Запретная любовь

      Первые яркие лучи солнца, пробиваясь через стекло большого окна, нежным прикосновением осветили мирно спящие, прикрытые легким покрывалом, обнажённые тела. Тело девушки будто источало белый свет; её длинные, светлые волосы струились по спине красивыми волнами.       Легкий утренний ветерок взметнул занавески, пронесся по комнате, наполняя её утренней свежестью и прохладой. Чуткий сон Аглариэль был нарушен от этого дуновения. Поежившись она, притянула покрывало выше, укрывая им себя и Элладана.       Сейчас Эль было откровенно хорошо от того, что она встретила новый день рядом с любимым, а за окном раздаются такие уютные весёлые звуки щебетания птиц и шум листвы деревьев. Потеревшись щекой о грудь эльды, Аглариэль с наслаждением вслушивалась в мирное дыхание эльфа рядом. Как бы она хотела, чтобы эти предутренние часы тянулись вечно, но увы. День разгорался, яркие лучи освещали долину всё ярче, жители просыпались для новых деяний. Аккуратно выскользнув из объятий Элладана, Аглариэль укрыла его, оделась и вышла из покоев принца.       Прохладное, тихое утро переходило в жаркий день. Спальная комната принца была залита солнечным светом. Элладан, растянувшись на кровати, спал на животе, свесив одну руку с края. Неожиданно в дверь комнаты громко постучали. Эльда, не отозвавшись, просто повернул голову в другую сторону. Стук повторился, но в тот раз настойчивей, и, не дождавшись ответа, дверь отворилась. ― Элладан! Ты до сих пор в постели?! – Эльрохир возмущенно смотрел на брата. – Мы сегодня едем на границу, твой отряд ожидает тебя уже долгое время! Не могу поверить своим глазам. Ты всегда приходил раньше всех на рассвете, и ты ожидал своих воинов, а не они тебя.       Ничего не отвечая, эльда попытался открыть глаза, но тут же зажмурился, так как в них ударили яркие лучи солнца. ― Эльрохир, не кричи, − приподнимаясь и садясь, спокойно ответил. – Выйди. Дай мне время, я вскоре приду на площадку.       Эльрохир, не говоря ни слова, вышел из спальни, столкнувшись в гостиной с зашедшей с завтраком на подносе служанкой брата. Широко и приветливо улыбнувшись поначалу, Аглариэль, вдруг посерьёзнев, учтиво поклонилась и поздоровалась: ― Доброе утро, эрнил Эльрохир. ― Доброе утро, Аглариэль, − несколько сухо поздоровался он, при этом глядя ей в глаза, стремительно вышел из покоев, негромко звеня доспехами.       Осторожно заглянув в опочивальню, Аглариэль не застала в ней Элладана. Тихий плеск воды раздавался сквозь полузакрытую дверь купальни, походные вещи и легкие доспехи ещё со вчерашнего вечера ждали хозяина на стойке для одежды.       Дева полностью распахнула легкие занавески, открыла окна и приступила к уборке кровати. Отдёрнув покрывало, Аглариэль тут же увидела несколько алых пятен, контрастно выделяющихся на белоснежном фоне простыни. Тут же вспыли события этой ночи: его, Элладана, горячее тело рядом с её в этой самой постели, его смелые движения и тихие вздохи…       Прикусив губу от приятных воспоминаний, Аглариэль быстро управилась с постелью, застелив её свежим бельём. Неожиданно сзади раздались тихие шаги, руки принца легли на её плечи и медленно притянули к себе. Улыбнувшись, служанка откинула голову на влажную грудь принца, прикрыв от удовольствия глаза. ― Доброе утро, Эль, − мягкий поцелуй в макушку. ― Доброе утро, Элладан, − дева, накрыв своей ладошкой его руку на плече, добавила. − Я завтрак принесла… ― Благодарю, я не буду, − ответил эльда. – А ты завтракала? ― Немного. Нанниль поручила несколько заданий, недавно освободилась. ― Позавтракай, отдохни, − улыбнувшись, Элладан, нежно поцеловав, заботливо подвел к столу, на котором стоял поднос, отодвинул стул и усадил деву. – Меня сегодня целый день не будет, возможно и вечер, но если мы вернёмся, − эльда низко наклонился, прижавшись к теплой нежной щеке, − я жду тебя.       Перед тем как уйти, Элладан прильнул к её губам требовательным, властным поцелуем, от которого Аглариэль затрепетала. Ей тяжело было его отпускать. Эль хотелось прижаться к его горячему телу, хотелось почувствовать его мягкие губы, горячие руки. Но она не вымолвила ни слова против, лишь пожелала доброй дороги. Аглариэль долго наблюдала из окна за воинами на площадке и провожала их взглядом, пока последний всадник не скрылся из виду.       Отправившись к Нанниль, Аглариэль усердно и с удовольствием бралась за любую работу, лишь бы занять себя и не думать постоянно об отъезде Элладана. День прошел в томительном ожидании возвращения воинов обратно в долину, однако этого не произошло. Причин для беспокойства не было, ведь это обычное дело для воинов, которые отправляются на патрулирование границ Имладриса.       Первые огни зажглись ещё до наступления сумерек. Оказавшись у себя в комнате, дева погрузилась в размышления о событиях, которые перевернули её жизнь. Аглариэль любила Элладана и ни о чем не жалела. Бывало много моментов, когда она смотрела на него восхищёнными глазами, бесконечно повторяя внутри себя, что очень счастлива с ним.       Рассвет следующего дня Аглариэль встретила, полная радостного ожидания. Одна мысль о том, что просто пришёл новый день, наполнила её неведомой прежде энергией, такой бурной и горячей, что оставаться без движения казалось невозможным. Целый день она провела за разными заботами, временами специально погружаясь в пустяковые дела с завидной деловитостью, лишь бы течение времени ощущалось не столь медленно. К вечеру уже после заката солнца долину облетела новость – отряд воинов вернулся. Все живы и во здравии, были добыты важные сведения, пресечено скрытное движение групп орков. Принцы по прибытии, не теряя ни минуты, отправились к владыке Эльронду и пробыли у него довольно долго.       Аглариэль никак не могла дождаться, когда же Элладан придет в свои покои. За время нахождения у отца, дева приготовила принцу ванную и позаботилась о сытном ужине. Хлопоты целого дня немного сморили служанку, и потому она решила прилечь на софу, отдохнуть. Эль не заметила как уснула.       Продвигаясь длинными гулкими коридорами, Элладан хотел скорее очутиться в своих покоях, он чувствовал себя усталым. Холмистая местность с плоскогорьем служила хорошим местом защиты тайным группам орков, и потому эта вылазка была сложна. Отряд эльфов был вымотан частыми стычками с врагами.       Оказавшись у себя в комнате, Элладан заметил, что он не один. Аглариэль мирно дремала на софе. Врывающийся в приоткрытое боковое окно ветерок играл с отдельными прядками её волос. Медленно вздохнув, эльда с улыбкой на губах любовался ею, и вмиг из головы ушли все тягостные мысли, опасения и тревоги. Наклонившись, Элладан хотел провести тыльной стороной ладони по щеке девы, но, вовремя опомнившись, остановился. Руки были покрыты тонким слоем дорожной пыли, на некогда отполированных наручах виднелись темные брызги крови, как и по всей одежде. Аккуратно накрыв Эль пледом, лежащим на спинке софы, эльда отправился в купальню.       Вода остыла настолько, насколько было бы комфортно принять ванную. Было приятно искупаться, смыть двухдневные тревоги, просто ощутить мягкие прикосновения воды. Закончив с процедурами, Элладан переоделся в легкие домашние вещи и отправился в гостиную. Аглариэль всё так же мирно дремала, но, будто почувствовав присутствие ещё кого-то, открыла глаза. ― Элладан! – на выдохе, сияя радостью, тихо позвала. ― Добрый вечер, Эль, − присев рядом, он коснулся губами её волос, нежно поцеловал в висок, а после поднёс её руку к своей щеке и снова нежно поцеловал в запястье.       Элладан широко раскрыл глаза, а Эль наблюдала, как медленно он любуется ее лицом, заметила, как учащается его дыхание. Принц взял ее маленькую ручку и поднес к своей груди; она услышала, как бьется его сердце. Дева почувствовала, как тонет в его глазах, она задрожала от волнительной близости, огромной, таинственной, но такой желанной. ― Я скучала, − крепко прижавшись с Элладану, прошептала дева. ― Я тоже, − присев рядом и откинувшись на спинку софы, ответил эльда, приобняв Агариэль за плечи.       Она была рада этой возможности прижаться щекой к груди Элладана, услышать стук его сердца, ощутить под своей рукой даже через рубашку, тепло его кожи. Гулкие удары пели ей колыбельную, отгоняя прочь печали и страхи. Аглариэль искренне верила, что оно бьётся только для неё...       Друг за другом минули жаркие солнечные дни, на их смену пришла золотая осень. Кружась в воздухе, багровая, ярко-желтая листва отсчитывала время, отпущенное этому времени года. Едва последний жухлый лист коснулся земли, в воздухе закружили одинокие белые снежинки. Резкие ветра приносили холод и непогоду с вершин Хитаэглир. Наступила зима.       Долину покрыл толстый слой снега, в воздухе носились бесчисленные снежинки, разгоняемые холодным сильным ветром. В эту ненастную ночь алые блики огня ярко горящего камина плясали на переплетённых обнажённых телах. Дева, уткнувшись носиком в грудь своего любимого, чувствовала дыхание, слушала стук сердца, все еще разгоряченного пережитым наслаждением. Эльда неспешно перебирал мягкие шелковые локоны своей любовницы, потихоньку проваливаясь в сон.       Сон. Никак иначе нельзя назвать эти отношения. Безумные. Страстные. Запретные. Но такие желанные и необходимы каждому из них.       В это блаженное время Элладану и Аглариэль казалось, что мир состоит из спокойных, заполненных приятными заботами дней и жарких ночей, которые всё больше превращались в самое желанное время, когда весь мир сжимался только вокруг их горячих тел, существующих только друг для друга. Каждую ночь его пальцы прикасались к её коже, гладили её тело, играли с волосами, расстёгивали застёжки и пуговицы, а она брала от близости все до последней капли, с лёгкостью расставаясь с одеждой лишь бы почувствовать прикосновение его горячего тела.       Временами Аглариэль вспоминала слова, сказанные Элладаном в их первую ночь: «Хочу, чтобы ты знала – я не люблю тебя…». Принц был нежен к ней, уважителен и внимателен, но… он не любил её. Не смотря на все, что происходило между ними, Аглариэль чувствовала, что сердце Эллдана холодно к ней. И как бы она не пыталась вспоминать об этом, все же это гложило её, выпекая душу.       На следующее утро долину облетела отрадная новость – леди Аэлин разрешилась от бремени. Родился здоровый мальчик.       Семья владыки Эльронда и жители долины приветствовали и поздравляли счастливых родителей с почтительной торжественностью. Элладан, едва узнав об этой новости, стал радостным и возбужденным. Он одним из первых поспешил в покои леди Аэлин, дабы поприветствовать и преподнести подарок – кроватку для новорожденного.       Уже поздно вечером, находясь в своих покоях вместе Аглариэль, Элладан, не сдерживая улыбки, оживлённо делился впечатлениями: ― Эль, он такой крохотный! Такой маленький и хрупкий! – глаза эльды горели восторгом и нежностью. Элладан никогда не забудет то чувство, когда он держал в ладонях крохотное детское тельце. – Дети – это подарок Эру, Эль! ― Как назвали принца? ― Мелегон. ― Чудесное имя, − прижавшись к плечу Элладана, Аглариэль наблюдала, как на лице принца сияла улыбка, обнажившая красивые белые зубы. Всё ещё умиляясь своим воспоминаниям о младенце, эльда прижал к себе Эль сильнее. Припав губами к её мягким ароматным волосам, Элладан поймал себя на том, что завидует счастливым родителям.       От этих мыслей в мгновение улыбка покинула его лицо. Былые неприятные, тяжелые чувства снова появились в душе принца. Подобием счастья невозможно заменить истинное счастье, но все же попытаться можно. Аглариэль дарила ему это подобие, и он был почти счастлив, но раз за разом случалось нечто, что напоминало ему о своём заблуждении. ― Элладан, что случилось? Ты загрустил, − эльда почувствовал ласку нежных пальчиков Аглариэль у себя на скуле. ― Ничего, Эль, − вздохнув, ответил принц. Прильнув к ней, он поднёс руку к её нежной шее, а другой притянул женщину к себе. – Иди ко мне.       Аглариэль не сопротивлялась. Сейчас она душой чувствовала, что Элладан нуждался в ней. Момент радости от рождения племянника прошёл, и у него осталась одна печаль и безотрадные мысли.       Эль почувствовала лёгкое касание пальцев к щеке, горячее дыхание почти у самого виска. ― Скажи мне, Эль. Скажи! – вздох – тяжёлый, протяжный.       Дева улыбнулась, взяла его лицо в ладони и, нежно поцеловав, заглянула в серебристое море глаз: ― Я люблю тебя, Элладан! Горячо и каждой клеточкой своего сердца!       Принц ничего не ответил. А только обхватил её за талию и, притянув к себе, прильнул к ней, и их губы слились в долгом поцелуе…