Мы встретились в другой жизни

POV Ханджи Сегодняшний день — Прошу прощения, вы не видели темноволосого коротко стриженного мужчину? У него, знаете, взгляд такой недовольный. А ещё он тут клубничное мороженое ел и выглядел, как с иголочки, но с безвкусным галстуком в полоску, — с нотками надежды в голосе спросила Зое очередного незнакомца в аэропорту Японии. — Нет, мисс, не видел-с, — с досадой от невозможности помочь ответил тот, лишний раз оглянувшись по сторонам. — Извините за беспокойство… — Ничего, милая, все в порядке. Пожилой мужчина тут же испарился, дабы не делать сложившуюся ситуацию ещё более неловкой. А Зое, покрутившись вокруг собственной оси, медленно начинала сходить с ума. Стойка регистраций, проверка багажа, паспортный контроль, зона ожидания — все смешалось в неразборчивую кашу. Девушка обхватила руками голову, которая, казалось, сейчас расколется на две части. В ушах стоял гулкий звон и монотонный женский голос, озвучивающий время и пути отправления самолётов. Ханджи абсолютно не знала, что ей делать без Леви. Вокруг проносились кучи незнакомых людей, семейных пар, шумных компаний и просто одиночек с маленькими чемоданчиками. И все куда-то торопились, у всех были определенные цели — добраться туда, где их ждут. Но Зое не знала, ждет ли ее кто-нибудь и есть ли ей теперь куда податься. Люди проплывали быстро, и одно новое лицо сменялось другим. Бывало, даже проходил набор самых разных контрастных неформалов, но никак не не Аккерман, чье лицо девушка так надеялась увидеть среди безликих незнакомцев. Разумом и телом Зое постепенно овладевало тягучее чувство волнения, с каждой секундой перерастающее в нечто схожее с очередной панической атакой на фоне эмоционального перегорания. И Ханджи, что воспламенялась, как спичка, сейчас была на грани безвозвратного сожжения. «Где же мне вас искать, сенсей? Где?» — рассеяно юлило в ее голове. Девушка опустилась на холодный пол токийского аэропорта, обхватив чемодан с вещами обеими руками, и громко разревелась, понимая, что осталась совсем одна. Чуть больше недели до настоящего День выдался до жути утомительным. Как минимум потому, что Ханджи пришлось подкупать Леви банально поесть супа, аргументируя это тем, что чем быстрее он выздоровеет, доведет свое кураторство до конца, тем быстрее избавится от нее и ее назойливой болтовни. И как оказалось, для Аккермана мотивация стала довольно весомой. Во всяком случае, он точно хотел, чтобы так выглядело со стороны. После долгих уговоров и правильно подобранных целей, Леви все же поел этот ненавистный куриный бульон и предложил Зое, уже по какой-то особой традиции, остаться на ночь (не выгонять же ее посреди ночи на улицу). Если только Ханджи самой не взбредет в голову сделать что-то подобное, как это случилось в гостях у Смита, который, между прочим, оставил ей уже два сообщения за сутки с настоятельной просьбой заглянуть к нему ещё хоть разок. И Леви это не на шутку взбесило, однако он по привычке все скрыл за манерами напускного безразличия. А как ещё реагировать? Лучшая защитная реакция, ничего уж тут не поделаешь. Ханджи отчасти бессознательно, но все же начинала читать сенсея, понимая, что ему далеко не наплевать. Она не знала наверняка, какие мотивы кроются за его действиями, но точно знала, что их нельзя назвать безразличием. — Как вы себя чувствуете? — тихонько произнесла девушка, возвращаясь с пушистым пледом подмышкой. Аккерман не ответил, потому что уже сладко сопел, лежа на диване. И нарушать сон, который долгое время к нему не приходил, Ханджи никак не хотела. Она осторожно укрыла того принесенным пледом и уселась в кресло, что стояло рядом с диваном, где спал Леви, сделав громкость на телевизоре потише. В комнате было темно, а за окном уже давно начало смеркаться, и единственным источником света был горящий экран ТВ. Там шел какой-то старый романтико-комедийный фильм из разряда «Красотки» с Джулией Робертс. Но Зое это мало беспокоило. Она подобрала ноги под себя и уставилась на спящего Аккермана, прокручивая в голове все, что произошло с ней за последние полтора месяца с появлением Леви в ее жизни. Периодически Ханджи по-идиотски улыбалась, понимая, какое количество проблем они успели доставить друг другу за такой короткий промежуток времени. А ещё ее иногда удивляли собственные мысли о том, что Леви был очень даже хорош собой. Вот, вроде бы, банальность банальностью, но черты его лица казались приятными и вовсе не суровыми. Маленьким исключением можно было считать моменты, когда тот хмурился или выражал недовольство. И все же, даже когда его брови ползли к переносице от ярого негодования, Ханджи находила забавным. Мысленно рассуждая обо всем подряд, девушка и не заметила, как сама погрузилась в глубокий сон, видя хаотичные фрагменты прожитого месяца. Однако пришедший сон Зое оказался страшно коротким. Она вынужденно проснулась от дикого грудного кашля, что раздавался откуда-то из кухни. Девушка, хоть и нехотя, но мгновенно поднялась, устало потирая заспанные глаза. Ориентироваться было не трудно, Зое просто направилась на источник шума. Свет в комнате, куда она вошла, не горел, но благодаря достаточно яркому естественному освещению от луны, Ханджи заметила, что на полу валяется куча таблеток и пустых баночек, а где-то посреди кухни маячит Аккерман, стараясь разгрести что-то в этой неразборчивой суете с препаратами. — Что вы делаете?! Где у вас включается свет? — Хотел найти парацетамол, а откапал только уголь и пару аскорбинок. — Вы что из ума выжили?! Это уже четвертый раз, как вы пьете жаропонижающие. Хотите в живого трупа превратиться?! — Уже, — еле разборчиво ответил тот, выпивая все же «найденный препарат». Зое решила не говорить, что тот пьет витаминки, пускай успокоится. Как никак, эффект плацебо — мощная штука. — Кхе-кхе… — кашель стал настолько сильным, что буквально вынудил Леви опереться о кухонную столешницу. — Извини, что разбудил тебя, очкастая. Иди ложись, я через пару минут вернусь и буду в порядке. — Ага, черта с два. Я слиняю спать, а с утра проснусь в компании жмурика. Нет уж, спасибо, — девушка подошла к сенсею и подхватила его за плечо, образовывая надёжную опору. — Пойдемте-ка в кроватку. Даже вредным, больным и ворчливым учителям полагается покой во время болезни. — Я не вре… — Да-да, разумеется. Не вредный и вовсе не ворчливый. Пойдёмте уже. Каким-то чудом Ханджи дотащила Аккермана до дивана, где он провел весь день, и снова укрыла пледом. «Фух, ну и конь. Казалось, полтора метра роста, а такой тяжеленный…» Самочувствие его было близко к фатальному, а у девушки не было должного опыта ухода за больными, поэтому приходилось довольствоваться собственной интуицией и знаниями гугла, слушая, как Леви продолжал что-то бормотать невпопад. Отчасти про историю и экономические ресурсы Японии, отчасти про Смита и его «великолепную яичницу». Ханджи не очень-то хотела разбираться, поэтому собралась занять свое надзирательское место в кресле, если бы не одно маленькое «но»: — Четырехглазая, — чуть слышно произнес сенсей, подавая едва заметный жест подойти к нему. — М? Больше таблеток вы не получите. Кроме того, что это за гранью нормы, так действие некоторых из них усиливает процессы кровообращения. Черт его знает, как ваш организм на это отреагирует. — Меньше слов, раздражаешь, — обессиленно выговорил тот. И Зое, недовольная высказыванием, сделала парочку шагов, присаживаясь рядом на диван. Выглядел Леви все так же болезненно, как и с самого утра. Грех не подколоть. Но хоть соблазн поиздеваться был велик, Зое с трудом сдержала порыв — не сейчас. — Ближе, — повторился сенсей. — Да что случилось?! Как только девушка наклонилась вперёд, прямо к Аккерману, тот сгреб ее в охапку, крепко обняв. Ханджи попыталась сделать вид, что вырывается, но ей это вскоре наскучило. И пока профессор находился в состоянии очевидного бреда, Зое воспользовалась моментом, когда он наверняка и не вспомнит о том, что делал. Девушка ответила на действия Леви, заползая под теплый махровый плед. Кроме исходящего от Аккермана тепла и бешеного биения собственного сердца, Ханджи почувствовала себя защищенной. И это ощущение безопасности, которая так тонко граничила с тем, чтобы кануть в бездну и полностью довериться своим ощущениям, помогло девушке осознать одну простую истину: она влюблена. Сон незаметной пеленой стал подбираться к обоим. — Спокойной ночи, Леви-сенсей, — шепотом произнесла Зое, положив свою голову на грудь уже спящего профессора.

***

За 48 часов до событий настоящего Ханджи, как и всегда, второпях собиралась в университет, и абсолютно неважно, что все, что она намеревалась взять, осталось дома. Потому что будет куда хуже, если она опоздает сама. Как девушка уже поняла, работая с Леви лучше припереть свою тушу в целости, сохранности и чистоте, а если это ещё и вовремя случится — то вообще цены ей не будет. Так и случилось. Что Аккерман, что Зое не стали отводить привычные десять минут на придирки друг к другу. Да и было бы это крайне неуместно после того, как Ханджи была его сожительницей и доктором в одном флаконе. Болезнь миновала без особых осложнений, а это значило только одно - пришло время разбираться с йегеровскими приколами. Поэтому оба уставились на листик с кучей непонятных цифр, который «любезно и незатруднительно» предоставил Эрен. Ни привет тебе, ни пока, ни, разумеется, здравых объяснений, почему он написал книгу про гигантов и что хотел сказать всем этим. Лишь дурацкий шифр да непонятная фраза: 27.07.109.21 Таинственное сокрыто далеко, и лишь не поленившись стать исследователем, доберешься ты до истины. — Может, это чья-то дата рождения? Или человек, которого нам нужно отыскать? Он же не любитель связываться на прямую. — Пораскинь мозгами, глупая, — добавил Леви, заливая листья зелёного чая не очень крутым кипятком. — Хм… Это срок годности? Дата смерти? Дополнительный пароль к его майлу? Если этот шизик вообще им пользуется... Да без понятия, честно! — Координаты, — подвёл короткий вывод сенсей. — Вбей в гугл эти цифры. — Минуту, — девушка деловито поправила очки, уставившись в экран компьютера с видом а-ля «готова горы сворачивать», почувствовав на себе тяжёлый изучающий взгляд. Сохранять прежний вид было довольно трудно, поскольку чистосердечное самой себе не стерлось из памяти, как и то, что девушка испытывала к Леви. Не отрываясь от полученного задания, Ханджи кратко отрезала: — У меня что, опять пятно где-то? — М? — Ну вы так пялитесь, будто я опять чем-то заляпалась. Это напрягает. И прежде чем Леви пришлось искать глупое оправдание, почему он и в самом деле пялился, Зое восторженно произнесла: — Есть! А наш мистер Йегер аж на другой конец глобуса забрался. В самую что ни на есть задн… — Что там? — перебил вероятное ругательство сенсей. — В общем, это координаты острова Пасхи(1) в Чили. Я, если честно, немного о нем знаю, но единственное, что сразу бросается в глаза — так это факт, что он находится в за… То есть весьма и весьма далеко, — зная, что Аккерман быстро раздражается от такого, поправила саму себя девушка. Леви задумчиво потёр подбородок, делая ещё глоток чая. Такое ощущение, что этот напиток прибавлял плюс сто к его интеллекту. Лучше бы, конечно, к эмпатии и отзывчивости, но лишний пласт информации им сейчас не помешал бы. Да и к слову, Зое не было необходимости видеть на его лице яркое и точное отображение эмоций, она и без того начинала понимать, как Леви себя на самом деле чувствует. — Что будем делать, Ханджи? — к неожиданности девушки, вдруг выдал Аккерман. — Почему вы меня спрашиваете? Вы правда думаете, что я знаю, как лучше поступить? Или же ждете, что я буду согласна тащиться к черту на кулички, чтобы с глазу на глаз попить чилийского чайку в компании с этим шизанутым фриком? — Я думаю, что нам нужно поговорить с Эрвином. Он наверняка знал, чем все это готово обернуться. Да и вообще, твой вариант со сменой темы уже не кажется таким несбыточным. Но сначала разговор со Смитом. — Чем нам может помочь этот «просто Эрвин»? Вы что не помните, с какой «охотой» он нам информацию предоставлял? Да и даже если меняем тему, то наши флешбэки, которые тоже были про титанов… — девушка замолчала в задумчивой паузе. — А самое странное — мы в обличии воинов. Хотите сказать, что у нас катушки едут? У обоих одновременно? Или тот дядька в чайной лавке продал вам вовсе не чай? — озадаченно выдала Ханджи, покосившись на две опустошенные чайные кружки. Во взгляде ее было больше саркастичного нежели серьезного. — Уверен, что ни один из двух вариантов. На мгновенье воцарилась интригующая тишина. Но никто из них не чувствовал себя дискомфортно. Скорее, это было вынужденной необходимостью, чтобы привести мысли в порядок и принять верное решение. Все это сильно напоминало похождения Шерлока и Ватсона с еще не распределившимися ролями. Дело из рубрики «так сложно, что хоть вешайся», настоящая интеллектуальная головоломка, при решении которой может ставиться лишь одна цель — найти разгадку. Потому что на кону стояло многое. Ханджи оказалась первой, кто нарушил временный обет молчания. — Per aspera ad astra(2), да, сенсей? И оба поняли, что что бы не случилось, обратного пути уже нет. И заполучив машину времени или прожив все, начиная со дня их знакомства заново, никто бы не решился что-то менять. — Per aspera ad astra, — ответил Леви, набирая номер Смита.