Что тебе всего дороже?

Как мне тебя у мрака, у хаоса отнять? Любимый, нежный ангел, как мне тебя обнять? Лицом, от слез соленым, прильну я к твоему, Тебя целуя жарко, в объятьях я сожму, Твоим рукам холодным свое тепло отдам, Согрев, прижму их нежно и к сердцу и к губам — Михай Эминеску (1850-1889)

***

      Звонкое пение птиц разбудило Аслана удивительно рано, на рассвете. Не в силах открыть глаза, он заворчал что-то себе под нос и проворочался еще минут десять. И вот, наконец, рыжеволосый юноша открыл глаза и сладко потянулся, вставая с пригретого им сеновала. Сегодня его настроение стало значительно лучше, а также появилась необыкновенная решимость сделать всё самое важное сегодня. «Да, я ей признаюсь, и будь что будет. Никаких сожалений», — подумал юноша.       Первым делом парень умылся родниковой водой, наскоро причесал ладонями свои длинные непослушно-кучерявые волосы и принялся варить кофе для себя и Али-бея, который все еще спал. Запах кофе показался ему сегодня таким сильным и горьким, что он тут же закрыл банку с ним.       Завтрак прошел в молчании. Вчерашняя выпивка и головная боль давали о себе знать. Покончив с едой и чрезмерно ароматным кофе, Аслан отправился разминаться перед общей тренировкой. Али-бей же обычно приходил на работу несколько позже. Аслан уже привык приходить первым на разминку и уходить последним с тренировки, в противном случае он начинал чувствовать себя виноватым перед самим собой, потому что не доработал.       Парень обогнул дом Али-бея и вышел на поляну перед тренировочным комплексом. На удивление, сегодня еще несколько юношей пришли на полчаса раньше положенного. Когда рыжеволосый воин подошел, трое парней затихли и ехидно покосились на него. Аслану никогда не было дела до сплетен, которые всегда разносили эти трое, поэтому он начал спокойно разминаться и готовить мышцы к предстоящей тренировке.       Ученики никогда не обращали внимания на рыжеволосого воина. Они уважали его как противника в поединках, но никогда не пытались с ним подружиться и быть дружелюбными. На рожон они тоже не лезли. Парни все еще помнили, как осверепел этот юноша, когда другие ученики насмехались над политикой его отца.       Аслан был тогда еще мал, но пошел один против десяти. Он боролся, как маленький лев. Мальчик был мал и слаб, но внутренняя сила и уверенность в своей правоте двигали его вперед и словно помогали уворачиваться от соперников и ударять в их слабые места.       Именно тогда Али-бей его заметил и взял к себе на попечение. Но и Аслану хорошо досталось в той драке. Левое плечо было выбито, а все лицо было в ссадинах и ранах. Плечо до сих пор беспокоило Аслана, особенно после долгих тренировок. К счастью, Лале приготовила ему чудесное средство-смесь лесных трав, компрессы из которых неизменно спасали от боли. Удивительно, но именно сегодня ученики решили обратиться к нему. — Эй, Аслан! — крикнул самый высокий из них. — Чего тебе, Керем? Опять ваши сплетни? Ничего даже слышать не хочу, — бросил Аслан в ответ. — Да нет уж, я думаю, на этот раз новости будут тебе интересны, — с хищной насмешкой продолжил Керем. — Ты же все-таки друг Лале… — Лале? Что ты имеешь в виду? — спросил Аслан, отвернувшись, чтобы по лицу нельзя было прочитать его волнения. Однако резко повысившийся голос выдавал его. — Ха, угадал. Ему и вправду интересно, да парни? — рассмеялся Керем. — А что нам за это будет, если мы расскажем тебе то, что Ахмед увидел вчера? — продолжал Керем, кивая на своего друга рядом. Секунда и Аслан подскочил к Керему. Взяв его за грудки, он яростно прошипел сквозь зубы: — Может мне лучше показать, что с тобой будет, если ты мне этого не расскажешь? — его глаза блеснули недобрым пламенем. — А-ха-ха! Вы только посмотрите на него! Ну ладно-ладно, если ты так просишь, Аслан… –нервно рассмеялся Керем, поднимая руки и делая вид, что он сдается. — Выкладывай уже! — приказал рыжеволосый юноша, сильнее удерживая Керема. Но сам Керем, похоже, был не против выдать ему все тайны, а поэтому он с самодовольной улыбкой сказал: — Что долго его мучить? Да, в общем, наш Ахмед на днях гулял по саду вечером и наткнулся на очень интересную сцену. Некая Лале, племянница султана, была поймана с поличным в объятиях одного известного валашского волчонка. Как это бесстыдно, не находишь? — Керем покосился, на отпустившего его Аслана, а тот спокойно выдержал его взгляд, не показывая своих эмоций. — Сам не понимаю, и чего это все в ней находят? И Хасан, и Мехмед — оба влюбленные дураки! Посчитали, что помолвки уже достаточно, чтобы удержать птичку-Лале в их золотой клетке? Как бы не так! Эта змея-Лале... — Доставай саблю, — спокойным тоном проговорил Аслан. — Что? — как будто не расслышал его Керем. — Доставай саблю! — грозно прокричал Аслан, и глаза его блеснули яростью.       Керем, сам того не понимая, потянул за ту нить, которую ему никогда трогать не стоило. С выражением легкого непонимания, будто в оцепенении, он потянулся за саблей. Последнее, чего он хотел, так это вызвать такую бурную реакцию у Аслана. Драться на саблях не казалось ему хорошей идеей с утра. Он еще помнил, как всего неделю назад этот рыжеволосый парень с легкостью повалил его на землю в рукопашном бою. Но все же воинская честь будущего янычара не позволяла ему сейчас так позорно отступить.       Лишь только Керем взял саблю в руку, Аслан одним легким движением достал свою из ножен. Завязался бой. Друзья Керема с интересом наблюдали за схваткой, время от времени подбадривая своего друга. Керем тщетно старался сосредоточиться на движениях тела соперника и повороте его плеч. Он не мог угадать направление следующей атаки. Аслан же напротив сегодня дрался еще лучше, чем обычно. Он сам не понимал, откуда у него взялась эта сила и ловкость. Рыжеволосый юноша предугадывал абсолютно все удары соперника и бился так, словно это был грациозный танец с дамой, а вовсе не поединок.       Не в правилах Аслана было так часто задевать напарника по фехтованию клинком, но сегодня он свободно показывал своё превосходство этому наглецу. Еще удар двух клинков друг о друга, и рыжеволосый воин совершил невероятно изящный пируэт в воздухе, оказавшись за спиной Керема. Все что оставалось сделать — лишь слегка толкнуть его ногой в спину.       И вот он повержен. Керем упал на живот и тут же перевернулся, стараясь не пропустить нового удара. Но увидев Аслана, склонившегося к нему и прижившего клинок в его шее, тот замер и, нервно сглотнув, пролепетал: — Аслан, дружище, ну ты же знаешь, я не со зла. Просто по-дружески хотел поделиться с тобой новостями. Почему ты воспринимаешь всё в штыки? Ты давай, э-эм, опусти саблю, хорошо? — Это был последний раз, когда я слышал, что из твоего поганого рта сорвалось слово «Лале». Если я хоть еще раз услышу, что ты о ней что-то дурное рассказываешь, на этом всё не закончится. Ты меня понял? — угрожающе предупредил Аслан, немного сильнее вдавив острие сабли в воротник соперника. — Конечно, Аслан, дружище, ну что за разговор? Никаких больше сплетен о… — Керем остановился на полуслове, так как Аслан вытер об его одежду свою саблю и направился в другой конец поляны.       Вскоре пришел Али-бей и остальные ученики. Началась тренировка. Всё было абсолютно обыкновенно, но изменилось только одно. И это был Аслан. Ещё никогда в его тренировках не было столько злости. Со стороны казалось, что он один готов сокрушить всю Османскую империю голыми руками.       Эмоции кипели внутри юноши. Он не был готов говорить сегодня с Лале. Аслан не был готов даже видеть её. Внутри бурлила смесь обиды, злости и ревности. Эти чувства были чужды прежнему Аслану. Они буквально разъедали ему душу. Было невероятно гадко, воздуха будто не хватало.       Юноша решил пройтись в одиночестве после тренировки, чтобы привести себя в чувства и подумать, что делать дальше. Занятый своими мыслями, он угрюмо смотрел на землю, пока неторопливо направлялся в сторону озера. Как вдруг кто-то резко врезался Аслану в грудь. Как это некстати!       Он безразлично поднял полные грусти глаза и увидел перед собой Лале. Она явно шла с урока рисования. В её руках были ещё немытые кисти, а от неожиданности она выплеснула цветную воду прямо на льняную рубаху молодого человека. — Ой, прости! Как же так? Я тебя не видела... Это надо срочно застирать, а то потом не выведешь. Снимай давай скорее, — тараторила растерявшаяся Лале. Аслан тут принялся стягивать с себя рубашку. — Ай, что ты делаешь? Не здесь же! — Лале быстро отвернулась и покраснела. Парень, позабыв все былые обиды радостно ухмыльнулся: — Ты чего так раскраснелась? Как будто меня никогда не видела. — Не видела. И не должна… Ты же юноша всё-таки. — Не видела, скажешь тоже. А как же то купание ночью в озере? Ты тогда так разозлилась на Шахи-хатун, что та не разрешила тебе рисовать всю ночь напролет, что сбежала со мной на ночную встречу, чтобы рисовать там. Но вместо этого мы пошли купаться. — Вот ты вспомнил древности. Мы тогда были совсем детьми, — продолжала отпираться Лале. — Ой, у тебя на щеке краска. Давай я сотру, — Лале протянула ладонь к щеке Аслана.       Его сердце предательски забилось. В этот момент Аслан забыл обо всем, что случилось: об их с Владом обмане, о новости, что она была помолвлена с Мехмедом, о том, что он –пленник, а она – племянница султана. Сейчас всё это было неважно. Лале прикоснулась к нему легким движением и слегка погладила по скуле, стирая краску.       Аслан перестал дышать, боясь спугнуть этот момент. Он хотел навсегда запечатлеть его в своей памяти. Особенно то, как красиво ложились лучи солнца на девичье лицо, какой нежной и тёплой была её рука, с какой лаской Лале смотрела на него. Ему неизбежно хотелось взять ее руку в свою, приложиться губами к этой родной ладони и никогда не отпускать. — А что это за царапина? — спросила Лале, тыча ему в щеку, указывая на царапину от кустарника шиповника.       Аслан чувствовал, как близко она к нему стоит. Он слышал, как стучит её сердце, как ветер шумит в её волосах. Он чувствовал запах бергамота и абрикосов, исходящий от неё.       Слишком близко. Это становилось опасно. Он всеми силами сдерживался от порыва, который мог это все разрушить. Но когда стало просто невыносимо сдерживаться, он резким движением и довольно грубо отдернул руку Лале от своего лица. Он взял её маленькую ладошку в свою большую шершавую ладонь и потянул куда-то за собой. — Эй, я тебя, кажется, про царапину спросила! Куда ты меня тащишь? Эй! — Лале сопротивлялась как могла, пытаясь отцепить руку юноши от своей.       Но все эти попытки были тщетными. Тем не менее Аслану надоели её препирания. Недолго думая, он аккуратно схватил её за талию и поднял, как пушинку. Затем взвалил девушку на плечо и понёс дальше. Какое-то время Лале просила его отпустить и стучала кулачками по его широкой спине. Но лишь завидев неподалеку бостанджи, которых мог привлечь шум, она замолчала, не желая выдавать своего друга. Аслан не мог объяснить ей сейчас, куда и зачем её несет. Он и сам этого пока не знал. Юноша лишь чувствовал, что им нужно поговорить. И если это станет концом для него, то так тому и быть. — Куда ты идешь? — наконец спросила Лале. — На наше место, там, где всё началось. Нам надо поговорить. Только нам. Вдвоем, — тихо ответил Аслан. — Отпусти меня, — также тихо попросила она. Парень тут же исполнил её желание и приготовился, что она сейчас побежит от него прочь. Но этого не произошло. Лале продолжала стоять перед ним. — Я тоже должна с тобой поговорить. Пойдем, — и они пошли вместе к их месту. Проходя темную пещеру, Лале схватилась за руку Аслана, а сама шла чуть сзади, как будто пытаясь скрыться за его спиной. Вскоре они вышли к водопаду.       Дело было к вечеру, но погода всё ещё стояла жаркая. Солнце мягко падало на огненно-золотистые волосы юноши и оливковую кожу девушки. — Я должен поделиться с тобой кое-чем, — начал Аслан. — Ты мой лучший друг, Аслан. Конечно, я всегда выслушаю тебя и никогда не оставлю в беде, — промолвила Лале. Эти её слова «всегда» и «никогда не оставлю» больно кольнули слух юноши. Он уже давно понял, что эти слова невозможно применить абсолютно ни к одной вещи на этом свете, а особенно – к чувствам девушек, чьи мысли меняются так быстро, как ветер меняет свое направление. Несмотря на это, он продолжил, потому что просто не мог по-другому: — Что ж Лале, дело в том, что я давно знаю одну девушку, — Аслан сделал паузу, подбирая правильные слова. — Она очень близка мне. Она знает меня, все мои недостатки и достоинства лучше матери, задирает и шутит лучше сестры, но я люблю её всем сердцем, как свою единственную и вечную возлюбленную. Без неё я бы никогда не выжил на чужой земле и не стал бы тем, кем сейчас являюсь. Она заставляет меня идти вперед. Я живу благодаря ей и ради неё. Она — моя душа и свет моих очей, — под конец речи у юноши сбилось дыхание, а голос дрожал. Он был не в силах посмотреть на неё. Много раз Аслан бывал в опасности или на грани смерти, но еще никогда трудности жизни не вызывали у него такой страх. Он всегда боялся потерять контроль над ситуацией. А этот момент был абсолютно неконтролируемым. Воин чувствовал, что несется на огромной скорости в пропасть. Все зависело от одного лишь её слова. Лишь она одна могла сделать его самым счастливым или самым несчастным мужчиной на свете. Лале обладала огромной властью, сама того не понимая. Для него она была всемогущей. — Так ты влюбился, Аслан! Как я тому рада! — искренне улыбалась девушка и стучала его по плечу от прилива эмоций и любопытства. — Расскажи мне скорее – кто она? Я ее знаю? Это кто-то из служанок, а может из гарема? Я бы хотела её встретить и поблагодарить. Я всегда желала тебе только счастья. Ах, как я рада… — Что ж, не буду раскрывать все секреты сразу. Но я думаю, у тебя еще будет возможность с ней встретиться, — сказал Аслан с хитрой улыбкой, но где-то в его глазах затаилась грусть. — Хорошо, я дождусь этого момента, — Лале вернула ему улыбку. — Но послушай, друг, у меня есть проблемы не менее серьезные, чем твои. Я не могу решиться на один очень важный поступок, который основательно изменит мою жизнь. Хотя я прекрасно понимаю, что просто обязана это сделать. — Неужто опять не можешь выбрать фон для твоего нового рисунка, а все твои идеи Димитрис отвергает? — рассмеялся Аслан, прекрасно понимая, что речь идёт совсем о другом. Лале рассмеялась ему в ответ. Обстановка потеплела. Их отношения вновь стали такими же теплыми и близкими, какими они были в их детстве. — Правда же я – отличный друг? — сказал юноша. — Когда ты улыбаешься, то и мир становится светлее. Скажи, что я очень даже полезен? — Чуток, — кокетливо ответила Лале. — Ну, раз мы так хорошо поговорили, то можно и разойтись. Но ты посмотри на эту лазурную и такую чистую воду. Мы же не можем просто так уйти, да? — сказал Аслан девушке. — Не люблю воду. Просто люблю на неё смотреть. Вот как сейчас, отсюда, — начала тараторить Лале, опасливо отступая дальше от берега небольшого озерца, куда впадал водопад. — Просто попробуй. Как я только что попробовал, рассказав тебе свой секрет, — настаивал Аслан. — Сделай это просто так. Тебе надо всего лишь решиться. — Я не могу сделать что-то «просто так». Это не в моем стиле, — отмахнулась от него девушка и сделала еще пару шагов вверх по камням у водопада. Аслан взял её за руку и с дьявольски обольстительной улыбкой указал второй рукой на блестящую пелену озера. — Нет-нет-нет, — почти закричала девушка. — С ума сошел? Нет, нет! — уже совсем громко кричала Лале, когда Аслан сгрёб её в охапку и как легкую пушинку после троекратного раскачивания сбросил в холодную воду.       Брызги разлетелись вместе с её эхом по ущелью. Недолго думая, парень нырнул и сам. Лале быстро вынырнула, глотая воздух ртом. От холодной воды и неожиданности у неё перехватило дыхание. Эмоции просто накрыли её с головой. Прежнее возмущение на Аслана за его шалость сменилось эйфорией. Ещё никогда она не чувствовала себя такой свободной и счастливой. Словно не было никаких забот и невзгод, а было лишь это искромётное счастье, как капельки брызг, летящих повсюду. — А-а-а, как освежает! — прокричала она и рассмеялась. Аслан любовался её природным изяществом и красотой. Он зачарованно смотрел на неё не в силах оторваться и время от времени брызгал на неё водой. — Я, оказывается, и правда могу сделать что-то «просто так», просто потому что захотела этого. Иногда «просто» оказывается таким «простым» – вот в чем секрет! — и Лале начала брызгаться в ответ. — Я никогда не знала или попросту забыла, как это «просто» сделать что-то. Но всё оказалось проще простого! — улыбалась она.       Аслан продолжал покрывать её тело тысячами брызг, одна из которых попала ей в ухо. Лале начала протестовать и просить его остановиться, прижимая ладони к лицу и пытаясь вытряхнуть воду. Но выражение её лица как будто отрицало все просьбы остановиться. Она просила его продолжить. И среди этого шума водопада, величественных скал, синего блеска глади воды и миллионов капель, переливающихся на заходящем солнце, он быстро оказался возле девушки.       Все что она успела, так это улыбнуться ему в лицо и последний раз закричать: — Эй, прекрати брызгаться! — это было последнее, что она успела ему сказать.       Он обнял своими тёплыми ладонями её мокрое от капель лицо, притянул к себе и впился в губы требовательным поцелуем.       Выражение лица Лале резко изменилось. Улыбка ушла, глаза округлились, а её губы встретили его. Аслан сдвинул брови, будто ему было больно, словно он боялся отпустить её хоть на секунду и оказаться дальше, чем был сейчас.       Это был его первый поцелуй. Он не знал, как себя вести. Всё, о чём он думал в эту секунду – это то, что он жалел бы всю свою жизнь, если бы не сделал этого сейчас. Не было ничего более правильного, чем этот поцелуй в этом месте и времени.       Но внутренний инстинкт подсказал ему отстраниться хотя бы на мгновение, чтобы посмотреть в глаза Лале, чтобы прочитать в них её чувства.       Он увидел в них смятение и удивление. Лале не могла говорить от нахлынувших на неё чувств. Она, как рыба, выброшенная на берег, могла лишь открывать рот, пытаясь сказать что-то. Вот только звук не выходил из её уст. Тогда она вскинула брови, пытаясь задать ему безмолвный вопрос. — Эй… Ты… — всё, что Лале смогла сказать, перед тем как Аслан вновь накрыл её губы своими.       На этот раз поцелуй стал более глубоким и нежным. Вместе с прикосновениями губ он открывал перед ней свои чувства и отдавал ей своё сердце. Застыв на мгновение, Лале ответила на его горячий порыв. Юноша обнял тонкую талию, крепко сжав платье ладонями на её спине. Ладони девушки прильнули к его лицу и заскользили по скулам, подбородку, затылку и шее. Её тонкие пальцы чувствовали быстрое сердцебиение юноши. Она была уверена, что и её сердце сейчас бьется так же быстро. Аслан не мог дышать, не мог поверить, что это происходит наяву. Все мысли отключились, вселенная перестала существовать. Остались только его чувства и желания. Только её близость и запах абрикоса с бергамотом. Он готов был умереть в этот день, нисколько о том не пожалев. Ничто другое не сделало бы его столь счастливым, как её красноречивый ответ.       Лале же отвечала ему с невероятной нежностью и напором. Она запустила пятерню в его шелковистые медно-рыжие волосы и притянула ещё ближе к себе. Девушка уже не осознавала, что происходит. Не понимала, как оказалась в объятиях своего лучшего друга. Ей казалось, что она пользуется им и проверяет его. Но в тоже время Лале просто не могла не ответить ему поцелуем. Она не могла остановить этот мимолетный момент счастья и сотни водяных брызг, который достался только им двоим.