Fallen Like Snow

      Аргх. Питер разминает шею, заходя в лифт. Он потягивает плечо и вздрагивает, когда та неожиданно хрустит. Эта стажировка убийственна для его тела. Конечно, это весело и познавательно, но ему действительно нужно следить за своей осанкой. То, что он часто горбится за столом, уже начинает сказываться. Если бы он только мог позволить себе физиотерапевта...       — Детка, придержи лифт, пожалуйста! — Питер рефлекторно нажимает на кнопку, чтобы остановить двери, и, подняв голову, видит, как к нему спешит не кто иной, как его босс, Тони Старк. Его настроение мгновенно портится, и он думает о том, чтобы закрыть двери. Как бы он ни любил свою работу, Питеру не нравится человек, на которого он работает. Подождите-ка... Мистер Старк только что назвал его «деткой»?       Когда Тони подбегает к лифту, он кричит:       — Закрывай, закрывай!       Питер нажимает нужную кнопку. Его босс решает, что, вероятно, сможет втиснуться в двери в последнюю секунду, но, к его сожалению, лифты так не работают. Тони протискивается, словно ниточка в иголку, когда дверь уже закрывается, но датчик всё равно срабатывает на него, и Питер фыркает, когда двери снова открываются. Он поднимает глаза и видит, что к ним спешит небольшая толпа папарацци. Внезапно Тони впихивается в его пространство, подбирается к панели и, оттолкнув руку Питера, неоднократно жмёт на кнопку, как будто это заставит двери лифта закрыться быстрее. Питер усмехается и отступает, покачав головой и закатив глаза.       — Кто бы ни впустил их в здание, он будет уволен, — ворчит Тони.       — Может быть, ваша система безопасности просто не дотягивает, — Питер выпаливает слова прежде, чем успевает их обдумать, и, если бы взглядом можно было убивать, то Питер прямо сейчас валялся бы на этом сияющем полу лифта.       — Мистер Старк! — кое-кому из репортёров — молодой девушке, которая определённо не выглядит так, будто она с журнала сплетен, которому она якобы принадлежит, как утверждает её бейджик — удаётся попасть в лифт. Двери закрываются, так что остальные остаются снаружи. Лифт начинает медленно спускаться. Все трое неловко стоят на месте.       — Я не стану отвечать на ваши вопросы, — быстро говорит Тони. Журналистка ухмыляется и поворачивается к Питеру, сделавшему маленький неуверенный шаг назад.       — Ну, тогда я спрошу вашего бойфренда.       — Б-бойфренда? — Питер заикается и смотрит на Тони округлившимися глазами. Мужчина моргает и неожиданно кладёт руку на плечо Питера. Брови мальчика тут же взлетают вверх и нахмуриваются.       — Ах, да! Мы предпочитаем «вторая половинка», верно, детка? — Тони пристально смотрит в глаза Питера, и этот требовательный взгляд явно говорит ему, что тот потеряет свою стажировку, если не подыграет. Питер неловко смеется.       — Верно, — бормочет он.       — Что за сенсация! — девушка подпрыгивает, вероятно, чтобы убедиться, что лифт и правда движется. Она сдерживает волнение, буквально дергаясь на месте. — Новый парень Тони Старка! То есть- вторая половинка. Как тебя зовут? — Питер надувает губы. Он прикусывает их и вздрагивает, когда рука Тони сжимает его плечо.       — Питер.       — Фамилия?       — Секретно.       — Питер Секретный?       — Нет, мисс, он не хочет раскрывать свою фамилию. Ага, — Тони закатывает глаза и немного расслабляется, отпуская плечо Питера, только чтобы переместить руку на его спину. Это прикосновение ощущается тепло и приятно, но Питер не уверен, нравится ли он ему. Хотя это чувствуется странно хорошо.       — На самом деле, я сама выясню это, — девушка подмигивает, и Питер просто хочет испариться. — Итак, как долго вы вместе?       — Пару недель, — отвечает Тони, прежде чем Питер успевает запротестовать или сообразить какой-то ответ сам.       — Я так понимаю, вы собираетесь взять его на ежегодное мероприятие Valentine’s Ski Charity? — глаза Питера расширяются. Он слышал о печально известных вечеринках Тони, которые тот любит устраивать в самых дорогих местах, а Тироль в Австрии — одно из таких мест. Благотворительность всегда звучит как повод для Старка выложиться на полную катушку и потратить кучу денег, чтобы привести всех своих показушных друзей, чтобы те могли напиться и заняться сексом. Вечеринки, частью которых Питер совсем не хотел бы стать.       — Очевидно, — усмехается Тони. Питер приподнимает бровь и пытается сохранить невозмутимое лицо, но это все становится уже слишком. Этот человек не мог быть реальным. Он использует Питера. Ну что за мудак.       Прежде, чем Питер успевает рассказать правду, двери лифта открываются. Журналистку уводит охрана, но все в вестибюле, вероятно, успевают заметить, как Тони прикасается к Питеру. Так, как обычно прикасаются друг к другу люди, состоящие в отношениях. О Боже. Питеру становится плохо. Он хочет убежать, но Тони закрывает двери лифта и просит ИИ поднять их в офис. Питеру остаётся только смотреть на своего босса с примесью страха и гнева, чувствуя, как рука того всё ещё покоится на его пояснице. Подъём проходит в тишине. Питер мог бы подумать, что Тони готовит какую-то грандиозную речь к тому моменту, когда они поднимутся в его офис. Однако Питер уверен, что может распрощаться со своей стажировкой.

***

      Когда приветливый голос искусственного интеллекта Тони объявляет о том, что они прибыли в его личный кабинет, Питер замирает, косясь на руку своего босса, которая до сих пор находится на его талии. Никто из них не предпринимает никаких попыток шевельнуться, и Питер отчаянно хочет оказаться где-то в другом месте. Тревогу становится игнорировать всё труднее, пока, наконец, Тони не убирает руку со спины Питера и не выходит из лифта.       — Прошу прощения, мистер… Питер, — Тони театрально вздыхает и падает в кресло возле своего рабочего стола. Он выглядит на несколько лет старше, когда прячет свою фальшивую улыбку, что была на его лице всё это время в присутствии журналистки, и Питера охватывает неприятное чувство жалости. Конечно, его босс придурок, но сожаление на его лице не притворное. — Не мог бы ты сделать мне одолжение и сесть? — Тони указывает на свободное кресло напротив, и Питер нехотя исполняет его приказ.       Это то самое время, когда он вот-вот потеряет свою стажировку. Он шёл к ней с тех пор, как учился в старшей школе, и теперь эта мечта рассыпается на миллион частей из-за того, что он не способен удержать язык за зубами. Тишина оказывается мучительной. Питер смотрит на свои колени и возится с рукавами. Тони кладет пальцы на свою переносицу. Миллион мыслей проносится в голове Питера, и ему хочется взять свои слова обратно. Конечно, насмехаться над своим боссом в ту самую секунду было приятно, но это не стоило того, чтобы лишиться стажировки. Когда спустя несколько минут Тони всё ещё молчит, Питер начинает беспокойно бормотать:       — Слушайте, мистер Старк, я не хотел оскорблять вашу систему безопасности, но это не причина отнимать у меня стажировку. Я ничего не сказал журналистке и даже подыграл вам, так что примите это в расчёт, прежде чем уволить меня. Пожалуйста? — чем дольше он говорит, тем тише становится его голос.       — Мистер...?       — Паркер, сэр, — голос Питера пропитан ядом, когда он выдавливает из себя «сэр».       — Мистер Паркер, никто ничего не говорит о лишении вас стажировки.       Что ж, Питеру следует собирать свои вещи. Их не так много на его рабочем столе, но, по крайней мере, он должен успеть попрощаться с коллегами... Погодите-ка, он правильно услышал? Его не увольняют?       — Я не уволен? — глупо переспрашивает он, глядя на своего босса широко раскрытыми глазами.       — Нет, Питер. Не уволен, — Питер не комментирует это фамильярное обращение, боясь всё испортить, чтобы Тони не передумал. — Но я должен попросить тебя ещё об одном.       Само собой, здесь есть подвох. Питер говорит с Тони Старком — одним из самых эгоистичных людей на всей планете. Он никогда не позволил бы Питеру так легко отделаться.       — Итак, я заявил миру, что ты моя «вторая половинка», — сожаление на лице Тони ещё больше выводит Питера из себя. — И ещё я сказал, что ты будешь присутствовать на устраиваемом мной ежегодном лыжном мероприятии.       — Видимо, — сухо отвечает Питер, надеясь, что его раздражение не так заметно. Тони тяжело вздыхает, его взгляд сосредоточен на Питере, когда он говорит:       — Питер, ты мог бы притвориться моим бойфрендом на время мероприятия? Я должен выбрать дату, и мы всё равно будем во всех новостях завтра.       Питер моргает, глядя на своего босса и ожидая, что тот вот-вот рассмеется. Это, должно быть, шутка, и Тони в любую секунду скажет ему, что он пошутил. Что Питер уволен. Но ещё один взгляд на усталое выражение лица его босса подтверждает, что тот действительно говорит серьезно.       — Вы хотите, чтобы я что?       Выражение лица Тони снова становится напряженным.       — Я хочу, чтобы ты притворился моим бойфрендом на благотворительном мероприятии Valentine’s Ski Charity. Будь так любезен.       Пиздец. Питер паникует. Он не хочет играть парня Тони Старка, он не хочет делать вид, что ему нравится этот эгоистичный мужчина, и он определённо не хочет идти на дурацкое мероприятие, где всё, что там будут делать, это распивать алкоголь и заниматься сексом с незнакомцами. Чёрт, да он даже на лыжах не умеет кататься. Проблема в том, что он не хочет терять стажировку, поэтому принимает решение прежде, чем ещё больше задуматься о предстоящем уикенде.       — Мне нечего надеть, — выпаливает Питер, прежде чем успевает подумать о сказанном, и мгновенно жалеет.       Тони Старк, миллиардер и плейбой, просит его, Питера Паркера, об одолжении, и тот мог потребовать всё, что угодно взамен. Он мог бы попросить работу после окончания стажировки или заставить своего босса испытывать дискомфорт от других весёлых требований. Но вместо этого он смутился, негласно приняв приглашение и растрепав о том, что у него недостаточно денег, чтобы купить подходящую одежду.       — Не волнуйся, малыш, — говорит его босс с широкой улыбкой, от которой Питеру становится плохо. — Организуем для тебя что-нибудь на заказ. Очевидно, это меньшее, что я могу сделать.       — Очевидно, — бормочет Питер, из его голоса сочится сарказм. Он надеется, что ответил так тихо, что Тони не мог услышать. Конечно, миллиардер отведёт его к своему личному портному. Как это будет выглядеть, если Тони заявится с кем-то столь бедно одетым? По крайней мере, Тони Старк теперь ему должен. Питер планирует воспользоваться этим.       — Хорошо, — Питер вздыхает, намереваясь покончить с этим. — Просто скажите, когда и где я буду вам нужен. — Тони широко улыбается, будто Питер только что спас этот день. Ну, наверное, так и есть. Мужчина несколько раз тычет пальцами по планшету.       — Я заеду за тобой сегодня вечером, на 15-ю улицу, и отвезу к портному. Просто возьми себя, а я возьму деньги, — он ухмыляется, но замолкает, стоит ему увидеть окаменевшее выражение лица Питера.       — Должен ли я спросить, откуда у вас вообще мой адрес?       — Милый, ты работаешь на меня. Мне даже не пришлось взламывать твой телефон.       Холодная дрожь пробегает по спине Питера, и тот встаёт, собираясь уйти.       — Не называйте меня милым, — он звучит злее, чем планировал.       — Ладно-ладно, — Тони вскидывает руки, успокаивая его. — Ещё раз спасибо. Я заеду за тобой в шесть часов.       — До свидания, мистер Старк.       Питер расслабляется, когда двери лифта, наконец, закрываются за его спиной. Почему с ним всегда случаются подобные вещи? Теперь ему придётся провести ужасную неделю в глуши в Австрии в компании человека, которого он презирает. Он даже не сможет вернуться домой сам, если всё станет совсем плохо, потому что он просто не сможет позволить себе перелёт из Австрии в Штаты. ЭмДжей убьёт его, когда он расскажет ей, как облажался. И единственная хорошая возможность, которая его ждёт, это возможность научиться кататься на лыжах.       Двери лифта открываются на первом этаже, и одного взгляда на переполненный вестибюль хватает, чтобы Питеру стало не по себе. Все смотрят на него: секретарь за столом, трое мужчин в дорогих костюмах в конце коридора, и даже уборщица прекратила работу. Не прошло и часа, как вся компания уже знает о его «отношениях» с боссом. Он чувствует себя животным в зоопарке, запертым в маленьком лифте, словно в клетке. Питер просто хочет подняться обратно, но это означает, что ему снова придётся столкнуться с Тони Старком. И Питер определённо хочет обойтись без этого.       Так что, стиснув зубы и сделав глубокий вдох, Питер практически бежит к выходу. Он пытается никого не слушать, но выходит плохо. «Разве это не его Тони Старк назвал своим бойфрендом? Почему миллиардера интересует такой обычный человек? Как думаете, он спал с ним, чтобы получить стажировку?» Питер чувствует, как кровь приливает к его ушам, и сглатывает, успокаиваясь, потому что не хочет закатывать сцену. Они могут говорить что угодно, что он «сладкий малыш» и просто хочет получить деньги миллиардера, но никто не смеет утверждать, что он получил стажировку лишь потому, что переспал с боссом. Питер усердно работал ради этого каждый день.       Когда он наконец выходит из здания, он дрожит, и его дыхание учащенное. Гнев и страх бушуют внутри него, угрожая овладеть им, и он роется в рюкзаке в поисках мобильника. Во всём виноват Тони. Конечно, миллиардер объявил его своей «второй половинкой», не задумываясь о последствиях для самого Питера. А теперь ему придётся ходить с ним по магазинам, словно ребёнку, которому разрешили покупать новые вещички со своим отцом. Эта мысль заставляет его живот скрутиться. Тони Старк бессердечный и эгоистичный человек, но уже слишком поздно, чтобы держаться от него подальше.       Питер чувствует облегчение, когда наконец находит телефон. Он тут же набирает номер своей лучшей подруги.       — Питер? — голос ЭмДжей звучит удивлённо. — Разве ты не должен быть на работе?       Питер сглатывает, хватая себя за переносицу. Как ему теперь объяснить ситуацию? Это катастрофа.       — Я иду домой пораньше. У меня проблемы.       — Всё так плохо, что не можешь потерпеть до дома? — теперь он определённо слышит беспокойство в ее голосе.       — Да.       — Ладно, валяй.       Питер раздумывает, как лучше сформулировать то, что хочет сказать, пока ждёт поезд. Он не хочет, чтобы все люди вокруг него узнали, что происходит.       — Так ты знаешь моего босса? — ЭмДжей вздыхает, и Питер может представить, как она приподнимает бровь.       — Пит, ты знаешь, что да. Ты не можешь и недели прожить без того, чтобы не пожаловаться на него. Что на этот раз?       — Эй! — но она права, ЭмДжей всегда права, но Питер имеет полное право не любить Тони Старка. Этот человек — чума, проклятие, и миру было бы лучше без этого плейбоя. Сегодня Питер научился ещё больше ненавидеть этого высокомерного мудака.       Когда напротив останавливается метро, и Питер входит в вагон, он решает рассказать покороче. Сегодня у него не будет времени, потому что Тони-Я-Центр-Вселенной-Старк заберёт его чуть позже. Блестяще.       — Завтра ты будешь читать во всех новостях, что я его новый парень, — наступает несколько секунд тишины, прежде чем ЭмДжей начинает задыхаться и яростно кашлять в трубку.       — Иисусе, Пит. Было бы неплохо предупредить меня. Как ты вообще вляпался в это?       — Это не моя вина, — говорит Питер, защищаясь. — Его преследовали папарацци, и он пытался убежать и назвал меня деткой, прося придержать для него лифт.       — Он что? — Питер не уверен, что ЭмДжей вообще верит ему.       — Я не знаю, почему он сделал это, ЭмДжей. А потом там была эта девушка, и она начала задавать вопросы, а потом он обнял меня и сказал ей, что я его парень и пойду с ним на это дурацкое лыжное мероприятие, и…       — Окей, Пит. Остановись, — ЭмДжей обрывает его бессвязную речь. — Сделай глубокий вдох и расскажи мне сначала.       Питер повинуется и пытается успокоиться. Он пребывает на грани в течение последнего часа, и истерика ему уже не поможет.       — Ты когда-нибудь слышала о благотворительном мероприятии Valentine’s Ski Charity? — ЭмДжей усмехается.       — Конечно, Пит. Ты говорил мне о нём несколько раз, когда рассказывал о своём боссе, — Питер краснеет. Он и не замечал, как много жалуется на Тони, но всё же считает это оправданным.       — Когда он сказал прессе, что я его парень, журналистка спросила его, возьмёт ли он меня на это дурацкое мероприятие, и он ответил да. Затем он упрашивал меня пойти с ним, притвориться его парнем и пообещал мне, что после этого мы можем расстаться, — ЭмДжей зарыдала от смеха, и если бы его босс не был таким засранцем, возможно, Питер бы тоже улыбнулся. Однако случилось то, что случилось, и Питер в миллионный раз хочет просто исчезнуть на ближайшую неделю.       ЭмДжей продолжает хихикать, но всё же берет себя в руки.       — Питер, ты бы мог просто сказать «нет». Не думаю, что он уволил бы тебя за это. Просто скажи ему, что у твоей тёти день рождения или что-то в этом роде.       Питер молчит. Он совсем не подумал об этом раньше. Страх потерять стажировку, кажется, совсем отключил его мозг, и теперь Питер хочет врезать себе за это.       — Похоже, уже слишком поздно, — тихо отвечает Питер, выходя из метро на своей станции. — Я отреагировал не очень хорошо, — Последовавшая тишина оказалась неприятной.       — Что ты сказал, Питер? — он думает о том, чтобы бросить трубку и избежать реакции подруги, но лучше стоит покончить с этим, пока они говорят по телефону. ЭмДжей всё равно выскажет ему своё мнение, и он перенесёт это легче, когда ему не придётся смотреть ей в глаза.       — Я сказал ему, что мне нечего надеть, так что он ведёт меня к своему личному портному сегодня вечером, — Питер слышит громкий стук, вероятно, ЭмДжей ударилась головой об стол, после чего звучит протяжный стон.       — Питер.       — Я знаю, — он начинает паниковать. Он не хочет лететь в Австрию, не хочет проводить уикенд в дорогущем отеле, и определённо не хочет составлять компанию могущественному Тони Старку. — ЭмДжей, я не хочу идти. — На секунду он замолкает и ждёт чего угодно, но не того, что происходит в следующий миг.       — Ты решил, что потеряешь стажировку, если откажешь ему?       — Да.       — Ты хочешь потерять стажировку?       — Нет, конечно нет.       — Тогда перестань ныть как ребёнок и насладись деньгами, которые твой босс собирается потратить на тебя. Питер, ты уже согласился. Преодолей своё глупое отвращение к нему и сдержи обещание.       Питер надувается. Он знает, что она права, и это то, что он должен был услышать, но переступить через себя сложнее, чем кажется. Миллиардера можно было бы и подвести разок. Он должен почувствовать, каково это, когда ты не можешь купить что-то за деньги, когда мир не сосредоточен вокруг тебя. Но Питер уже согласился, так что другого выхода нет.       — Хорошо, я пойду. Но для протокола, я собираюсь жаловаться тебе все эти дни.       ЭмДжей громко фыркает.       — Как будто это изменит ситуацию. Ты уже делаешь это, всё равно. — И, эй, это звучит несправедливо.       — Дура.       — Трус.       Он слегка улыбается. По крайней мере, Питер знает, что она надерёт ему задницу, если он что-нибудь испортит. Он обожает свою лучшую подругу, даже если иногда она бывает слишком властной.       — Люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, Пит. Насладись уикендом со своим сладким папочкой.       Он бросает трубку, не попрощавшись.

***

      Питер вышагивает по своей комнате. Остаётся всего несколько минут до шести, и все его мысли сосредоточены на том, что он собирается поехать в Австрию. С Тони Старком. В эти выходные. Дерьмо. Он проверил ту местность, и, несмотря на всё великолепие, ситуация невероятно устрашающая. Ближайший аэропорт в Инсбруке. Он думает, что ему важно знать это, если придётся улетать. Питер так увлёкся своим исследованием, что позабыл о времени. Он ничего не может поделать с тем, что аэропорт Инсбрука — один из самых сложных аэропортов для приземления из-за крутого спуска между горами и сильных восходящих потоков. Лишь пара пилотов действительно сможет полететь через Инсбрук, потому что приземление там считается невероятно сложным и опасным. Это безумие!       О, чёрт, он снова делает это. Но ему легче думать о невообразимых видеороликах про посадку и взлёт самолетов в аэропорту Инсбрука, чем о том, чем он собирается заняться. Ходить по магазинам. С Тони Старком. Дерьмо. Питер хочет надеть что-нибудь хоть немного презентабельное, но с его ничтожным бюджетом на обучение в колледже у него нет ничего, что сможет впечатлить генерального директора компании, где он проходит стажировку. Кого Питер вообще обманывает? Почему он хочет произвести впечатление на мистера Старка? Мужчина даже не взглянул на него, когда они впервые встретились несколько месяцев назад. Питер так долго смотрел на него, и когда они впервые встретились, Тони проигнорировал его. Он просто мудак. Правда же?       Совсем другим делом оказывается рассказать эту новость Мэй. Питер решает рассказать своей тёте лишь половину правды, сохраняя в секрете часть про «фейковые отношения». Однако та приходит в восторг. Её племянник собирается в Австрию на благотворительную акцию Тони Старка! Тьфу. Она немедленно бросается к ящику в гостиной, чтобы стряхнуть пыль с его ID, которым Питер почти не пользуется, и начинает собирать надувную подушку и прочий хлам, который якобы сделает полёт более комфортным. И пусть Питер ценит Мэй и всё, что она для него делает, часть его не считает это необходимостью. Почему он снова на это соглашается?

***

      Странная смесь возбуждения и смущения накатывает на Питера, когда Тони подъезжает к дому бедного студента на своей огромной отполированной Audi. Мистер Старк несколько раз взревел двигателями, и Питер не уверен, привлекает ли он его внимание или внимание всех остальных. Питер притворяется, что не замечает своих соседей, гуляющих с собакой и наблюдающих за тем, как он забирается на пассажирское сиденье безумно дорогой спортивной машины. Он лишь благодарен тому, что окна затонированны.       — Привет, малыш, — шутит Тони.       — Привет.       Всё вроде бы спокойно, за исключением того, что машина рычала как охотившаяся львица. Мысли Питера мечутся в его голове. Он в машине. С Тони Старком. Дерьмо. Всё это кажется таким нереальным, словно сон, в котором он не может решить, хорошо это или плохо. Запах кожаного салона машины щекочет ему нос, а пальцы теребят ткань джинсов. Почему они всё ещё не двигаются? Почему Тони не едет? Чего ждёт мистер Старк? О Боже. Когда Питер наконец осмеливается повернуть голову, чтобы взглянуть на своего босса, мужчина смотрит на него сквозь свои голубые очки, приподняв брови.       — Ч-что? — заикается Питер. Тони кивает на грудь Питера, кратко давая понять, чего не хватает.       — Ремень пристегни.

***

      — Итак, — говорит Тони, прочистив горло. До сих пор они ехали молча в неловкой тишине. — Я прочёл твой файл, но тебя, Питер Паркер, очень трудно прочитать лично, — Питер плотно смыкает губы, заставляя себя смотреть в окно, а не на мистера Старка. В любом случае, Питеру нечего ответить. — Если мы собираемся сделать это, нам нужно хотя бы поболтать друг с другом.       — Я знаю, — вздыхает Питер. Он трёт лоб ладонью и зажмуривается. — Просто этого всего так много сразу, ладно? — Питер поворачивает голову, чтобы взглянуть на Тони, но видит, что тот даже не держит руль. Машина едет сама. Питер уставляется на него, широко раскрыв глаза. Тони склоняет голову и ухмыляется, скривив угол рта.       — Я люблю повозиться в мастерской больше всего на свете.       Прекрасно, Питер только что сказал, насколько неуверенным он себя чувствует, а Тони снова сумел переключить разговор на себя.       — «Да Винчи нашего времени», — цитирует Питер статью, надеясь, что польстить эго своего босса поможет этой ситуации.       — Это бред, — фыркает Тони, проведя указательными пальцами по обшивке руля. Питер не мог перестать смотреть на его грубые руки и на то, как он ласкает ими свое имущество. У Питера пересыхает во рту. Он хочет — нет, нуждается в том, чтобы напомнить себе, почему его подростковая влюблённость в этого человека умерла. Однако Питер не может ничего поделать с тем, насколько несправедливо горячий его босс, несмотря на его возраст. Тони снова смотрит на Питера, приподняв брови. — Я рисовать не умею.       — Может, вам следует попробовать, — Питер хочет ударить себя. Что это вообще за ответ?       — Я имею в виду, что я всегда могу просто размазать что-то по холсту и назвать это искусством. Дерьмо будет продаваться, если ты уже богат и называешь это искусством.       — Прибыльный бизнес.       — Эх, — Тони пожал плечами. — Я уже окружён достаточно претенциозными снобами. Моя коллекция произведений искусства полностью находится в ведении моего секретаря, — Питер едва сдерживает фырканье. Претенциозные снобы. Разве этот человек никогда не смотрелся в зеркало? Или не слышал себя? Тони запускает руку в волосы и двигается на сиденье так, чтобы взглянуть в лицо Питеру. — Слушай, малыш, мне жаль, что я втянул тебя в это.       — Если честно, мистер Старк, я не уверен, что это так, — слова вылетают изо рта Питера прежде, чем он успевает остановить себя, и Питер тихо втягивает воздух.       — Что ты имеешь в виду? — Тони звучит немного угрожающе, и Питер разочарованно закусывает губу, когда его тело предаёт его и кровь приливает к члену. Почему властный голос Тони такой горячий? Это несправедливо.       — Вы назвали меня «деткой» на глазах у толпы папарацци.       — Честно говоря, это было ошибкой.       — Честно говоря, это было оши.., — Питер сжимает губы, чтобы остановить свое передразнивание. — Верно.       — Я не стану лгать, я бы не назвал тебя так, если бы ты не был таким красивым, и... Боже! — Тони откидывается на своё сиденье и стонет. — Я плох в этом, ладно? Я подумал, что у меня будет свидание... найду кого-то, кто действительно захочет... для этого дурацкого мероприятия, но я не стал. — Старк расправляет плечи и смотрит на Питера. — И с моей стороны эгоистично думать, что я могу просто попросить кого угодно, и они бросят всё, лишь бы помочь мне. Так что, если ты не хочешь этого, просто скажи мне, хорошо? Я большой поклонник согласия. Я просто заплачу за это другому парню. Тебе, очевидно, некомфортно.       — Дурацкое мероприятие?       — И это всё, что ты вынес из того, что я только что сказал? — Тони усмехается. Питер прищуривается, но решает проглотить свой язвительный ответ.       Тони вздыхает.       — Это мероприятие ко Дню святого Валентина было придумано ещё когда я был с Пеппер, и вот уже более двенадцати лет оно проводится каждый год. Благотворительность прославляет любовь, — оживлённо говорит Тони, жестикулируя руками. — На мероприятии есть одно правило, которое я ввёл по глупости, когда был дерзким помолвленным придурком, — он молчит, дважды моргая. — Никаких пожертвований, когда ты одинок.       — Почему бы не изменить правило?       — Потому что это даже более эгоистично, чем применять его ко всем твоим одиноким друзьям, когда вы пьяны, и соблюдать это все годы, пока ты в отношениях с женщиной, которую даже не любишь, — Тони сжимает губы в напряжённой, но настоящей улыбке и снова устремляет взгляд на дорогу. Всё словно пошатнулось в этот момент, и уставший генеральный директор, которого Питер видел сегодня утром, вернулся. — Это одно из мероприятий, на которое я трачу кучу денег, потому что знаю, насколько тяжела любовь. Но, с учетом сказанного, я не хочу, чтобы ты или кто-либо чувствовал себя принуждённым к этому. Одно твое слово, малыш, и я отвезу тебя обратно в твою квартиру, и меня не будет беспокоить твоя причёска.       На секунду становится тихо, прежде чем Питер расслабляет плечи и откидывается на спинку сиденья. Тони не хочет делать Питера частью своего шоу. Тони хочет, чтобы благодаря ему он мог сделать пожертвование на своём благотворительном мероприятии. Странно, но не... Плохо. Странно то, как Питер продолжает создавать в голове образы своего босса, которые всегда заканчиваются противоречием. Когда он был моложе, то думал, что Тони — герой. Подростком он считал мужчину секс-символом. Первая неделя его стажировки была воплощением мечты до фразы: «Здравствуйте, мистер Старк, я хотел поблагодарить вас за…» «У меня нет времени на тебя, пока». После этого всё испортилось. Его обожание превратилось в отвращение. Этот человек так долго остаётся эгоистичным придурком для Питера. Но теперь...       Теперь он рассказал все это Питеру? Что он вроде как... Хороший? В каком-то смысле? Всё это так запутанно. Но, по крайней мере, Питер стал меньше ненавидеть эту ситуацию. Он знал, что благотворительность в этом году предназначена для молодёжи ЛГБТК+, поэтому Тони, желающий пожертвовать на это дело, должен что-то значить. И это много значит для Питера тоже. Он определённо мог бы расслабиться и насладиться неделей роскоши и принять богатство таким, какое оно есть, если это будет означать, что Тони пожертвует благотворительной организации значительную часть своего кошелька.       — Итак, как долго добираться до портного? — спрашивает Питер, глядя прямо перед собой и пытаясь утаить улыбку. Тони даже не старается скрыть свою радость от слов Питера и тоже усаживается, чтобы насладиться поездкой.       — Пару минут.

***

      Несмотря на то, что Питер осторожничает, потому что не хочет снова оказаться в нелепой ситуации, он чувствует, что в течение вечера становится чуть более снисходителен к Тони. Он ничего не может поделать с собой; миллиардер обаятельный, весёлый и умный... Питер редко встречает кого-то, с кем можно так же легко поговорить. Мистер Старк кажется приятно удивлённым, когда Питер искренне смеётся над его глупой шуткой о гидравлических двигателях, и Питер сам шутит о теплофизике, обсуждая одежду, которую они будут носить на лыжных трассах. Смех Тони крутится в его голове в течение следующих пяти минут, которые портной проводит, измеряя каждый дюйм тела Питера. Он заставил Тони Старка смеяться.       Что-то переворачивается внутри Питера, когда парень за кассой озвучивает стоимость костюма, которую Тони придётся заплатить. Волнение перерастает в нечто большее, когда Старк вручает мужчине свою черную кредитную карту. За эти деньги можно снять квартиру на Манхэттене на три месяца. А он отдаёт столько за костюм.       В следующем магазине, куда приводит их Тони, продают все виды зимнего снаряжения. Питер говорит, что ему ничего не нужно, но Тони словно не слышит его. Теперь Питеру придётся каждый день надевать что-то новое в течение всей недели. И есть что-то в том, как Тони смотрит на тело Питера в обтягивающем термобелье, что заставляет того отвернуться от миллиардера. Потому что в этот момент «большее» превращается в «ещё большее». И Питер не хочет, чтобы Тони увидел то, что обтягивающая одежда не может скрыть.       Одежды становится всё больше и больше. Они посещают магазин за магазином, и Питеру разрешается примерять только самые дорогие вещи. Кашемировые водолазки и шёлковые рубашки, кожаная и замшевая обувь, даже мягкое хлопковое бельё. За всё, что надевает Питер, платит Тони. У него оказывается по несколько аутфитов на каждый день поездки. Он никогда не был любителем шоппинга, но глаза Тони, смотрящие на него, оценивающие его, и его мягкие губы, когда он говорит ему повернуться, или когда он хвалит его, вызывают у Питера головокружение к тому времени, когда они наконец заканчивают в последнем магазине. Он едва может сдержать себя, чтобы не толкнуться бедрами и не застонать, когда Тони кладет руку ему на плечо и вручает свою чёрную кредитку продавцу, который только что получил шанс на огромную премию, благодаря этой продаже.       — Все, чего он пожелает, — говорит Тони.       Пошитые на заказ костюмы Питера будут высланы экспресс-доставкой в их отель в Герлосе, как и всё лыжное снаряжение. Так что всё, что нужно будет взять Питеру — он сам.       Это кажется странным. Питеру приходится напомнить себе, что Тони делает всё это не просто так. Если Питер будет чувствовать себя хорошо и уверенно, это сделает его более убедительным бойфрендом. Его просто подкупают, Питер в этом уверен. Каким бы добрым ни казался Тони, он всё равно мудак, с которым Питер однажды столкнулся. Само собой.