Заблудший волк

Лучи клонившегося к закату Солнца играли на белой броне гвардейцев, неподвижно, словно статуи, застывших в боевых стойках. Сир Эртур удерживал Рассвет в ближней левой позиции, в то время как сир Освелл принял фаланговую стойку со щитом и мечом. Лица обоих были обернуты толстыми полотенцами, полностью лишившими их зрения. Тяжелый запах пота стоял в воздухе, так что Геральту подчас практически казалось, что он видел волны вони пополам с напряжением, исходившие от воинов. Молча, неуклонно, он и Джейме обошли двух рыцарей, ожидая возможности напасть. То, что Ланнистер был не столь бесшумен, как его учитель, было даже к лучшему, уж если на то пошло, уверенность противника в твоей ошибке можно использовать себе на пользу. Когда последние шаги парня заставили их чересчур сфокусироваться на его направлении, ведьмак нанес свой удар. Сир Освелл отреагировал быстро и точно, его щит встречал каждый удар с приятным лязгом. Когда он двинулся в контратаку, Геральт отскочил в сторону, описав полукруг. Джейме последовал за ним, ударив сира Освелла сбоку, только для того, чтобы клинок Дейна перехватил его выпад. Мальчик притворной слабостью пытался выманить сира Эртура с позиции «спина-к-спине» что они с его собратом заняли, но без особого успеха. Геральт решил поддержать его атаку, позволив своим шагам выдать местоположение для того, чтобы прорваться между королевскими гвардейцами с мощным, но быстрым пируэтом. Рефлексы сира Уэнта сослужили тому хорошую службу, и позволили встретить атаку ведьмака. Джейми также перешел в наступление, раздергивая сира Дейна резкими наскоками, за которыми следовали столь же быстрые отступления и перемещения. Когда сир Освелл попытался нанести ответный удар щитом, Геральт сместился в сторону и полностью переключился на помощь Джейме. С Мечом Зари ведьмак не бился, лишь позволяя своему клинку тихо, ритмично приближаться как можно ближе к рыцарю, провоцируя на атаку. Сир Эртур не клюнул на приманку, вдыхая и выдыхая в заученной последовательности, которую ему преподал Джейме. Дело было не в доверии, дорниец знал, что Геральт может и будет его бить, причем в серьез. Но тело рыцаря просто отказывалось отвечать на что-либо меньшее, чем настоящая угроза. Именно на это Геральт и рассчитывал. В то время, как они вдвоем не совершали лишних движений, Джейме и сир Освелл сцепились так, словно не на жизнь, а на смерть. Молодость и скорость против опыта и силы. Яростный обмен ударами и блоками, которые можно было бы простить, если бы они были потеряны в боевом безумии. Джейме с ухмылкой разорвал захват, ловко проскочив под взмахом меча, чтобы напасть на сира Эртура. Дорниец двинулся, чтобы остановить его, но застыл, когда Геральт атаковал следующим, заставив гвардейцев разойтись. Если сира Освелла это и обескуражило, он не показал этого, мрачно улыбаясь, даже когда понял, что его одурачили. Геральт переключил вес и инерцию своего удара, предназначенного для Эртура, и снова атаковал рыцаря Уэнта. — Не позволяй этому случиться в Харренхолле, — проворчал Геральт. — Призраки любят и умеют притворяться слабыми. — Так. Не позволю. В течение следующего получаса Геральт и Джейме по очереди проверяли успехи рыцарей. Они схлестывались снова и снова, чередую атаки и защиту, и замирая лишь для того, чтобы переместиться и нанести новый удар. Солнце уже садилось, когда последнее упражнение в Башне Десницы подошло к концу. Бойцы порядочно устали, и вот здесь выносливость Геральта сослужила ему хорошую службу. Как обычно, сир Освелл принес бочонок вина, чтобы освежиться. Они сидели в дружеском молчании на ступенях террасы, разложив свое разнообразное оружие в пределах досягаемости. — Наконец-то покидаю Красный Замок, — заметил Геральт, смакуя послевкусие напитка. — Кажется, прошла целая жизнь с тех пор, как я был за его стенами. — В этом году погода была к нам благосклонна, — сказал сир Артур. — Длинные, светлые дни, теплый ветерок... — Будем надеяться, что она не изменится к худшему, — скривил губы сир Освелл. —Хотя… дом будет выглядеть жопной дырой, даже если швырнуть его в сердце Простора. — Или Западных земель, — улыбнулся Джейме, от души зачерпнув из бочки. — Может быть, если мы освободим Харренхолл, мы сможем отправиться туда в следующий раз? Я слышал истории о привидениях в Тарбекхолле, оставшихся с тех пор, как мой отец перебил Тарбеков. — Одно проклятие за раз, — строго напомнил Геральт, подвинув бочонок к себе. — И не пей слишком много. Вам троим все еще нужно будет потренироваться после того, как я уйду. — Не обижайся, Геральт, но на этом эльфийском все звучит так, словно собака костью поперхнулась. — Какие там обиды, — улыбнулся ведьмак, представив себе выражение лиц многих знакомых эльфов, услышь они слова сира Освелла. Допив чашу, Геральт собрал вещи и, прихватив бочонок, направился к двери. Сир Освелл протестующее застонал, видя, что от него уносят алкоголь, но более никаких протестов не последовало. — Присмотри, чтобы никто не убился, хорошо? — И не мечтай. Всех верну в целости — ответил Джейме, осмелевший за ту неделю, что тренировался с королевскими гвардейцами (и тренировал их сам). Хотя, конкретно сейчас на него мог подействовать алкоголь. — Я обращался к сиру Эртуру. — Очень смешно, — процедил Ланнистер, и голос его был суше, чем пустыня Корат. —Непонятно, зачем тебе меч, тем более два, при таком остроумии. — Иногда даже им можно выиграть бои. Расточительно тратить сталь и серебро на всякую мелочь, — мальчик стоически принял ответный выпад, под поднимающий смех гвардейцев. Махнув рукой на прощание, Геральт направился к Великому Мейстеру. * * * Джейме спустился в свои покои измученным и усталым. Его колени взрывались болью при каждом шаге, ноги были словно из соломы, да и вонял он, вдобавок, словно яйца загнанного коня. Но то был лучший вид усталости, рожденной в ходе непрестанного боя на мечах, подкрепленного восторгом от успешного дня и чувством самодовольства. Люди, что стали ему разом соперниками, наставниками, и даже учениками, только дополняли это чувство, ведь это были истинные мастера клинка и знатоки боя, готовые учить, учиться и ценившие хорошую шутку. Он был почти опечален, узнав, что в ближайшие дни станет не до тренировок. Путешествие в Харренхолл, хотя и не особо долгое, включало в себя лишь верховую езду с редкими привалами, там будет не до спаррингов. Тем не менее, команда собралась интересная, и возможность самостоятельно выехать с ними на миссию была честью, которую он никогда не забудет. Ведь, Джейме никогда не мог предвидеть, его великая надежда на Красный Замок сбылась, пребывание здесь стало лучшим временем в его жизни. Эта мысль вызвала улыбку на его лице, довольную, несмотря на усталое тело. Отец переживет пропущенную трапезу, а с Серсеей они уже разделили завтрак утром. Хватало вообразить себе пару мягких подушек и свежевыстиранных простыней, чтобы укрепить силы и сделать последние шаги в сторону покоев. Тем не менее, в тот момент, когда Джейме открыл дверь, его тело застыло, и обостренные инстинкты предупредили его, что что-то не так. Все мысли о сне, отдыхе и усталости исчезли в одно мгновение, важно было лишь то, что в комнате он был не один. Прежде чем он успел позвать стражу или вытащить свой недавно выкованный посеребренный меч, занавеси раздвинулись, и в щели появилась Серсея. Прежде чем он сумел сообразить, что делать, кроме как пялиться, его дорогая сестра мило улыбнулась (той самой улыбкой, которую он давненько уже не видел). Она прижала палец к губам, призывая к тишине, затем жестом приказала закрыть дверь. К Джейме вернулось достаточно здравого смысла, чтобы сделать и то и другое, и прокрутить между делом в голове тысячу вопросов. Что она здесь делала, не сошла ли с ума, видели ли ее охранники? Все это и многое другое приходило и уходило без ответа. Когда она обернулась, мысли Джейме снова опустели. Потому что сейчас Серсея предстала перед ним во всем своем обнаженном великолепии. Ее золотистые локоны сияли в свете свечей, глаза были полны желания, а улыбка была одновременно хищной и чарующей. — Я знаю, что в последнее время мы не слишком хорошо ладили, — сказала она, шагая так, чтобы подчеркнуть свои бедра… и многое другое. Единственный предмет одежды, ожерелье Ланнистеров, подчеркивало ее соблазнительную грудь, что приближалась все ближе. — Но уже завтра ты меня покинешь, так что… Ее руки медленно поднялись и вплелись в его шею, ее тело коснулось его собственного. От нее исходил лишь слабый аромат духов, и только этот запах он сейчас мог ощущать. — Пойдем со мной. Давай просто сделаем это. Ведь мы так давно хотели. И она была права, они действительно хотели сделать "это" с тех пор, как выбрались из младенчества. Прежде чем тот слуга наябедничал их матери, и той пришлось развести их по разным концам замка. Даже тогда, будучи еще зеленым мальчиком с мечом, который ничего не знал о любви и о том, как взять женщину, Джейме понял, что Серсея была для него единственной. Никто не знал его так, как она, никто не мог заставить его чувствовать то, что заставила она. Оставить его на долгие бессонные ночи опьяненным одной лишь мыслью о том, чтобы прикоснуться к ее нежной коже, провести пальцами по ее волосам. Одним из его немногих сожалений о прибытии в Красный Замок, было то, что он не смог взять ее. Или, скорее, становился все менее и менее готовым к этому. Даже после того, как она порвала дистанцию, впившись в его губы своими и отдаваясь чистому желанию, Джейме остался стоять, напряженный... и напуганный. Разговор об инцесте с Геральтом несколько недель назад все так же не шел из головы. Тот факт, что родители были всего лишь кузеном и кузиной, означал, что Тирион родился таким, каким родился, по каким-то иным причинам… по крайней мере, хотелось в это верить. Нет, не это удерживало его от ответного объятия, а сам Геральт. Он говорил о кровосмешении с таким отвращением (при этом не делая исключения для Таргариенов), что такие отношения сразу казались мерзкими. В любом контексте. И он был проницателен, невероятно наблюдателен. Всего через день знакомства ведьмак уже видел Джейме насквозь, и точно знал, как и чем спустить того на землю. Он заметит что-то неладное, Джейми знал, что это правда. Им предстояло странствовать вместе не меньше нескольких дней, и рано или поздно Геральт отведет его в сторону и спросит, что того беспокоит. Можно ли скрыть от него, что спит с собственной сестрой? Возможно, удастся придумать какую-нибудь ложь и полуправду, которая удовлетворит Геральта. Эта мысль почти сломила его оборону. И все же Джейме не мог сдвинуться с места. Он мог смириться с тем, чтобы держать эту часть себя в секрете от Геральта, пока это оставалось пустой фантазией, которой не суждено было воплотиться. Но после того, как это перестало быть просто мечтой, став чем-то реальным, чем-то, что человек с такими острыми чувствами уловил бы... Все, что ему потребуется, чтобы узнать правду, это несколько минут побыть в одной комнате с Джейме и Серсеей. И он окажется, благо получил уже приглашение от отца присоединиться к ним за ужином после их возвращения из Харренхолла. Ведьмак поймет, что его ученик участвовал в чем-то, что Геральт так сильно ненавидел и презирал. Представив разочарование и омерзение наставника, Джейме понял, что скорее уж проткнет себя мечом, чем позволит подобному случиться. — Серсея — Его голос прозвучал грубо, напряженно. — Мы не можем. Она моргнула и замерла в замешательстве. — Не можем... Что ты имеешь в виду? — Мы не можем перейти эту черту, — ответил парень с большей решимостью, успокаивая себя дыхательными упражнениями от Геральта. — Мама была права, когда разлучила нас.. тогда, в детстве. Несколько секунд Серсея молча глядела на него, пока вдруг не улыбнулась, а затем захихикала. Видимо, она решила, что он играет с ней в какую-то игру. Эта мысль разожгла в его груди гнев. — Я не шучу! — с усилием прошипел Джейме, надеясь, что суровость его голоса поможет ей понять причину. — Мы не должны этого делать и не сделаем, ты меня понимаешь?! Ее хихиканье оборвалось, а когда она снова подняла на него взгляд, все веселье испарилось. — Ты серьезно, — сестра сказала это так, словно у него выросла еще одна голова. Ее прекрасное лицо исказилось, от улыбки, ради которой можно развязать войну, до чего-то куда более жуткого. — Ты действительно отказываешь мне? После всех этих лет ожидания? Теперь, когда я предлагаю тебе себя… Мы же оба этого жаждали?! — Все изменилось, — ответил Джейме, чувствуя, что его голова готова взорваться. — Это из-за Лизы Талли?! — Серсея почти рычала, ее лицо застыло в нескольких дюймах от его. Брат вновь напрягся, уже не от удивления, а от готовности, что она может ударить его. — Неужели эта драная, маленькая шлюха встала между нами?! В других обстоятельствах сама эта мысль рассмешила бы Джейме (она и сейчас его веселила где-то в глубине души). Но не в этот раз, нужно было донести до нее всю серьезность ситуации. — Это не имеет никакого отношения к девчонке Талли, — искренне ответил он. Джейме едва помнил, как выглядит его будущая жена. — Это касается только нас и наших отношений.... Мы не Таргариены, Серсея. Мы брат и сестра… — Нет, мы не просто брат и сестра, — прошипела она, нахмурившись и скривив губы, что полностью лишило ее красоты. — Мы едины, ты и я. Мы пришли в этот мир вместе, мы вместе росли в утробе нашей матери, Джейме, мы - части одного целого. Ты не можешь отвергнуть меня так же, как не можешь отнять свою правую руку. Серсея снова придвинулась к нему, успокаивая себя, надеясь, что этот жест ослабит его. Джейме со вздохом положил руку ей на левое плечо, удержав на расстоянии. Даже если это усилие угрожало истощить его и без того попорченную силу воли. — Нет. Ярость, овладевшая ей, выразилась в хлесткой пощечине. Но в этот раз Джейме оказался достаточно быстр, чтобы поймать ее руку. Это движение удивило ее, и даже устав, он смог удержать ее на месте. Затем, наклонившись ближе, Джейме попытался изобразить то же выражение, что наблюдал на лице у Геральта, с которым тот пошатнул его собственное впечатление о рыцарстве и поединках. — Я сказал нет, — глаза Серсеи расширились от шока и страха при звуке его голоса, а рука ослабла. — Мы с тобой брат и сестра, и не более. А если нам нужно потерять и это значит, так тому и быть… Об этом услышит отец. — Т-ты не посмеешь… — Я не посмею? — Джейме ухмыльнулся. И судя по съежившейся сестре, улыбка вышла жуткой. — Ты была столь же уверена, что я тебе не откажу. Ты все еще думаешь что меня знаешь? Интересно, кого из нас отец накажет скорее за наши, возможные, отношения. К тому моменту, когда близнец выпустил ее руку, на бледном лице сестры отразилась полная капитуляция. Не говоря ни слова, она подошла к кровати и собрала свои сброшенные одежды. Одевшись, сестра бросилась к выходу, не забыв окатить брата ядовитым взглядом. Отец, без сомнения, услышит об этом, так или иначе. Серсея, судя по всему, усыпила свою, его и всю окрестную стражу золотом Утеса Кастерли. Глупо полагать, что его нынешние обладатели выдержат хотя бы один суровый взгляд Тайвина Ланнистера. И сам план глупый, недальновидный и непродуманный. Только его сестра могла всерьез решить, что это сработает. Спросить ли отца об этом прямо сейчас? Нет. Впереди поездка в Харренхолл, и лучше бы отдохнуть, как следует. И, в процессе, заранее прикинуть ответы на любые возможные выпады Серсеи. Что до стражей, те не заговорят о таком без должного нажима своего сеньора. Но сейчас хватает, он мог быть уверен, хватает глаз, что следят за тем, как Серсея яростно пересекает Башню, возвращаясь в свои покои. И, как много раз говорил ему отец, есть способы развязать человеку язык, помимо золота или страха. Джейме вздохнул, его голова болела тем сильнее, чем дольше он прикидывал, как эта ситуация еще сможет вцепиться в его задницу. Сделав последнее усилие, он снял ботинки и добрался до кровати, надеясь, что этой ночью ему не приснятся монстры. * * * — Vort aep taedh... Vort aep taedh… — Произносите мягче, на выдохе. Таэд. Это поможет с оставшейся частью заклинания. — Vort aep taedh d'yaebl... Vort aep taedh d'yaebl! — Отлично, — улыбнулся Геральт, отсалютовав мейстеру бокалом вина. — Продолжайте в том же духе, и сможете беседовать на эльфийском, как на родном. — И буду единственным, кому понравиться эта беседа, судя по вашим рассказам про отношения людей и эльфов, — ответил Пицель, промочив горло толикой вина. Полночь минула не меньше двух часов назад, и большая часть его чертога была погружена во тьму. Те углы его, то ли библиотеки, то ли лаборатории, до которых свет от подсвечников не доходил, лишь придавали помещению таинственности. Геральту это нравилось, как и то, что в этот вечер к ним еще не влез ни один шпион. — Не все эльфы затаили злобу на человечество. Мастер Хаттори, что выковал мои мечи, был бы рад обменяться с вами знаниями. Хотя, по большей части, речь пойдет о кузнечном деле. Геральт, уже не в первый раз с тех пор, как начались их приготовления, пожалел об отсутствии эльфа, который мог бы придумать, как наладить останки катакана для усиления мечей. У кузнецов Вестероса вопрос о применении вампирских костей и клыков в кузнечном деле вопросов не вызывал. — Хах… Еще несколько лун назад я бы не подумал, что увлекусь рассказами о магии, монстрах и многом другом, так почему бы не добавить металлургию в список? — Жизнь вообще любит сюрпризы, — сказал Геральт, откинувшись на спинку стула и глядя на звезды, мерцающие в ближайшем окне. — Иногда, что ни день, то чудо… Его тон заставил Пицеля смущенно улыбнуться, и озабоченно посмотреть на ведьмака. — Значит, я правильно понял, что вы не знали, чем закончится ваше заклинание знака Ирден? — Да, — выдохнул Геральт, вспомнив бессонные ночи, проведенные в попытке открыть свое скудное восприятие Силы окружающему миру, пытаясь проверить свою догадку и подавить страх. Снова и снова он проверял это с помощью различных Знаков в уединении своей комнаты. Различия были незначительными, но они были. Сравнивая то, что он мог сделать сейчас, с тем, когда он только прибыл, было мало места для сомнений. — Магия становится сильнее, великий мейстер Пицель. Постепенно, но неотвратимо. Раньше, без долгой концентрации и подготовки, я едва ли мог выдать больше, чем порыв ветра. Сейчас? Я одним взмахом руки могу посадить на жопу взрослого мужчину в полном доспехе. Геральт отставил бокал и снова посмотрел на Пицеля, тот встретив задумчивый взгляд. — Нам придется спровоцировать призраков, удерживающих проклятие, на атаку, и по ходу боя их силы лишь вырастут. C понятными последствиями для окружающих. Нам придется эвакуировать замок. — Лорд Уэнт вряд ли легко согласится на такое и под тяжестью более… мирских обстоятельств. Даже репутации сира Эртура и слова сира Освелла может не хватить. — Вот поэтому я и накидал пару идей, чтобы доказать существование магии ему и всем остальным. — Из тех, что я уже видел? — заговорщически улыбнулся Пицель. — Может быть, — ответил Геральт. — Я еще не определился с методом, в Харренхолл мы не завтра приедем, в конце концов. — Я не знаю, облегчит ли это вашу ношу, или отяготит… — мейстер резко поднялся и подошел к одному из меньших столов у северного окна. С некоторым усилием он поднял сундук и поднес его Геральту. — И все же я верю, что вот это еще послужит нашим целям. — Итак, вы наконец-то покажете мне, что внутри, — улыбнулся Геральт, подходя ближе. — Каждый раз, как я проходил мимо, мой медальон трясся. — Приношу свои извинения, но, в конце концов, я не часто застаю вас врасплох, особенно в таких делах, как эти, — поколдовав с ключом на пышной связке, он открыл ларец, и показал что внутри. Когда Геральт взглянул на содержимое, он не мог удержаться от удивления. — Зараза — сказал он через некоторое время, потянувшись к сундуку, как только Пицель одобрительно кивнул ему. — Но как!? — Как я убедил Светлейшего расстаться с этим? — великий мейстер издал дребезжащий смешок, капелька пота выступила у него на лбу. — Трудное это было дело. Я целое утро потратил на уговоры, чтобы король хотя бы подумал в этом направлении. Ты ведь сказал, что нам понадобится подходящая приманка, чтобы выманить призраков, в конце концов? — Так и есть — отметил Геральт, взвешивая «приманку» в руке, вибрации его медальона усилились от близости к ней. Ведьмак действительно не знал, что и думать об этом, как только удивление притупилось. То, что он держал в руках, в равной мере может спасти их или обречь. — Одно можно сказать наверняка, это разозлит Харрена, как мало что другое. * * * Провожатых было немного. Солнце еще не успело взойти, и большинство жителей города и замка все еще спали. Их кони были уже подготовлены, проверены и полностью снаряжены всем, что им потребуется. Еды хватило бы на всю дорогу с запасом, кошели отягощала приличная сумма монет на любые дополнительные нужды, в седельных сумках даже нашлись места для книг. Одни из лучших жеребцов во всем замке, как и обещал Эйрис. Однако король и большая часть малого совета воздержались от присутствия, за исключением лорда Вариса и лорда Тайвина, оба были во дворе, разговаривая с Пицелем и Джейме соответственно. Геральт остался в стороне в сопровождении рыцарей, кроме двух товарищей по миссии к ним присоединились сир Левин и сир Джонатор Дарри. — Приглядывай за этими олухами, Геральт, хорошо? — попросил сир Ливен, улыбаясь и похлопывая Освелла по плечу. — Особенно вот этого береги. Без его шуток Красный Замок станет хуже виселицы. — Это так, — добавил сир Джонотор. — Хотя, быть может, мы получим меньше синяков и ссадин в потешных поединках. — Не моя вина, что тебе легче обделаться прилюдно, чем увернуться от удара, — со смехом отбрил сир Уэнт, пожав руки обоим братьям. — Если тебе от этого станет легче, брат, — добавил с улыбкой сир Эртур. — Вполне вероятно, что в этот раз накостыляют именно нам. — Как минимум когда будем ползать по всем невероятно высоким башням замка, - сухо ответил Геральт. Пока рыцари прощались, он слушал разговор Тайвина и Джейме. — Вспомни все, чему ты научился, — сказал лорд Десница своим обычным холодным тоном, держась на почтительном расстоянии от Джейме. — Пусть Воин направит твой клинок на смертельный удар, и пусть сохранит тебе жизнь. — Да, отец, — Джейме поклонился, голос был решительным, но почтительным. — Клянусь, я не подведу тебя. Хотя он не обнял мальчика и даже не пожал ему руку, Геральт мог поклясться, что Тайвин одарил мальчика чем-то похожим на улыбку. — Я знаю. А теперь иди, Харренхолл ждет. Отделившись от Королевской гвардии, Геральт подошел к Пицеллю и Варису. Они вдвоем коротали время, обсуждая вопросы малого совета. — А, мастер Геральт, — воскликнул Паук с обманчиво искренним энтузиазмом, и сжал запястье Геральта обеими руками. — Мы почти не разговаривали с тех пор, как вас освободили от ужинов с королем. Тем не менее, я желаю вам и вашей компании больших успехов на предстоящей миссии. — Спасибо, лорд Варис, — сказал Геральт, ответив на рукопожатие чуть крепче, чем это было необходимо. Если Мастер над шептунами и почувствовал это, то никак не отреагировал. — Независимо от того, что произойдет, я уверен, что вы будете первым, кто узнает об этом. Евнух склонил голову с понимающей улыбкой. Затем Геральт, тоже извинившись, позволив им вернуться к государственным делам, и остановился напоследок перед Тайвином. Лорд Ланнистер застыл, прямой и непоколебимый. Как всегда, ведьмака это не смутило. — Несмотря на все, что я узнал от тебя и Джейме, я все еще не представляю всех опасностей того пути, что вам предстоит, — признался он с огромной, болезненной неохотой. — Как бы то ни было, опасность велика, и это все, что мне нужно знать. До сих пор ты неплохо заботился о Джейме, ведьмак. Не испорти все в этот раз. — Сделаю, что смогу, — честно ответил Геральт. — Я срою этот замок до основания, прежде чем позволю ему забрать Джейме или кого-либо еще из моей компании. Лорд Десница несколько мгновений внимательно изучал его. Затем он одобрительно кивнул и даже протянул беловолосому руку. — Удачи тебе, Геральт. — Спасибо. Покончив с этими прощаниями, компания села на лошадей, сир Эртур впереди, Геральт позади него, за ним сир Освелл, затем великий мейстер и, наконец, Джейме. Прежде чем он отдал команду уходить, взгляд Геральта скользнул по зубчатым стенам и заметил фигуру, наблюдавшую за ними издалека. Молодой человек с серебристыми волосами, развевающимися на утреннем ветру. Рейгар махнул им на прощание рукой и исчез из виду, вернувшись в глубины замка. — Ну что, поедем? — спросил сир Дейн, возвращая внимание Геральта к насущному вопросу. — Да. Пора прокатиться.