с места, где вы стоите отличный обзор на все наши владения. Я Эбнер. Эбнер Грюм.       Гарри наблюдал, как Эбнер протянул ему руку, чтобы пожать. — Приятно познакомиться.       Теперь все встало на свои места, он понял, кого ему напоминал Эбнер — Аластора Грюма. Они выглядели очень похоже, если не считать военных шрамов, оставшихся у Аластора. Гарри не сомневался, что они были родственниками. Вероятно, они могли быть отцом и сыном. Было весьма любопытно узнать, почему отец Грозного Глаза Грюма работает здесь.       — Кстати, — продолжил Эбнер, не замечая пристального взгляда Гарри, — это Эйлин Лоусон, — ведьма позади него тихо сказала «привет», — это Эмрик Ротвелл, — молодой волшебник рядом с Эйлин кивнул Гарри, — и это Эйдан Стеббинс, — Эйдан даже не оторвался от работы, чтобы поздороваться с Гарри. — Он не самый общительный, — вполголоса добавил Грюм.       Гарри лишь кивнул, никак не комментируя.       — Вот ваше рабочее место, — сказал Эбнер, указав на стол рядом с Эйлин и Эмриком, — и работа, которую вам предстоит выполнить, уже лежит на вашем столе.       — Хорошо.       — Так, вы знаете, как читать рукописи и редактировать их в соответствии со стандартами Пророка?       — Да, — ответил Гарри. Том уже объяснил ему все о предредактировании более подробно, поэтому рад, что сейчас ему не придется обсуждать это с Грюмом.       — Даже если будут какие-то проблемы, главное помните о пяти правилах, — сказал Эбнер. — Написанные вами статьи должны быть популярны, понятны, кратки, корректны, последовательны. Это все, что от вас требуется.       — Да, конечно, — его слова все больше и больше напоминали Гарри Грозного Глаза Грюма.       — Как и в любом деле, — продолжил Эбнер, — где-то будет легко, где-то тяжело. Поскольку вы новичок, мы дадим вам легкую работу, и если вы с этим не справитесь, то очевидно вы не готовы к такой работе и поэтому будете уволены. Но если вы все же справитесь, то мы так уж и быть будем размещать ваши статьи непосредственно в газете и даже заплатим за это, и вскоре вы сможете делиться вашими правдивыми или лживыми историями со всем миром. Звучит заманчиво?       — Эм, да, пожалуй, — сказал Гарри, — звучит потрясающе.       Эбнер чуть улыбнулся, однако продолжал внимательно его изучать. Гарри предположил, что Грюм не доверял ему полностью скорее потому, что в их офис совсем не требовался новый редактор, или, возможно, потому, что Гарри не выглядел нормальным, счастливым или праведным волшебником. Он знал, что мог узнать настоящую причину прямо из его головы, просто прочитав мысли, но решил не рисковать пока.       — Тогда можете приступать, — приказал Эбнер.       — Хорошо, — сказал Гарри, направляясь к своему столу.       Гарри сел и принялся изучать первую стопку пергаментов. Гарри увидел, что рассказ, представленный перед ним, прислала старая ведьма из Йоркшира, которая видела, как несколько молодых людей напали на кота ее соседа. Дочитав эту статью до конца, он сразу понял, что она не попадёт на первую полосу, но все равно принялся исправлять ошибки в ней и редактировать.       Прошло несколько часов, но ничего особенного не произошло, и Гарри показалось, будто прошла вечность, прежде чем наступил обеденный перерыв. Он отвлекся от своей работы и обратил внимание, что Эбнер все так же корпел над своим столом и явно никуда не собирался. Эйдан же куда-то вышел, а Эмрик и Эйлин все так же разговаривали. Они казались хорошими друзьями. Гарри встал из-за стола и собирался выйти из комнаты, как вдруг его окрикнули.       — Ричард, не хочешь к нам присоединиться, мы как раз собирались пообедать, — спросила Эйлин.       Гарри был сильно удивлен этим предложением, и на секунду засомневался, стоит ли принять их предложение. С другой стороны, не нашел ни единой причины для отказа. — Да, почему бы и нет, буду рад.       Эйлин улыбнулась и наколдовала стул рядом с собой и Эмриком, чтобы оба смогли присесть за ее столом. Когда Гарри уселся, он обратил внимание, что парень явно избегает зрительного контакта с ним. Возможно, тот просто стесняется, хотя на первый взгляд он и не кажется робким.       Эйлин взмахнула палочкой, не обращая внимания на некую неловкость между парнями, и из соседней комнаты вылетел поднос с едой и напитками. Гарри догадался, что соседняя дверь возможно вела в их личный кафетерий, что неудивительно для такой крупной компании снабжать своих работников всем необходимым для быстрого перекуса.       — Должна сказать, что была сильно удивлена, когда узнала, что в наш отдел наняли нового редактора, — сказала Эйлин, когда к ней пододвинулось три тарелки, с кучей различных закусок. — Конечно, я понимаю, что в последнее время наблюдается рост преступности, однако, мы вроде как успевали обрабатывать все новости.       — Глядя на заметно увеличившийся процент преступлений совершающийся ежедневно, я лично не был так сильно удивлен, когда меня приняли, — сказал Гарри, беря в руки нож и вилку. — Хотя я все еще считаю, что мне повезло получить тут работу.       — Может у тебя тут кто-то знакомый работает? Не сочти за грубость.       — Нет, — ответил Гарри, — никаких хитростей, я просто подал свое резюме, и оно видимо удовлетворило всех, кого надо.       — А что тебя привлекло в работе редактора?       — Если честно меня просто интересуют новости.       — М-м, у меня та же история, — кивнула Эйлин, — в отличие от Эмрика, он тут по наказу родителей.       — Ну, только отчасти, — добавил Эмрик, не отрываясь от тарелки. Эйлин заулыбалась.       — Но быть вспомогательным редактором — довольно интересная работа, — заметила она, ее карие глаза блуждали, изучая Гарри. — Надеюсь, вам тут понравится так же, как и нам.       — Я тоже на это надеюсь, — сказал Гарри. Ему было любопытно, как долго он все же тут проработает, и насколько полезна будет эта должность дня него. Возможно, он пробудет тут больше года… все зависит от настроя и изменений Тома.       В этот момент Гарри бросил взгляд через комнату и увидел, что Грюм встал из-за своего стола. Вопреки внешнему виду Эбнера, он оказался достаточно медлительным при ходьбе. Он еще немного понаблюдал за ним, что не скрылось от глаз его коллег. Грюм покинул комнату и Гарри тут же спросил у ребят: — Что с ним случилось?       — Раньше он был Аврором, — объяснила Эйлин, — и причем успешным, пока однажды его не поразила действительно темная магия… Хотя я мало знаю об этом, кроме того, что он сам мне рассказал. По его словам, ему вообще повезло, что жив остался. Любой на его месте скорее всего отправился бы на тот свет.       — Но почему он тогда продолжает работать? — поинтересовался Гарри. — Неужели министерство не оплачивает все его медицинские расходы и все такое.       — О, несомненно, министерство предоставляет ему шикарную мед страховку — а как иначе после всех его заслуг. Однако, я, конечно, все еще не понимаю, почему он выбрал именно эту должность… хотя я никогда не спрашивала прямо.       Гарри все же хотелось, чтобы она знала. Возможно, тот факт, что он был знаком с его будущим сыном, заставлял его узнать об этом Эбнере побольше. Он часто чувствовал необходимость почувствовать связь с его собственным прошлым, через людей из этого времени — и наверное, этот случай как раз-таки был из таких.       Вспомнив, где находится он заставил себя отвлечься от тоскливых мыслей и перестать думать о прошлом. Натянув приветливую улыбку, Гарри продолжил разговор со своими новыми знакомыми. Расспросив немного о Грюме, ребята начали рассказывать свои реальные истории из жизни, после чего Гарри поведал о своих вымышленных.