Что тебе всего дороже?

Но ты, бесплотный образ, увы, чужда земле, Ты скрылась легкой тенью в холодной, черной мгле. И тщетно простираю тебе я руки вслед, Зову тебя — и слышу лишь тишину в ответ, И остаюсь один я, тоскою удручен, Тебя не в силах вырвать из темных волн времен. — Михай Эминеску (1850-1889)

***

      Минута, другая… Аслан и Лале не могли оторваться друг от друга, продолжая самозабвенно предаваться их первой любви. Как вдруг откуда-то из пещеры послышался скрежет оружия и гул людских голосов. Аслан и Лале отстранились друг от друга и увидели стоящих у выхода из пещеры бостанджи, Влада и султана Мехмеда. Лицо правителя Османской империи было искажено яростью, в то время как Влад оставался холодно невозмутимым.       Лале испуганно вскрикнула, не веря своим глазам. — Схватить их! — отдал четкий приказ Мехмед. Влад незаметно ухмыльнулся. Бостанджи подступали к паре и вскоре окружили их. Аслан машинально схватил Лале за руку. Она спряталась за его широкую спину.       Девушка могла только испуганно кричать: — Аслан! Нет! Отпустите нас!       Юноша до последнего вырывался и продолжал хвататься за её руку, но бостанджи быстро разняли пару. Их было слишком много. — Лале, не волнуйся. Все будет хорошо, я обещаю, — сказал Аслан уверенно и постарался улыбнуться, чтобы успокоить её.       Затем Мехмед приказал бостанджи вывести их в сад для дальнейших разбирательств. — Так значит, вы посмели целоваться с рабом, будучи будущей невестой султана, не так ли Лале-хатун?! — Мехмед срывался на крик, а глаза его блестели злобой. — Это ли не предательство? Что вы ожидаете после подобного проступка? — Мехмед-султан, я прошу вас, успокойтесь, — Лале лепетала, пытаясь унять страх. — Мехмед, в этом нет её вины. Если кто и должен быть наказан, то целиком и полностью я. Отпусти её, — просил Аслан, пытаясь сдержать волнение. Ни Лале, ни Аслан не понимали такого спокойного присутствия Влада при допросе. Ещё вчера он хотел сбежать с Лале и сделать её своей женой, спасая от замужества за Мехмедом, а сегодня он стоит на одной стороне со своим злейшим врагом и предаёт друзей. — Влад, объясни ему, что произошло недоразумение, — обратился к нему Аслан, надеясь, что чувства Влада к Лале помогут ему защитить девушку. — А что тут можно добавить? Мы сами всё видели. Свидетелей вашего преступления предостаточно. Я был бы последним глупцом, если бы отрицал увиденное собственными глазами всего пять минут назад, — заговорил Влад. — Лале, ты же сама целовала Аслана, не так ли? Это ли не измена твоему суженому султану Мехмеду и твоей родине? — последнее слово он выделил как-то особенно грубо.       Лале побледнела. Не тех слов она ожидала услышать от Влада. Ещё несколько мгновений до этого девушка была готова провалиться сквозь землю, коря себя за измену самому валаху. Она не понимала, почему поддалась тому порыву со своим лучшим другом. Ей не было оправдания, ведь Лале дала обещание сбежать. Но теперь Влад переменился. Он предал своих друзей. Мысли Лале путались в голове: «Неужели ревность Влада могла так изменить его? Нет, тут должно быть что-то другое. Люди так быстро не меняются. А как он оказался вместе с Мехмедом и стражей в нашем с Асланом тайном месте? Здесь что-то нечисто…» — Послушай, Лале, своего друга. Ты предала Родину, но что еще хуже, ты унизила меня. Ты подрываешь мою репутацию во дворце. А ведь я предлагал тебе править миром вместе. Ты глупа, раз поступила таким образом, — разочарованно вздохнул Мехмед. — Лале, ты не оставила мне выбора. Есть только один выход, как смыть этот позор. Кровью. Покойтесь с миром с твоим бестолковым рабом. Как родился, так и помрет в грязи, — Мехмед попытался плюнуть Аслану в лицо, однако тот удивительно ловко от него увернулся и оскалился в ответ. — Ну, чего вы ждете? Прикончить их! — Мехмед отдал свой чёткий приказ, а сам не в силах видеть кровь отвернулся и пошёл прочь из сада по направлению ко дворцу.       Влад остался на месте. Взгляд его был непроницаем. Трудно было понять, что за эмоции он испытывает и испытывает ли он их в принципе. Бостанджи вновь окружили Аслана и Лале. Юноша оскалился словно лев, готовый к атаке. Аслан понимал, что конец близок, и он неизбежен. Вспомнив, как только сегодня он говорил сам себе, что был бы готов умереть в этот день, так как Лале заставила его почувствовать себя самым счастливым, он ухмыльнулся. «Будь осторожнее в своих желаниях, Аслан», — подумал про себя парень, сжимая крепче кулаки.       Он пытался трезво оценить ситуацию: «Хорошо, их десять. Вооружены. Я не сдамся, только не сейчас, когда счастье так близко. Мы выберемся».       Бостанджи подходили ближе. Один из них замахнулся саблей на Лале. Она пригнулась и с ужасом закрыла лицо руками. Аслан мгновенно оказался между ней и нападающим и, ловко увернувшись, ударил стражника кулаком по челюсти. Удар оказался настолько сильным, что тот тут же свалился.       Аслан боролся не на жизнь, а на смерть. В голове уже проносился план побега, через поля, на восток, а там будет деревня. Там их никто не узнает. Один стражник повержен, другой. Глаза Аслана горели неведомым огнем. Он предугадывал все атаки, сам того не замечая. Что-то подобное Аслан впервые испытал в поединке с Керемом. Грация его атак и защиты была изящна и напоминала грацию движений кошки. И вот, Аслан боролся с последним бостанджи. Лале, не помня себя от испуга, кинулась в объятия к Владу. И так и застыла в них. — Лале, беги! — прокричал Аслан, но ответа не последовало. — Лале? — прокричал он вновь и обернулся.       Влад, в чьих руках повисла Лале, грубо оттолкнул ее, но почему-то она упала навзничь на землю. Аслан не мог пошевелиться. Он боялся посмотреть на Лале. Время застыло. Звуки затихли. В руках Влада Аслан увидел древний родовой кинжал с изображением дракона на рукоятке. Тот самый кинжал, которым так дорожил Влад. Его он получил от своего отца. Этим кинжалом Влад обещал отомстить врагам своей родины Валахии. И вот металл в его руках окроплен кровью. Кровью Лале.       Резкая боль пронзила грудь Аслана. Ничего не понимая, он падает рядом с девушкой. Довольный своей работой бостанджи, радостно потирает руки, предвкушая получение премии от султана или как минимум повышения по службе. Как вовремя этот нахальный рыжеволосый мальчишка отвлекся от борьбы. В противном случае и этого стражника могла бы ждать участь предыдущих. — Вы свободны. Вы свое дело выполнили, — холодно бросил ему Влад.       Стражник спешно заковылял к выходу из сада.       Аслан лежал на земле. Не таким он представлял свой последний бой. Юноша не мог пошевелиться, поэтому только молча смотрел на Лале. Он даже не чувствовал боли. Лале же с горечью в глазах смотрела на Влада. Слабым голосом она спросила его: — П-почему? — Что? Лале, я думал, вы умная девушка и догадаетесь. Я с самого начала рассказал вам, что прибыл в Османскую империю не по своей воле. Поэтому всё, чего я только желал – это месть. Мне нужно было покачнуть авторитет и иллюзию всемогущества правления Мехмеда. Уж если он одну женщину возле себя удержать не смог, как же он со всей империей справится? После вашей измены и такой нелепой смерти, подговорить советников и визиря для свержения Мехмеда не составит труда. Мехмед сгоряча убил племянницу своего отца. Вот это будет новость! — почти с наслаждением проговорил Влад. — Мне жаль, но вы были лишь пешкой в этой игре. Я думал, что подставлю вас, предлагая побег со мной. Тогда я бы написал записку Аслану. Он бы встретился с вами в назначенный час и вас бы схватили, но вы сами решили подыграть мне, поцеловав Аслана. Я был уверен, что, когда приведу Мехмеда к вам, ему достаточно будет лишь одного взгляда, чтобы приревновать вас к Аслану, но вы решили показать ему еще больше… — Прекрати! — закричал Аслан из последних сил. Влад медленно подошел к нему и наступил ему на горло. Аслан начал кашлять и задыхаться, пытаясь спихнуть ногу Влада, передавившую ему шею. Но вскоре сам валах оставил поверженного воина. — Не вмешивайся! — Влад взял небольшую паузу и продолжил. — А вообще… Мне жаль, что так вышло с тобой. У нас похожая судьба. Ты и правда был моим другом.       Лале побледнела, по её прекрасному лицу бежала одинокая слеза. Влад отвернулся от своих бывших друзей и направился в сторону дворца. Девушка до последнего смотрела ему вслед, надеясь, что он обернется. Аслан чувствовал, как жизнь покидает его. С каждой минутой ему становилось все холоднее. В мыслях проносились только счастливые воспоминания. Его отец, учащий его играть в шахматы, вечно шутящий и в тоже время строгий и дающий наставления. Лале. Их первая встреча, веселые игры, ночное купание, танцы, их первый и последний поцелуй… Море брызг вокруг. И наконец холодные горы его Родины. И снег. Много снега. Увидит ли он его снова? Как бы Аслан хотел показать красоту своей страны Лале. Как бы он хотел получить благословение своего отца на женитьбу на ней. Они могли бы быть так счастливы вместе. Но, наверное, не в этой жизни. Пожалуй, только в следующей.       Солнце ярко светило, из цветущего сада раздавалось пение птиц и шелест листвы. Всё было совершенно обыкновенно, как обычно, будто ничего не изменилось. Двое лежали на траве, вокруг не было ни души. Их оставили умирать. Девушка лежала всего в паре метров от молодого человека. Откуда-то из её живота струилась красная кровавая змейка. Он смотрел на неё стеклянным взглядом, будто не понимал, что произошло, и как он мог допустить это. Всё ещё стараясь удержать самообладание, он сделал усилие и зацепившись руками за траву, подполз к ней. Изо рта вырвался непроизвольный стон. Он только сейчас понял, что и его дела могли бы быть получше. Но сдаться он не мог, не сейчас. «Она боится темноты, а значит я возьму её за руку, и мы пойдем вместе. Как прежде… Да, вместе не страшно», — проносились мысли в его голове. Еще один рывок по направлению к ней. Она открыла свои блестящие карие глаза и посмотрела на него так, как утопающий смотрит на плывущий к нему плот. «Почему только сейчас ты смотришь на меня так?» — пронеслась эгоистичная мысль, которую он тут же отогнал прочь. Она была всё так же прекрасна, так юна и наивна, что ему захотелось закричать от беспомощности и несправедливости. «Боже, забери меня, только дай ей шанс пожить ещё хоть немного, побыть счастливой хоть раз».       Она смотрела пристально словно ожидая чего-то. Он сделал то, что делал всегда, когда она грустила — улыбнулся и цокнул языком, словно давая понять, что это еще не конец, они ещё поборются и добьются своего. Улыбка вышла на редкость вымученной, а вместо цоканья из вышел хриплый вздох. Над головой покачивалась ветвь олеандра… Погода выдалась удивительно теплой для середины осени.