Омега из Сумрачного леса

Наутро Сирил приготовил пойманных за ночь лососей, половину из которых завернул в листья лопуха и спрятал в своей сумке. Арс ел молча и старался на него не смотреть. Им почему-то овладел стыд, словно в эту ночь он хотел трахнуть не Сирила, а своего отца Патрика. И дело было даже не в том, что омега был его старше, а в том, что ночью Арс как-то еще больше почувствовал присутствие родителя рядом. Возможно, он даже приходил к нему во сне, но это сновидение стерлось из памяти при пробуждении. — Куда мы идем? — спросил Арс, когда они отправились вверх вдоль русла реки. — Скоро выйдем на старый тракт, который приведет нас к городу, откуда пошел род Берсонов, — ответил Сирил. — Я чувствую, что тебе важно там побывать. — То есть мне не светит в ближайшее время попасть в столицу? — уточнил Арс, уже смиряясь с тем, что услышит в ответ. — Я не знаю. Тебе кажется, что я вожу тебя за нос, но это не так, — с улыбкой отозвался Сирил, бесшумно идя по песчаной отмели. Он уже почти не хромал, его ноги, обутые в мягкие кожаные сапожки, почти не оставляли следов в отличие от тяжелой поступи Арса. — Лесу зачем-то надо держать тебя здесь. И я всего лишь его инструмент. Если бы я проявил свою волю, то не стал бы с тобой тут бродить по зарослям. У меня есть другие, гораздо более приятные занятия и способы перемещения. — Ты живешь тут совсем один? — Да, — просто ответил Сирил, уходя вперед. — И тебе не одиноко? — не унимался Арс. — Нет. — Ты живешь тут один с самого детства? — Меня родил и воспитывал омега, сбежавший сюда, будучи в бремени, — ответил Сирил и поднял с мелководья маленький камешек, в котором Арс с удивлением опознал золотой самородок. — Здесь много золота? — спросил он. — Немало. В местах, близких к миру теней его всегда в избытке. Арс стал теперь присматриваться к берегу и увидел, что на солнце сверкает золотоносный песок. Он зачерпнул его в ладонь, рассмотрел и выбросил обратно. — И как твой отец выжил тут один, без альфы? — продолжил свой допрос Арс. — С альфой иногда выжить сложнее, — усмехнулся Сирил и искоса на него посмотрел. — С тобой вот вчера было непросто. Что же касается моего отца, он слушал лес. Как и я. Здесь по-другому невозможно продержаться достаточно долго. — А твой отец альфа? Ты его совсем не знал? — уточнил Арс. — Нет. Он погиб в бою до моего рождения. — Может, омега тебя обманул, и на самом деле альфа, который его обрюхатил, просто не стал нести ответственность за вас? — спросил Арс и нагнулся, потому что все-таки обнаружил в песке довольно крупный самородок. — А такое сейчас часто случается? — очень серьезно спросил Сирил, остановился и уставился на него. От этого взгляда в упор Арсу стало немного не по себе. — Ты ведь совсем не знаешь людей, Сирил? У тебя был хотя бы один альфа за всю твою жизнь? — В моей жизни не было альф, — спокойно признался тот. — Но это не значит, что я не знаю людей. — Глупости, — засмеялся Арс, крутя в руке самородок. — Ты невинен как дитя и веришь, что всякий альфа, сунувший в тебя член, хочет от тебя ребенка. Что тебе еще напел твой папаша? Сирил промолчал и не разговаривал с ним остаток пути вдоль реки, из которой Арс вынул еще несколько золотых камней. Они приятно постукивали у него в кармане, пока он поднимался за омегой по крутому склону и вышел на участок старой дороги, удивительно хорошо сохранившийся. Он был выложен булыжниками, у обочины стоял маленький придорожный алтарь — таких много на старых трактах. Древние верили в духов дороги, сейчас все эти суеверия ушли в прошлое. По крайней мере, Арс в это точно не верил. Зато Сирил подошел к алтарю, расчистил его от сухих листьев и положил туда свой золотой самородок. Он склонился перед каменным идолом в молитвенной позе и молчал несколько минут. — Мне сделать то же самое? — спросил Арс, не желая расставаться со своими золотыми трофеями. — Я помолился за нас обоих, — ответил Сирил и сел на камень у алтаря, доставая из сумки запечённую рыбу. Арс принял от него еду и примостился рядом. — Я обидел тебя? — спросил он. — Когда именно? — уточнил Сирил. — Я обидел тебя несколько раз? Омега грустно посмотрел на него и не ответил. Они молча доели свой обед и пошли вверх по дороге. — Как ты переживаешь течки в одиночку? — спросил Арс, которому скучно было идти в тишине. — Я их практически не переживаю. У меня есть средство их предотвращать. Или облегчить их течение, — ответил Сирил и остановился у большого холма. Он зашел за него и стал раскапывать слой опавших листьев. Арс не понимал, чем он занимается, его интересовал половой вопрос, потому что близость непокрытого омеги продолжала его волновать. — Я совсем тебя не привлекаю? — спросил Арс, но тот не ответил, потому что раскопал какое-то странное куполообразное здание, покрытое витиеватой полустёршейся вязью. — Что это? — Склеп. Древние хоронили своих мертвецов вдоль дорог, чтобы они охраняли их пути. — И зачем ты его откопал? — Арс поежился. — Здесь лежит мой отец. — Ты зайдешь внутрь? — Боишься мертвых? — с улыбкой спросил Сирил. — Они плохо пахнут, — ответил Арс. — В таких склепах они не пахнут вообще, — Сирил отвалил тяжелый плоский камень, служащий дверью, и вошел внутрь. Арс остался снаружи, тянул носом и действительно не ощущал никакого запаха, кроме холодного дыхания подземелья. Он заглянул внутрь и обнаружил полуподвальное помещение с лестницей. В стенах были узкие ниши, в которых лежали покойники. Они выглядели не как скелеты, а как ссохшиеся, но вполне узнаваемые человеческие тела. Сирил встал рядом с одним из них и молча вглядывался в его лицо, не касаясь руками, словно вел какой-то немой разговор с ним. Арс вдруг понял, как же одинок омега в этом гиблом месте, настолько одинок, что совсем этого не осознает. Он подошел ближе и увидел, что отец Сирила огромного роста и держит на груди меч, который и Арсу бы показался тяжеловатым. — Это твой отец — альфа? — Да. Арс пригляделся и обнаружил в ссохшемся лице черты сходства с Сирилом. Они оба были смуглые и черноволосые, как жители верхних земель. В отличие от Арса, который был белокожий со светлыми волосами, отдающими в рыжину. — И как твой беременный отец-омега притащил его тело сюда? — поинтересовался Арс, подозревая, что его кто-то обманывает. Или что вернее — Сирил обманывается сам, принимая похожего на себя альфу за отца. — Примерно так же, как я тебя вчера тащил из ямы, — ответил тот. — Твой отец-омега был магом? — Все омеги маги. — Неправда, — уверенно возразил Арс, вспоминая совершенно никчемных бордельных мальчиков, которых иногда посещал во дни праздности. Это были изнеженные и развратные существа, даром что проведшие детство в храме Благой богини, способные лишь на то, чтобы раздвигать ноги за звонкую монету и обсуждать размеры члена клиентов. От них всегда как-то излишне приторно пахло, особенно в дни течки, которые у таких омег случались редко и нерегулярно. Тогда на случку с ними вставала очередь, и Арсу было противно участвовать в этом непотребстве. Он даже думал, что скорее женится на женщине, чем свяжет себя с таким существом. Впрочем, дети аристократов были не такими противными, но омег среди них было так мало, что выбирать особенно не приходилось. Арс не был наследником престола, и потому считал, что ему некуда спешить с женитьбой. Сирил тем временем поклонился своему предку и вышел наружу. Арс последовал за ним. — А твой отец-омега лежит не здесь? — уточнил он. — На дороге упокаиваются только альфы. Их удел война и странствия. Омег древние хоронили в земле под фундаментом дома, как и всех умерших в детстве. Считалось, так они хранят очаг и быстрее вернутся в семью, — ответил Сирил, схватился за камень, и Арс одной рукой помог запереть склеп обратно. — Ты его похоронил под своим домом? — спросил Арс. — Нет. Сирил больше не стал распространяться и пошел по дороге, которая петляла вверх по не слишком крутым горам. Арс двинулся за ним, и вскоре они прибыли в разрушенную деревню, от которой осталось лишь пара наполовину уцелевших домов и череда каменных низких оград. — Я не люблю останавливаться в поселениях, но, видимо, придется, — сказал Сирил и выбрал для ночлега чудом уцелевшую сторожевую башню на окраине деревни. Они забрались по каменным ступеням наверх и уселись на маленькой каменной площадке, которая когда-то была прикрыта бревенчатой крышей. Арс собрал дрова и развел костер. Они доели остатки рыбы и вяленого мяса. — Завтра тебе придется поохотиться, — сказал Сирил. — А как ты здесь охотишься? — поинтересовался Арс, грея руки у огня. Ночь выдалась холодная. — Ставлю ловушки на мелкую дичь, но сейчас на это нет времени, — ответил Сирил, сидя в углу башни. Казалось, ему совсем не холодно. — Мне нужны стрелы. Сирил лишь коротко кивнул, лег и закрыл глаза, укрывшись до носа тонко выделанной шкурой оленя, которую днем прятал в своей безразмерной, и очевидно магически усовершенствованной сумке. Арсу в эту ночь не спалось, на сторожевой башне было холодно, от каменных невысоких стен, окружающих площадку, тянуло холодом, к полуночи поднялся сильный ветер. Он ворочался с боку на бок и решил встать и пройтись. Поднявшись, Арс бросил взгляд вниз и застыл. В деревне текла жизнь. Вернее, ее странное подобие. Люди ходили по своим делам, на лужайках пасся скот, по дорожкам бегали дети. Только это все было в полной тишине, не считая шума ветра. И люди были на вид полупрозрачные, только их глаза светились странным светом, как у того омеги, что привиделся Арсу в первую ночевку в лесу. Тот потрясенно смотрел на ожившую деревню мертвых людей, и его сердце сковывало ужасом. Он подумал, что верно спит, ущипнул себя, и снова не поверил. Был единственный способ разобраться с этим, и он нагнулся и толкнул Сирила в бок. Тот мгновенно открыл глаза, бросил на Арса быстрый взгляд и все понял. — Вот поэтому я не люблю ночевать в поселениях. Тут их слишком много. — Ты их тоже видишь? — сипло спросил Арс. — Теперь их видишь и ты, — ухмыльнулся Сирил и встал с места, чтобы посмотреть на деревню, полную призраков. — Ты довольно быстро продвигаешься. — К концу нашего пути я должен окончательно сойти с ума? — поинтересовался Арс. — Не знаю, это уж как ты решишь, — ответил Сирил и вернулся на свое место. — Они не подойдут к нам? — Ты им не интересен, — успокоил его омега, лег на бок и спокойно заснул снова, оставляя Арса еще полночи пялиться на эту толпу мертвецов. Утром тот был в дурном настроении, не выспался и тер глаза. — Мне нужны стрелы для охоты, — напомнил он, когда они выходили на дорогу. Сирил вел его вперед по дороге, которая все выше забирала в горы. Они миновали несколько перевалов и вышли на широкое плато, покрытое невысокой травой. У дороги Арс увидел такой же придорожный склеп, что и вчера. Они встретили их уже несколько, но этот был из них самый большой. — Тут ты можешь найти много наконечников стрел, — сообщил Сирил, а сам полез на утес и вскоре принес оттуда целый пучок перьев ястреба. За это время Арс обследовал плато и понял, что это поле боя. Здесь было множество ушедших в землю железных топоров и наконечников стрел, кости тоже попадались, в основном конские. Видимо, человеческие останки были захоронены в склепе. Арс насобирал пригоршню вполне годных наконечников, а потом поднял с земли пряжку истлевшего ремня. Она была с изображением медведя — герб Берсонов. Значит, здесь сложил голову кто-то из его предков. Арс очистил пряжку от земли и положил в карман. — Мы скоро выйдем к горному озеру. Там можно поохотиться, — сообщил омега, увлекая его за собой. Он был молчалив сегодня, словно место, к которому они направлялись навевало на него мрачные мысли. — Здесь было сражение с островитянами? — спросил Арс, вспоминая историю — его предки сражались с жителями острова Бланка, пытавшимися покорить эти земли. В целом у тех получилось — они расселились по всему побережью, хотя формально старая династия осталась у власти, предок Арса женился на дочери предводителя островитян и перенес столицу ближе к морю. А здесь за пару десятков лет вырос Сумрачный лес, и город старых владык вместе с предместьями превратился в гиблые земли. — Здесь было много сражений, разве ты их не видишь? — грустно спросил Сирил, прижал руки к стене склепа, словно передавая привет его обитателям. — А ты их видишь и днем? — удивился Арс. Он и правда никого не видел тут, да и не хотел видеть. — А ты думаешь, мертвые просыпаются только ночью? — спросил омега. — Они вообще не спят и потому им все равно, когда появляться. Просто ночью они для нас чуть заметнее. Он вздохнул и вернулся на дорогу. — Я не люблю места сражений, мне больше по нраву храмы и сады, и ты скоро их увидишь. — Ну, ты омега, странно, если бы ты любил войну, — заметил Арс, он смотрел ему в спину, и вдруг почувствовал, что Сирил ему нравится. Не потому, что его можно трахнуть, а просто сам по себе. Очень странная мысль, если подумать. — В древности омеги участвовали в войне наравне с альфами. Считалось, что такая пара в бою почти непобедима. Альфа в присутствии своего омеги обретал большую силу и получал магическую защиту, а его пара, питаясь от силы партнера, становился сильнее как маг, — сказал Сирил. — А ты силен в боевой магии? — поинтересовался Арс. — У меня было мало возможности практиковаться. Но мне приходилось убивать. — Оленей? — заржал Арс. — Альф, — спокойно ответил Сирил и ускорил шаг. Альфа понял, что тот опять обиделся или что-то в этом роде. Арс не считал себя таким уж грубияном, он вел себя так, как привык во дворце своего брата-короля, общаясь среди стражи и придворных рыцарей. Все они были альфами и бетами, и его шутки там никто не считал оскорбительными. Омег, если не считать проституток, он почти не знал. При дворе сейчас было не принято выводить их в свет, особенно после вязки. Они сидели по домам вместе с женщинами, их охраняли даже строже, потому что их похотливость была общеизвестна. Двор короля Бера состоял в основном из мужчин, он не любил балы, искусство и женщин. Вернее, последних-то он как раз любил, но не в тронном зале, а в спальне. Арс знал, что Беру регулярно привозили красивых служанок из ближайших деревень, тот к ним быстро охладевал и менял на новых. Королева София который год пыталась родить нового наследника, но все эти попытки привели только к серии выкидышей и рождению слабого, больного мальчика, которого отец старался не видеть. Наследник был слабоумным, и все об этом при дворе знали. Бер не любил жену и не ходил в ее спальню, и потому последние пару лет София только горестно вздыхала. Арс в эту семейную трагедию старался не лезть, с братом, который был его старше на десять лет, у него были прохладные отношения. Но он был благодарен Беру хотя бы за то, что тот не особенно интересовался его жизнью, не пытался насильно женить или отправить служить в орден Благой богини. В ответ Арс старался короля не раздражать и поменьше бросаться ему в глаза. Если это вообще возможно для альфы огромного роста и телосложения. К середине дня они вышли к горному озеру, вытянутому по форме, примостившемуся между двух гор. Здесь был каменистый берег, на котором гнездилось много птиц. Арс собрал камыш для стрел, а потом потратил несколько часов на их изготовление. Сирил в это время развел костер, собрал по берегу птичьих яиц и расставил сети. — Мы будем здесь пару дней. Надо пополнить запасы еды, — сказал он. На обед он сварил яйца и ароматные коренья в маленьком котелке. Это была довольно странная еда, но выбирать не приходилось. Арс жадно съел все. Сирил ел мало и очень аккуратно. Потом альфа отправился на охоту, а омега остался в лагере. И когда Арс вернулся на закате с несколькими подстреленными утками, тут был уже готов ужин из запечённых озерных рыбин. — Ты хорошо готовишь, — похвалил его альфа. — А ты неплохо охотишься, — улыбнулся Сирил. — Если я к тебе полезу ночью, ты меня снова отошьешь? — спросил Арс, глядя на него в упор. — Да, — ответил Сирил и отвел глаза, как сделал бы любой омега, встреть он прямой взгляд альфы. — Почему? Сирил не ответил, встал и пошел куда-то в ночь. Арс не стал его догонять. Он злился на неуступчивого омегу, но уже понял, что не будет брать его силой. Он и раньше так никогда не делал. Впрочем, Арс никого особенно не добивался в этой жизни, как-то не было такой необходимости. Женщины падали ему в объятия как перезрелые фрукты, и он быстро охладевал к ним, а подходящих для ухаживаний омег он не встречал. И те и другие казались ему не слишком интересными целями, чтобы прилагать усилия, гораздо увлекательнее загонять дичь на охоте, ходить в военные походы в приграничных землях и биться на турнирах. Сирил становился для Арса интереснее с каждым прожитым рядом с ним днем. Но он чувствовал, как омега внутренне отгораживается от него, и не знал, как сломать эту стену. Ему совсем не хотелось снова брать ее штурмом и получать отповедь в духе Патрика. Не похоже было, что Сирил просто ломался. Арс чувствовал себя уязвленным от его нежелания идти с ним на физический контакт. И особенно раздражало его то, что на лице омеги иногда читалось сожаление, словно он считал Арса глупым ребенком. То, что Сирил был его старше, альфа уже забыл. Прошло уже полночи, а омега в лагерь так и не вернулся. Арс стал беспокоиться, хоть и понимал, что Сирил тут всяко был не раз и точно не потерялся. Но что, если Сумрачный лес его забрал, как забрал у него коня? Или омега просто решил его бросить здесь, устав от домогательств? Арс кутался в плащ и никак не мог заснуть. И когда уже край неба стал сереть, Сирил бесшумно возник у костра с пучком травы и сел ближе к теплу. — Где ты был? — выпалил Арс. — Собирал травы. — А днем это нельзя делать? Я беспокоился о тебе! — Правда? — удивленно спросил Сирил и внимательно на него посмотрел. — Не делай так больше, не пропадай без предупреждения! — потребовал Арс и сел ближе к нему. — И вообще, не надо без меня далеко ходить. — О ком ты сейчас больше беспокоишься, о себе или обо мне? — с улыбкой поинтересовался омега. — Я не хочу, чтобы ты пропал! Ты же сам говорил, что тут можно исчезнуть ночью, — отозвался Арс, ловя себя на мысли, что исчезновение Сирила ему даже не хочется представлять. — Хорошо, Арс, — неожиданно мягко согласился омега. — Я хотел дать тебе спокойно выспаться, чтобы тебя не беспокоило мое присутствие. — Меня гораздо больше беспокоит твое отсутствие! — мрачно возразил альфа, глядя в огонь. Сирил странно улыбнулся, а потом стал устраиваться на ночлег.