Between the hammer and the anvil

— Ты снова здесь, Гарри, — раздался мягкий голос за его спиной, и мальчик вздрогнул от неожиданности. — Пожалуй, стоило мне обратить на это внимание раньше. — Профессор? — Гарри разглядывал Дамблдора, сидевшего на одной из сваленных в кучу парт и болтавшего ногами. — Простите, я вас не заметил. — Мне не требуется мантия, чтобы стать невидимым, — пожал плечами Альбус. — А ты продолжаешь приходить сюда, потому что… Видишь здесь своих родителей, верно? — Да, — ответил Поттер, даже не соврав. — Я вижу маму и папу, и других… дорогих мне людей. Альбус со странной для старика лёгкостью спрыгнул с парты и подошёл к сидящему на полу Гарри, опустившись на корточки рядом с ним. — Еиналеж — очень опасная вещь, — сказал он, вглядываясь в зеркальную поверхность. — Многие сходили с ума, потому что предпочли фантазии реальности. Завтра зеркало перенесут в другое помещение, и не пытайся его найти. Это наркотик, Гарри, притом весьма сильный и быстро вызывающий привыкание. А тебе я рекомендую начать хорошо питаться и помириться уже с друзьями. Дружба — сильное чувство, и нельзя рисковать ею из-за глупого зеркала, правда ведь? К тому же, тебе явно нужно отоспаться. — Скажите, сэр, — спросил Поттер, поднимаясь вслед за директором. — А что видите в зеркале вы? Дамблдор помолчал, разглядывая отражение, видимое только ему одному. Казалось, он раздумывал, стоит ли говорить правду. Наконец он сделал решение. — Я тоже вижу одного очень дорогого мне человека, — тихо произнёс Альбус. — Но важно помнить, что отражение — лишь мечта, которой иногда не суждено стать реальностью. Спокойной ночи, Гарри. — И вам, сэр. Гарри подождал, пока шаги Дамблдора затихнут, и выскользнул из комнаты. Он и сам уже начал понимать, что ночное времяпровождение у зеркала до добра не доведёт. Он стал очень плохо есть, не слушал на уроках (вследствие чего его оценки ухудшились), почти не спал, проводя все ночи в этой комнате. Расставаться с зеркалом было больно, но ещё хуже было то, что он мог сойти с ума. Посмотрели, и хватит. Первое время после расставания с зеркалом всё было плохо — Гарри заново учился жить в том режиме, в котором нужно, беспокойно спал, то и дело видя во сне Еиналеж, часто витал в облаках. Но он помирился с друзьями — и стало легче. Мантия использовалась теперь для вылазок в Особую секцию, но они перерыли кучу книг и так ничего и не нашли. — Это точно камень, — хмуро объявил Драко после последней вылазки. У него тоже были круги под глазами от недосыпа. — Но почему он оказался в Хогвартсе? — Дамблдор знаком с Фламелем, — мгновенно ответил Блейз. — Может быть, они даже дружат. — Да, Николас мог отдать директору камень из соображений безопасности, потому что… — Невилл запнулся. — Потому что он знал, что за ним кто-то охотится, — закончил Гарри. — И этот кто-то — Квиррелл. — Но какой резон тогда Дамблдору принимать Квиррелла на должность? — задумался Драко, почёсывая бровь. — Разве что они не знали, что это он. — Наверняка не знали, — согласился Гарри. — Но меня смущает одна вещь. Что всё-таки стряслось с Квиринусом из воспоминаний Сириуса, что он вдруг стал охотиться за камнем? Как вышло, что глаза Квиррелла поменяли цвет? И насчёт того матча… Это, наверное, тоже был он? И почему всё-таки у меня болит шрам? — Думаю, ты и сам знаешь ответ на этот вопрос, — мрачно ответил Блейз, и все взгляды в ожидании обратились к нему. — Наш профессор приютил в себе заблудшую душу одного известного волшебника, который до ужаса хочет обрести бессмертие. Повисла тишина. У Гарри потемнело в глазах, и он почувствовал, как сильно начало биться сердце. Волан-де-Морт в Хогвартсе. Так близко, как никогда прежде. И он хочет заполучить камень. Гарри медленно поднялся из-за стола библиотеки и тихим голосом объявил: — Я иду к Северусу. Драко с Блейзом понимающе переглянулись. — Хочешь, я схожу с тобой? — предложил Невилл. Поттер покачал головой. Он сам разберётся… По пути в подземелья Гарри раздумывал над тем, станет ли что-то предпринимать Дамблдор. Волан-де-Морта нужно обезвредить, как и Квиррелла, но как это сделать? И почему директор до сих пор не знает, что Квиррелл стал пристанищем паразита? А если знает, почему ничего не делает? Так много вопросов, и хоть бы один ответ! — Войдите, — донёсся строгий голос зельевара из-за двери. — Открыто. Гарри сделал три вдоха и выдоха, как учила мама, и потянул за ручку двери. Дверь, в свою очередь, плавно отворилась. Мальчик прошёл в класс и встал перед мельком глянувшим на него Северусом. Он молчал до тех пор, пока Снейп со вздохом не спросил, что привело юное дарование в скромную обитель Ужаса Подземелий. А потом резко выпалил всё, что хотел сказать, сумбурно и почти бессвязно. — Почему ты не сказал раньше? — Северус побледнел ещё больше, чем обычно, и Гарри начал переживать, как бы он не хлопнулся в обморок. — О боли в шраме? О вашем дурацком расследовании? Гарри молчал, потупив взгляд. Теперь было не до шуток. — Тёмный Лорд в Хогвартсе, — потерянно произнёс Снейп в пустоту. — Я не могу пойти к Дамблдору. Нельзя выходить из наших образов, а я, если ты забыл, тебя ненавижу. И это у нас взаимно. С чего бы ты стал со мной откровенничать? Тебе придётся пойти к директору самому, Гарри. И ещё… Я рад, что ты сообразил подойти ко мне вместо того, чтобы самостоятельно ринуться спасать камень. Ты поступил осознанно. Гарри кивнул, но душа его ушла в пятки. Идти к Дамблдору он не то, чтобы боялся, но… Его терзали сомнения. Всё-таки Альбус Персиваль Вулфрик и так далее был известен как могучий волшебник неспроста. Если он захочет, чтобы Гарри, скажем, всё забыл, никто об этом и не узнает. — Ты можешь пойти со мной? — умоляюще посмотрел Гарри на Северуса. — Или постучись через пару минут по какому-нибудь своему делу. На всякий случай. — Ладно, — с явной неохотой в голосе согласился Снейп. — Твоя мать меня убьёт, если с тобой что-то случится. Но сначала мне нужно послать сову. Гарри подождал, пока Северус допишет и отправит письмо, не забыв покормить сову перед долгим полётом, и они направились к кабинету директора. Поттер помнил пароль и надеялся, что Дамблдор с тех пор его не менял — так и вышло. Северус остался сторожить у горгульи, в то время как Гарри поднялся по винтовой лестнице и постучал. Дверь самостоятельно открылась, и слегка взволнованный Гарри предстал перед очами Дамблдора. — Сэр, я должен рассказать вам кое-что насчёт Квиррелла. — Профессора Квиррелла, Гарри, — поправил Альбус. — Присаживайся. Чаю? — Нет, спасибо, — отказался Гарри, хотя чай бы ему сейчас не помешал. — Мне кажется, что внутри профессора сидит… ну, Волан-де-Морт. Рука директора, наливавшего себе чай, дрогнула, и ароматная жидкость растеклась по столу. Пробормотав очищающее, Дамблдор медленно отставил в сторону чайник и в упор посмотрел на Гарри. — Почему ты так думаешь, мальчик мой? — Я знаю, что Пушок охраняет философский камень. Квиррелл за ним охотится — и он, как мне кажется, пытался убить меня на квиддиче. У меня болит шрам, когда я пересекаюсь взглядом с профессором, и ещё раньше у него были карие глаза, а теперь голубые, как у Тёмного Лорда. — Глаза, — протянул Дамблдор. — Пожалуй, это меня и настораживало, а я никак не мог понять, в чём дело. Не скрою: мне очень интересно узнать, откуда ты всё это знаешь, однако я должен для начала спросить — уверен ли ты в своих словах? Подумай хорошо, когда пытаешься обвинить человека в подобном. — Я уверен, — мгновенно ответил Гарри. Раздался стук в дверь. Мановением палочки директора она отворилась, и волшебники увидели Снейпа, с мрачным видом (то есть обыкновенным) стоящего за ней. — Простите, если мешаю вашей беседе, — ядовито произнёс Северус, метнув злобный взгляд на мальчика. — Но мне срочно нужно попросить вас заказать кое-какие ингридиенты, директор. Вот список. Пергамент опустился на стол перед Альбусом, тот мельком глянул на него и вернулся к Снейпу. — Как замечательно и удобно, что ты решил зайти именно сейчас, Северус! — воскликнул Дамблдор. — Видишь ли, Гарри, профессор Снейп наблюдает за Квиринусом по моей просьбе, потому что мы уже давно поняли, что камень пытаются украсть. Северус, Гарри только что рассказал мне, что ему кажется, будто внутри Квиррелла засел некий паразитический отросток души Волан-де-Морта. — И вы верите детским фантазиям мальчишки? — неприязненно скривился зельевар, и Поттер в очередной раз внутренне восхитился его актёрской игрой. — Эти бредни яйца выеденного не стоят. — Отнюдь, — возразил Дамблдор. — У меня есть все основания верить Гарри. Однако нам нужны подтверждения, без них ничего не получится. — Подтверждения? — возмутился Гарри. — Сэр, он буквально пытался убить меня на квиддиче! Этого недостаточно? — Вынужден согласиться, — процедил Снейп сквозь зубы. — Инцидент с заговором метлы имел место быть. Не буду утверждать, что Квиррелл пытался именно убить нашего золотого Поттера, однако покалечить точно. — Что ж, Гарри, если тебе больше нечего сказать, мы с профессором Снейпом поговорим и решим, как быть, — Дамблдор мягко намекал, что аудиенция окончена. — Отбой уже начался, поэтому тебе пора идти. Спокойной ночи. — И вам, сэр, — проигнорировав Северуса, ответил Гарри и вышел. Это был последний раз за ближайшее время, когда его видели.

Следующим утром…

— Интересно, что решили делать Гарри и Северус? — уминая картофельное пюре, шёпотом спросил Драко у сидящего рядом Блейза. Они вновь сидели за одним столом, просто так, потому что захотелось. — Судя по кислой роже нашего заики, они ничего не решили, — кивнул в сторону преподавательского стола Забини. — Да и сам Гарри, судя по всему, проспал завтрак. — Я тоже его не вижу, — нахмурился Невилл, разглядывая стол Слизерина. — Но Гарри обычно не просыпает. — Мы вчера прождали его до отбоя, — пожал плечами Блейз. — Видимо, он поздно ушёл от Снейпа и хочет ещё поспать. У кого-нибудь есть сегодня с ним уроки? — У тебя, — ухмыльнулся Драко. — Зельеварение. И у меня история магии. — Да как, чёрт возьми, ты помнишь моё расписание, если его не помню даже я? — драматично вопросил Блейз, прижав руки к груди. — И ещё, Драко… Кончай терзать картошку, она этого не заслужила. Чао! Закинув за плечо сумку с учебниками, Блейз направился к выходу, оставив Малфоя наедине с картошкой и Невиллом. — Что, я как-то не так ем? — нервно спросил у Лонгботтома блондин, на что тот заверил его, что всё нормально и Блейз просто прикалывается. Невиллом почему-то медленно, но верно овладевала тревога — тем больше, чем дольше он смотрел на стол Слизерина, где должен был сейчас завтракать его друг. Понадеявшись, что Гарри максимум заболел или всё же проспал, Невилл тоже взял свою сумку и ушёл на травологию. Драко, ещё немного поводив вилкой по картошке, тоже направился на занятия вместе с потоком других учеников. День обещал быть долгим. И никто из них не заметил, как провожал их нечитаемым взглядом человек в фиолетовом тюрбане, сжимавший в кулаке вилку так сильно, что костяшки на его и без того бледной руке побелели.

***

— Значит, Тёмный Лорд, — тихо сказала Лили. — В Хогвартсе, рядом с моим сыном. — Если Снейп не уследит за ним, — чуть ли не рыча, начал Сириус. — Я задушу его голыми руками. — Спокойно, — оборвала угрозы Нарцисса, разглаживая складки на подоле. — Пока ещё ничего не случилось. Будем решать вопросы по мере их поступления. Пока что мы ничего не знаем — Северус только написал, что они с Гарри идут разбираться к Дамблдору. Впрочем, Снейп и сам должен скоро подойти, давайте не будем гадать, а просто подождём. Может, проблема уже решена? Сириус откинулся на спинку дивана. Рядом с ним сидел Ремус, который каждой клеточкой тела чувствовал напряжение друга. — Бродяга, — шепнул он. — Хочешь шоколад? Сириус скосил глаза на Лунатика. От вида по-домашнему одетого Ремуса, протягивающего ему кусочек молочного шоколада, и правда стало лучше. — Давай, — так же шёпотом ответил он. — У тебя что, шоколадная фабрика в карманах вместе с Вилли Вонкой? — Да, — усмехнулся Ремус. — Ты первый, кто разгадал мой секрет. Они тихо рассмеялись. Лёгкая беседа помогала сбросить напряжение, вдобавок к этому Лунатик ещё и прислонился к плечу Бродяги головой, от чего тот замер, боясь пошевелиться или слишком громко выдохнуть. Чёртовы чувства — о, как хотелось ему избавиться от них раз и навсегда! Сириус ощущал себя самозванцем и злоумышленником, который под видом дружбы втирается в доверие к Ремусу, имея на него совсем другие помыслы. Лили понимала его — но ничем не могла помочь. Шанс, что Лунатик имел к нему похожие чувства, был равен примерно нулю — Сириус точно это знал. Но никто не помешает ему наслаждаться редкими моментами физической и душевной близости — как сейчас. Если бы только в комнате не было Малфоев, а были только они втроём… Нет, лучше даже вдвоём — прости, Лили. Но приходилось довольствоваться тем, что они имели — и это, впрочем, тоже было неплохо. — Я подумываю насчёт работы в Министерстве, — произнёс Сириус, как бы невзначай кладя свою голову на голову Лунатика на его плече. — Хочу стать аврором. Что думаешь? — Думаю, что ты был бы замечательным аврором, — улыбнулся Ремус. — Это неплохо, в конце концов, мы сидим столько лет без работы. Хотя это я — тот, кто должен искать, как заработать деньги. Ты можешь жить на своё наследство всю жизнь, но ты не должен прокармливать ещё и меня. — Лунатик, — Сириус поднял свою голову, повернулся к нему и взял друга за плечи. — Если понадобится, я разделю с тобой последний кусок хлеба. Я понимаю, что тебе сложно найти работу, но если хочешь, мы это устроим. Чтобы ты зарабатывал хотя бы немножко, если это на тебя так давит. — Спасибо, Сириус, — Ремус смотрел прямо ему в глазах с полуулыбкой, и в этот момент Бродяге безумно захотелось прижаться к нему близко-близко и поцеловать, передавая всю свою любовь к этому человеку, всю свою боль, всё тепло и все надежды. — Всем добрый вечер, — в комнату стремительно ворвался Снейп, принося с собой зимний холод и холод душевный. Сириус тут же отпустил Ремуса, хмуро уставившись на Северуса. Момент был разрушен. — Новости, боюсь, отвратительные, — сходу начал Снейп, обведя всех каким-то пустым взглядом. — Гарри исчез. — Что? — Лили мгновенно побледнела, начала вставать с кресла, но тут же опустилась назад без сил, закрыв лицо ладонями. — Северус… — Я… — он прокашлялся. — Я допрошу Квиррелла сегодня же ночью. Выходы из замка перекрыты, министерство прислало авроров под прикрытием в строго секретном статусе. Дамблдор самолично закрыл все известные тайные проходы и занимается поисками. Гарри в замке, но мы не знаем, где именно. Он жив — я проверил зельем Поиска. Всё будет нормально, я брошу все свои силы на то, чтобы его найти живым и невредимым. — Что с Драко? — спросила Нарцисса, одной рукой поглаживая спину Лили, сидящей в полной прострации. — Дети ещё ни о чём не знают, но, думаю, догадываются, — ответил Снейп, стараясь избегать смотреть на Лили. — Драко и пришёл ко мне сегодня с новостью о том, что Гарри пропал. Последними его видели я и Дамблдор вчера около одиннадцати вечера. — Я должен быть в Хогвартсе, — резко сказал Сириус. — Ты можешь провести меня к Дамблдору? — Думаю, да, но тебе придётся разыгрывать сцену, — выдержав небольшую паузу, сказал Северус. — Считай, ты никогда не видел крестника. Встретил меня в Косом переулке и напросился в школу, чтобы наконец с ним познакомиться. Ты не должен знать о похищении, это ясно? — Вполне, — серьёзно ответил Блэк. — Я могу отправиться туда сегодня? — Думаю, да. В гостиной повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием собравшихся в ней людей да шорохом штор, развевающихся от открытого окна. — Закрой окно, Люц, — обратилась Нарцисса к мужу. — Дует невозможно. Лили, дорогая, всё обязательно будет хорошо. — Знала же, что нельзя его никуда отпускать, — не слыша ничего вокруг, сказала миссис Поттер. — И он сам говорил… Подходил, спрашивал «мама, это обязательно?», и надо было сказать «нет», надо было оставить его дома, но нет же, чёртова политика, чёртова война! Из её глаз наконец брызнули слёзы, и Нарцисса тут же обняла её, успокаивающе шепча что-то на ухо. Снейп смотрел в стену, раздумывая над тем, стоит ли ему уйти прямо сейчас. Он остро ощущал свою вину — обещал присмотреть за сыном Лили, за Гарри, и не справился. Северус прекрасно знал, на что способен Волан-де-Морт, и вероятность того, что Поттера действительно найдут живым и здоровым стремилась к нулю с каждой секундой промедления. Не в силах больше тратить время попусту, он скомандовал: — Блэк, за мной! И вышел из комнаты, не попрощавшись. Сириус, обняв на прощание Лили и Ремуса, устремился за ним. Они держали путь в Хогвартс, оцепленный аврорами, где дети уже лежали в своих кроватях, не подозревая о том, что Гарри Поттера похитили, а прямо у них под носом ошивается Тёмный Лорд, от одного имени которого дрожали до сих пор люди старшего поколения.