Во мраке ночи

По центральным дорогам города туда-сюда снуют кареты и брички. Солнце недавно село, а значит начинается веселье у молодых аристократов. Как только часы пробьют новый час, зазвучит музыка в нескольких обширных поместьях, дающих сегодня званные ужины, выйдут актёры на сцену театра, показывая вечернюю премьеру. Здесь всегда многолюдно, а значит и рождается большинство сплетен: с кем-то случился курьёз, кто-то опростоволосился, кто-то за кем-то влачился, а кто-то кому-то отказал. Но самые загадочные, леденящие душу истории случаются далеко не здесь. Они происходят на городских окраинах, где в трущобах живет чернь и челядь, где процветает преступность, где ночью можно не вернуться домой живым. А если свернуть с главной улицы трущоб в узенький переулок, где из-за сходящихся вместе крыш темно даже днём, можно дойти до неприметной случайному взгдяду двери без каких-либо опозновательных знаков, кроме небольшой царапинки над ручкой. Случайный прохожий её даже не заметит во тьме переулка, потому что секрету двери не нужно лишнее внимание. Сюда приходят лишь те, кто знает его. Человек в тёмной накидке подходит к двери и открывает её своими ключами. Проходит в узкую, но красиво отделанную прихожую, что совсем не характерно для бедных трущоб, и снимает свою накидку, оставляя висеть её на крючке у двери. В гостинной, что видна из прихожей, у дальней стены потрескивает пламя в камине, освещая большие мягкие кресла недалеко от него и добротный дубовый стол чуть поодаль. Меж кресел, на овальном уютном коврике, спал большой чёрный волк. — Эй, Вольф, давай перекидывайся в человека быстрее, — прямо с порога гостинной крикнул вошедший, — Всё прошло по плану. Глупая чернь поверила в историю, что я им рассказал. Они сожгли Охотника вместе с его домом, ребёнок уснул, а значит у нас много дел. Очертания волка зашевелились, расплываясь, превращая зверя в человека. Через пару секунд с коврика поднялось существо, которое было бы похоже на обычного мужчину, если бы не было чёрным настолько, что казалось будто это кусочек непроглядного мрака, выделанный талантливым скульптором. — Поздравляю Вас, Господин, — Вольф склонил голову, — Но могу ли задать Вам один вопрос прежде, чем начну выполнять Ваши приказы? — Можешь, если коротко и по делу, — бросил хозяин, уходя в другую комнату. Это была лаборатория. У каждой её стены стояли стеллажи: у правой — с книгами, у левой — с разнообразными баночками и горшочками, у дальней — с оружием, а в центре был рабочий стол с алхимическим оборудованием. — Что случилось с тем, кого Охотник звал Псом? — Вольф зашёл в лабораторию вслед за хозяином, сосредоточенно перебирающим горшочки на одной из полок. — Может вместе с домом сгорел, может в лес успел удрать. Это не важно, Пёс всё равно не сможет помешать моим планам, — наконец, найдя то, что искал, хозяин победно улыбнулся и достал со стеллажа деревянную шкатулку, покрытую загадочными узорами, и сел за стол, — Принеси мне кинжал с чёрно-красной вязью на лезвии. В алых глазах Вольфа, горящих на фоне чёрного лица страшными огнями, мелькнуло любопытство. Ещё никогда он не видел, что прячет внутри та шкатулка. Практически у всего оружия, что лежит на полках есть какие-нибудь узоры, но обычно это чёрные руны древнего языка. Только у одного кинжала вместо рун вязь, окрашенная красным с одной стороны лезвия и чёрным с другой. Вольф поднёс к его столу, там уже стояли в специальных подставках пять пробирок, выдолбленных из дерева, с чёрными рунами у самого горлышка. В оставленной открытой шкатулке виднелись ещё несколько таких же. Тем временем хозяин взял кинжал и провёл красной стороной лезвия по руке оборотня. — Господин, что Вы… — договорить Вольф не успел. Одно быстрое движение клинком, и на руке оборотня появился глубокий надрез, из раны потекла черная, немного вязкая кровь. Хозяин начал наполнять ею одну из пробирок. — Знаешь ли, Вольф, кровь тени имеет одно очень интересное свойство, которое ты скоро увидишь в действии, — хозяин, наполнив все пять пробирок, провёл по руке чёрной стороной лезвия и рана быстро зажила, словно её и не было, — А теперь, я хочу, чтобы ты, начиная с сегодняшнего дня, обходил по ночам город и нашёл мне пять… — хозяин знал, что кроме него и Вольфа в квартире никого нет и подслушать некому, но всё равно тихо прошептал на ухо слуге то, что ему нужно найти. — Я всё сделаю, Господин, — ответил оборотень и, превратившись в небольшую змейку, отправился выполнять приказ. Как только Вольф ушёл, хозяин достал с полки небольную баночку с порошком из цветов луноцвета и добавил по щипотке в каждую пробирку. Кровь стала красной. Плотно закупорив крышками, человек надёжно закрепил их у себя на поясе и тихо произнёс: — А теперь мне осталось лишь выждать подходящий момент.