Between the hammer and the anvil

Профессор Снейп на следующий день вёл себя крайне агрессивным образом. Никто не связывал это с пропажей Гарри Поттера — ведь ученикам сообщили, что мальчик заболел и временно не сможет посещать учёбу. Правду знали только Драко, Невилл и Блейз. А злобное поведение Ужаса Подземелий объясняли тем, что вдруг исчез профессор Квиррелл — ведь всем известно, что Снейп мечтает получить должность преподавателя ЗОТИ, и наверняка он сам и пришил Квиррелла, пока Дамблдор не видел, а должность не получил всё равно. Такие слухи ходили по Хогвартсу в тот день. — Драко, — Панси с язвительной усмешкой окликнула однокурсника. — А ты знаешь, куда твой крёстный спрятал тело бедного профессора? — Спроси у своего декана! — огрызнулся Малфой. — Но мой декан — это… — Панси нахмурилась, туго соображая. — Вот именно, — поставил Драко точку и развернулся. — Отстань уже от меня. Малфой не мог скрыть своё раздражённое состояние, потому что его трясло от беспомощности, от невозможности что-то сделать. Пока замок прочёсывали авроры (всем сказали, что это учебная тревога), Снейп строго наказал троице не рыпаться и «даже не смейте искать его самостоятельно, я понятно излагаю?». В то время, как пропал его лучший друг, Драко был вынужден учиться, словно ничего не произошло, есть в Большом зале, пока все вокруг обсуждают якобы убийство Квиррелла. Из-за авроров слухи только получили мнимое подтверждение — многие искренне считали, что служащие Министерства ищут тело профессора. Блейз замкнулся в себе, постоянно витая в своих мыслях, а Невилл был попросту напуган, и Драко очень недоставало рассудительности Гарри. — Итак, — он хлопнул книгой по столу, вызвав возмущённый возглас мадам Пинс. — Предлагаю игнорировать Снейпа. — В каком плане? — лениво переспросил Блейз, посасывая кончик сахарного пера. — В плане «мы забудем предупреждения и пойдём искать Поттера», — ответил Драко. — И найдём его раньше всех этих авроров. Мама всегда говорила, что туда набирают бестолковых. — По-моему, даже Грюм тут! — вставил Невилл. — Его уж точно бестолковым не назовёшь. — Насрать на Грюма! — вспылил Малфой. — Драко! — в один голос вскричали Забини и Лонгботтом. — Следи за языком! — Молодые люди, тише, пожалуйста, — донёсся голос библиотекарши. — Иначе я выставлю всех за дверь. — Ладно, — Драко успокоился и выдохнул, понизив голос. — План следующий: начнём поиски по дороге от кабинета директора до гостиной Слизерина. — Квиррелл мог утащить его в любую часть замка, — заметил Блейз. — Бесполезно искать на этом пути. — Квирреллу не нужны были свидетели, — возразил Драко. — Это место должно быть недалеко. На том и порешили. Сразу же после ужина они разделились, дабы не вызывать подозрений. Драко направился к директорской башне, Невилл на середину пути, а Блейз к гостиной Слизерина. Они прощупывали стены, заглядывали под все гобелены, во все ниши и даже в доспехи. Неделя прошла в таком темпе, и вот очередное собрание в библиотеке наступило, словно не прошло и дня. — Вариантов нет, — Драко хмуро расхаживал туда-сюда между книжных полок. — Мы осмотрели всё. — Главное, что Гарри ещё жив, — тоскливо протянул Невилл. — Хорошо, что зелье Поиска это показывает. Плохо, что оно не показывает, где он. — Квиррелл для чего-то держит Гарри, — пробормотал Блейз. — Непонятно, для чего. Если он так хочет заполучить философский камень… Почему бы просто не сделать это? Вряд ли ему нужна помощь первокурсника в преодолении цербера. — В преодолении цербера — нет, — Драко запнулся и остановился. — А вот в преодолении чего-то другого — может, и да. Может быть, нам стоит попробовать проникнуть в запретный коридор? — Но как мы обойдём Пушка? — спросил Блейз, явно заинтересовавшийся предложением. — Нас поймают и исключат! — в ужасе воскликнул Невилл. — Кажется, я знаю решение… — медленно сказал Драко, уставившись куда-то за спины друзей. Они развернулись. У дальней книжной полки стояла Гермиона Грейнджер, выбирая себе что-то, наверное, «для лёгкого чтения». Заметив, что на неё смотрят, она нахмурилась и поспешила было уйти, но была остановлена окликом Драко: — Эй, Грейнджер! Раздражённо выдохнув, лучшая ученица взметнула кудрями и быстро подошла к столику, оккупированному троицей. — Что тебе нужно, Малфой? Только быстро и по делу. — Мне нравится такой настрой, — ухмыльнулся Драко. — Нам нужна информация о том, как победить цербера. — А что взамен? — серьёзно спросила Гермиона и хихикнула, когда увидела растерянные лица. — Да ладно вам! Это же очевидно: всё идёт из древнегреческой мифологии. Орфей усыпил цербера игрой на лире, чтобы пройти в царство мёртвых и вернуть Эвридику в мир живых. Правда, потом Орфей зачаровал своей игрой и Харона, чтобы перебраться через реку Стикс, и… — Спасибо! — перебил Драко, спешно запихивая учебники в сумку. — Спасибо, Гермиона! Я у тебя в долгу! Она не успела даже ответить, как мальчишек и след простыл. Вздохнув, Гермиона вернулась к полке и начала вновь искать нужную ей книгу, недоумевая, зачем Малфою понадобилось знать… такое. Впрочем, это было не её дело, а в чужие дела Гермиона совать нос не любила, поэтому к вечеру уже обо всём забыла. Тем временем из одной ниши в стене коридора третьего этажа доносился взволнованный шёпот. — Да не толкайся ты! — Отвали, Малфой! И струны не трогай! — Успокойтесь уже оба, — раздался наконец рассерженный голос. — Блейз, ты настроил? — Да настроил уже сто лет как, а Малфой всё дёргает за струны! — Драко, не трогай… — ДА КАК ЭТО ВООБЩЕ ВОЗМОЖНО? ЧТО-МХхммммм… Голос стал приглушён, словно говорящему заткнули рот. — Вот и держи его так… Всё, успокоился? Тогда объявляю операцию «Ц» открытой! — Операцию «Ц»? — «Цербер», придурок… Ай! Шум и возня в нише немного поутихла. Наконец — одна за другой — из-за угла показались три головы — все с одинаково серьёзным выражением лица. Головы огляделись и единогласно приняли решение. Показались наконец и тела. Трое мальчиков уверенным шагом двинулись к двери, вновь открывшейся крайне простым заклинанием «алохомора». Как только дверь закрылась за юными искателями приключений, послышался рык. — ИГРАЙ! — заорал Драко, и Блейз, стоявший в оцепенении, начал перебирать струны гитары. Цербер замолчал, прислушавшись к неумелой игре. Его глаза начали слипаться, и все три головы постепенно уложились на огромные мохнатые лапы с длинными острыми когтями. Продолжая играть, Блейз осторожно подошёл к люку. — Поднимите, — прошептал он. — Крышку. Невилл тут же подбежал и открыл для товарища люк. Забини кивнул в сторону отверстия: — Лезьте вы, иначе он проснётся. Драко уставился в темноту, и на щеках его заиграл нездоровый румянец. — Я второй, — он отвёл глаза, стараясь не смотреть на Невилла. — Если можно… Лонгботтом молча заглянул в люк, ещё раз глянул на собаку и сел на краю дыры, спустив в неё ноги. — Люмос! Луч света выхватил из тьмы растения, которые тут же начали расползаться по потолку нижнего помещения подальше от источника освещения. — Дьявольские силки, — мрачно подвёл итоги Невилл. — Готовьте палочки — они боятся света. Он прыгнул вниз до того, как побледневший от слов «дьявольские силы» Драко успел его остановить. Малфой тоже зажёг свет, свесившись вниз в люк. — Мягкая посадка! — донеслось снизу из темноты. — Можете прыгать. Драко оглянулся на Блейза, махнул ему рукой и спрыгнул, крепко держа в руке палочку. Он приземлился — и приземление действительно было мягким. Растения начали было оплетать его ноги, но Драко тут же посветил на них, и силки отступили. Малфой чувствовал, что он куда-то проваливается, и он потихоньку начал паниковать. Невилла нигде не было. — Лонгботтом! — заорал Драко. — Я внизу! — послышался ответ. — Расслабься и дай им себя уронить. — Уронить? — нервно переспросил Драко, поневоле дёрнувшись, от чего силки в тёмных участках сильнее его обхватили. Ответа не последовало, и Драко, поразмыслив, пришёл к выводу: раз Невилл жив, значит правда нужно просто расслабиться — легко сказать, сложно сделать, когда твою шею оплетает злобное растение! Рядом послышался «плюх», и что-то приземлилось на подушку из растений — это был Блейз. — Ну что, все живы? — Пока что да, — пессимистично заявил Драко. — Невилл говорит, что нужно расслабиться. — Звучит не так сложно, — ответил Забини и невозмутимо положил руки за голову, откинувшись назад. — Даже приятно. Драко фыркнул, внутренне позавидовав спокойствию друга. Но вот и Малфой оказался рядом с Невиллом, а вскоре за ним и Блейз, элегантно приземлившийся на ноги. — И это преграда? — хмыкнул Забини, стряхивая с плеча листочек. — Даже первокурсникам это по силам. Идём дальше? Они переглянулись и двинулись вперёд по каменному коридору. Проход уходил вниз, стены покрывала плесень, выросшая от влажности. — Я что-то слышу, — напряжённо сказал Невилл. — Какие-то шорохи. — А вон и свет! Они вышли в освещённый зал, на другом конце которого была тяжёлая деревянная дверь с большим металлическим замком. — Не думаю, что Алохомора тут поможет, — произнёс Драко. — Как нам открыть замок? — Кажется, я знаю, — ответил Блейз, стоящий с задранной головой. — Гляньте, это же… Ключи? И правда — под потолком порхали крылатые ключи — блестящие, словно металлические птицы. Блейз быстро сориентировался — он схватил одну из мётел, стоявших у стены, и взмыл в воздух. Уже сверху, немного покружив среди ключей, он прокричал Драко, что нужна помощь. Невилл в полётах был совсем не силён, поэтому он остался внизу. — Ищите большой ключ. Наверняка он должен быть серебряным, как и сам замок. Больше ничем помочь не могу. Драко наконец заметил нужный ключ — он порхал тяжело, его маленькие крылышки не выдерживали веса ключа, и летал он гораздо медленнее, чем все остальные. Блейз, поняв, что цель найдена, начал подлетать с другой стороны — таким образом они загнали ключ в угол. Сделав победный рывок, Драко гордо спустился вниз, сжимая в кулаке трепещущий сломанными крыльями ключ. — Поздравляю, — сказал запыхавшийся Блейз. — Ещё одна преграда пройдена. Для кого это делалось — для детей? — Похоже на то, — ответил Драко, нахмурившись. — Но сейчас это не так важно, мы всё равно уже здесь. Он вставил ключ в замочную скважину и повернул его. Дверь открылась. Одарив друг друга немного нервными, но ободрительными улыбками, дети вошли в следующий зал. Свет загорелся почти сразу же, и у всех невольно выдался удивлённый вздох. Зал представлял собой огромную шахматную доску — и они стояли на стороне чёрных. — Кто-нибудь умеет играть в шахматы? — тихо спросил Невилл, в ужасе таращась на огромные белые фигуры без лиц. В ответ друзья только покачали головой. Шахматных знатоков среди них не было. — Сюда бы Уизли, — посетовал Блейз. — Он постоянно играет с кем-то в гостиной. — Может быть, ты помнишь какую-нибудь партию? — с надеждой поинтересовался Драко, но Забини ответил: — Я никогда не присматривался. Что будем делать, товарищи? — Повернём назад? — предложил Малфой, поёжившись. — Исключено, — Невилл тяжело смотрел на фигуры. — Мы уже многое прошли, нужно что-то придумать. — Адское пламя, — медленно произнёс Драко. — Если мы сожжём белые фигуры, они могут считаться как побеждённые. — Могут? — переспросил Блейз. — Малфой, это очень опасно. И вряд ли кто-то из нас сможет вызвать Адское пламя. — Я вам кое-что не рассказал, — Драко оторвал взгляд от фигур. — Когда родители вызывали меня в мэнор для уничтожения дневника, мама рассказала мне об упрощённой версии этого заклятья. Я смогу его использовать, просто потеряю магические силы на пару дней. Я готов пожертвовать этим. Невилл, закусив губу, размышлял. — Нам понадобятся защитные заклинания на случай, если пламя выйдет из-под контроля. Я знаю парочку хороших. — Тогда… Драко, ты уверен? — после того, как Малфой судорожно кивнул, Блейз продолжил: — Тогда начинаем. Они спрятались за чёрные фигуры и начали колдовать защитные заклинания. Драко готовился вложить все силы в Адское пламя, поэтому он стоял под щитами Блейза и Невилла. И вот пришёл момент, когда… — ДАВАЙ! И огонь поглотил зал. Он не имел чёткой формы, просто пожирал плавящиеся на глазах фигуры, пока Драко удерживал палочку, весь взмокший в мгновение ока. Но закончил он только тогда, когда последняя пешка растеклась едкой лужицей по полу, и упал, обессиленный, на пол. — Малфой! Драко, ты слышишь меня? Невилл, он без сознания. Оставим его… здесь? Бросив последний взгляд на друга, Забини и Лонгботтом продолжили путь. Дверь, как и предполагал Драко, открылась без проблем. Следующая комната встретила их поразительной вонью, и после событий на Хэллоуин ребята прекрасно распознавали, кому принадлежит столь едкий запах. — Тролль, — шепнул Невилл. — Причём побольше того. Чудовище уже заметило их и, медленно обернувшись, зашаркало ногами по полу, приближаясь с каждой секундой. — Глаза! — скомандовал Блейз, и Невилл быстро произнёс то самое заклинание. Тролль бешено заревел и завращался на месте, схватившись лапищами за горящие болью глаза, пока дети, уличив момент, проскользнули в следующую комнату. — Здесь тихо, — отметил Забини. — И я вижу скляночки… О, это моя любовь. Позволь, я… Но как только они подошли к столу, на котором действительно выстроились в ряд колбы с неизвестным содержимым, путь назад отсекло фиолетовое пламя, так же, как и путь вперёд. — Это снейповская техника, — с уважением протянул Блейз. — Не бойся, друг, мы всё решим. Полагаю, здесь нам дадут время подумать. Невилл приблизился к столу и взял в руки лежащий на нём пергамент, прочитав вслух: — «Впереди опасность, то же позади, Но две из нас помогут, ты только их найди. Одна вперёд отправит, ещё одна — назад, В двух — вино всего лишь, а ещё в трёх — яд. Ты хочешь здесь остаться на долгие века? Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана. Во-первых, как бы ловко ни скрывался яд, Найти его несложно — от вина левый ряд. Второе — в крайних бутылях налито не одно и то ж, Но если вперёд тебе надо, помощи зря ты ждёшь. Затем ни в большой, ни в малой смерти ты не найдёшь, А если из второй слева и второй справа глотнёшь, Сам убедишься — налито одно и то же в них, Хотя на взгляд они разные, но это уже в-четвёртых.» — Дай-ка мне поразмышлять, — задумался Блейз. — Их всего семь. Так, если эти две одинаковые… И большая, и малая — это не яд… А яд слева от вина… Кажется, я начинаю понимать. — Ну! — поторопил Невилл. — Давай, Блейз, нам правда нужно быстрее с этим разобраться. — Самая маленькая колбочка пропустит нас вперёд. Здесь как раз хватит на двоих, смотри!* Невилл решил полностью довериться умению Забини решать логические задачки — тот всегда их любил, поэтому наверняка понял всё правильно. — Я глотну первым, — Блейз отстранил руку Лонгботтома, уже потянувшемуся к склянке. — На случай, если всё не так, как я понял. Тебе не стоит рисковать. И… У меня есть безоар. Не знаю, подействует ли на этот яд, но просто на всякий случай. Держи. Пихнёшь мне в глотку, если начну задыхаться. Блейз криво усмехнулся, протягивая камень Невиллу. Удостоверившись, что Лонгботтом готов, Забини глотнул из пузырька и скривился. — Словно съел лёд, Мерлин… Я чувствую, как оно несётся по моему пищеводу. — То есть не яд? — уточнил Невилл. — Пока живём, — ответил Блейз и шагнул в огонь. — Вау, а это прикольно! Тебе тоже стоит попробовать… Как-нибудь на досуге, знаешь. Уловив намёк, Невилл подхватил склянку со стола, сделал глоток и прошёл вслед за Блейзом. Они вошли в следующий зал. Он был абсолютно пуст — если не считать зеркало, стоящее посередине. — Еиналеж, — хмыкнул Блейз. — Вот куда его перенесли. И что же это за загадка? Забини обошёл вокруг зеркала, вглядываясь в красивую раму, но ничего примечательного так и не нашёл. Невилл в это время встал перед зеркалом. — Я вижу себя и… Гарри! — Что? — Он что-то делает… Он держит в руках философский камень и… Он идёт ко мне. Блейз встал рядом с Невиллом, хоть и знал, что ничего не увидит — ведь одновременно с кем-то пользоваться Еиналежем нельзя. — Он… О, Мерлин! И тут прямо из зеркала вышел Гарри. Он здорово похудел за неделю, но его глаза искрились: — Вы меня нашли! — Молодцы, возьмите с полки пирожок, — раздался негромкий голос за их спинами. — А теперь будь хорошим мальчиком, отдай мне камень.