Гарри Блэк: Возрождающаяся тьма. Книга II.

POV Ремус Люпин

      Сердце Ремуса наполнилось яростью при известии о том, что имя Гарри вылетело из Кубка. Он беспокоился за своего племянника с момента нападения на Чемпионате Мира, которое привело к неоценимому количеству жертв среди мирного населения, и Ремус хорошо знал, что эти потери Гарри воспринимал близко к сердцу. Он видел это на лице мальчика в ту ночь, когда тот спустился из своей комнаты после, очевидно, приснившегося кошмара и сел возле огня. Это было слишком тяжёлым бременем для любого, чтобы нести его в одиночку, а плечи Гарри и без того не были легки. Ремус вздохнул, отложив книгу в сторону, и встал на ноги, разминая затёкшую спину. Он знал, что ему придётся стать оплотом успокоения, и, учитывая вены, неистово пульсирующие на лбу Сириуса, Ремус понял, что это будет задача не из лёгких.       Ремус провёл рукой по каштановым волосам, чувствуя, как сильно они отрасли с начала летних каникул. Из своих мыслей его вывел неожиданно раздавшийся хлопок, наполнивший всю комнату, и внезапно перед ним оказалась Нарцисса, лицо которой было бледным как полотно. Она выглядела испуганной, и, хотя Ремусу особо не было дела до этой женщины, он всё равно подошёл к ней, аккуратно сжав плечо.       — Нарцисса… Нарцисса. Ты здесь в безопасности, всё в порядке.       — Я в порядке. Да, да, я в порядке, — сказала она дрожащим голосом.       Из кухни вышел мужчина с такой улыбкой на лице, которая могла принадлежать только Теду Тонксу, но, когда он прошёл в комнату, на его лице пролегла тень озадаченности.       — Что это был за шум? Всё в… Нарцисса? Что ты здесь делаешь? Ты неважно выглядишь.       Ремус неуклюже стянул пиджак и накинул его на плечи Нарциссы. Он наблюдал за тем, как она схватилась за ткань, прижимая пиджак ближе к своему дрожащему телу. Если бы женщина не выглядела такой испуганной, Ремус, возможно, посмеялся бы над тем, что жена Люциуса Малфоя надела его потрёпанную одежду. Он подозревал, что это был первый раз, когда Нарцисса надела что-то не из тонкого шёлка, но тот факт, что её это, похоже, не волновало, означал, что произошло что-то серьёзное. Тед бросился на кухню и спустя несколько мгновений вернулся с чашкой горячего чая.       — Выпей это, — Тед протянул ей чашку, мягко улыбнувшись. — Тебе станет легче.       Ремус с грустью наблюдал за тем, как Нарцисса нетвёрдой рукой поднесла чашку к губам, затем попыталась отпить, но чай, казалось, больше попадал на её платье, чем в рот. Она опустила чашку, её руки сильно дрожали, и Ремус быстро наложил очищающее заклинание на платье Нарциссы и заговорил с таким сочувствием, на которое только был способен:       — Нарцисса, что случилось? Ты ранена?       Нарцисса молчала, и он увидел, как её взгляд остановился на его руке. Он прикрыл глаза, зная, что злиться бесполезно, и убрал руку с её, но, к большому удивлению, Нарцисса крепко схватила его за запястье. Позволив нескольким слезинкам скатиться с глаз, она отпустила его, и принялась вытирать щеки.       — Люциус… Он недавно вернулся из поездки. Я рассказала ему о том, что произошло, и он сообщил мне, что уже получил письма с новыми приказами. Тёмный Лорд велел вернуть дневник, который он вверил ему много лет назад, в место, куда письмо телепортирует его в течение часа. Но, по словам Люциуса, дневник был уничтожен, и, когда он вернулся с места встречи, он выглядел так, словно находился при смерти. Я уверена, что он неоднократно подвергался Круциатусу. А когда он проснулся, то велел мне найти в библиотеке книгу «Сборник. Потерянные души», он утверждал, что она поможет ему вернуться в милость Тёмного Лорда. Вот только если она и была в нашей библиотеке, то сейчас её там нет.       Ремус снова почувствовал хватку на своём запястье, и страх, видневшийся в глазах женщины, словно хлынул в него самого.       — Когда я сказала об этом Люциусу, он заявил, что если мы не сделаем хоть что-то, чтобы вернуть Его милость, Тёмный Лорд, не колеблясь, убьёт нас. Очевидно, чем бы ни был тот дневник, его уничтожения было достаточно, чтобы убийство Люциуса стало более желанным для Тёмного Лорда, чем связи с министром. Тёмный Лорд никогда не был снисходителен, и, зная моего мужа, это лишь вопрос времени, когда он совершит ещё одну ошибку. Я… Я не знаю, что делать.       — Посмотри на меня, Нарцисса, — твёрдо сказал Ремус. — Мы дали слово, что сделаем всё возможное, чтобы защитить тебя и твоего сына. А мы держим свои обещания, — Нарцисса посмотрела на него со странной смесью замешательства и восхищения. — Нам нужно найти способ вернуть Люциуса в милость Волан-де-Морта и также отвадить от тебя Пожирателей Смерти. Первый вариант — найти эту книгу, и сначала мы начнём с нашей библиотеки. Если она относится к тёмной магии, то получится найти её копию. Если и это не удастся, то мы запланируем собственную засаду. У нас у всех будут предметы-порталы для побега, но информация о нашем местонахождении будет достоверной. Это будет выглядеть так, будто у Люциуса есть источник информации в Ордене, и это само по себе невероятно полезно для Волан-де-Морта, к тому же, тогда Снейп уже не будет так хорош в своей роли.       — Вы… Вы подвергнете свои жизни риску, чтобы защитить мою семью? — спросила Нарцисса, изумлённо вздохнув.       — Ты — сестра Андромеды, — сказал Тед, — я люблю эту женщину, и она любит тебя. Моя задача как её мужа — обеспечить твою безопасность, хотя Доре в этом участвовать я не позволю, если до этого дойдёт. Даже у меня есть свои пределы.       — Мне не нравится твой муж, — спокойно произнёс Ремус. — Уж точно не после того, как он помог продвинуть это Чистокровное безумство в Министерство, что только усугубило моё положение. Тем не менее, мы согласились защищать тебя, что и будем делать. Если мы не сохраним нашу честь, то будем не лучше тех чудовищ, против которых боремся.       Звуки неуклюжего шарканья донеслись со второго этажа, и, прежде чем Ремус успел сориентироваться, по лестнице стремительно спустилась Андромеда, направившаяся сразу к сестре, а за ней медленно следовали Сириус и Эммелина.       — Цисси, с тобой всё хорошо? — спросила Меда, осматривая младшую сестру на предмет видимых травм. — Что случилось?       Ремус поймал отчаянный взгляд Нарциссы и с тяжёлым вздохом принялся пересказывать историю новоприбывшим, и каждый из них к концу рассказа имел напряжённое выражение лица.       — Честное слово, — сказал Сириус, который, похоже, взял себя в руки после новостей о Гарри, — то одно, то другое. Нам с Ремусом необходимо отправиться в Хогвартс через несколько минут, чтобы поговорить с Дамблдором, так что, может быть, ты поищешь книгу, дорогая?       Эммелина вздохнула.       — Ты так мило разговариваешь, когда нужно дать мне какое-то поручение, Бродяга. Думаешь, я не заметила? — Эммелина улыбнулась, когда Сириус неловко ухмыльнулся. — Ладно, ладно, я поищу. Просто дай мне знать, как там Гарри, когда вернёшься, ладно?       — Торжественно клянусь, — усмехнулся Сириус, заставив Ремуса покачать головой, а затем снова вернуть своё внимание к подавленной женщине, стоящей перед ним.       — Ремус, я… — начала Нарцисса. — Я знаю, что не имею права просить тебя об этом после всего, через что мой муж, прямо или косвенно, заставил тебя пройти, но, если это возможно, я хотела бы побольше узнать о твоём состоянии, я…       Ну, конечно, когда кто-то из их близких заболевает, то это становится состоянием, а не признаком того, что человек является грязной полукровкой. Ремус почувствовал, как его ладонь сжалась от ярости, но, увидев то отчаяние, что плескалось в глазах Нарциссы, он вздохнул:       — Хорошо, когда я вернусь, я отвечу на все вопросы. А пока нам с Сириусом нужно удалиться.       — Да, конечно, — сказал Нарцисса, опустив глаза. — И, Ремус… Спасибо.       Он кивнул, а затем переглянулся с Сириусом, который послал ему понимающий взгляд. Они подошли к камину, как только часы пробили шесть, и, взяв щепотку летучего пороха, проговорили:       — Хогвартс, кабинет директора!

***

POV Сириус Блэк

      Сириус был бесконечно рад тому, что неловкость между ним и Эммелиной наконец развеялась. Что-то между ними изменилось, пустив корни и сметая всю неопределённость на своём пути. Это было нечто большее, чем фруктовый аромат её волос, который завладевал им, когда он спал рядом с ней. Большее, чем хриплый голос, который он имел честь слышать по утрам. И, уж точно, большее, чем вкусные завтраки, который он так полюбил только благодаря ей. За что Сириус больше всего был благодарен ей, так это за то, что она понимала его так же, как Ремус и Джеймс. Он чувствовал себя комфортно, открываясь Эммелине, и был благодарен тому, что она была рядом с ним, когда он услышал новости о Гарри.       Да, Сириус всё ещё кипел, когда они направлялись в Хогвартс.       Безопасное место, чтоб его… В моей заднице и то безопаснее.       Гневные мысли круговоротом вертелись в его голове, но ему повезло, что рядом с ним была столь успокаивающая сила, которая не давала ярости перелиться через чашу его разума. Когда изумрудное пламя охватило и его, и Лунатика, Сириус в последний раз проверил карманы, чтобы убедиться, что подарок на месте, и крепко сжал его, не желая отпускать.       Ноги Сириуса коснулись земли, и тяжёлый стук заполнил комнату, когда он, так элегантно, насколько мог, выбрался из камина в кабинете директора.       — Мягко приземлился, Бродяга, — услышал он тёплый голос своего крестника, но прежде, чем смог хоть что-то ответить, мальчик крепко обнял его, и Сириус улыбнулся, обняв его в ответ.       — Ах, мисс Гринграсс, рад снова вас видеть, — раздался голос Ремуса. — Надеюсь, Гарри не доставил вам слишком много хлопот.       — Если вы послушаете его рассказ, то поймёте, что, похоже, хлопоты сами находят его, — Дафна улыбнулась, а затем, повернувшись обратно к директору, на её лице снова воцарилось привычное пассивное выражение. — Но после вчерашних событий я, кажется, начинаю ему верить.       Радостная энергия, царившая в комнате, исчезла, словно их окатили холодной водой из ведра, и в комнате воцарилась смертельная серьёзность и напряжённость. Сириус кивнул, сжав плечо своего крестника.       — Полагаю, нет смысла ходить вокруг да около. Ну, Альбус, — сказал Сириус, твёрдо глядя на Дамблдора, одетого в мантию отвратительного пурпурного цвета, — расскажи нам обо всём, что ты знаешь.       Сириус внимательно слушал, вникая в историю недавних событий, в информацию, которую Грозный Глаз получил от людей, которых считал возможными подозреваемыми, называя Каркарова главным, но Сириус не сбрасывал со счетов и Снейпа как возможного виновника произошедшего. Для него всё было очевидно, единственная загвоздка заключалась в том, кто «убедил» Кубок выбрать Гарри, и идейным вдохновителем всего этого плана, по мнению Сириуса, мог быть только один человек — Волан-де-Морт. Другого варианта не было. Особенно учитывая информацию Нарциссы о том, что Волан-де-Морт становится всё сильнее, и из всех людей, которые желали избавиться от Гарри, он был первым в списке.       Сириус повернулся к Гарри, и у него защемило в груди от того, как измождённо выглядело лицо мальчика. На мгновение он задумался о том, чтобы оградить Гарри от того, что Сириус узнал от Нарциссы, он знал, что мальчик заслуживает хороших новостей, и всё же понимал, что сокрытие информации лишь усугубит ситуацию. Сириус прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на своих мыслях.       — У нас есть кое-какие новости. У нас есть конфиденциальный свидетель, который с точностью утверждает, что побег заключённых из Азкабана был организован самим Волан-де-Мортом. Освобождённые Пожиратели Смерти снова заняли его сторону. Хотя его нынешние цели пока точно неизвестны, мы знаем, что он занял временное тело, которое оказалось достаточно сильным, чтобы произвести рейд в Азкабан, хотя оно всё же далеко от совершенства. Мы знаем, что Пожиратели ищут книгу, которая когда-то принадлежала Малфоям, но мы не имеем представления, что за информация в ней содержится. Эммелина и Андромеда сейчас осматривают нашу библиотеку, чтобы найти копию. Ремус, как там называлась книга?       — «Сборник. Потерянные души», — сказал Ремус, и неожиданно со стороны раздался протяжный вздох Дафны.       Все присутствующие в кабинете повернулись к ней.       — Я укра… одолжила эту книгу у Малфоев на Рождество, — сказала она, широко раскрыв глаза. — Мерлин! Надеюсь, никого не убили из-за этого?       — Нет, никого не убили, но то, что книга находится у тебя — просто фантастика, — ухмыльнулся Сириус. — Ты её случайно с собой в Хогвартс не взяла?       — Нет, я… — затем Дафна стыдливо опустила глаза. — Я помню, что, когда мы уезжали из замка, я положила её в сумку Астории, потому что моя была полна. Я сомневаюсь, что она вынула её до приезда домой, а это значит, что, скорее всего, книга сейчас находится в библиотеке моей семьи.       — Значит, в настоящее время она попала в руки подозреваемого Пожирателя Смерти, — со вздохом произнёс Гарри, а затем потянулся к руке девушки, мягко сжав её, словно давая понять, что он не винит Дафну.       — Сириус, должен признать, что информация очень подробная, — сказал Дамблдор. — И кто же твой информатор?       — Я не буду разглашать эту тайну.       — Сириус, пожалуйста, я должен знать, возможно, координирование твоего источника и Северуса поможет…       — Оставь Северуса своим источником информации, — рыкнул Сириус. — Я лучше буду доверять своему кроту, чем этому скользкому мерзавцу. Мы заключили сделку с моим информатором, и то, что ты посвящён в это, не является её частью. Если появится что-то полезное, то я сообщу, но его личность не твоё дело.       — Сириус, ты должен осознать причину, я знаю, что у нас были моменты недоверия в прошлом, но ты должен понять, что держать подобную информацию в секрете — неразумно.       — Забавно слышать это от тебя, Альбус, — твёрдо произнёс Сириус. — Послушай, я не могу доверять тебе, но я уважаю твою силу, поэтому со всем почтением прошу тебя принять моё решение о том, что до тех пор, пока не потребуются дальнейшие действия, личность моего информатора останется скрытой настолько, насколько это возможно. Любое разоблачение может поставить его жизнь под угрозу, а я не готов жертвовать людьми ради общего блага так, как ты, Альбус. На этот раз ты — советник, и, хотя я не доверял тебе и раньше, тот факт, что Гарри снова попал в опасность, лишь ещё больше подмочил твою репутацию в моих глазах. Если бы не важность миссии, я бы забрал своего крестника из Хогвартса ещё в прошлом году, но, к сожалению, возможности и силы моих людей, которые могли бы подготовить его к противостоянию Пожирателям Смерти и Волан-де-Морту, недостаточно велики. Мы на одной стороне, Альбус, но мы не друзья. Ты должен помнить, что, пока Гарри обучается в школе, я являюсь заместителем лидера Нового Ордена, и это моё решение — сохранять информацию в тайне.       — Что ж, хорошо, — произнёс Дамблдор с отвращением, отчётливо слышащимся в его голосе, — пока оставим эту тему, поскольку на данный момент это не тот вопрос, который следует обсуждать в первую очередь, — Дамблдор снова посмотрел Сириусу в глаза: — Однако я надеюсь, что ты передумаешь. А пока, Аластор, будьте так любезны рассказать обо всей информации и полученных теориях о том, как имя Гарри могло попасть в Кубок.       Сириус повернулся к Грозному Глазу; на мгновение даже он задрожал под взглядом седовласого человека, и когда Сириус почувствовал огромный поток магии, исходящий от Грюма, его уважение к нему, как к Мракоборцу, значительно возросло. Сириус внимательно слушал, как Грюм излагал о событиях в поразительных подробностях, упоминая всё — от возмущения Чемпионов других школ до обзывательств в сторону Гарри. На какую-то доли секунду Сириус испытал злость, но реакция его крестника, который посмеялся над этим, несколько успокоила его. Однако всё закончилось на мрачной ноте: что бы они ни подумывали сделать, Гарри был вынужден по магическому контракту участвовать в этом Турнире Смерти.       Сейчас ему, как никогда, хотелось разбить Кубок вдребезги, но, вспомнив измученное лицо Гарри, он понял, что сохранять хладнокровие было крайне важно. Не только для Гарри, но и для защиты собственных секретов от Дамблдора. Он, Ремус, Андромеда и Тонкс прошли базовую подготовку по искусству Окклюменции с Тедом, который помнил все подробности со времён работы над исцелением разума. Однако, учитывая взрывной характер, любое проявление гнева могло разрушить его и без того хрупкую Окклюменцию.       — Ладно, — вздохнул он. — Какая у нас самая лучшая версия?       — Лучшая, — трубно усмехнулся Аластор, — лучшей нет и не было. Всё это сплошной дурдом, но если бы мне пришлось гадать, судя по тому, что почерк явно не Поттера и на пергаменте не было названия школы, то я бы поставил на то, что кто-то использовал заклинание Конфундуса на Кубке, заставив его поверить, что существует четвёртая школа. Что касается мотива, то, к сожалению, с учётом всей информации, этот план просто провонял присутствием Пожирателей Смерти.       — Я всё понял, — торжествующе сказал Сириус, его гнев яростно боролся с вынужденной Окклюменцией. — Видимо, у нас нет другого выбора, кроме как ждать и смотреть, что произойдёт, — он резко повернулся к своему крестнику: — Гарри, к сожалению, лучшее, что мы сейчас можем сделать, это продолжать собирать информацию. Сейчас атака не планируется точно, но ты должен оставаться бдительным, — Сириус слабо улыбнулся, доставая из кармана подарок. — Я хочу, чтобы ты всегда носил это с собой. Это контактное зеркало, которое позволит нам говорить в любое время, когда захотим. Оно позволит тебе оперативно узнавать всю информацию, и, обещаю, я не успокоюсь, пока мы во всём не разберёмся. Главное держись, ладно, малыш?       Сириус наблюдал за тем, как Гарри посмотрел в зеркало, другой рукой всё ещё держа руку Дафны, и впервые за несколько недель Сириус увидел улыбку на лице мальчика.       — Конечно, я буду держаться, в конце концов, ты и Ремус тренировали меня. Я уже сражался с Пожирателями и выжил, и никакой Кубок меня не убьёт, клянусь.       — Мой мальчик, — сказал Сириус с тёплой улыбкой. — Я бы остался подольше, малыш, но долг зовёт домой. Я дам тебе знать, как только мы узнаем что-то, а пока мы будем узнавать, что именно нужно Волан-де-Морту в той книге. Дафна, было бы хорошо, если бы ты нашла способ достать её для нас.       И Дафна, и Гарри кивнули, наполняя Сириуса гордостью, а затем он положил руку на плечо крестника, слегка потрепав:       — Я горжусь тобой, сынок, и я рад, что ты не позволяешь негативным мыслям утянуть себя вниз. Я люблю тебя, Гарри, и если что-нибудь тебе понадобится…       — Я знаю, Сириус, — слегка усмехнулся он. — Я тоже тебя люблю.       Сириус улыбнулся, бросив последний взгляд на Гарри и Дафну.       Они так похожи на Лили и Джеймса. Уверен, они гордились бы им.       И с этой короткой передышкой, подарившей счастье, Сириус снова нырнул в камин и исчез вместе с Ремусом в изумрудно-зелёной вспышке.

***

POV Гарри Поттер

      Гарри устало лежал на своей кровати с балдахином, глядя в потолок, пока мысли в его разуме мчались со скоростью света, прокручивая разговор, состоявшийся в кабинете Дамблдора. Ему хотелось, чтобы Сириус рассказал о том, кто его крот, но он понимал, почему этого не следует делать, учитывая, что Дамблдор постоянно лезет в его голову во время занятий.       И всё же, как бы он ни старался, одна тема завладела его разумом.       Он вернулся. Я думал, у меня будет больше времени. Готов ли я к этому? Как скоро начнётся война?       Гарри хлопнул себя ладонями по щекам.       Сосредоточься, Поттер. Шаг за шагом. Сначала мне нужно исследовать разум Волан-де-Морта и попытаться найти, где он спрятал крестражи. Затем я должен отыскать и уничтожить их. Только после этого я смогу сосредоточиться на битве с ним, иначе я не смогу окончательно избавиться от него.       Неожиданно в его голове раздалось эхо сомнения.       Ты не знаешь, что делаешь? Ты всё ещё слаб и убьёшь всех, кого любишь. Тебе следует прислушаться к тем, у кого больше опыта. Один ты бессилен.       — Заткнись, — вслух произнёс Гарри, покачав головой. — Я не один и могу это сделать, я был рождён для этого, я был рождён, чтобы убить его.       Гарри заставил свой разум бороться с опоясывающим его чувством сомнения. Каждый вдох, который он делал, чтобы успокоиться, сначала ощущался как огонь, норовящий сжечь его лёгкие, но как только он сложил руки на животе и стал входить в медитативное состояние, Гарри почувствовал, что сердцебиение начало замедляться, а дрожь в теле утихла. Он потянулся к прикроватному столику, доставая зеркало, и уставился на своё отражение.       Я не могу позволить себе так оступаться. Помни о своей цели, Поттер, ты живёшь, чтобы отомстить за них, отомстить за всех, кого Он убил, включая маму и папу. Оставайся сосредоточенным. Я был отмечен как равный ему, и хотя я не знаю, что это значит, но если это правда, то я могу убить его. Нет… Я убью его и не позволю ему забрать кого-то, кого я люблю. Клянусь.       Внезапно Гарри почувствовал тепло, исходящее от зеркала, и, уставившись в стекло, отражение которого было окутано туманом, он прошептал:       — Сириус? — к его великому удивлению, туман начал рассеиваться, и его лица больше не было видно в зеркале, вместо этого копна ярко-розовых, как жвачка, волос заполнила раму, и Гарри увидел тёплую улыбку Тонкс.       — Малыш! — Тонкс улыбнулась. — Я слышала, что Сириус дал тебе коммуникационное зеркало. Он не хотел давать его мне, потому что думал, что я его сломаю, но я успела его стащить, пока они с Ремусом устраивали ещё один скучный разговор, — Гарри улыбнулся, а затем улыбка на его лице померкла, когда тон Доры стал серьёзным: — Я слышала про инцидент с Кубком, как ты справляешься, братишка?       — Я уже серьёзно подумываю о том, что судьба глумится надо мной, постоянно пиная по яйцам, — вздохнул Гарри. — Но, думаю, мне наконец-то удалось отбросить негативные мысли в сторону. Я же сражался с Пожирателями, что такого страшного будет в обычном дружеском соревновании, верно?       Тонкс слабо улыбнулась ему.       — Я знаю, что ты пытаешься не падать духом, но пообещай не быть беспечным, ладно? Ты сильный, Гарри, и легко можешь сравниться со своими соперниками, но даже великого волшебника можно победить, если застать его врасплох.       — Я знаю. Но я не думаю, что сидеть, утопая в страхе — это лучшая идея.       — В этом ты прав, — кивнула Тонкс, а затем осмотрелась по сторонам. — Слушай, технически это против правил, и Чемпион не должен знать, с чем он столкнётся во время испытаний, но, по правде, мне плевать. Я знаю только о первом задании, так как я одна из Мракоборцев, которые будут присутствовать в Хогвартсе для обеспечения безопасности, — Гарри кивнул, и Дора продолжила: — Тебе придётся забрать яйцо с арены. Яйцо будет защищаться зверем пятого класса опасности, и сама арена будет меняться в зависимости от существа. Первое существо — дракон, стандартная арена, я не знаю, кто это будет, но знаю, что справиться с ним сложно.       — Дракон, — произнёс Гарри, потирая лоб. — Точно! — его глаза широко распахнулись. — Я помню, как дядя Тед говорил о них, как безумный, пару недель назад.       — Это ещё не всё, — сказала Тонкс. — Также будет арена горного хребта, на которой разместится Химера, лесная арена для Акромантула, и, наконец, похожая на болото для Рогатого Змея, — она слабо усмехнулась и продолжила: — Я хочу, чтобы ты внимательно слушал, хорошо, Гарри? Я собираюсь отправить тебе свои заметки со времён обучения через Кикимера, поскольку в Хогвартсе ты не найдёшь книг, где описывались бы методы борьбы с Химерой и подобными, поэтому важно, чтобы ты хорошо изучил информацию, которой я поделюсь с тобой.       Гарри кивнул.       — Спасибо, Тонкс. Если честно, я немного устал, это был очень долгий день, и я не уверен, что долго смогу держать глаза открытыми.       — Всё в порядке, — беспечно бросила девушка. — Завтра утром первым делом я отправлю Кикимера с информацией, — они обменялись улыбками. — Гарри, я… ай, неважно, — а затем Тонкс собралась с силами. — Просто хорошо спи и усердно учись, ладно? Я люблю тебя, малыш.       — Ещё немного и я расплачусь, Тонкс, — слегка усмехнулся Гарри. — Я сделаю всё, что в моих силах, и я тоже люблю тебя.       Тонкс кивнула и помахала ему рукой на прощание, а затем зеркало сразу же вернулось в своё привычное состояние.       Гарри откинулся на спину, глядя в потолок и чувствуя, как глаза начинают медленно закрываться.       То одно, то другое. Но, по крайней мере, на этот раз я не буду действовать вслепую, мне просто нужно сохранять спокойствие, я знаю, что смогу это сделать.       Кажется, мне нужно сообщить об этом Седрику. Это будет справедливо.       И с этой мыслью он провалился в сон.

***

POV Майкл Корнер

      Майкл чувствовал себя несколько странно, завтракая в их логове, особенно учитывая, что оно было практически полностью переполнено. Но то, что он увидел в глазах Гарри, когда попросил его о смене места, буквально кричало о том, чтобы Майкл даже не думал об этом, по крайней мере, ближайшее время. Когда Кикимер исчез с последними тарелками, Майкл не мог оторвать взгляда от Гарри, и было ясно, что такой он был не один.       — Ладно, Грач, — сказал Майкл, используя «мародёрскую» кличку своего друга. — Ты позвал нас сюда, и я вижу, что ты не разбил в кровь своё лицо, увлёкшись подготовкой, так что, я предполагаю, тебе есть, что нам сказать.       — Так и есть, Бодрячок, — сказал Гарри, с дразнящим взглядом вытаскивая из своей сумки стопку пергаментных листов, скреплённых между собой в нечто, напоминающее маггловские тетради. — Вот, я хочу, чтобы вы все взглянули на это.       Майкл протянул руку, забирая часть пергамента, и, увидев содержимое, его мысли пустились в хаотичный бег.       Заметки? О драконах? И это почерк Тонкс… Что происходит?       Гарри прочистил горло, и внимание Майкла снова вернулось к нему.       — Я позвал вас всех сюда потому, что мне нужна помощь. Я не ожидал, что у Тонкс будет так много заметок, и я не уверен, что смогу совмещать чтение и учёбу в классах, чтобы подготовиться к первому заданию.       — Раз у тебя есть заметки, то ты имеешь представление о том, что будет на первом задании, это так, Гарри? — спросил Невилл, забирая другие заметки.       — Не просто представление, — мрачно ответил Гарри. — Тонкс нарушила правило и рассказала мне, что будет. Мне придётся забрать яйцо у существа пятого класса, — в комнате стало холодно, и он услышал испуганный вдох, сорвавшийся с уст Астории. Скорее всего, это из-за того, что она была хорошо осведомлена об опасности, представляемой существами пятого класса. Гарри мягко улыбнулся девочке и затем продолжил: — Есть четыре вероятных чудовища: Химера, Дракон, Акромантул и Рогатый Змей. Арена будет меняться таким образом, чтобы каждый зверь имел большее преимущество.       — Ты серьёзно? — зло спросила Дафна. — Люди в Министерстве совсем с ума посходили? Я думала, они стремятся избежать повторения тысяча семьсот девяностых годов. Это какое-то безумие!       Майкл согласно кивнул, но Гарри продолжил:       — Послушайте, да, это глупо и несправедливо, и я просто киплю от злости, но то, что я на взводе, никак не поможет мне пережить первый этап, — он вздохнул. — К счастью, благодаря Тонкс у меня есть эти записи, которые она сделала во время обучения на Мракоборца. Я уверен, что там описаны все слабые места представленных существ. Мне нужна вся помощь, которую я могу получить, чтобы не только найти слабые места, но и правильно использовать их. Я не могу сделать это в одиночку, но я доверяю каждому из вас свою жизнь. Я хочу понять…       — Ладно, — сказал Майкл, перебив его, — это будет сложно, но, думаю, сделать получится. Если есть способ уничтожить Дракона, то я найду способ сделать тебя Гарри Поттером — Истребителем Драконов.       — Я начну с Химер, — произнесла Дафна со слабой улыбкой, и Майкл наблюдал за тем, как она взяла своего парня за руку. — Также я начну варить противоядие, оно вряд ли понадобится, но лучше быть готовым.       — Я помогу, — улыбнулся Блейз. — Яды — моя специальность.       — Наверное, я поговорю с профессором Хагридом и профессором Стебль, — поспешно заявил Невилл, скорее для себя, чем для кого-то другого. — Если кто-то и знает о среде обитания Акромантулов, то это только они.       — Полагаю, мне остаётся Рогатый Змей, — ухмыльнулась Трейси. — Это будет весело, в любом случае, я находила этих существ довольно интересными.       — Спасибо, — нервно проговорил Гарри. — Но я просто просил помочь, вам не нужно делать всю работу за меня. Я имею в виду…       — Расслабься, Поттер. Просто сосредоточься на освоении некоторых заклинаний и поддерживай себя в форме, только отдыхать не забывай. Остальное предоставь нам.       — Но… Вы уверены?       — Мы — твоя команда, Крылатик, — сказала Дафна. — К тому же, я думаю, все понимают, что если бы мы оставили изучение заметок на тебя, ты бы тут застрял на долгие годы. Мне неприятно это говорить, но Белка прав. Просто постарайся остаться в живых, ладно?       — Как скажешь, блондиночка, — со смешком произнёс Майкл. — Думаю, нам стоит сделать несколько зачарованных значков Команды Поттера, чтобы бороться с теми… ну, где про смердяка. По правде говоря, эта неоригинальность оскорбляет больше, чем сами значки. Но не думаю, что Малфой хоть каплю старался быть творческим…       Майкл с облегчением вздохнул, увидев на лице лучшего друга улыбку, а затем он, посмотрев на часы, резко встал:       — Чёрт! Мы очень сильно опаздываем на занятие.       — С каких пор тебя это волнует, Грач? — ухмыльнулся Майкл.       — Это первое занятие с Грозным Глазом, — ответил он, и тут же Трейси, Блейз и Дафна встали со своих мест с одинаковым испуганным выражением лица.       — Блин, да вам четверым лучше действительно поторопиться. Увидимся поз… — но прежде, чем Майкл успел закончить, слизеринцы и Гарри уже бросились к выходу, и ему оставалось лишь покачать головой.       Боже, как хорошо, что первое занятие у меня у профессора Бербидж, эта женщина меня любит. Хотя я уверен, что Дива тоже будет там и испортит мне настроение.       — О чём думаешь? — поддразнивая, спросил Невилл.       — Я думал о французской занозе в заднице, которая превратит урок, на который я собираюсь, в настоящий ад, — Майкл вздохнул.       — Знаешь, пора бы признать, что ты думал о ней потому, что она милая.       — Клянусь, Скаут, — сказал он с дьявольской ухмылкой. — Если ты продолжишь на меня давить, то Гермиона получит омерзительное любовное письмо с твоим именем.       — Ты этого не сделаешь.       — Попробуй испытать меня.

***

POV Клэр Белмонт

      Клэр сидела за своим столом, подготавливая перо и пергамент к занятию, которое запланировала профессор Бербидж на сегодня. Если учебный план соответствовал реальности, то на этой неделе основное внимание будет уделено развитию электричества и тому, почему оно нужно магглам. По правде говоря, Маггловедение было одним из её любимых предметов, и всё же она не могла выказать некоторого разочарования тому, как мало чистокровных студентов присутствовало в классе. Сама Клэр происходила из древнего магического рода, но всё равно находила всё, что связано с магглами, интересным.       Ей особенно нравилось находиться на занятиях вместе с Гермионой, которая обладала обширными знаниями о мире магглов, и поэтому, когда ей пришлось отказаться от Маггловедения из-за переполненного расписания, Клэр была по-настоящему разочарована. Тем не менее, она старалась извлечь из ситуации максимум пользы и теперь её внимание было сосредоточено на нервном светловолосом профессоре, пока та приводила в порядок свой лекционный стол.       Ну, банковскую систему магглов я уже изучила, и это было довольно сложно. Неужели так же будет и с электричеством?       Неожиданно воздух заполнился звуком передвигаемых стульев, а дверь громко заскрипела, возвещая о прибытии нового человека. Взгляды студентов посуровели, и, когда в поле зрения появился синеволосый старшекурсник, Клэр сразу поняла, что происходит. Она увидела, как все, у кого рядом было свободное место, бросились друг к другу, отчаянно пытаясь заполнить пустующие пространства, но Майкл, казалось, был совершенно равнодушен к этому.       Майкл пожал плечами, буквально отмахнувшись от их взглядов, и занял место за пустой партой, подперев щеку рукой и оперевшись локтем о стол в ожидании начала занятия.       В голове Клэр раздался противный голос:       Иди к нему. Ты ведь понимаешь, что он тебе небезразличен.       Она мотнула головой, тихо бормоча себе под нос:       — Он мне не нравится. Может быть, я ошиблась насчёт его дружбы с Гарри, но это не отменяет того, что он — никчёмный бездельник, который только раздражает меня.       О, он, конечно, просто так сопротивляется твоему вейловскому обаянию. Ты знаешь, что тебя это интригует. Ты никогда не получишь ответов на свои вопросы, если не поговоришь с ним.       — Ладно, — тихо рыкнула Клэр, даже не заметив, как начала собирать свои материалы и двигаться в сторону стола Майкла. Она слегка сглотнула, прежде чем сесть, мгновенно увидев растерянный взгляд парня.       — И почему ты здесь? — спросил он. — Не знаю, получала ли ты памятку, но сейчас сидеть рядом с Гарри или его друзьями — это, своего рода, самоубийство. Учитывая, что ты дива и всё такое, разве ты не должна заботиться о своей репутации?       Клэр почувствовала, как её ладонь сжалась в кулак, кровь в её жилах закипала от его незаинтересованного вида, и на мгновение в её голове пронеслась мысль:       Это потому, что он не находит меня красивой? Чёрт, мне же плевать.       Однако, очевидно, она молчала слишком долго, так как выражение лица Майкла становилось всё больше и больше озадаченным, и Клэр не могла не признать, что было довольно мило, когда он нахмурил брови.       — Я не думаю, что Гарри бросил своё имя в Кубок, — выпалила она и увидела, как на лице Майкла пролегло искреннее любопытство. — И я не думаю, что люди должны становиться изгоями за то, что лишь защищают своего друга.       — Так ты это видела, да? — Майкл вздохнул, откинувшись на спинку стула. — Но, должен признаться, я всё ещё не понимаю, почему тебя это заботит. Разве это не ты утверждала, что я тяну Гарри вниз или что-то в этом роде?       — Может быть, — с сомнением произнесла Клэр, борясь со словами, которые так норовили вырваться наружу, — может быть, я была не права, говоря это, — она в замешательстве наблюдала за тем, как Майкл устремил взгляд в окно, и она нетерпеливо спросила: — На что ты смотришь?       — Просто проверяю, не падает ли небо, — ответил Майкл. — Я это к тому, что раз такая девушка, как ты, признаёт свою неправоту, то это означает начало конца света.       — Ха-ха, очень смешно… — но внезапно вспышка ярости пронзила её. — Подожди, что ты имеешь в виду, говоря про таких девушек, как я?       — Я имею в виду оценивающих девушек, которые считают себя выше остальных, и если кто-то осмеливается критиковать их, они закатывают скандал, — лениво протянул Майкл, — надоедливые девушки вроде тебя.       — Это совсем на меня не похоже, — надменно произнесла девушка.       — Верно, — сказал он, пожав плечами. — Ты же определённо не избалованная маленькая соплячка, которая составила мнение обо мне за несколько секунд сразу после знакомства.       — А ты, видать, такой идеальный. Ты не представляешь, каково это — мучительно усердно работать, чтобы овладеть даже самыми простыми заклинаниями, ты не знаешь, каково это — бороться с собой на каждом занятии и продолжать двигаться вперёд, потому что ты не можешь просто взять и бросить это. И ты понятия не имеешь о том, как это бесит — наблюдать за тем, как такой талантливый человек, как ты, растрачивает свой потенциал, постоянно дремая на занятиях, а мне приходится усердно трудиться, чтобы заработать хотя бы «Удовлетворительно», не говоря уже о «Превосходно».       На мгновение воцарилась тишина, и Клэр была удивлена, что несмотря на то, как громко она говорила, никто даже не повернулся к ним. Она снова вернула внимание к Майклу, который лениво зевнул.       — Я наложил чары уединения, как только понял, что ты собираешься читать лекцию. Мерлин, ты так похожа на мою мать, просто ужас.       Он не позволил мне опозориться? Но почему?       Но прежде, чем она хоть что-то успела спросить, она услышала голос профессора Бербидж:       — Итак, давайте рассмотрим, кто указан в маггловских учебниках по истории как «отец» электричества? Клэр?       Дерьмо.       Однако как раз перед тем, как она собиралась признаться в том, что не читала главу, Майкл пододвинул к ней кусок рваного пергамента. Клэр опустила глаза и, изо всех сил стараясь сохранять нейтральное выражение лица, прочитала:

Томас Эдисон — «отец» электричества.

Ты получишь бонусные баллы, если назовёшь Николу Теслу и Майкла Фарадея.

      Борясь с дрожью в голосе, Клэр перечислила имена и, к своему удивлению, поняла, что Майкл не солгал ей, когда лицо профессора Бербидж расплылось в улыбке.       — Очень хорошо, я удивлена, что вы вообще знаете о Майкле Фарадее, так как он не упоминается в учебнике, который мы используем на занятии. Вы, должно быть, читали дополнительную литературу. Всегда приятно иметь столь целеустремлённого студента.       Пока занятие продолжалось, Клэр оставалась в шокированном молчании.       Он помог мне?       Она повернулась лицом к Майклу, голова которого покоилась на парте на сложенных руках, глядя на него, она не могла остановить бурный поток мыслей в своей голове. Несмотря на то, что урок длился час, он, казалось, пролетел за считанные секунды, и не успела Клэр опомниться, как Бербидж закончила занятие. Ей никогда прежде не доводилось видеть, чтобы парень двигался так быстро, как сейчас, он резко рванулся к выходу, но Клэр, не желая оставаться без ответов на свои вопросы, бросилась за ним:       — Майкл, подожди!       — Да? — скучающе сказал он. — Слушай, если ты собираешься меня отчитывать, то мне этого достаточно дома, так что просто не делай этого, ладно?       Дома?       — Почему ты помог мне? Мы же не друзья, и, на самом деле, я бы даже не сказала, что знакомые. Я знаю, что не нравлюсь тебе, так почему ты просто не позволил мне провалиться с ответом?       — Ты раздражительна, — прямо ответил Майкл, — и невероятно надоедлива, но ты веришь Гарри, а это ценно для меня. К тому же, в том, что ты отвлеклась, есть моя вина, — Клэр уставилась на него, вереница вопросов проносилась в её голове, но так и не находила выхода. — Ну, что, дива, ещё есть вопросы? Снейп и так меня не любит, а опоздание тем более не добавит мне плюса.       Клэр покачала головой, продолжая идти рядом с ним.       — Есть причина, по которой ты ещё рядом? Я понимаю, что я очень очарователен, но если ты влюбилась в меня, то просто скажи и покончим с этим.       — Я? Влюбилась в такого бездельника и клоуна, как ты? Абсурд, — сказала Клэр, отвернувшись. — У меня тоже Зельеварение, помнишь, нет? Я иду с тобой не потому, что ты нравишься мне, идиот.       — Звучит убедительно, — Майкл закатил глаза, и Клэр отвернулась, глядя на стены замка, пока они оба продолжали свой путь в сторону Подземелья.

***

POV Дафна Гринграсс

      Каждый раз, входя в класс ЗОТИ, Дафна не могла поверить, как сильно он изменился по сравнению с прошлым годом. Когда Ремус был профессором, помещение выглядело более организованным: все артефакты и учебные материалы были надёжно упрятаны в его кабинете. Профессор Грюм же придерживался совершенно другого взгляда. Пространство было заполнено вёдрами с множеством умерших существ, металлическими банками с червями, склянками, заполненными шершнями, и в настоящее время на его столе находился паук, запертый в прозрачной коробке.       На самом деле, единственными привычными вещами в кабинете были люстра и большой скелет дракона, свисающий с потолка. Однако из всего того, что находилось в классе, единственным, что на самом деле пугало её, поселив в сердце страх, был человек, стоящий в самом центре. Грозный Глаз Грюм. Мужчина рассказывал о том, как в юности преследовал Пожирателей, словно это было игрой, и он, казалось, особенно гордился шрамом возле своего ярко-голубого глаза, который рассекал всё лицо. Дафна редко соглашалась со словами Паркинсон, но, как говорят, раз в год и палка стреляет, и Пэнси была права: Грозный Глаз Грюм действительно был жутким.       И всё же, то, что она видела в глазах Гарри всякий раз, когда говорил профессор, беспокоило её. Каждый раз, когда Грюм рассказывал о том, как убил или заключил под стражу Пожирателя Смерти, Гарри, казалось, трепетал от этого, словно он видел всё это глазами Грюма. Для Гарри Аластор был героем, воплотившим его мечту — предать правосудию Пожирателей Смерти, которые причинили ему столько мучений. Для Дафны всё, что она видела, было лишь оболочкой мужчины, без семьи, без близких и только с Дамблдором в качестве друга.       Гарри, прошу, не становись таким же, как он.       — На что ты смотришь? — беспечно спросил Гарри; его привычная беспечная улыбка застыла на лице.       — На тебя, — сказала она с некоторой долей сарказма, погребая свои мысли на глубине, — какие-то проблемы?       — Вовсе нет, — усмехнулся он. — Смотри, сколько хочешь, принцесса, если повезёт, то сможешь даже потрогать.       — Ха-ха. Так великодушно с твоей стороны, Крылатик.       Дафна посмотрела на дразнящую усмешку на лице парня.       Нет. Таким, как Грюм, он никогда не станет. Я не позволю ему погрузиться в темноту.       Дафне пришлось переключить своё внимание на переднюю часть класса, когда голос Грозного Глаза прорезал тишину помещения:       — Так, всем тихо и слушать внимательно! — рявкнул он. — Я уверен, что вы все читали в «Пророке» о побеге из Азкабана, да? — студенты осторожно кивнули. — Среди освобождённых многие были высокопоставленными Пожирателями Смерти. Я не знаю, почему их посадили в Азкабан, если бы это зависело от меня, я бы их всех бросил за завесу, с радостью бы это сделал сам… Но дело не в этом!       Дафна затряслась, как только ярко-голубой глаз профессора уставился на неё, а затем резко переместился за затылок.       — Я уверен, что все присутствующие здесь знают, кто такие Пожиратели Смерти, но для тех из вас, кто настолько наивен, чтобы знать, что существуют силы зла, неустанно следующие за вами по пятам, я вкратце объясню. Пожиратели Смерти считались самыми преданными последователями Тёмного Лорда, и многие из них, но не все, были заключены в Азкабан, кто знает, почему? — голубой глаз завращался, а затем Грюм громко пробасил: — Уизли! Твой отец работает в Министерстве, да? Я уверен, что он должен был тебе что-то сказать!       — Д-да, сэр, — сказал Рон дрожащим голосом. — Мой отец говорил, что многие Пожиратели избежали наказания, заявив, что находились под действием Империуса.       — Да! Да! — с некоторым волнением заговорил Грюм. — Кто из вас знает, что такое заклятие Империус? — Дафна оглядела класс: и она, и Гарри подняли руки вместе со студентами Слизерина, в то время как гриффиндорцы продолжали сидеть, ничего не делая. — Понятно, — сказал Грюм с разочарованным хрипом. — Что ж, полагаю, что мне придётся вводить вас, невинных цветочков, в промозглые реалии этого мира. В Министерстве считают, что информация о Непростительных заклинаниях не должна распространяться в школе, а я считаю иначе! Как вы можете быть готовы к тому, что вас ждёт, если не знаете, на что способна магия? А теперь один из вас скажет мне, сколько существует Непростительных заклинаний. Мисс Гринграсс!       — Т-три, есть три Непростительных заклинания, — сказала Дафна, её уверенность на мгновение поколебалась под пристальным взглядом Грозного Глаза.       — И почему они так названы? — надавил пугающий мужчина.       — Использования любого из них по отношению к челове­ческому существу незаконно и может обеспечить…       — Обеспечить билет в один конец, в Азкабан, без всяких «если» и «но», — закончил за неё Грюм. — А теперь, — сказал он, и его голос стал более зловещим. — мистер Уизли был так добр, что назвал нам одно из них, и теперь я покажу вам, как оно действует, — Дафна почувствовала, как тревожная энергия заполнила воздух, стук деревянной ноги Грозного Глаза об пол звучал словно сердцебиение, пока он приближался к прозрачной коробке, в которой находился паук.       Она услышала, как Трейси пытается успокоить Рона, который побледнел как полотно, увидев, что Грюм достал из коробки паука.       — Энгоргио! — на её глазах паук вырос, став размером с ладонь Грюма, а затем мужчина продолжил с толикой злобы в голосе: — Империо!       Мгновенно взмахнув палочкой, он кинул паука на её стол, а затем, ещё одним взмахом, направил его в лицо Драко. Несмотря на всю серьёзность момента, Дафна прыснула, глядя на то, как в глазах Малфоя поселился страх, как, очевидно, и у гриффиндорцев. Грюм, безумно рассмеявшись, убрал паука:       — Потрясающе, не правда ли? Что мне ему ещё приказать? — Грюм направил паука в раскрытое окно. — Выпрыгнуть из окна? — Дафна с ужасом наблюдала, как теперь паук висел над стаканом воды, отчаянно пытаясь зацепиться за края. — Утопиться?       Пока класс молчал, Грюм вернул испуганного паука обратно на свою ладонь, обратившись к студентам:       — Многие Пожиратели Смерти избежали наказания, заявив, что они выполняли приказы Сами-Знаете-Кого под действием Империо, но вот в чём загвоздка: кто действительно действовал по принуждению, а кто — по своей доброй воле?       Дафна прищурилась, когда вспомнила вопрос, который задал Гарри на суде над Петтигрю о Пожирателях под Империусом. Слова крысы всё ещё звучали в её голове:       Пожиратели Смерти были преданными последователями Тёмного Лорда.       Только нежное прикосновение Гарри к её руке вывело её из оцепенения.       — Двигаемся дальше, какое ещё существует Непростительное заклинание?       — Я знаю одно, — слабо произнёс Блейз. — Круциатус.       — Да! Чудесно! — сказал Грюм. — Заклятие Круциатус или, как его ещё называют, проклятие пытки.       — И его применили Пожиратели на родителях Невилла, — тихо произнёс Гарри, но достаточно громко для того, чтобы Дафна услышала его. Грюм снова увеличил паука и посадил его на кафедру.       Внимание всех присутствующих было сосредоточено на пауке.       — Круцио! — рявкнул Грюм. Воздействие было мгновенным, и Дафна почувствовала, как в её жилах застыла кровь от паучьего визжания. Она потянулась к руке Гарри, крепко сжимая её, но он, казалось, тоже был полностью заворожен тем, как паук бился в агонии.       Глаза Гарри потемнели, когда он тихо, на выдохе, прошептал:       — Невилл… — он сжал челюсти. — Их всех нужно усыпить, они все — чудовища.       Видя, как студенты застыли от ужаса, Грюм опустил палочку, а затем аккуратно переместил паука на стол Дафны и Гарри.       — Есть ещё одно заклятие, кто знает, какое? — Дафна никогда не ощущала себя такой маленькой, как под взглядом Грозного Глаза, но она отказывалась говорить, тряся головой.       — Убивающее заклятие, — сказал Гарри: его голос был ледяным, а выражение лица — пустым. — Авада Кедавра. Дафна отвернулась и последним, что она увидела, была ухмылка, появившаяся на лице Грюма, прежде чем седовласый Мракоборец произнёс на всю комнату:       — Авада Кедавра! — краем глаза она увидела зелёную вспышку. — Ни порядочности, — Дафна вздрогнула, когда Грюм упёрся ладонями в их стол, — ни любезности. И никакого противодействия. Невозмож­но отразить. За всю историю известен лишь один чело­век, сумевший пережить это, и он сидит прямо передо мной.       Грюм откашлялся.       — Есть вопросы? — в кабинете стояла гробовая тишина. — Хорошо. Все свободны.       Дафна никогда не сталкивалась с таким резким окончанием занятия, но она не жаловалась, читать о заклятиях — это одно, а видеть их применение перед собой — это другое.       Успокойся, Дафна. Тебе нужно перевести дыхание.       Она ощутила, как у неё перехватило дыхание, когда поток успокаивающей энергии, как река, растёкся по её телу, а затем она услышала голос:       — Эй, ты в порядке? Тебя не нужно нести?       Дафна повернулась к нему лицом, пара изумрудно-зелёных глаз успокоила её бешено колотящееся сердце.       — Идём, я отведу тебя на следующий урок.       — Но ты же опоздаешь, — сказала Дафна, отчаянно стараясь не думать о мёртвом пауке.       — Не беспокойся об этом, — Гарри улыбнулся, сжимая её руку. — Идём.       Слабая улыбка появилась на её лице, она кивнула, и она оба направились по коридору. Когда она увидела Малфоя, стоящего в дверях кабинета, её тело пронзила ярость. На его груди ярко сиял значок «Поттер-смердяк». Она хотела сказать Гарри, чтобы он не обращал на это внимание, но, очевидно, в этом не было никакой необходимости, так как Гарри пронёсся мимо светловолосого слизеринца, плечом врезавшись в тощую фигуру Малфоя.       — Эй! — Драко окликнул его, и Дафна закатила глаза. — Придурок! Это было ужасно грубо, Поттер, а я ведь тебя поддержать хотел. Паук, должно быть, навеял плохие воспоминания, а?       — Малфой, — сказал Гарри таким ледяным тоном, которого Дафна прежде не слышала. — Я сейчас не в лучшем настроении. Предлагаю тебе просто свалить отсюда.       — Что ты сказал? Что заставляет тебя думать и вести себя так, будто ты лучше меня?       — Так оно и есть. Я лучше тебя, — Дафна настолько закатила глаза, что, казалось, они так и не вернутся в своё положение. — Давай, Даф, нам нужно идти дальше.       Дафна кивнула, но, когда они повернулись, она увидела, как Гарри принялся доставать палочку из кобуры.       — Как ты смеешь уходить от меня! — послышался голос Драко. — Тупой…       — О, нет-нет-нет, ты этого не сделаешь, — раздался голос Грюма, и Дафна, повернувшись, с удивлением наблюдала как Малфой превратился в хорька прямо на её глазах. — Зная твоего отца, я даже не удивлён, что ты из тех, кто посылает проклятия в спину! — Грюм перевёл взгляд на неё и Гарри. — Не задерживайтесь, я планирую немного поговорить с мистером Малфоем. Вам двоим лучше отправиться на занятия.       Дафна кивнула, и, хотя Гарри не спешил уходить, она, в конце концов, уговорила его. Взявшись за руки, они направились в класс Трансфигурации с весёлыми улыбками на лицах, но с тёмными мыслями глубоко внутри.       Теперь осталось только вернуть книгу.