Запретная любовь

Для тех, кто по каким-либо причинам не прочитал фанф "Новое о старом" в нескольких строках расскажу содержание: По ряду причин с отрядом воинов на запад в Линдон отправился принц Эльрохир. Там он встретил прекрасную деву Аэлин, в которую беспамятства влюбился. Однако к ней чувством проникся и принц Элладан. Что из этого выйдет? Читайте, пожалуйста)       Звонкие трели серебреных рожков оповестили жителей долины о том, что домой вернулись воины Имладриса. На небольшую круглую площадку один за другим на резвых породистых лошадях въезжала группа из пятнадцати воинов. Блестящие, начищенные перед отъездом доспехи покрывали брызги тёмной крови и дорожная пыль. Некоторые пластины лат были искорежены ударами тяжелого орудия. Уставшие от сражений, горечи от потери друзей и тяжёлой дороги воины были рады оказаться в родной долине.       Сгорающая от желания поскорее увидеть своего любимого, с которым она рассталась, казалось, целую вечность назад, Аэлин торопилась на площадку к прибывшим эльфам. Небольшой животик был слегка заметен сквозь воздушное свободное платье. Спешащая за эльфийкой служанка с волнением причитала: ― Прошу Вас, леди Аэлин! Не бегите! Вы же в положении! ― Лелина, не могу больше ждать! Хочу его увидеть, − прошептала Аэлин. Она разрумянилась и часто дышала, глаза горели от предвкушения долгожданной встречи.       Увещевания служанки всё же на нее подействовали. Оперевшись на руку Лелины, эльфийка аккуратно преодолела все многочисленных ступеньки и переходы. Когда дамы оказались на месте, на площадке уже никого не осталось, кроме владыки Эльронда и его сыновей.       Элладан что-то увлеченно говорил Эльрохиру, временами обращаясь к отцу. Аэлин не слышала, о чём шла речь, она лишь видела, как Эльронд спокойно отвечал на выпады сына, пытаясь остудить его, или слегка поглаживал по плечу, указывая другой рукой в сторону дворца. Мотнув головой, Элладан заметил стоящую поодаль Аэлин, тут же замолчал и, напоследок что-то быстро бросив отцу и брату, стремительно направился с площадки.       Принц Элладан выглядел хмурым и сосредоточенным. Глаза, всегда сверкающие искорками расплавленного серебра, сейчас были темными. Складка между бровей и крепко сжатые губы говорили о том, что он чем-то сильно озадачен. Проходя мимо Аэлин, Элладан задержался и слегка поклонился в знак приветствия. ― Добро пожаловать в Имладрис, эрнил Элладан, − аквамариновые глаза Аэлин светились радостью и добротой. – Я рада, что Вы вернулись в целостности и здравии. ― Благодарю, леди Аэлин.       Взгляд её теплых, красивых глаз сразу прогнал плохое настроение. Ещё раз кивнув, Элладан направился в свои покои. Он устал от нелёгкой дороги, тяжёлых лат и плохих новостей в этой вылазке на морийских орков.       На верхней галерее Элладан обернулся: место встречи с отцом было как на ладони. На круглой открытой площадке никого не было, кроме двоих влюбленных. Его брат стоял на коленях и обнимал её животик. Глубоко вздохнув, принц продолжил свой путь. Тёплый летний ветерок, словно вторив эльфу, обдувал принца резко и порывисто.       Продвигаясь быстрым шагом по коридорам дворца, Элладан добрался до своих покоев. Прикрыв за собой дверь, и устало закрыв глаза, эльф начал расстёгивать фибулу на плаще. Внезапно из соседней комнаты послышались шорохи, а после звонкий голосок негромко пропел весёлую ритмичную песенку.       Улыбнувшись, Элладан едва слышно подошёл к двери купальной комнаты и, сложив руки на груди, стал с любопытством наблюдать за прибирающейся в помещении девушкой, ничем не выдавая себя. Ему было интересно, когда же она заметит его присутствие. Долго ждать не пришлось. Развернувшись, эльфийка встретилась с огоньком серых глаз, в которых плясали смешинки. ― Ах! Эрнил Элладан! Напугали Вы меня, − тежело вздохнув, проговорила юная дева. – Извините, что застали меня ещё здесь. Вашего возвращения ждали не ранее завтрашнего дня. ― Ничего, − ответил эльда, рассматривая лицо девушки. – Я тебя ранее не видел во дворце. А где Мириэль? ― Она вышла замуж за эльфа из Лотлориена и уехала, а я прибыла в Имладрис вместе с моей тётей из Лихолесья всего неделю назад и была назначена Вашей служанкой, мой принц.       Кивнув в знак понимания, Элладан вернулся в гостиную. Скинув плащ на спинку стула, эльда налил себе кубок вина и, удобно разместившись в кресле, сделал несколько глотков. Покончив с уборкой, дева засобиралась уходить. ― Вам что-нибудь угодно, эрнил Элладан? – скромно опустив глаза, эльфийка терпеливо ждала приказаний. ― Как твоё имя? ― Аглариэль, эрнил Элладан, − наконец она обратила взор на него. Эльда, слегка склонив голову набок, смотрел, не отрываясь, на эльфийку. "А она очень красива", ― отметил про себя принц. ― Да, приготовь мне ванну, − закинув ноги на стоящий рядом мягкий пуфик, ответил Элладан. – И ужин принеси не ранее чем через час. ― Да, хорошо.       Тихо и спокойно служанка отправилась выполнять поручения принца. Едва оказавшись вне поля его зрения, дева облегченно выдохнула. Неожиданная встреча застала эльфийку врасплох ― принц был действительно очень хорош собой. Неожиданно для себя девушка поняла, что больше не сможет жить спокойно. Что-то в тот миг ойкнуло в груди, больно сжалось сердце, кровь горячей волной прошла по телу, пульс и дыхание участились.       Ещё в Лехолесье Аглариэль не раз слышала о братьях-близнецах, сыновьях владыки Эльронда, однако сама ни разу их не видела. Однажды после пира во дворце короля Трандуила на кухне собрались служанки. Они восторженно шептались, обсуждая принцев, восхищались их статностью, благородными чертами лица, манерами и речью. В тот день Аглариэль не посчастливилось их увидеть, однако теперь всё было по-другому. Радость от назначения должности в мгновенье исчезла. Чувство обреченности и осознание запретности чувств накрыли эльфийку. ― Дитя моё, что случилось? Ты такая молчаливая сегодня.       Нанниль с тревогой взглянула на Аглариэль. Девушка с напускной сосредоточенностью занималась порученным ей делом. Утренние происшествия не выходили у неё из головы, а сердечко начинало учащенно постукивать, едва перед глазами возникал образ Элладана. Держать в себе все эти новые для неё эмоции и чувства было тяжело, они буквально разрывали её изнутри, но ни с кем поделиться она не смела.       Нанниль, старшая управляющая хозяйством во дворце владыки Эльронда, сразу прониклась симпатией к новоприбывшей девушке. Именно она определила её на работу на самое, по её мнению, лучшее место. ― Ничего, всё хорошо. Просто устала немного, − выдавив из себя что-то наподобие улыбки, ответила дева. ― Сегодня вечером будет пир в честь возвращения принцев и отряда воинов. Кухня загружена, все готовятся. Я бы тебя, милая, не просила, ты ведь не должна… ― Ничего, Нанниль. Мне не сложно. Тем более, эрнил Элладан отпустил меня до вечера. Отнести одеяния на праздник я успею. Не переживайте.       Улыбнувшись, экономка ушла, а Аглариэль с облегчением выдохнула. Ей хотелось побыть одной, успокоиться. Эльфийка уже раздумывала над тем, чтобы попросить Нанниль отстранить её от обязанностей, но тогда от ненужных вопросов ей не отвертеться. Что же делать?       В долину опустился мягкий летний вечер. Тёплый, нежный ветерок ворошил густую, ажурную дубовую листву, относил капельки хрустально чистой горной воды на витой, кованый рисунок перил мостика. Последние лучи уходящего дня позолотили верхушки деревьев, растущих высоко на склонах Хитаэглир. Имладрис окутывали сумерки. Зажглись огоньки.       В главном зале дворца звучала музыка. Собравшиеся гости вели приятные, неспешные беседы, вкушая изысканные блюда. Атмосфера праздника никого не оставляла равнодушным. Королевой вечера была леди Аэлин. Все гости выражали ей своё почтение, восхищались её умом и женственностью. Каждый хотел завладеть её вниманием, побеседовать и расположить к себе.       Эльрохир наблюдал за женой с улыбкой. Он не мог скрыть своей гордости и бесконечного восторга её достоинствами. Принц влюблялся в Аэлин сильнее с каждым днем, не переставая благодарить Эру за этот подарок судьбы.       Рядом с Эльрохиром сидел его брат. Такая же серая пара глаз наблюдала за Аэлин, но совершенно иные эмоции проскальзывали в меланхоличном взгляде.       Облокотившись подбородком на сложенные в замок пальцы, Элладан боролся сам с собой. Он ничего не мог сделать, он оказался бессилен перед этим чувством. Сколько часов, дней, лет эльда пытался подавить в себе его. Оно съедало его изнутри, выпекало сердце, заставляло мучиться, ощущать вину перед братом и Аэлин. Элладан устал от этого, но не мог ничего с этим поделать. Душевные терзания не раз выводили принца из себя. Плохое настроение стало частым его гостем. Не раз Эльронд пытался вывести сына на разговор, разобраться, в чем причина его мучений, но Элладан всегда уходил от разговора или отвечал ничего не значащими фразами. В конце концов принца оставили в покое. Окружающие просто смирились с перепадами его настроения.       Понимая, что он непростительно долго смотрит на Аэлин, Элладан моргнул и отвел взгляд в сторону, встретившись с ярким, проницательным взором светло-голубых глаз Глорфинделя. ― Хороший вечер, Элладан, не так ли? – с улыбкой на губах спросил золотоволосый лорд, присев рядом с принцем. ― Да, замечательный, − глухо ответил эльда, откинувшись на высокую резную спинку стула. ― Но ты не весел и задумчив. Это длится с тобой давно, и… − Глорфиндель, немного помолчав, продолжил. − Знаешь, Элладан, иногда в жизни ничего нельзя изменить. Остается только жить дальше и не искать возможности перебороть фатум. Стоит, так сказать, действовать по принципу − клин клином вышибают. Часто так и случается: новые сильные положительные эмоции затмевают старые. Глубокие раны затягиваются, появляется что-то новое, лучшее. Не то, да! Но другое - и это главное.       Поджав губы, Элладан слушал молча и сосредоточенно. Скрытый смысл слов Глорфинделя он понимал очень хорошо, как и то, что теперь его тайна известна. Вопрос только, когда эльф узнал об этом. ― Я услышал тебя, Глорфиндель. Благодарю за совет.       Элладан больше был не в силах оставаться на празднике. Он встал из-за стола и, попрощавшись с отцом и гостями, отправился погулять по саду. Вечерняя свежесть приятно холодила кожу. Принцу повезло: сад был пуст, а значит можно спокойно поразмышлять, взвесить все сказанные лордом слова. Присев на лавочку у фонтана, Элладан залюбовался сверкающими струями воды, пронизанными холодным серебристым светом полной луны.       Сейчас, когда удушливая атмосфера праздника исчезла, а гранитный камень лавочки покинули последние остатки разогретого за день тепла, Элладан ощутил, насколько он озяб. Внутри. Ему хотелось ощутить тепло, доброту и сердечность, почувствовать необходимость в себе, желанность.       От дальнейших размышлений Элладана прервали тихие торопливые шаги. Вскоре из-за поворота на площадку вышла укутанная в шаль девушка. Она что-то держала в руках, крепко прижав к груди. Полы шали и воздушного платья двигались в такт движению.       Внезапно она оступилась. Едва не упав, дева выронила сверток, а кружевная из тонкой шерсти шаль опустилась с плеч. В лунном свете Элладан увидел стройную и изящную фигуру. Пряди волнистых волос, беспорядочно рассыпавшиеся по хрупким плечам, придавали облику незнакомки чарующую женственность и неотразимость. ― Позвольте помочь, − пришел на выручку принц. ― Ах! Эрнил Элладан, Вы меня снова застали врасплох! – взволнованный голос Аглариэль прозвучал почти у самого уха эльфа. Оба опустились к земле и принялись искать обронённую ношу. ― Поверь, я не намеренно это делаю, Аглариэль, − усмехнувшись, ответил принц. Он первый отыскал пропажу и протянул её служанке, крепко сжав маленькую ладошку. – Вот, возьми и будь аккуратна. ― Благодарю, эрнил Элладан, − прошептала Аглариэль, тепло улыбнувшись принцу. Она уже была готова обхватить свёрток обеими руками и уйти, но Элладан не спешил выпускать ее ладонь.       Медленно поглаживая нежную кожу кисти, Элладан, не отрывая глаз, смотрел на девушку проницательным взглядом, в уголках его губ появилась чуть заметная улыбка. Аглариэль молчала и не двигалась. От его взгляда не укрылось ее с трудом скрываемое волнение, ее возбужденное состояние, придававшее такой соблазнительный блеск ее красоте.       Наконец отпустив ладошку, Элладан поднял упавшую с плеч шаль и, аккуратно укутав ею деву, несколько дольше, чем положено задержался на её изящных плечах.       Сердечко Аглариэль билось как птица в клетке. Если бы Элладан только знал, что творилось у неё в душе в тот момент! Тихо вздохнув от прикосновения, она подняла на Элладана глаза, но не смогла понять по выражению лица, о чём он думает. Эльда очень хорошо умел владеть собой. Его серые глаза были широко раскрыты и при лунном свете казались бездонными озёрами расплавленного серебра.       Словно почувствовав бурю в душе и наполненное трепетом сердце этой удивительной и замечательной девушки, Элладан, опустив руки, отступил. Глубоко вздохнув, эльда решился задать вопрос, возникший у него ещё в самом начале этой неожиданной встречи. ― Сейчас глубокая ночь, Аглариэль. Откуда ты так поздно идёшь? Девушке стоило не малых усилий, чтобы успокоиться и придать своему голосу спокойствие и беспечность. ― Окончив на сегодня свои обязанности, иду в свою комнату, эрнил Элладан. Удившись ответу, эльда решил уточнить. ― Почему ты не живёшь в комнате Мириэль? ― Когда я прибыла в долину и была назначена Вам в услужение, эта комната оказалась уже занята, − пожав плечами, ответила дева. ― Хм! Ты должна была об этом неудобстве сообщить мне, Аглариэль. Или Нанниль. ― Но как же? Ведь покои заняли служанки леди Арвен и… ― Это не важно. Я завтра с этим разберусь, Аглариэль. ― Благодарю, эрнил Элладан, − девушка улыбнулась, ей было искренне приятно за его заботу об её удобстве. Пожелав доброй ночи и сопроводив слова изящным поклоном, Аглариэль поспешила вперёд по аллее. ― Доброй ночи, − глубоко вздохнув, прошептал эльф, провожая взглядом стремительно удаляющуюся девушку.       До самого утра Элладан не мог сомкнуть глаз. Находясь в гостиной в кресле, пока небо на восходе не окрасилось в розовые тона, эльда вновь и вновь видел перед собой её образ, облик удивительной девушки. Её руки... Лёгкое платье... И волосы...       Происшествия прошлой ночи оставили смятение и в душе Аглариэль. Она никак не могла объяснить то, что между ней и Элладаном произошло в саду кроме как одним единственным словом – желание. Однако лишь от одной мысли об этом кидало в дрожь, рассудок кричал, что это безрассудство, этого не может быть. Возможно, это была игра? Один из десятка вариантов позабавиться? Нет! Нет, Элладан не мог так поступить. Тогда… почему?       Аглариэль качнула головой, прогоняя ненужные мысли. Она устала мучить себя этими размышлениями, из-за этого она была несобрана и невнимательна целый день. Всё буквально валилось из рук. Нанниль бранилась на неё и не узнавала: всегда такая сноровистая и ловкая девушка превратилась в рассеянную недотёпу. Узнать истинную причину такого состояния Аглариэль Нанниль естественно не удалось, но она позволила себе дать кое-какой совет: ― Дитя моё, покинь привычку гонять мысли по кругу, и у тебя появится время, которое сможешь заполнить чем-то свежим и новым. Вот увидишь, твоё настроение сразу улучшится.       Слова экономки девушка услышала, однако на деле применить не получалось. Утром, когда Аглариэль принесла эльде завтрак, Элладан находился в ванной комнате. Прибравшись, разложив свежевыстиранные вещи и застелив постель, она ушла так и не застав принца.       К полудню стало известно, что эрнил Элладан распорядился передать бывшую комнату Мириэль в пользование Аглариэль. Теперь девушка будет жить в непосредственной близости от покоев принца, дабы лучше и быстрее выполнять его поручения и быть всегда под рукой.       Новая комната оказалась просторной и светлой. Сквозь большое окно с изящным витражным рисунком лился свет, казавшийся особенно ярким и приветливым, окрашивая стены и мебель в разноцветные блики.       Аглариэль распахнула настежь створки окон, впуская в помещение свежий, пахнущий травой и водопадом воздух. Облокотившись руками о широкий подоконник, девушка взглянула на открывшийся потрясающий вид из окна, откуда хорошо просматривалась тренировочная площадка. Одна небольшая группа воинов стояла поодаль, беседуя между собой, другие стреляли из луков в мишени, отдельная находящаяся недалеко пара эльфов с обнажённым по пояс телом тренировалась на мечах.       Приглядевшись Агариэль узнала в одном из воинов Элладана, но точно ли это он не могла быть уверенна, ведь с его братом Эльрохиром с такого расстояния легко перепутать. Нанниль была немало удивлена тому, как девушка сразу научилась различать принцев-близнецов, но для Аглариэль это не было проблемой. Невидимые для иных глаз различия дева отметила с первой встречи ― от незначительных особенностей мимики, выражения лица, глаз и языка тела до тембра голоса. Гадать оставалось недолго. ― Эрнил Элладан, Вы снова победили, − светловолосый эльда, признав поражение, положил руку на сердце и, слегка поклонившись, ушёл. На его замену вышел другой воин и принял боевую стойку. По сигналу начался спарринг.       До окна доносились звонкие удары металла о металл. Движения были точны и быстры, а воины сосредоточены и собраны. Аглариэль не без интереса наблюдала за ними, восхищаясь их боевыми умениями.       Прошло ещё немало времени до тех пор, пока воины не разошлись с тренировочной площадки. Предвидя то, что принц захочет искупаться, смыть с себя усталость и пыль, Аглариэль приготовила ванну. В горячую воду она добавила несколько капель эфирных масел: мускат, который повышает чувствительность и расслабляет мышцы, мяту для успокоения, а для хорошего настроения – апельсин.       Элладан явился вскоре. Уставший, но с хорошим настроением зашёл в свои покои. Аккуратно поставив оружие у входа возле стены, направился в ванную комнату, на ходу снимая с себя промокшую потом рубаху.       Едва он оказался на пороге купальни, у него в носу защекотало от запахов ароматных масел. Комната была заполнена паром, по углам горели свечи, чистые полотенца рулоном лежали на мраморной тумбе рядом с ванной, на другом столике блюдо с фруктами. Аглариэль позаботилась обо всём. Улыбнувшись прозорливости своей служанки, Элладан, освободившись от остатков одежды, погрузился в горячую воду.       Потерявшись во времени, эльда не знал, как долго он там пробыл. Откинувшись на спинку ванны, раскинув руки по бокам и прикрыв глаза, принц пробыл в купальне до тех пор, пока не спал пар и не остыла вода.       Элладан, повязав полотенце на бёдра, вышел из ванной комнаты в свою спальню. В прихожей раздался звук закрывшейся двери, потом тихий звон посуды. Не успев на себя что-то накинуть, эльда вышел из спальни.       Аглариэль, зашедшая с подносом в руках, едва не упустила его на пол. Ахнув, девушка быстро отвернулась, разволновавшись не на шутку, поспешила добавить: ― Извините, эрнил Элладан! Я не знала, что Вы уже вышли с купальни. Я стучала в дверь. Возможно, Вы не слышали... Извините… я…       Девушка не могла совладать со своими нервами, покусывая губу и вцепившись пальцами в поднос, Аглариэль низко опустила голову, желая в этот момент провалиться сквозь землю. Ничего не говоря, эльда подошёл со спины, забрал из рук дрожащей служанки поднос, и, уходя, сказал: ― На сегодня можешь быть свободна, Аглариэль.       Девушка не могла произнести ни слова, ком застрял в горле. Всё ещё не поворачиваясь, Аглариэль, неловко поклонившись, вышла. Едва оказавшись в своей комнате, дева тяжело облокотилась о дверь и, судорожно вздохнув, прикрыла глаза. Элладан превосходно выглядел в одном полотенце на бёдрах, его сила была заметна, капли воды покрывали крепкое тело, стекая по груди, перекатывались по кубикам пресса.       Это происшествие оставило в душе Аглариэль смятение и чувство стыда. Она провела весь остаток дня и вечера вне крыла дворца, где находятся покои принца. Помогая Нанниль и после прогуливаясь по вечернему саду, девушка скоротала время. Подумать только! Она уезжала с тётей из Лихолесья, надеясь на новом месте найти счастье и покой, но на деле оказалось всё совершенно иначе. Такой бури эмоций девушка никогда ещё не испытывала в своей жизни.       Солнце зашло, наступили сумерки, а вместе с ними и вечерняя прохлада. Шелк платья неприятно холодил кожу. Поежившись, Аглариэль решила вернуться в свою комнату, попутно отмечая, что окна покоев Элладана горят тусклым огоньком.       Тихо продвигаясь коридорами, дева незаметно для посторонних глаз вскоре оказалась у себя в комнате. Помещение было наполнено свежим воздухом, смешанным с ароматным запахом цветов из сада. Прикрыв тяжелые витражные створки окон, Аглариэль стала готовиться ко сну. Дева облачилась в просторную, достигающую щиколоток белую ночную рубашку, а волосы, привычно заплетённые в прическу, в беспорядке разметались по плечам.       Уснуть долго не получалось, мысли и воспоминания роились в голове, как пчелы в улье, о душевном спокойствии можно было только мечтать. В конце концов усталость взяла верх, и она уснула. Аглариэль снились короткие беспокойные сны, в которых к ней являлся образ потревожившего её покой принца Элладана или же просто полнейшая неразбериха и нелепица. Каждый раз дева просыпалась, тяжело дыша с гулко бьющимся сердцем.       Как показалось Аглариэль, в комнате было очень душно. Холодные лучи ночного светила, просвечиваясь сквозь витражное окно, разбросали тусклые разноцветные блики по полу и стенам. Спустив ноги с постели, поправив поднявшуюся ночную рубашку, девушка босиком прошлёпала к окну и прижалась лбом к прохладному стеклу.       Приоткрыв окна, Аглариэль решила подышать свежим ночным воздухом. Высоко в небе сияла полная луна, освещая округу бледным светом. В саду оглушающе пели цикады, поодаль шелестели воды горных рек и водопадов. Сама умиротворяющая ночная атмосфера долины располагала к приятному и спокойному сну.       Подавшись вперёд почти по пояс, Аглариэль выглядывала из своего окна. Прикрыв глаза, она подняла лицо навстречу легкому ветерку, отпуская беспокойные сновидения и неприятности ушедшего дня. Вздохнув, и собираясь уходить, девушка напоследок обвела взглядом окружающую её ночную красоту. Но тут её взгляд привлекли метание бликов огня, отражающиеся в стеклах открытых окон покоев Элладана.       Аглариэль испугалась не на шутку. В голове мгновенно возникло предположение, что в комнате принца возник пожар из-за непотушенной свечи, ибо о допущении того, что в жаркий летний день зажжен камин не могло идти и речи. В одной длинной до пят ночной рубашке босиком Аглариэль выбежала в коридор, а далее в покои принца Элладана.       Распахнув настежь дверь, девушка была готова кинуться тушить пламя, однако она растерянно замерла. В прихожей, облокотившись рукой о каминную полку, стоял Элладан и, кидая в огонь листы бумаг, довольно наблюдал за тем, как пламя их поглощает. ― Тебе тоже не спится, Аглариэль? – улыбнувшись, эльда перевёл на неё взгляд. Тёплые оранжевые блики огня блуждали по его светлой коже и темным волосам. ― Да. Я… Извините, эрнил Элладан. Я увидела отражения огня и забеспокоилась, − девушка босая переступала с ноги на ногу на холодном каменном полу. Взявшись за кованую ручку двери, она добавила. − Спокойной ночи. ― Стой, не уходи. Подойди сюда, Аглариэль, − Элладан, отойдя от камина, остановился у чайного столика и протянул вперёд руку ладонью вверх.       Она не понимала, почему слушается, но всё же подошла, аккуратно вложив свою ладошку в его. Близость её тела тревожила его, он чувствовал, что начинает испытывать к ней нечто, лишающее покоя. Затем, невероятно удивив Аглариэль, Элладан взял её лицо в свои теплые руки, нежно притянул к себе и поцеловал в лоб. А после медленно провел тыльной стороной ладони по нежной коже щеки, заправил за ухо светлую прядь волос, на которой плясали рыжие блики огня.       Аглариэль не двигалась. Тяжело дыша, она решилась посмотреть своему принцу в глаза – он не шутил. Аглариэль ощущала, как разрывается в смятении, нерешительности и в тоже время желании её личность, внося полнейшее смятение в душу, как быстрее начинает колотиться сердце, когда она видит потемневший взгляд серых глаз и страсть на лице Элладана. Аглариэль дала своё молчаливое согласие, эльда продолжил.       Поверх легкой ночной сорочки на талию опустились его руки, попытались притянуть хрупкий стан девы ближе, но Аглариэль слегка упёрлась. Элладан на мгновение отпустил, но только затем, чтобы положить руку на её затылок и настойчивей притянуть к себе. Пальцы сразу же запутались в густых волосах. Его горячие губы касались волос, лица, шеи, опускались к плечам и жгли тело через тонкую ткань ночной рубашки.       Близость горячего тела Элладана захлестнула сознание девушки. От появившихся в его глазах искорок нежности стало тяжело дышать, щёки вспыхнули, а когда его губы коснулись её губ, тело Аглариэль затрепетало от новых невероятных ощущений – всё же это был её первый поцелуй. Её ресницы задрожали, и она, прикрыв глаза, чувствовала волну дрожи, пробежавшую по позвоночнику. Элладан почувствовал эту дрожь и, потому прервав этот нежный поцелуй, постарался взять себя в руки. Ладони легли на её плечи, и после, аккуратно дотронувшись до подбородка, поднял лицо вверх, дабы увидеть глаза девушки: ― Аглариэль, прежде чем продолжить то, что между нами далее произойдет, я хочу быть честен. Хочу, чтобы ты знала – я не люблю тебя. ― Я знаю, эрнил Элладан, − не опустив глаза, тихо ответила, девушка. – Не беспокойтесь… – недолгая пауза, после чего она продолжила слегка дрожащим голосом. – Моей любви хватит на нас двоих.       Элладан слушал, чуть склонив голову набок, не перебивая, но после последних услышанных слов крепко обнял Аглариэль и прильнул к её губам требовательным, властным поцелуем.       Она этого могла и не говорить – Элладан имел догадки на этот счет. Слишком часто он ловил на себе её нежный взгляд, ощущал её трепет, когда находился рядом с ней. И всё же приятно было услышать признание в любви! Для Элладана это было впервые. Он ни разу не слышал признаний в любви. Эльда никогда бы не подумал, что это для него будет настолько важно.       На мгновение отстранившись, Элладан с нежностью посмотрел в лицо, которое ещё недавно целовал. Матовое словно фарфоровое личико с тонкими и нежными в тоже время выразительными, правильными чертами, освещенное яркими, как звезды, большими голубыми глазами и украшенное рубиновыми губками, казалось, созданными для страстного поцелуя. Одна длинная завитая спиралькой светлая прядь спустилась из-за уха на её хрупкое плечо. ― Откуда ты такая появилась в моей жизни, − улыбаясь одними лишь губами, прошептал Элладан, играя с волосами, наматывая прядь на указательный палец и распуская её вновь. Улыбнувшись в ответ, Аглариэль застенчиво опустила глаза.       Элладан погладил её щёку подушечкой своего большого пальца, затем взяв девушку на руки, понёс в спальню, ощущая сквозь тонкую ткань её рубашки нежное тело, после аккуратно положил её на широкую кровать.       Грудь девушки затрепетала − вздох, другой… Щеки полыхнули румянцем, когда ловкие длинные пальцы принца потянули воздушные ленточки на груди. ― Эль, если тебе будет неприятно, ты не обязана терпеть и молчать, − Элладан обнял её за талию и поцеловал в губы. ― Эрнил Элладан… ― Элладан, − мягко поправил её эльда, прильнув к её шее, вдыхая пряный аромат волос и тела, и она поняла, что он ощущает огромное наслаждение от её тела, теплоты и шелковистости гладкой кожи.       Принц слегка прижал Аглариэль к себе, он хотел, чтобы она ощутила его реакцию на близость её тела. Приобняв Элладана за плечи, дева не смотрела на него, устремив взгляд куда-то вверх. Она ощущала жар и сухость в горле, её охватило ужасное беспокойство от понимания предстоящей близкой связи. Элладан не спешил, он сам несколько нервничал, но желание затмило все страхи. Аглариэль возбуждала его, заставляла сердце биться чаще, отдаваясь напряжением ниже пояса.       Привстав на колени Элладан стянув с себя просторную легкую рубашку, потянулся к мягкой ткани ночного одеяния девы. Аглариэль вся пылала изнутри от желания, от страсти, от стыда. Она послушно разрешала принцу делать всё, что приносит ему удовольствие. Её стройное, гибкое тело было наконец освобождено, её мягкие груди, округлые бёдра приводили Элладана в восторг. Терпеть уже было совершенно невозможно, он опустил руку и осторожно прикоснулся к бедру девушки. Рука эльды, обжигая жаром, сжала бедро девушки сильнее, а после плавно спустилась вниз по ноге.       С жаром целуя Аглариэль, принц крепко прижимал её к себе, проскальзывая языком в её рот. В девушке всё трепетало от близости его силы, его тревожащей, изводящей мужской сущности, которая её окружала, окутывала, лишала воли к действию. Аглариэль с удовольствием ощущала его уже совершенно нагое большое мускулистое тело над собой, которое сковывало её движения. Для неё в мире не осталось ничего, кроме острого, почти невыносимого удовольствия и желания.       Прокладывая влажную дорожку всё ниже, Элладан задержался на груди девушки, после опустился ниже на чуть выпуклый живот, который учащенно двигался; эльда мягко прижал губы пониже пупка, и ещё ниже. Аглариэль подавалась навстречу с явным наслаждением, отдаваясь собственным ощущениям и эмоциям, на время позабыв обо всё на свете. Медленно раздвинув бёдра девушки руками, Элладан лёг сверху. Обвив руками за шею, Эль нежно поцеловала эльфа. Её желание соединить их тела было таким же сильным, как и его, и он вошёл в неё одним плавным движением. Аглариэль вскрикнув от боли, уткнулась в плечо Элладану, тихо постанывая, но боль вскоре утихла, уступив место совсем другим ощущениям, и лишь момент сладостной боли навсегда останется в женской памяти.       Элладан был нежен, внимателен и аккуратен. Он никоем образом не хотел причинить боль или дискомфорт Аглариэль, но временами ему трудно было сдержать свой пыл. В таких случаях он часто и глубоко входил в неё, страстно сжимал эльфийку в своих объятиях, погружал пальцы в её густые светлые волосы, приподнимал лицо, впиваясь в дрожащие губы. Аглариэль целиком и полностью отдавалась всем ощущениям, чувствуя безграничное счастье и блаженство, понимала, что её истинное предназначение – находиться в объятиях любимого.       Волна дрожи и тепла пробежалась по позвоночнику, окатила низ живота и бедра, и Аглариэль растворилась в сладкой истоме. Руки Элладана, крепко обнимая её хрупкий всё ещё содрогающейся стан, притянули ближе. Эль, с трепетом ощущая его сильные надёжные руки и тепло, идущее от них, сделала несколько неуверенных движений навстречу своему принцу. Эльда содрогнулся, с губ сорвался хриплый стон. Элладан осторожно сжимал в руках трепещущее тело, врывался в него последними глубокими движениями.       Он никогда ещё не испытывал таких сильных ощущений. Ему было как никогда хорошо. Элладан не мог ни с чем сравнить то, что сейчас произошло. Он чувствовал, как горячая кровь кипит в жилах, отдаваясь в висках, но в то же время по всему телу разливалась приятная нега. Сознание заволокло белой дымкой, мышцы и мысли отказывались подчиняться. Умиротворённый покой и легкость, о которых эльда на долгие годы позабыл, снова приветливо вернулись, уверенно стерев из головы недопустимые помыслы о жене брата. В принце отчаянно возникло желание дарить физическую близость Аглариэль для того, чтобы чувствовать, как она получает удовольствие, как бьётся в сладостных конвульсиях её тело от того, что именно он, Элладан, рядом.       Тяжело дыша и откинувшись на подушки, эльда прикрыл глаза. Притянув одной рукой Аглариэль, нежно поцеловал её в макушку. Ей очень захотелось прижаться к нему теснее и ощутить его еще и еще. Эль скользила рукой по изгибам совершенного тела, заходила ладошкой под белую накрытую простынью нижнюю часть тела дальше, чем следовало бы, и тут же получила отклик со стороны принца.       Будто политый одним стаканам влаги,после долгой засухи цветок, Элладан не насытился, а, скорее, наоборот. Приподнявшись на локте, эльда подушечкой большого пальца ласкал шелковую кожу, серые глаза, прикрытые длинными пушистыми ресницами, скользил по лицу девы. Элладан провёл широкой горячей ладонью по гладкому животу Эль, а затем, наклонившись, поцеловал белую нежную шею. Её тихий, но такой сладостный стон разбудил в груди эльды новую волну желания. Пальцы с силой сжали её грудь, вторая рука скользнула по внутренней стороне бёдер.       Снова оказавшись сверху своей любовницы, Элладан вошёл мягким толчком. В этот раз его движения были смелыми и уверенными. Аглариэль получала удовольствие, отдаваясь ему всецело – и сердцем, и телом. Она стонала под его напором, не отодвигалась, а лишь крепче прижималась к горячему мужскому телу.       Пробыв в сладостном мире долгое время, и отвечая уже на новые ласки принца, Эль почувствовала, что утомилась, тело откликнулось сладкой истомой после наполненной любовными ласками ночи. ― Элладан, я устала, − нежно дотронувшись ладошкой до щеки, мягко сказала она. ― А я нет, − твердо ответил принц, но всё же исполнил просьбу девы.       Аглариэль лежала на грудь Элладана, ощущая, как он медленно и ласково гладит её по голове и плечам. Незаметно для себя она уснула. Руки девы обнимали его торс; едва слышное дыхание становилось всё реже; веки слегка подрагивали, а губы складывались в улыбку, выражавшую спокойствие и внутреннее удовлетворение.       Время рассвета приближалось. Элладан ощущал совсем близко тёплое обнажённое тело девушки, с которой так неожиданно столкнула его жизнь. Эльда не мог знать, что она открыла для себя в нем, но то, что для Элладана Эль была дверью в совершенно другой мир, где прежнее было заменено и полузабыто – это точно.