Экипаж "Эриды-8"

Свет выключался уже не раз, поэтому панику никто не разводил до тех пор, пока не прошло слишком много времени с тех пор, как погас свет. Почему никто не чинит электричество? Ферн шагал по коридору лишь на пару шагов отставая от Нуара, оба держали путь к комнате с электричеством. Буквально у входа они столкнулись с Ружем, понявшим, что кроме него никто чинить свет не собирается. К их удивлению, с проводами возился Форест, но почему-то в темноте, поэтому как крот пытался включить нужные рычажки в нужном порядке практически вслепую. —А ты чего в темноте-то? — резко спросил Руж. Астронавт дёрнулся и обернулся, увидев за собой сразу троих коллег. Облегчённо выдохнул, особенно когда обратил внимание на брата. —Фонарика нет, — объяснил Форест, немного сконфуженно. Грин младший тут же судорожно проверил карманы и обнаружил фонарик в двух экземплярах. Тут же виновато улыбнулся, протянув один из них Форесту, хотя в кромешной тьме его лица всё равно почти невозможно было разглядеть. —Кажется, я нечаянно взял твой, — тихо объяснился Ферн. Руж только хмыкнул и вернулся обратно на место охраны. Лампочки начали тихонько мерцать — капитан поднял голову — и наконец снова ярко вспыхнули, осветив коридоры Эриды-8. Удовлетворённо кивнув себе, капитан опустил голову и краем глаза заметил, как чей-то силуэт промелькнул в медицинский отсек. Тяжёлый вздох, грузные шаги капитана по коридору. Руж остановился перед самой дверью и заглянул в помещение. Картина, которую он увидел, оказалась донельзя предсказуемой. Он нахмурил брови и тут же созвал собрание. Лицо Жанны было залито слезами, она старалась держаться за стол ещё сильнее, чем на прошлом собрании. Все остальные за столом наблюдали за её рыданиями с явным огорчением. Нет, быть не может, что это она. И тем не менее, Руж упрямо прожигал её взглядом. —Это не я, клянусь! — тихонько взвыла Йеллоу. —Я всё видел, — Руж стукнул кулаком по столу. — Ты его убила, ты убила Уайта! —Не я! — сказать больше Жанне не давали слёзы, заставляющие то и дело глотать воздух. —Что именно произошло? — Нуар сложил ногу на ногу, стараясь быть спокойнее. —Она убила его в медотсеке, — Руж снова стукнул кулаком по столу. —Детали, — произнёс Нуар со вздохом. —Я видел на камерах, как она направлялась к Уайту. —Я хотела узнать, как идут исследования… —Я ясно выразился, чтобы никто не ходил даже рядом с медотсеком, пока он работает! — прервал капитан. —Продолжай, Руж, — сказал Нуар, повысив голос. —Когда я вошёл, она была там, стояла прямо над его телом! —Я… я проверяла пульс! — снова пискнула Жанна. Взгляды членов экипажа невольно скользнули по рукам девушки. На пальцах скафандра всё ещё были следы крови. Жанна поспешно спрятала руки под стол, смущённая резким давлением нескольких пар глаз. А сама не понимала почему. Она же сама сказала, что прикасалась к телу, чтобы проверить, жив ли он. Тут же дёрнулась: как это Уайт — тело? Он добрый милый парнишка… был. Это слишком грубо — тело! —Жанна, давай выслушаем тебя. —Что? — возмутился Руж. — Да она же… —Успокойся, — вежливо попросил Нуар, не скрывая ненависти в голосе. Йеллоу замерла на мгновение, выжидая короткую паузу, чтобы убедиться, что Руж не собирается перебивать её или продолжать ссору с Нуаром. —Я уже сказала, что я решила проверить, как там успехи у Бланко… — Жанна говорила, опустив глаза, чтобы лишний раз не бросать взгляд на капитана, который, наверняка, прожигал её взглядом, силой стискивая губы, лишь бы не прервать её слова очередным обвинением. — Я зашла в медотсек. Бланко… Бланко был ещё жив, когда я входила. —Да, так работает убийство, — съехидничал Руж, не способный больше держать язык за зубами. Когда ты входишь в комнату, он жив, а когда выходишь — мёртв. —Это не то, что я имела в виду! — пискнула Жанна, даже вздрогнув. Слёзы постепенно накатывали на глаза, но приходилось держать всё в себе, чтобы продолжать говорить. — Когда я вошла, он уже лежал весь в крови! Голос срывался, дрожал, Йеллоу переходила на крик. —Я подошла, чтобы проверить, жив ли он… — продолжила она после небольшой паузы, предназначенной для усмирения дрожи в голосе. — И он был жив. Но… я… я ничего не могла сделать, я клянусь вам, да и не успела бы ничего сделать, он уже захлёбывался кровью, а через пару мгновений закрыл глаза с… с таким диким хрипом. Я решила проверить его пульс, — конечно, звучит как глупая отговорка, но что она, бедная и паникующая, могла сделать? — Я не успела даже позвать на помощь, даже выйти не успела! Руж тут же примчался и застал меня рядом с… Тут девушка не сдержалась и заревела, несмотря на тщетные усилия сдержать слёзы. Рукавом стирала слёзы, просто надеялась, что скоро всё закончится, и она вместе со всем экипажем вернётся на родную планету. Всё говорило об обратном. Напряжённые лица членов экипажа, которые Жанна не могла видеть из-за пелены слёз, застилавшей её глаза, робко прятались, чтобы девушка не могла прочесть эмоции по лицам. Всем приходилось размышлять над её словами, ровно как и над словами капитана. Ведь кому-то же придётся поверить. С одной стороны, всё сходится. Её слова звучат убедительно, её эмоции выдают искренний страх, но всё-таки кое-что заставляет ужаснуться. —Мне бы хотелось тебе верить, — выдохнул Нуар, сложив на груди руки. Жанна тревожно посмотрела на чёрный скафандр. На его лбу Нуара появилась напряжённая морщинка, в глазах читалась вина, но лицо закрывали блики на шлеме — отражения ламп. Йеллоу не могла понять: почему "бы"? —Ты мне не веришь? — она смягчилась чуть ли не до лёгкости и наивности Рози. Голос стал чуть выше, тише и наивнее. Она делала это непроизвольно, но всё равно надеялась в глубине души, что её голос хоть как-то повлияет на Нуара, и он не сможет сказать ей "нет, не верю". Блейк поколебался, но твёрдо высказал то, о чём размышляли все члены экипажа, вынужденные присутствовать на этом жалком фарсе, отдалённо напоминающем суд только общей идеей. —Видишь ли, Жанна. Может, у тебя нет, я надеюсь, мотива, как и у любого из нас; может ты правда хотела помочь, позвать на помощь… Но. — Блейк строго взглянул на неё. — Но ты всегда находишь тела. Ты всегда рядом. Экипаж поддерживал мягкими кивками: "да, именно об этом я и подумал". Йеллоу беспомощно сжалась, не зная, что и возразить. Совпадение? Конечно, так любой скажет на её месте. К чему впустую тратить слова, если никто не прислушается к её жалкому блеянию. —Клянусь, я не… — совсем блёклый, едва слышный голосок всё же попытался что-то возразить. —Тут каждый поклянётся чем угодно, Жанна, — вздохнул Нуар. —У вас нет доказательств! — девушка вдруг осмелела, но, скорее всего, не потому что нашла в себе силы бороться за чистоту своего имени. Вероятно, просто не контролировала свои эмоции, рот выплёвывал любые слова, которые приходят в голову, совсем не обрабатывающую информацию. В спор вступили другие члены экипажа — да и спором это назвать язык едва повернётся. Все пытались оправдать Жанну — ну как она могла? Но вывод оставался тем же. Доказательств никаких, хотя, казалось бы, как можно тихо и незаметно совершить целых четыре убийства на малютке Эриде-8 и остаться незамеченным, не оставить следов? Можно, только если притвориться, что находишь тело. В общем, не было доказательств. Неясно, как, непонятно, зачем. Но и алиби у неё нет, была возможность убить… каждый раз. Судьба Йеллоу в руках одного крохотного экипажа. Экранчики планшетов, на которых экипаж решил провести голосование, показали вердикт: убийца. Жанна дрогнула и тут же отвела взгляд. Они уже всё решили. Руж почти не раздумывая голосовал против неё — лишь на мгновение дрогнула рука. Нуар и Форест колебались, но всё же скрипя сердцем повторили действия капитана. Больно, но всё указывает на то, что это она сделала. Ферн однозначно проголосовал за невиновность Жанны, ведь она его подруга — как и кто угодно на этом корабле, на самом деле — как она могла совершить что-то столько ужасное, как убийство? За невиновность также голосовала и Вайолет, хотя тоже колебалась, взвешивая всю имеющуюся информацию. Итак, решено — Жанна предатель и убийца. Оставалось придумать, что с ней делать? Как наказать за такой непростительный проступок? Она плачет, кажется, действительно раскаивается? Или вообще невиновна? —Руж, можно тебя на пару слов? Нуар отвёл капитана на другой конец комнаты: все видели, что жизням обоих ничего не угрожает, но слышать ничего не могли. Напряжённые лица однозначно намекали на тяжёлый и неприятный для обоих разговор. Чёрный скафандр часто вздыхал, тяжело и грузно; красный скафандр, сложив руки на груди, нервно постукивал по железному полу глухой подошвой. Остальные четверо только молчали, иногда Жанна ощущала на себе беспокойные взгляды, хотелось провалиться под землю. —Как бы ни было прискорбно такое заявлять, — голос капитана прогремел на весь кафетерий, как пожарная сирена в мёртвой тишине написания важного экзамена — но мы не готовы мириться с тем, что на нашем корабле находится убийца и саботажник. Мы не можем её изолировать, мы не можем вернуться на Землю и отдать её в руки правосудия. Единственная мера наказания, которую мы можем себе позволить — это смертная казнь. —Умоляю, Руж… — Жанна схватилась за стол, пытаясь уцепиться за его край. Голоса объединились в возмущённом нескладном шуме. Пугала одна лишь мысль о таком наказании: мало рабочих рук, чрезмерная жестокость к девушке, вина которой базируется на хлипких фактах, но главным аргументом было то, что никто не хочет брать на душу грех убийства. Невольно хотелось добавить: в отличие от неё. —Тихо! — рявкнул капитан, вонзаясь своим звонким голосом в глотку несобранного хаотичного и неуверенного галдежа когтями, за одно мгновение разорвав возмущение, которое, как мелкая зверюшка, пыталась шипеть и скалить зубы, чтобы казаться страшнее. Более вызванное тревогой буйство не издало ни звука под давлением когтей крупного чудовища, доказавшего своё превосходство. —Это решено, — добавил Нуар, не скрывая сочувствия к Жанне. Тем не менее, он чувствовал, что прежде всего — безопасность всех остальных, какими бы душещипательными не были крупные слёзы, оставшиеся на ресницах Йеллоу. —Не знаю как ты, Руж, но я не хочу быть убийцей, — голос Фореста потяжелел, скребя по совести Ружа — хотя это даже не его идея — куском мела, как по школьной доске. Капитан оставался глух. — Я знаю, ты, — взгляд тёмно-зелёного на мгновение стрельнул в сторону чёрного скафандра — не будешь пачкать руки, так ведь? Так ведь? Ферн осторожно положил руку на плечо брата, пытаясь его успокоить. Это сработало: Грин старший мгновенно остыл и опустил голову, надеясь, что его всплеск эмоций простят и спишут на панику. Хотя, почему "спишут", если это она и есть? Грызущая, пугающая, сковывающая и толкающая на невероятные поступки. —Вокруг нас палач, который не имеет рук, чтобы их пачкать, — спокойно ответил капитан. — Космос всё сделает за нас. Казнь состоялась в обстановке мрачной, как на похоронах. Это были именно похороны близкого и доброго друга, который оказался предателем и подвёл весь экипаж, всю экспедицию, можно даже сказать, всю Землю. Открытый шлюз, люди, смотрящие в глубокую тёмную даль космоса. Казалось, что даже темноты там нет. Только пустота и удушающий холодный вакуум. Пальцы пытались вцепиться за стены, неистово держась за любую возможность остаться внутри тесной бледной Эриды-8, лампочки которой оставляли блики на стёклах безразличных скафандров. Перед носом простирался глубокий космос, такой пустой, чуждый и враждебный. Один резкий толчок — твёрдая земля — металл — выскользнула из-под ног, жёсткая опора внезапно исчезла, а Эрида постепенно начинала сжиматься в маленькую точку. У предателя ёкнуло сердце — из-за него Эриду покинула Жанна Йеллоу.