По ту сторону Красных Гор

      Ормонд Айронвуд довольно улыбался, когда жених, долговязый черноволосый юнец, встал у алтаря рядом с Инис. Лорд был доволен. Уже близок день, когда он расквитается с выскочками из Солнечного Копья за все беды, что обрушились на его дом со времён Йорика Пятого, последнего короля дорнийцев.       Тесть Ормонда, Виль из Виля, сейчас стоит вместе с другими гостями в септе, а не таится в горах с копейщиками. Рядом стояли Уэллсы, Дринкуотеры и прочие знаменосцы Айронвудов, бок о бок со штормовыми лордами, самым могучим из которых был Джулиан Сванн, тресковыми лордами, знаменосцами жениха, и наемными капитанами из-за Узкого моря.       Произносились молитвы и обеты, потрескивали огоньки десятков высоких свечей и церемония шла, как по маслу. Правда, Инис выглядела взволнованной, ему даже показалось, что на глазах у внучки блеснули слёзы. Андерс, упрямец эдакий, даже посмел сомневаться в том, нужен ли его дочери такой ранний брак. Ормонд, вспылив, назвал сына наивным простаком, не способным смотреть вдаль.       Слова — ветер и данные в час нужды обещания могут обещаниями и остаться. Лорд припомнил сыну Кригана Старка и его хваленый договор, которым тот после Танца Драконов мог разве что подтереть свой волосатый северный зад. Пока оленям нужны их мечи, чтобы свалить Мартеллов, надо успеть взять столько, сколько получится. А уж партии лучше королевского брата и придумать сложно.        — Станнис почти в два раза её старше, — напомнил отцу Андерс.        — Инис не вечно будет ребёнком, — поджав губы, ответил лорд Ормонд. — Потом, никто ведь не заставит её исполнять супружеский долг сразу же после свадьбы…       Сейчас Андерс стоял за спиной дочери, расстегивая застёжку свадебного плаща. Ростом первенец лорда Ормонда немногим уступал зятю, высоченному, как и все Баратеоны, но был несколько шире в плечах. Однажды Андерс унаследует земли и титулы отца, а значит, и власть над Дорном. «Хранитель Песков» звучит скромнее, чем «верховный король Дорна», но Айронвуд знал, где остановиться.       Ему понадобится вся мощь Железного Трона за спиной, чтобы удержать то, что только предстоит вырвать из загребущих лап Мартеллов. Принц Доран мог легко раздавить Айронвуда, не двинься на юг воинства собранные в Просторе, Штормовых, Речных и Западных землях. Впрочем, свой вклад в общую победу лорд Ормонд внёс и не собирался его умалять.       Когда началась война, одна армия во главе с самим Робертом двинулась по Принцеву перевалу против Фаулеров и Манвуди, а для другой лорд Ормонд гостеприимно открыл Каменный Путь, который его предки хранили со времен Века Героев. Пришлось, правда, немного надавить на тестя, поскольку старый Виль привык побаиваться Солнечного Копья и не доверять марочникам.       Айронвуды имели собственные счеты с жителями Марок, но они не шли ни в какое сравнение с тем, что думали о них Вили из Виля. Поэтому лорд Ормонд не позволил тестю долго раздумывать, подсластив горечь тем, что его владения будут расширены. Мартеллы за века завели немало союзников, самыми надежными и влиятельными среди них были Фаулеры, сами в прошлом короли не из последних.       Лучше всего быть щедрым за счёт недругов, а десница обещал поспособствовать такому перераспределению земель, какое Дорн не видывал со времён Нимерии. Кроме того, сир Элдон клятвенно заверял, что не позволит раздавать конфискованные земли пришедшим из-за Красных Гор рыцарям. Эстермонт требовал лишь одно, но очень важное исключение, касавшиеся Солнечного Копья.       Скрипя сердце, лорд Ормонд позволил Солнечному Копью уплыть в руки оленей. Он утешал себя лишь тем, что замок достанется мужу его внучке. Конечно, у Станниса уже был Драконий Камень, но глупо ссориться из-за чешуи ещё живой змеи. Айронвуд и без того слишком много получал от союза с Баратеонами, чтобы пытаться настаивать.       Пожелай лорд Ормонд, свадьбу внучки сыграли бы в столице или хотя бы в Штормовом Пределе, но Айронвуд предпочел свой замок. Он лежал как раз на пути к Солнечному Копью и по меркам Дорна, окрестные земли были достаточно плодородны. Прибывшие с Эстермонта галеи и вооруженные когги по приказу Станниса предусмотрительно захватили Серую Крепость, но опасности с моря не было.       Своего флота у принца Дорана не было, а дружба с тирошийским архонтом стоит не дороже дружбы с любым другим торговым принцем из Вольных Городов. Айронвуд крепко сомневался, что архонт пошлет галеи сражаться с кораблями Баратеонов. Возможно, Тирош еще принял бы беглого принца с детьми…а может и нет.       Приятно дружить с принцем, сестра которого вот-вот станет королевой Вестероса, а его племянник сядет на Железный Трон. Дружить же с принцем, бросающим вызов новому владыке Семи Королевств, дело куда опаснее. Архонта переизбирают каждый год и отец плещущейся в Водных Садах зеленоволосой малышки глава лишь одной из великих семей Тироша. А Тирош не самый могучий из Вольных Городов.       Было, впрочем, то, что внушало лорду Айронвуду большое беспокойство. Визерис Таргариен, мальчик-беглец с Драконьего Камня, жив и где-то скрывается вместе с Виллемом Дарри. Сейчас он слаб и одинок, это так, но прав на Железный Трон у него хоть отбавляй и отпрыск участников трёх восстаний в поддержку Блэкфайров прекрасно понимал, что за угроза может вызреть из одинокого принца.       В письмах деснице лорд Ормонд осторожно упомянул об этом, но Эстермонт не понял или не захотел понимать. Все же лорды к северу от гор изрядные чистоплюи и любят порассуждать о том, что яд оружие женщин, евнухов и дорнийцев, не гнушаясь порой устроить такое, что не пришло бы в голову самому безумному Уллеру.       Точно также они любят посетовать на ненадёжность иноземных наемников, охотно вербуя их при необходимости. Лорд Ормонд успел понять немало, пока жил в Королевской Гавани в качестве гарантии верности своего отца. Дед и отец Эйриса рассчитали верно и когда армия во главе с десницей Джейхериса Второго сражалась с Мейлисом Блэкфайром, Айронвуды вели себя очень тихо.       Возвращаясь домой, молодой Ормонд ничего не забыл и ничего не простил. Не простил Айронвуд и смерть отца от руки Красного Змея. Жалкие оправдания Мартеллов не могли скрыть того, что Оберин извел ядом своего противника, не сумев одолеть в честной схватке. Дерзкий мальчишка отлично знал, на что шел, соблазняя любовницу лорда Эдгара.       Тогда Мартеллы были слишком сильны и за их спиной слишком отчётливо проглядывал силуэт дракона, чтобы лорд Ормонд мог рассчитывать на справедливость. Быть может, с точки зрения других вестероссцев, стычка его отца и Красного Змея походила на ссору из-за шлюхи в борделе, но для Дорна посягнуть на фаворитку лорда лишь немногим лучше соблазнения его жены.       Что бы ни говорили за горами о распутности дорнийцев, подобные оскорбления было принято смывать кровью. Поединка было не избежать, но отец, памянуя о непростых отношениях с Железным Троном и Солнечным Копьем, собирался лишь «немного поучить мальчишку манерам». Что двигало Оберином, глупость или злоба, но принц явно относился к поединку иначе.       Иногда Айронвуд думал, что Мартелл мог мечтать спровоцировать Айронвудов на мятеж. Если так, то Оберин ошибся. Лорд Ормонд принял извинения Солнечного Копья и притворился, что верит в трагическую случайность произошедшего. Айронвуд терпеливо ждал, пока не выпал удобный случай и уж тогда не медлил. Семеро явили свою справедливость, позволив ему расплатиться с врагами его дома сполна.       Придёт черед и Фаулеров, история вражды с которыми ещё дольше. Когда и они падут, прочие дома Дорна смогут лишь скрежетать зубами в бессильной ярости, преклоняя колено перед Хранителем Песков. Указы, дарующие Айронвуду власть на землях от Красных Гор до Летнего моря, давно подписаны, а значит, им придётся выбирать, присягнуть Роберту и лорду Ормонду или потерять все.       Для друзей же и для тех, кто вовремя поймёт, что дело Мартеллов не стоит и медного гроша, Айронвуд будет щедр и справедлив. Пришедшие из-за гор рыцари уйдут, а он останется и будет править Дорном, как король, во всем, кроме титула. Не всем Дорном, не следует забывать о Солнечном Копье, но едва ли член Малого Совета и мастер над кораблями надолго задержится в южных землях после победы...       Септон высоко поднял свой кристалл, озарив новобрачных радужным светом.        — Пред ликами богов и людей торжественно объявляю Станниса из дома Баратеонов и Инис из дома Айронвудов мужем и женой. Одна плоть, одно сердце, одна душа отныне и навеки, и да будет проклят тот, кто станет между ними.        — Да будет так, — чуть слышно прошептал лорд Ормонд.