Обыкновенная игра или Три Финрода на игре, не считая Феанора

Тол-ин-Гаурхот. Каморка без окон, долженствующая изображать подземелье. На полу сидят Уля, Элгэлен и Линданаро. У всех троих руки связаны веревкой, но узел весьма символический. Уля с гордым видом смотрит в стену, Элгэлен и Линданаро тихо переговариваются. ЛИНДАНАРО: Вот что значит — не везет! Сами по-глупому попались и город подставили. Что стоит Гортхауру узнать планы укреплений? ЭЛГЭЛЕН: Ты считаешь, что кто-то из нас раскроет тайну? (оглядывается на Улю). ЛИНДАНАРО: По своей воле никто не раскроет, но Гортхаур способен проникнуть в разум и прочитать его как открытую книгу. Уля отрывает взгляд от стенки и пристально смотрит на Линданаро. УЛЯ: Эдрахиль, откуда ты это взял? ЛИНДАНАРО: Разве нет? УЛЯ: Если бы он мог знать все наши мысли, он бы нас здесь не держал. Убил бы сразу. ЛИНДАНАРО: Он еще не успел. Только вы с ним спели, как он засадил нас в эту темницу. При словах о песне Уля морщится. УЛЯ: Он мог все узнать тогда, когда я открылся в песне. Но не узнал. ЛИНДАНАРО: Почему ты так в этом уверен? Он мог оставить нас в живых просто для того, чтобы помучить. Ведь Врагу мучения Элдар и людей доставляют удовольствие! УЛЯ (тихо, в сторону): И не только Врагу. (вслух) Не стоит говорить то, в чем не уверен. ЛИНДАНАРО: А ты уверен, что мы пошли правильной дорогой? Наши силы слишком ничтожны перед мощью Врага! УЛЯ: Если тебе известна более правильная дорога, что же ты не сообщил мне? Вы все приняли мой план, а теперь ты пытаешься в чем-то меня обвинить? (спохватившись) И не мог Гортхаур прочитать наши мысли, осанвэ возможно только между близкими по духу! ЭЛГЭЛЕН (скептически): Разве? УЛЯ (торжествующе): Да! Надо было... (осекается, долго не может подобрать слова) Валар лучше слушать! ЭЛГЭЛЕН: Я не был в Валиноре. УЛЯ: Я говорю это Эдрахилю, а не тебе. ЛИНДАНАРО: Я уверен, что Гортхаур знает по меньшей мере, кто ты. УЛЯ: Если ты будешь болтать вслух, то узнает. Нас могут подслушивать и здесь. ЭЛГЭЛЕН: И ты уже проболтался. УЛЯ: Это когда я проболтался? ЭЛГЭЛЕН: Когда назвал его имя (кивает в сторону Линданаро). Уля хочет что-то сказать, но от возмущения не может произнести ни слова. ЛИНДАНАРО: Мы слишком долго затягивали с войной, могли начать ее сами и тогда победили бы! А вместо этого попрятались по щелям, как мыши. УЛЯ: Чьих слов ты нахватался? Пообщался уже с Врагом? ЭЛГЭЛЕН: Когда он мог пообщаться? Нас сюда бросили сразу, как разоблачили! ЛИНДАНАРО: Что же ты не отвечаешь на мои вопросы? УЛЯ: Потому что они неуместны. Про оборону Белерианда надо говорить не здесь и не сейчас. ЛИНДАНАРО: А про то, как мы бездарно попались? УЛЯ: У нас не было иного плана! ЛИНДАНАРО: Был! Я предлагал идти в Хитлум! УЛЯ: Ты бы еще в Химринг предложил. Или обратно в Валинор через Хэлкараксе. ЛИНДАНАРО: Валинор нам не по пути. УЛЯ: А Хитлум по пути? ЭЛГЭЛЕН: Куда лежит наш путь, мы договорились не выдавать. ЛИНДАНАРО: Куда бы ни лежал, он привел в ловушку! А надо было искать способы ее обойти. УЛЯ: А ничего, что ты не возражал против нашей маскировки? В своем обличье мы бы не прошли. ЛИНДАНАРО: Мы и в чужом не прошли. УЛЯ: И что ты в таком случае от меня хочешь? ЛИНДАНАРО: Хочу сказать, что нас сюда привели твои ошибки! УЛЯ: Я сделал все возможное, чтобы пройти мимо острова. Кто наложил маскировку? Кто соревновался с Гортхауром в песенном поединке? Разве ты? ЛИНДАНАРО: Ты петь не умеешь! ЭЛГЭЛЕН: Не в том беда, что ты забыл слова, а в том беда, что петь ты не умеешь! С другой стороны двери стоит Сильва, закутанная с ног до головы в черный плащ. Через окошко в двери все хорошо видно и слышно и она беззвучно смеется. СИЛЬВА: Им никакого Врага не надо — они перегрызутся сами!