Что тебе всего дороже?

— С каких пор ты танцуешь танго?       Распаленная танцем, запыхавшаяся Лайя удивленно смотрела на стоящего перед собой мужчину. В тусклом освещении она внимательно всматривалась в его лицо, будто старалась убедиться, что в темноте никто не подменил ее партнера. Ему снова удалось поразить девушку. В стельку свой парень раскрылся с совсем ему несвойственной, новой стороны. До этого момента Лайя еще могла бы подумать: «где Лео, а где танго?». Но только не теперь. Танец лишь раскрыл таящиеся в характере мужчины черты, внешне угадываемые только через огненный цвет волос и искры, изредка показывающимся в уголках его глаз. Но танго это ведь не только про страсть и желание, но и про ответственность за партнёршу, умение вести и увлекать за собой, поддерживать и уберегать от падений. Лео привычным жестом откинул мешающую челку со лба и тепло улыбнулся, сметая вместе с тем любые сомнения в своей личности. — Я помню, тебе нравилось танцевать, а вот у меня никогда не получалось. А вообще… Было время и желание потренироваться, пока ждал тебя, — Лео ласково потрепал девушку по макушке. «Он научился танцевать ради меня. Или я выдаю желаемое за действительное?» — Лайя уже не понимала, тронул ли ее больше сам танец или это пояснение.       Увидев смятение и легкую грусть, вырисовавшуюся на безупречно красивом лице девушки, Лео вывел ее из равновесия продолжением: — …а учитывая то, как долго я ждал, попробуй угадать, сколько партнерш мне пришлось сменить? - выдержав театральную паузу, он добавил: - Но, поверь, ты-лучшая, — подмигнул рыжеволосый.       Лео хитро улыбался, довольный своей выходкой, и выходил из темной залы, в то время как Лайя вспыхнула, слегка стукнула мускулистое мужское плечо своим кулачком и принялась возмущенно расспрашивать его обо всех деталях, плохо скрывая эмоции.

***

      День тянулся за днем.       Лайя продолжала приводить картины в должный вид. Еще она часто заглядывала в библиотеку в попытке разгадать шифр, который ей оставил Димитрис. Несмотря на то, что реставратор пересмотрела все книги и рукописи, никаких зацепок не удавалось обнаружить. В отчаянии Лайя водила Носферату всюду с собой и разговаривала с ним, как с человеком, в надежде, что он даст какие-то подсказки. Даже Милли искреннее начала переживать за психическое здоровье сестры.       Больше времени чем с Носферату Лайя проводила только с Лео. Их ежедневные встречи тайком стали традицией. Счастливые и окрыленные любовью молодые люди вовсе не замечали, что как бы они не скрывали свои отношения, не заметить их мог только слепой. Тихий шепот, заговорческие взгляды, чуть более явная забота, чем этого позволял простой этикет. Лео был способен превратить любую встречу в незабываемое свидание, а необходимость сохранить их секрет только добавляла огонька. Иногда они «сбегали» из замка в город, ходили по музеям, концертам и просто терялись в узких старинных улочках Бухареста, но чаще они изучали укромные закоулки замка, от множества разнообразных гостиных до крыши, где ни раз сидели в обнимку, наблюдая за звездами. Было холодно до дрожи, но их согревали крепкие объятия и капелька бренди, который парочка медленно цедила из общей фляжки.       Быть с Лео было приятно и уютно. Лайя наслаждалась сладостью влюбленности и комфортом, пока Лео метко угадывал ее желания. Казалось, он знал лучше нее самой, что и как будет правильнее всего. Узнавать его было похоже на чтение давно известной книги. Вот только оказалось, что, читая ее первый раз, девушка пропустила множество важных страниц, каждая из которых была по-своему прекрасна и удивительна. Находясь в его крепких руках, опираясь на твердое плечо, Лайя ненадолго позабыла об обрушившихся на них невзгодах, хотя терзающая мысль о том, что рано или поздно воронка заберет ее с собой, не покидала голову не на секунду. «Стоит ли ему сказать? Когда? Сейчас он так счастлив, может, не стоит говорить и вовсе?» — Девушку мучили все эти вопросы, но она все не решалась рассказать ему, до того момента, пока однажды они не встретились вместе с Лео и Сандрой поздним вечером, основав тем самым своего рода тайное общество.       Реставратор могла доверять только этим двоим. Милли была еще слишком юна, легкомысленна, да и впутывать родную сестру в такие проблемы совсем не хотелось. Влад хоть и создавал впечатление человека непростого, умного и влиятельного, доверить ему свою судьбу во второй раз было бы верхом глупости. Оставались только Сандра и Лео. Они были ее друзьями еще с прошлой жизни, на них точно можно было положиться, к тому же разгадать тайну самой ей было не под силу.       В тот вечер молодые люди собрались в готической пыльной библиотеке поздно вечером. Лайя принесла с собой портрет Димитриса с шифром, какие-то записи от руки, пару книг по истории искусств и телефон, надеясь, что ее соединение с интернетом не прервется в этой глухой местности, и можно будет уточнить некоторые детали в поисковике. Сандра села рядом с огромным блокнотом и ручкой, готовая внимать рассказу и быть полезной. В полной боевой готовности она даже надела очки, превращавшие ее из притягательной спортивной девушки в школьную учительницу. Лео уселся рядом с Лайей, молча и чересчур серьезно для его легкого нрава сложив руки в замок. Реставратор хотела попросить помощи друзей только в расшифровке послания Димитриса, но ей пришлось начать рассказ с самого начала, изложить все факты. Она осознавала, что проклятье времени могло распространяться не только на нее, но и на остальные перерожденные души. А они имели право знать, что происходит. Гробовое молчание стояло несколько секунд после того, как Лайя завершила рассказ. После чего Сандра сделала заключение: — Так значит, ты и правда Лале, а он-Аслан, — она показала на Лео. — Я-Сафие, хотя я это и без тебя знала, а Носферату… Димитрис? — она с недоверием глянула на кота, суетно бегавшего по полу библиотеки. — Выходит, что так, — повела плечами Лайя. — А Нела своего рода ведьма, стоящая на стороне Света. Она способна превращаться в Черную кошку и обращать других людей. Именно она обратила Димитриса, — уточняла детали медиум. — И меня, поэтому я переродился, — подтвердил факты Лео.       Сандра подняла удивленные глаза, в которых уже замер вопрос, почему же Димитрис превратился в кота, а Лео так и остался человеком, но Лайя ответила ей красноречивым взглядом, говорившим: «я все тебе позже объясню».       Поборов в себе любопытство, Сандра улыбнулась: — Всегда видела в тебе что-то кошачье, но боялась сказать, чтобы не обидеть.       В это время Лайя насмешливо почесала у Лео за ушком. Парень инстинктивно прикрыл глаза от наслаждения и только не замурлыкал. Девушки расхохотались. Лео закатил глаза в ответ, но не смог сам сдержать смешка. — Чтобы его обидеть, надо очень постараться, но если уж задел его, то берегись, — лукаво отметила Лайя, смотря то на Лео, то на Сандру, которая вновь обрела серьезный вид. — Хорошо, вернемся к делу. Всего существует семь картин, и по твоим данным семь человек должны были переродиться. Кто там еще был, кроме вышеперечисленных? — допытывалась медиум, готовая записывать имена. — На первом портрете был Хасан, еще одно полотно находится у меня, но я не начала реставрацию, а последняя картина утеряна. Но Нела сказала, что там изображен Мехмед, — ответила Лайя и заметила, что упоминание имени султана вызвало удивление на лице Сандры и негодование у Лео. — Так значит, перерождение произошло у всех, — Лео задумчиво тер подбородок. — Я думал, что родился вновь из-за «подарка» Нелы, но ведь вы обе тоже тут, хотя к ней никакого отношения не имеете. Значит, это картины. — Это картины, — утвердительно кивнула Лайя. — Получается, что у Хасана и Мехмеда тоже есть реинкарнации, просто они могут не помнить прошлой жизни и находиться сейчас, где угодно. — Ты совсем забыла про Влада, — как-то разочарованно добавил рыжеволосый охотник. — Ты хочешь сказать, что он тоже переродился и все помнит? — удивилась реставратор. — Я уверен в этом, как в самом себе. Я лично видел, как ты рисовала его портрет в прошлом.       Лайе стало не по себе. Ее всюду окружали тени прошлого. Более того, убийца, погубивший их с Асланом все еще жив и все помнит! — Но как и почему он переродился? Как он может все помнить? — ужаснулась Лайя. Лицо ее заметно побледнело. — Ты что, Брэма Стокера не читала, фильмов не смотрела? Граф Влад Дракула-вампир! Он бессмертен! — Сандра выпалила это настолько эмоционально, что стала похожа на Милли в этот момент.       Лайя уставилась на медиума, ожидая, что та вот-вот рассмеется этой шутке, но ничего не происходило. Сандра сохраняла спокойствие. Тогда Бернелл повернулась, чтобы посмотреть на Лео, но он только кивал, подтверждая верность рассуждений. — Час от часу не легче, — вздохнула Лайя, откинувшись на стул, и вновь обратилась к Лео. — А ты… как ты жил все это время, зная, что твой убийца на свободе и живет припеваючи? — осторожно, вкрадчиво тихим голосом спросила Лайя.       Сандра машинально придвинулась ближе к рассказчику. История с убийством не стала новостью для нее, но поверить в то, что Аслан простил убийцу своей подруги так просто, казалось невероятным. — Это было нелегко, — начал рассказ Лео, уперев глаза в стол. — В мое первое перерождение, я отчетливо помнил все события в Эдирне. Сад, предательство, убийство — все произошло будто вчера. Я жаждал мести, но, к счастью, в то время покинуть страну и пуститься по всему свету искать Влада не представлялось возможным. Это спасло меня. Прожив еще несколько жизней, я понял, что местью тебя не вернуть, — продолжал Лео, а Лайя незаметно взяла его за руку под столом, помогая рассказывать дальше и коря саму себя за этот сложный вопрос. — Сильное чувство ненависти способно лишь сжечь человека изнутри. Я не мог оправдать Влада, не мог простить, но и винить его вечно, я тоже не сумел, поэтому я решил жить ради света, а не в угоду тьме. Я был уверен, что рано или поздно встречу тебя вновь. Это единственное, что давало мне сил продолжать жить.       Лайя и Сандра молчали, не находя, что ответить. Бернелл не знала, как бы сама поступила на месте Аслана. Его твердый характер, уверенность в собственной правоте и грядущей победе всегда заставляли доходить до конца. Но нужен ли был такой исход? Убийство друга, хоть и предавшего его… Остался бы Лео тем светлым человеком, которого она всегда знала, если бы отомстил? Нет. Лайя знала, что вместе с убийством друга Лео похоронил бы и свою душу.       Разрезая хрупкую тишину библиотеки, голос мужчины раздался снова, продолжая: — Но когда я нашел тебя, все обрело смысл. Значит, все было не зря, — он поднял взгляд и чуть развернулся, смотря прямо в миндалевидные глаза Лайи. — Теперь я не отпущу тебя и сделаю все, чтобы мы были вместе, восполнили те дни, когда были порознь. — Лео, я… — неуверенно начала Лайя. — Я должна кое-что рассказать вам с Сандрой.       Две пары светлых глаз уставились на реставратора, готовые ко всему и, заранее понимая, что то, что девушка им сейчас расскажет, скорее всего, им не понравится. — Эта воронка, которая время от времени возникает возле замка, она пришла из-за того, что кто-то нарушил законы времени. Я предполагаю, что это сделала я, ведь именно из-за моих портретов началась серия перерождений, — откровенно изложила суть Лайя.       Глубоко вдохнув, она со всей серьезностью продолжила: — Воронка может попробовать забрать и вас. Но я этого не допущу. Если я и правда во всем виновата, то время должно наказать только меня.       Сандра испуганно моргала и молчала, в то время как Лео с усилием улыбнулся и сказал: — Лайя, ты еще совсем юная. Твое время еще точно не пришло. Поверь мне, у тебя впереди еще много прекрасных светлых дней. Может, воронка идет не за тобой вовсе, а за кем-то другим… Более морщинистым? Ты об этом не думала? — успокаивал рыжеволосый охотник, но вдруг его улыбка исчезла, а серьезный голос продолжил: — Ну, а если я не прав, и время придет, чтобы наказать тебя, я договорюсь с ним любой ценой. Обещаю тебе, ты будешь жить. Ты-та, кто имеет право на счастье.       Сил на слезы, истерику не осталось совсем. Лайя устала бояться и переживать, поэтому она просто молчаливо положила голову на плечо Лео. Мужчина явно был напряжен, но вместе с ее прикосновением немного расслабился и предложил собеседницам перевести разговор в конструктивное русло: — Сейчас надо подумать, что мы можем сделать. Что посоветовала Нела? — Надо найти все картины. Многое станет понятным, — отчеканила Лайя. — Хорошо, тогда надо скорее найти последнюю, но где она? — спросила Сандра. — Почти уверена, что Димитрис оставил мне подсказку, где ее искать, — ответила Лайя.       Девушка достала картину и показала друзьям найденный шифр. — Я смотрела на него со всех сторон, под разным освещением и ничего… Все, что я вижу, это «ekul 42», а если читать справа налево, то получится «24 luke». — А вот это уже что-то, — заинтересовалась Сандра, притягивая полотно чуть ближе к себе. — Имя и число? Знаешь, что это может значить? — Лайя просияла от отблеска надежды.       Медиум полезла в свою кожаную сумку с народным орнаментом и достала оттуда совсем маленькую книгу. — Когда я вспомнила свою прошлую жизнь, невольно начала о многом задумываться. О жизни, смерти, судьбе, вере. Так что теперь часто обращаюсь к священному писанию, — пояснила Сандра, открывая карманную библию. «24 Luke — Евангелие от Луки, глава 24. Что может быть проще? И как я сама не догадалась? Ходжам-Димитрис-грек, обращенный в христианскую веру. Я даже помню спрятанную у него в мастерской библию. А последнее, где стали бы искать мусульмане Османской империи-христианские писания» — от простоты разгадки и собственной нерасторопности мышления, Лайе хотелось стукнуть по столу, но она сдержалась, а вместо этого начала помогать Сандре быстрее перелистывать страницы библии в поисках нужной главы.       Раскрыв книгу, Сандра вслух прочла: — «В первый же день недели, очень рано, неся приготовленные ароматы, пришли они ко гробу, и вместе с ними некоторые другие; но нашли камень отваленным от гроба», — она сделала паузу, что-то обдумывая, а потом добавила. — Я знаю эту главу. Она рассказывает об Иисусе после казни. Мария Магдалина и другие пришли к Его гробу, но не нашли тела. — Но как нам это поможет? — спросил Лео и тут же попросил. — Продолжай читать дальше.       Сандра сказала правду. Глава действительно была о гробе Господне, но не давала никакой информации о том, где находится последняя картина. Трое сидели в молчании, напряженно обдумывая варианты. Лайя копалась в собственных воспоминаниях. Она думала о Димитрисе и разговоре с Нелой. Девушка бормотала вслух: — Черная кошка сказала, что учитель был человеком в последний раз, после смерти султана. Гроб, камень, смерть султана, портрет Мехмеда, — от раздумий Лайя теребила карандаш в руках.       По мере того, как кусочки пазла собирались воедино, ее взгляд поднимался все выше, и вот наконец реставратор радостно выкрикнула, но почему-то хором с низким, но не менее счастливым голосом Лео: — Полотно находится в тюрбе Мехмеда!       Сандра только улыбнулась: — Партнерство уровня Шерлока Холмса и доктора Ватсона, — она похлопала Лео по плечу, вставая со стула. — Кажется, нам стоит проверить эту версию. Ну, а моя помощь вам сегодня больше не требуется.       Сандра вышла из библиотеки, улыбаясь так многоговоряще, что Лайе стало неловко, а Лео уверенно расправил плечи. — Ну что, я же говорил, что судьба на нашей стороне, — улыбался рыжеволосый, сгребая девушку в охапку, пока свидетелями этому были только книги вокруг. — Давно хотел поехать с тобой в путешествие, чтобы… — Ну-ну, чтобы что? — игриво спросила Лайя. — Чтобы нам там никто не мешал, — Лео оставил несколько лёгких поцелуев на щеках девушки, но вдруг остановился, прислушиваясь. — Что там? — испугалась Лайя. — Кто-то идет. Нас не должны видеть вместе.       Только Лео скрылся за стеллажами, как дверь библиотеки неспешно отворилась, и перед Лайей предстала Нела. Рыжая женщина как-то странно изучающе осмотрела помещение и принюхалась. Лайя без труда узнавала в ней повадки Черной кошки. Видимо, учуяв присутствие Лео, женщина ехидно улыбнулась. — Нела, чем обязана? — реставратор тут же перешла на высокопарную манеру разговора. — Влад хотел бы видеть вас с отчетом и последней картиной на балконе. — Так поздно? Прямо сейчас? — удивилась Лайя. — Прямо сейчас. Вы же не спите, — ответила рыжеволосая дама. — Пройдемте со мной.       Реставратор последовала за Нелой, прихватив по пути полотно.       Лайя робкими шагами вышла на балкон замка. То ли из-за начала зимы, то ли из-за позднего вечера, ветер был настолько холодным, что шаль, накинутая на ее плечи, совершенно не согревала. У перил над обрывом спиной к Лайе стоял Влад, как всегда, в строгом костюме. Мурашки сами собой образовались на спине девушки и покатились волной по ее телу. Она не понимала, вызваны ли они страхом присутствия Влада или холодом вечера. Мысль о том, что Лео слышал от Нелы, куда она пошла, успокаивала. Опасаться Влада сейчас не стоило, но и доверять ему тоже не хотелось. — Ты пришла, — коротко заметил он своим бархатистым голосом, внимательно рассматривая озеро у подножия замка.       Уже обернувшись и окинув взглядом девушку с головы до пят, Влад попросил: — Хотел посмотреть, как ты работаешь. Знаю, осталась последняя картина…       Лайя аккуратно села за приготовленный для нее стул, поставила портрет на мольберт и осветила его несколькими яркими лампами. Через минуту пришла Нела с бутылкой на вид элитного красного вина и двумя бокалами, которые сразу же как по волшебству наполнились рубиновым напитком. Реставратор только недоуменно на нее покосилась. — Для настроения, — пояснила Нела и хитро сверкнула глазами. — Не буду вам мешать.       Необычно тихо, рыжая женщина удалилась, как будто ее здесь и не было. Разложив инструменты перед собой, Лайя снова посмотрела на Влада. При свете луны его лицо казалось сотканным из тонких нитей шелка. В нем и правда было что-то притягательное. Аристократические манеры, холодность, интеллект и загадочность. Лайя поймала себя на мысли, что будь она чуть моложе, возраста Милли, то непременно увлеклась бы именно таким мужчиной. — Убери волосы с лица. Я бы хотел тебя лучше видеть, — его бархатный голос будто проникал под кожу. — Волосы работе не мешают, — хмыкнула Лайя в ответ и увлечённо принялась за работу.       Увидев на полотне кусок темной материи мантии молодого юноши, реставратор ни капли не удивилась, ведь она прекрасно знала, что на этом портрете изображен сам Влад. Брюнет же смотрел очень заинтересованно. Лайя не понимала, чем он интересуется больше, картиной, качеством работы реставратора или ей самой. Несколько взмахов кисти, и девушка начала погружаться в темноту. Почему-то именно сегодня она позабыла об этой своей особенности. Оставаться незащищенной, пребывая во сне, в то время как совсем рядом находится потенциальный враг, казалось безумием. Несколько секунд девушка боролась с видением, увлекающим ее все глубже в подсознание, но ничего не могла поделать. Вскоре Лайя и вовсе расслабилась, позволив пелене прошлого забрать ее с собой.       Лале стояла рядом с Асланом в небольшой зале, дающей начало комнате для приемов. Оба были взволнованы и смотрели куда-то через витиевато сделанное окошко с деревянной резьбой. Девушка смогла разглядеть юношу с колким взглядом и темными, цвета воронова крыла волосами. Влад был еще совсем мальчишкой. Рядом с ним стоял султан Мурад. Вид у обоих был мягко сказать невеселый. — Зачем он его позвал? — на ухо Аслану прошептала Лале. — Меня больше беспокоит, почему султан запретил нам пойти с Владом, — настороженно ответил Аслан.       Оба прислушивались к разговору, но до них доносились лишь отрывки фраз. Однако и их было достаточно, чтобы понять, что знатные валашские бояре-Грэдиши предали отца и старшего брата Влада, предав их тем самым смерти. Лале перестала слышать любые звуки, кроме гулкого биения своего сердца. Лицо Влада становилось все бледнее с каждым словом султана. Когда Лале вновь смогла воспринимать происходящее, мужчина похлопал юношу по плечу, пытаясь успокоить, но тот выкрикнул, что в этом есть и вина самого султана Мурада. Влад выбежал из дворца и скрылся за поворотом. Когда Лале и Аслан поспешили вслед за ним, его уже и след простыл. Друзьям пришлось разделиться: рыжеволосый воин ушел искать Влада у озер, а Лале в восточной части сада. Там девушка редко бывала и так далеко еще ни разу не заходила. Территория была абсолютно пустой и выглядела заброшенной. Когда она хотела повернуть назад, чутье подсказало, что стоит продолжить путь. Пробираясь сквозь каменистые овраги, Лале увидела силуэт друга на горизонте. Это заставило ее ускорить шаг и сорваться на бег. Всегда холодный, не проявляющий эмоций Влад сейчас сидел на коленях на земле, в пыли. Весь вид юноши говорил о том, что он сломлен. Его спина была согнута, руки яростно цепляли землю, а глаза отрешенно смотрели в одну точку. Пытаясь вернуть друга из оцепенения, Лале бросилась прямо к нему и начала обнимать его шею, гладить его плечи. — Влад! Очнись, я прошу тебя! — лепетала девушка.       Но Влад молчал. Неизвестно, как много времени прошло, когда он заговорил слабым, глухим голосом: — Это все их вина, — в его глазах блеснули слезы. — Чья? Грэдиша и бояр? — спросила Лале. — Нет, это все проклятый султан, — Влад сжал кулаки почти до хруста в костях. — Если бы нас с Раду не пленили, отец согласился бы на условия венгров. И тогда, мы пошли бы вместе бороться с Османской империей, и тогда… отец и Мирча были бы еще живы. — Влад, ты не знаешь, о чем говоришь, в тебе говорят боль и обида. Я не виню тебя, ты имеешь на это полное право, — не знала, как утешить друга Лале. Она была племянницей султана и оттого чувствовала и свою вину в случившемся. — Да что ты понимаешь! — закричал Влад и стукнул кулаком по земле так, что клубы пыли разлетелись вокруг.       Лале испуганно отпрянула. Еще никогда она не видела друга в таком состоянии. Его глаза были полны слез и лютой ненависти. — Я отомщу за них! Всем им! Османы поплатятся. И плата будет кровью. Достанется не только султану Мураду. Нет-нет, — он как безумный крутил глазами, заставляя испуганную девушку медленно отступать. — Этот мерзавец-Мехмед, вечно ухмыляющийся о своем превосходстве. Я стану его страшным сном! Я сотру эту ухмылку с его лица. — Влад, перестань говорить эти ужасные вещи. Ты меня пугаешь, — тихо попросила Лале.       Его настолько переполнял гнев, что девушка невольно подумала, что он может что-то и с ней сейчас сделать. Но она отбросила эту мысль и страх, ведь Влад оставался ее другом. Ближе людей, чем он и Аслан у нее попросту не было. Лайя стояла не менее испуганная, чем Лале находившаяся совсем рядом с Владом. Но вот пара друзей начали отдаляться, перед глазами реставратора появилась знакомая темная пелена, свидетельствующая о конце видения. Бернелл уже была готова увидеть знакомый балкон замка, как перед ней выплыла новая картинка. Девушка ухватилась за нее взглядом и притянула, оказавшись в темноте ночи где-то в задней части дворца в Эдирне. Два мужских силуэта виднелись за каменной преградой, миновав которую, Лайя увидела Влада и Ноэ. Ее друг был заметно более спокоен, чем в предыдущем видении, но девушка заметила, что горе легло мрачной тенью на его лице. — Ты обещал помочь мне! — беспокойно говорил юноша. — Да, но у всего есть своя цена, — лукаво отвечал Ноэ, с какой-то дьявольщиной разглядывая Влада. Так смотрит только Дьявол на обещанную ему душу. — Какого твое условие? — смело бросил Влад. — Жертва. Если ты намерен связать душу с Темной стороной, служить ей и получить силу, то должен будешь сначала показать серьезность твоих намерений, — продолжал Локид, кружа вокруг Влада, словно акула вокруг добычи. — Я сделаю все, что потребуется. Мне нужна эта сила. Только с ней я смогу отомстить за свою семью! — Влад почти срывался на крик от переполнявших его эмоций. — Какая жертва тебе нужна? — Ты же из Валахии, так что наверняка знаешь легенду о мастере Маноле, — загадывал загадки Ноэ.  — Знаю, он строил храм, но все время что-то ему мешало. Однако выход был. Ему пришлось пожертвовать тем, что было ему дороже всего, своей беременной женой, которую он заживо замуровал в стене того храма. Жестокое предание… — тихо сказал Влад. — Не более жестокое, чем жизнь, — пожал плечами колдун. — Я понимаю, на что ты намекаешь, но у меня не осталось кого-то, кто был бы мне дорог, — сказал юноша. Лайе показалось, что в голосе его было больше грусти и отчаяния, чем прежде. — Что ж, тогда я сам выберу твою жертву. Что скажешь про… — Ноэ водил пальцем в воздухе, будто пытался отыскать на невидимой карте какую-то точку. — Про твою подругу Лале-хатун. Скажешь, что ничего не чувствуешь к ней? Это ведь она была с тобой здесь с первого дня пленения, это она спасала тебя от нападок Мехмеда и грозных бостанджи. А кто утешал тебя, когда ты узнал о смерти отца?       Лайя могла поклясться, что Влада задели эти слова. Ей захотелось выйти из укрытия, подойти к Владу и обнять. Дать ему то тепло и свет, которого ему не хватало. Ведь именно это толкнуло его на убийство. Чувство, что все еще можно что-то изменить, не покидало ее. Но здравый смысл подсказал, что ее присутствие-всего-то отблеск воспоминаний, ее или Влада. Она не материальна в этом мире, не способна даже быть замеченной другом. Лайя тяжело вздохнула и продолжила наблюдать за диалогом. — Она ничего для меня не значит, — холодно отрезал Влад. — Такая же, как ее дядя Мурад, как и все османы!       Ноэ довольно потер руки и процедил сквозь сжатые в улыбке зубы: — Сейчас вижу, Влад, ты настроен серьезно. Раз так, тебе не будет трудно доказать свою верность Тьме. Убей девчонку и сила твоя.       Последнее, что Лайя увидела перед тем, как ее поглотила пелена, немного испуганный вид Влада. Он даже нервно сглотнул. Но девушка понимала, что этот видимый страх быстро прошел, ведь она знала финал их истории.       Очнувшись, реставратор оказалась в кресле на балконе замка. Видимо, Влад перенес ее, когда она потеряла сознание. Первое, на что обратили внимание глаза девушки-озеро, далеко внизу, уши услышали плеск воды. Нарушая тишину ночи, Влад спросил: — Очнулась?       Лайя невольно вздрогнула и обернулась на звук его голоса. Мужчина выглядел значительно лучше, чем в ее сновидении. «Ты все тот же Влад?» — думала про него девушка, смотря совсем другими глазами. — Да, такое частенько бывает, — ответила Лайя, пытаясь утихомирить стучащее о ребра беспокойное сердце. — Выпейте немного вина. Оно успокоит вас и восстановит силы. Нела долго его выбирала, — предложил Влад, протягивая наполненный бокал.       После увиденного Лайе и правда хотелось забыться. Но терять бдительности она не собиралась. Убеждая Влада в том, что она ему доверяет, девушка сделала большой глоток и замычала от наигранного удовольствия. Вино сладкой горечью разлилось по телу, согревая его. — Нравится? — улыбнулся Влад и сделал шаг вперед, чуть приближаясь к креслу. — Да, очень. Нела разбирается в винах, — признала Лайя, неожиданно для себя находя новые ноты не только в аромате напитка, но и во внешности Влада.       Мужчина сделал еще шаг по направлению к ней. Не контролируя свое тело, Лайя неожиданно встала с кресла. Одобряя эта движение, Влад подошел совсем близко и, чего девушка ожидала в последнюю очередь, схватил ее ладонь, притянул к своим холодным губам и мягко поцеловал. Колкие ясно-голубые глаза мужчины пронизывали насквозь и, как будто спрашивали разрешения на новый поцелуй, но на этот раз в губы. Тело девушки говорило «да», в то время как загнанный в угол разум кричал «нет». Руки, которые должны были дать ему пощечину, повисли как у куклы, рот, который собирался выкрикнуть ругательство растянулся в кокетливой улыбке. Вампир, казалось, загипнотизировал девушку, которая так беспомощно угодила в его капкан. «Почему? Так не должно быть! Это неправильно!» — раздавалось в ее голове, пока губы Влада медленно настигали ее.       Вдруг за колонной показалась какая-то тень. Она на мгновение отвлекла Бернелл от чарующего взгляда Влада. Этого мгновения было вполне достаточно. Лайе почудилась высокая фигура мужчины с волосами такими яркими, как солнце. Образ был настолько сильным и значимым, что сердце зацепилось за него и привело девушку в разумное состояние. «Лео! Я люблю Лео, больше своей жизни. Я обещала, что всегда буду с ним и сдержу это обещание. Один раз его уже предали. Лучший друг и возлюбленная. Я не позволю никому больше ранить его», — размышляя так, Лайя сцепила зубы и с огромным усилием заставила себя скинуть руку Влада со своего плеча. Уверенный в своем успехе брюнет удивленно распахнул глаза.       Лайя тут же отвела взгляд, опасаясь снова быть очарованной. Она отвернулась и из последних сил угрожающе твердо, выделяя каждое слово, сказала: — Никогда, никогда не делай этого со мной.       Лайя зашагала прочь с балкона, оставляя Влада наедине с собственным портретом. Мельком девушка глянула за колонну, там, где только что разглядела образ рыжеволосого мужчины. Но сейчас в том месте никого не оказалось.