Кофейня за углом

**~*~**

Гарри входит в кабинет Главного Аврора Рональда Уизли одновременно с Рин и давит фирменную виноватую улыбку исподлобья, на что Рон и Рин одновременно закатывают глаза. — Нет, на этот раз он не валялся пьяным на полу гостиной. Всего лишь приносил извинения Драко и приходил в себя после панической атаки, — равнодушно тараторит Рин, не отрывая взгляда от планшета, который теперь левитирует рядом с собой. Гарри про себя материт её на все лады, но все же поднимает взгляд и заглядывает Рону в глаза. И сразу перестаёт чувствовать себя виноватым, так как его лучший друг буквально изо всех сил сдерживает рвущийся наружу хохот. — То есть ты буквально словил паническую атаку от попытки извиниться перед Малфоем? — Все же не выдерживает Рон и начинает ржать в голос, — Мерлин, да я все эти годы жил ради этого момента! Теперь очередь Гарри закатывать глаза. — Иди к черту, Ронни, иначе я припомню тебе твоё шикарное предложение руки и сердца Мионе. — Ты не посмеешь! — в шутливом ужасе выпячивает глаза Рон и Гарри всё-таки разражается хохотом вместе с ним. Рин качает головой и никак не комментирует их идиотизм. — Ну и как все прошло? — спрашивает Рон, когда смех наконец утихает. Он выглядит расслабленным, но Гарри слишком хорошо его знает, чтобы понимать, что тот обеспокоен — Рон крутит в руках свое перо и пытливо вглядывается в глаза. — Все отлично, в пятницу мы идём выпить. Рон роняет перо, и переводит изумленно вопросительный взгляд на Рин. Та улыбается краешком губ и утвердительно кивает, не отводя взгляда с планшета и продолжая что-то увлеченно печатать. Гарри почти победоносно ухмыляется, понимая, что они вот так просто смогли разрешить все это недопонимание между ними, появившееся после вчерашних событий, без идиотских задушевных бесед. Ох, нет. Его улыбка медленно слетает с губ, а рука сама тянется взлохматить волосы на затылке. Рон замолкает, кажется, понимая, что сейчас будет: недопонимание осталось и никуда не денется. И Гарри не извинился за свое поведение. Рон просто, как и всегда, смирился с его тараканами. — Прости, — тихо говорит Гарри, глядя Рону прямо в глаза. Он, в конце концов, взрослый мужчина и не будет стыдливо прятать взгляд от лучшего друга. И он открыто извинится, если считает, что был не прав. Да, вот так, Гарри. Молодец. Ты же не ребенок и не идиот. — Я вел себя как кретин. У вас были все основания беспокоиться, а я не имел права требовать от вас каких-либо отчетов. А также за то, что эта ситуация вообще имела место быть. — Расслабься, Гарри, мы тоже не должны были, — сочувствующим тоном отвечает Рон, — Просто, черт, ты ведь тоже помнишь, как тебе рвало крышу. Ты… Эм, не особенно умеешь адекватно себя вести в такие моменты. Мы просто не хотели, чтобы ты опять наделал глупостей. И мы ведь по началу не вмешивались, напротив, Миона надеялась, что вы наконец наладите контакт спустя столько лет, поэтому не дала Рин остановить тебя тогда, в банке. — Ага, — невесело и вполголоса усмехается Рин, — и добавила мне этим массу проблем. Гарри бросает на нее недоуменный взгляд, уже намереваясь задать вопрос, но вовремя одергивает себя, встряхивая головой и понимая, что вел вовсе не к этому. — Стой. Я хотел извиниться в первую очередь за то, что тогда, в школе, был не до конца честен с вами. Что не доверял и что не верил в вас. Окей, Гарри все же утыкается взглядом в пол и виновато потирает шею, терзая губу и не зная, как сказать то, что сказать необходимо. Гарри не видит лицо Рона, но готов поклясться, что тот в недоумении. И он слышит, как Рин перестала клацать ногтями по экрану. Плохой знак — он умудрился удивить ее. — Я был буквально одержим Драко, — продолжает Гарри, предварительно сделав глубокий вдох и окончательно убедив себя в правильности своих действий, — Я это всегда понимал, просто не осознавал причины. А когда осознал, испугался кому-либо рассказывать. Даже вам. Боялся, что вы не поймете и отвернетесь. Гарри поднимает на Рона решительный взгляд и уже видит в его глазах расслабленное понимание, но все же произносит это вслух. — Я был влюблен в него. Сильно. Я пытался его спасти. Губы Рона растягиваются в добродушной улыбке, и он осторожно кладет свою крепкую ладонь Гарри на плечо, слегка сжимая его. — Ты правда думал, что мы не догадывались? — Произносит он и улыбается шире,

~*~

— Я все еще не понимаю, почему вы не сказали мне ни слова? — Тем же вечером спрашивает Гарри, когда все собираются в уютной студии, которую снимает Джинни, для просмотра глупых сериалов и поедания максимально вредной пищи. — Не сказали что? — спрашивает Джордж, появляясь в дверях с большой стопкой пиццы и закрывая за собой дверь ногой. — О, не рассказывали ничего о Малфое, — отвечает ему из дальнего угла Миона, настраивая колдотелевизор. — С учетом того, что все догадывались об истинных причинах его подростковой одержимости, — продолжает Рон, левитируя две крупных тарелки с закусками со стороны импровизированной кухни. Гарри чувствует, как краснеет до самых ушей и ему жизненно необходимо что-нибудь в себя влить. Он резко поднимается и идет в сторону кресла, где Джинни лежала все это время, обложенная несколькими блоками с пивом. Он опускается на корточки и достает пару банок, одну из которых сразу кидает в сторону проходящего мимо Невилла. Тот молча ловит ее на ходу и обезоруживающе улыбается, подмигивая ему одним глазом. Черт бы побрал этого дразнящего красавчика с его шикарной задницей, когда у Гарри уже приличное время никого не было. Джинни рядом заливается хохотом и толкает его в плечо. — Не пытайся купить моего мужика всего одной банкой дешевого пива, Поттер, — смеется она. Гарри улыбается в ответ. — О, так мы наконец можем об этом говорить? — заговорщицки подмигивает Джордж, плюхаясь на диван перед телевизором и раскладывая коробки на маленьком журнальном столике перед собой. — Господи, вы и правда все были в курсе? — стыдливо бормочет Гарри, пряча лицо в ладонях. — Потому, что Драко просил не делать этого, Гарри. У него на то были причины. И потому, что ты натворил бы еще больше глупостей, — наконец отвечает Гермиона, продолжая гипнотизировать кнопки пульта взглядом и измученным тонном добавляет, — Умоляю, Джинн, просто позволь мне подарить тебе нормальный телек и выбросить эту машину-убийцу. Джинни смеется и треплет по волосам Гарри, который по-прежнему сидит на полу рядом с ней. — Мы с Невом всегда знали, почему ни у одного из нас не было с тобой ни единого шанса, — весело произносит она, — и были совершенно не готовы перекрашиваться в белый и без конца трепать тебе нервы. Может, мы с ним сошлись именно на этой почве? Джинни снова заливается хохотом, когда Гарри возмущенно тычет ей в плечо, и краем глаза замечает, как все вокруг сдержанно ухмыляются себе под нос. Да, он идиот, который посмел сомневаться в том, что его друзья — это лучшее, что с ним случалось в этой жизни. И, да, все они всё прекрасно понимали, но не поднимали тему, которую он не был готов обсуждать. И, да, он дважды идиот. — Так может позовем наконец Драко на наши посиделки? — Спрашивает Перси, лениво развалившись прямо на полу и залипая в свой новомодный колдомобильник, — Как я понимаю, у него больше нет отмазки в виде Поттера? Гарри давится пивом. Господи, мелкий змееныш отмазывается от их взбалмошной компашки буквально ИМ? И, что еще более странно, он и впрямь успел подружиться даже с Перси, а его обходил стороной?! Да какого черта… Джинни, формальности ради, легонько стучит ему по спине, одобряюще улыбается и громко отвечает: — Брось, все в курсе, что тебе это нужно только для того, чтобы уговорить Драко работать на вас. — От чего он, само собой, откажется, и примет мое предложение с авроратом, — самодовольно заканчивает Рон, на что Перси лишь снисходительно хмыкает, наконец откладывая мобильник, и тянется за пиццей. — И вы оба ничего не добьетесь, — говорит Рин, появляясь в дверях и на ходу скидывая туфли. — О, пресвятой Мерлин, богиня спустилась к нам с небес! Кто призвал тебя в это царство тьмы, деградации и чревоугодия? — тут же паясничает Перси, хватаясь за сердце и делая самый влюбленный взгляд из возможных. Рин запускает в него подхваченным со стола бананом. — Я бьюсь за это не первый год. Рано или поздно он сдастся, — оптимистично заявляет Рон, отправляя в рот подхваченный кусок пиццы. — О, совсем забыл сказать, — восклицает Перси, разворачивая пойманный банан, — Вчера пришло письмо от Чарли! Бла-бла, открытки, бла-бла, новый вид драконов, бла-бла, они возвращаются в воскресение! Его слова встречает радостный гомон и мгновенное начало обсуждение планов на вечеринку. Рин протискивается поближе к Гарри и быстро проговаривает с ним список дел на следующий день, параллельно уминая добрые полтарелки профитролей с лососем, которые Рон неизменно готовит на каждую их посиделку, до тех пор, пока Перси не подползает к ним с очередными шутливыми подкатами. У него явно какие-то своеобразные чувства к Рин, но раньше они пересекались только на работе — Перси был личным помощником Кингсли, так что им не редко приходилось спорить друг с другом, отстаивая интересы своего начальства. А сегодня Гарри решил, что пора бы Рин начать проводить с ними не только рабочее время, и потащил ее к Джинни с собой. — Так что там с Драко? — Громко произносит Джордж, привлекая всеобщее внимание, но обращаясь конкретно к Гарри, — Позовешь его на воскресную вечеринку? — И почему именно я, если все вы здесь общаетесь с ним куда ближе? — ворчит он в ответ, прячась за банкой пива. — Ну, потому что на наши приглашения он не ответит, а вот использовать на тебе свою привычную отмазку будет довольно странно, — отвечает Миона, наконец отходя от телевизора с довольным видом победителя, — Что-то вроде «Я не пойду на вашу тусу потому, что там будешь ты, П-п-п-поттер». Хотела бы я на это посмотреть. — Как раз подобное ты наблюдала все школьные годы, — смеется Рон, за что получает от нее легкий подзатыльник. Когда время близится к ночи, и все постепенно начинают расползаться по домам (Потому что вообще-то понедельник, и им не следовало бы задерживаться), Гарри наконец выдыхает и признает второй раз за вечер, что его друзья — чудо. Что Рин неведомым образом вписалась в их круг задолго до того, как ее пригласили на нерабочие посиделки, и что Драко, вероятно, тоже будет чувствовать себя здесь как рыба в воде. — И что, — спрашивает Джинни, когда все, кроме него и Невилла, уже разлетелись по домам, — ты все еще что-то к нему чувствуешь, или слежка и спасение его задницы просто вошли у тебя в привычку? Гарри задумывается, допивая последние капли, и пытается анализировать собственные чувства, мысли, эмоции и поступки. Это, на самом деле, довольно сложный вопрос, ответ на который он и сам бы с радостью себе дал. Не то, чтобы он часто вспоминал о Драко все эти годы, но такое все же случалось, пусть и подавлялось в зародыше. Да и он ведь был влюблен в подростка, а сейчас это уже совершенно другой, не знакомый Гарри человек. — Я не знаю, — наконец говорит он, — Но не думаю, что влюбленность способна сохраниться после стольких лет. Говорит, и сам искренне верит в это. Гарри поднимает глаза на Джинни и натыкается на ее осторожный и внимательный взгляд. Она поднимается с кресла, как бы давая команду, что пора расходиться, и тихо тянет: — Влюбленность, может, и не способна. Но куда более сильные чувства, как оказалось, могут пережить и большее.

~*~

К пятнице Гарри готов начать убивать. Дело, над которым он работал уже пару недель, зашло в тупик, идиотских мероприятий было по паре на дню, и он невероятно нервничал перед походом в бар. С Драко он не виделся с того самого неловкого случая утром, получая от него только кофе, пузырек с зельем, а теперь еще и краткие записки. «не обожгись, Потти» «Не выпьешь зелье — мой домовик напугает тебя до хронической икоты» «Рин сказала, ты любишь сладкое. Попробуй новый сироп» «Оденься попроще и не нервничай. Это всего лишь старый паб» Гарри отбрасывает записку, на которую то и дело пялился в течение дня, и откидывается головой на спинку стула, потирая переносицу. Да уж, попробуй тут не нервничать. Эти чертовы записки напоминают ему школьные годы так отчетливо, что Гарри от каждой хочется то ли волком выть, то ли в петлю забраться. В основном потому, что первой, неизменной реакцией они вызывают широкую улыбку. В них чувствуется забота и какое-то необъяснимое тепло. Гарри не глядя захлопывает папку с делом. Заколдованные часы в кабинете показывают, что до конца рабочего дня осталось двадцать минут, и это был самый быстрый день на его памяти. Как всегда, когда пытаешься оттянуть неизбежное, время начинает неумолимо лететь вперед. Гарри снова смотрит на часы и грязно ругается — без пятнадцати. Да что ж за херня. Рин резким движением открывает дверь в его кабинет, оглядывая с ног до головы. — Господи, пойдем уже. У нас всего час на сборы, с учетом дороги. Гарри выругивается еще раз. Через час он уже гонит свой мотоцикл по шумным улицам Лондона, облачившись в любимые черные джинсы, тяжелые сапоги и кожанку, под которой только серая футболка с совершенно неразборчивым принтом. Рин сотворила на его голове какой-то очередной шедевр и парой легких движений скрыла с лица все последствия тяжелой недели. Серьезно, у этой женщины был талант приводить его прическу в порядок - она умудрялась уложить его непослушное гнездо таким образом, что оно все еще оставалось гнездом, но теперь упорядоченным и почти что модным. Гарри был готов ставить ей памятник при жизни уже только за это. Паб оказывается действительно старым и… Дряхлым. Он бы подобрал именно это слово для описания. Возможно, его выбрали из-за едва уловимой схожести атмосферы с «Дырявым котлом», но Гарри не решился бы утверждать наверняка. Тео замечает их первым, растягивая губы в своей широкой, обворожительной улыбке и легко машет рукой. Гарри начинает нервничать еще сильнее, чем всю неделю до этого. Драко сидит к ним спиной (неестественно прямой, к слову), вцепившись пальцами в бокал, и постукивает ногой в рваном ритме. Рин проходит вперед, махнув в ответ, и по очереди наклоняется к Тео и Драко, легко целуя в щеку. — Эм… Привет? — неловко бормочет Гарри, потирая шею, и застенчиво поджимает губы. Тео выдает почти что восхищенный смешок. — Расслабься, Гарри, мы не кусаемся. — говорит он, лукаво заглядывая прямо в глаза, и добавляет с ехидной улыбкой, — Если только ты не попросишь, конечно же. Гарри чувствует, как начинает краснеть от этого… Откровенно глупого и очевидного флирта, и замечает едва заметное движение под столом. Драко пнул Тео ногой. Окей, Гарри делает вид, что ничего не замечает, мило улыбается в ответ и садится за круглый стол между Малфоем и Рин, не удержавшись от того, чтобы кинуть на первого благодарный взгляд. — Здравствуй, Поттер, — в своей привычной манере начинает Драко, при этом улыбаясь до жути натянуто и напряженно, — Не обращай на Тео внимания, он у нас в детстве головкой ударился. — Головкой члена, — добавляет Рин, ловко подзывая официанта, — с тех пор пристрастился и пытается присунуть ее во все живое и не живое. — Вы несправедливо жестоки ко мне, — наигранно обижается Тео и подмигивает Гарри, улыбаясь и откидываясь на спинку стула, — Ну, поведай нам все свои грязные тайны, Гарри Поттер, а то от Рин не добиться ни слова. Предлагаю начать знакомство с какой-нибудь жутко непристойной игры! — Вы пытались выведать у Рин мои грязные тайны? — вскидывает брови Гарри как раз в тот момент, когда официант ставит перед ним рокс с чем-то явно крепко алкогольным. Надо будет сказать Рин очередное спасибо. — Ну конечно же! — невозмутимо отвечает Тео, — ты же Гарри Поттер. Все хотят знать твои грязные тайны. — И Рин ничего обо мне не рассказывала? — Улыбается Гарри, постепенно расслабляясь. — Однажды я проиграла в карты и подтвердила слух про красные трусы со снитчами, — невозмутимо констатирует Рин, и Гарри наигранно возмущенно ахает. — Чертовка, а я знал, что ты шпион, сливающий информацию врагам! Рин прыскает в кулак, а Тео заливается громким смехом. — Не сливает, а делится, скрепя сердце, честно отрабатывая проигрыш, — осторожно улыбается Драко, делая глоток из своего бокала, — Правда или действие? Я никогда не? вопрос-ответ? Гарри медленно начинает соображать, чем чревата их встреча, и бросает испуганный взгляд на Рин. Та в ответ закатывает глаза, как бы говоря, что он параноик, и что ему стоит расслабиться. И доверять людям. Ладно, они с Рин и правда могут понимать друг друга с одного взгляда. (Если она, конечно, не улыбается. В этом случае все еще хрен разбери). — Вопрос-ответ, — тем временем подхватывает Тео и снова переводит взгляд на Гарри, доставая какой-то бутылек из кармана, тут же протягивая его Рин, — для нормального знакомства самое то. Гарри наблюдает за тем, как его ассистентка без задней мысли делает глоток, и уже собирается задать вопрос, когда Драко немного наклоняется к нему. — Не веритасерум, не паникуй. Специальное зелье для такого рода игр. Отвечать не заставит, но открыто соврать не даст. Его не так сложно обойти, на самом деле. Никак не могу доработать формулу… — Его разработал ты?! — Гарри недоуменно косится на Драко, а тот, ухмыльнувшись, берет в руки переданный ему пузырек и делает глоток. После чего поворачивается обратно к Гарри, ухмыляется и отвечает. — Да, Джордж подкинул идею, но оно пока не идеально, так что не пущено в продажу. У него была задумка выставлять их комплектом с карточками, напичканными самыми стремными вопросами на планете. Уверен, школьники будут сметать эту дрянь с полок за считанные секунды. Гарри удивленно хлопает глазами и на автомате принимает пузырек из рук Драко. Делает неуверенный глоток и тут же ощущает, как горло обдает приятной прохладой. Зелье оказывается почти безвкусным, что очевидно является плюсом для продажи в широкие массы. — Так, — Тео потирает ладони в предвкушении и обводит всех поочередно взглядом, — полагаю, Гарри внесет корректировки в запрещенные вопросы, но для начала объясним ему наши стандартные правила: не выпытывать у Рин информацию о Гарри Поттере, не затрагивать вопросы пережитого дерьма до тех пор, пока опьянение не дойдет до стадии утреннего плаксивого месива, и не быть невыносимыми занудами. Ох, и самое главное — влюбленности Драко Малфоя — табу. Никогда и не при каких обстоятельствах, если мы хотим дожить до утра. Драко смерил Тео равнодушным взглядом и сделал еще глоток. — Эм… Вообще-то я рассчитывал на тихую попойку и не подготовился, так что просто оставьте мне на первый раз право не отвечать на некоторые вопросы и я пообещаю не злоупотреблять им без необходимости, — смущенно просит Гарри, но несколько расслабляется, видя три уверенных, согласных кивка. — Я начну, — резко говорит Рин и впивает взгляд в Драко, — Какого хрена ты ночевал у Тома?! Тео резко поворачивает голову на Драко и удивленно присвистывает. Гарри чувствует, как атмосфера резко накаляется и недоуменно переводит взгляды с одного на другого. Драко выглядит напряженным, но через минуту все же выдыхает, чуть отталкивает от себя рокс и непринуждённо отвечает. — Я был расстроен. Сильно расстроен. И да, это было глупо. — Мерлин мой, ты переспал с ним? — Озабоченно, но сдержанно спрашивает Тео, на что Драко тут же возмущенно вскидывается, но сразу успокаивается, выдыхая и недовольно поджимая губы. Тео устало потирает лоб. — Не паникуй, — говорит он, глядя прямо на Гарри, — это всего лишь наш метод дружеского общения. Как выяснилось, если нет никаких условий, мы все просто отмахиваемся от вопросов и съезжаем с темы. Так что это наш выход и уже устоявшаяся традиция. Так мы хотя бы держим друг друга в курсе. Гарри осторожно кивает, чувствуя себя не в своей тарелке, и тупо решает действовать по своему обычному плану — напиться. План не такой уж и хреновый, с учетом обстоятельств. Нет, само собой он получает ответы на вопросы, которые его интересуют, но от услышанного все же остается какой-то мерзкий осадок. Гарри пытается убедить себя, что это всего лишь память прошлого, и все это давно не его дело. Впрочем, даже в таком состоянии он способен тут же сопоставить факты и сделать вывод, что Драко не испытывает к Тому никаких чувств, ведь иначе этот вопрос был бы запрещен. Значит, из того идиотского уравнения Тома можно вычеркнуть. Хотя вопросов стало только больше. — Как прошла ночь прошлой пятницы, Тео? — задает свой вопрос Драко и растягивает губы в улыбке. И это одна из тех, по которым обычно сразу понятно, что жертве пиздец. Нотт бросает на него внимательный взгляд и медленно отвечает: — В море алкоголя и сожалений, — Гарри успевает заметить, как на секунду лицо Тео озаряет легкая полуулыбка, а глаза кажутся невероятно тоскливыми, но тот тут же поворачивается к нему с веселыми искорками в глазах и почти без паузы задает свой вопрос, — Ты спишь с Рин? Мы не можем задавать этот вопрос ей, так как это подробности твоей личной жизни. Гарри давится глотком виски, который он сделал ровно за секунду до этого, и сильно закашливается, слыша, как Драко удовлетворённо хмыкает. — Господи, конечно нет! — спешно отвечает он, и Рин рядом с ним заливается смехом. Тео широко ему улыбается и делает глоток. Гарри понимает, что пришла его очередь задавать вопрос. — Эм. — Неуверенно начинает он, пожимая плечами и поворачиваясь к Рин, выдавая первое, что пришло ему в голову, — Твоя первая влюбленность? Рин начинает хохотать и смотрит на него с невероятным озорством в глазах. Гарри, несколько смущенный такой реакцией, отводит от нее взгляд и натыкается на Тео, который внимательно следит за ней почти не дыша. Гарри тут же возвращает взгляд на Рин, отвечающую на вопрос закрыв лицо руками и совершенно не замечающую столь пристального внимания. — Это был Перси. Перси Уизли. Расскажешь ему и я придушу тебя собственными руками! Пока все заливаются громким смехом и подшучивают над Рин по этому поводу, Гарри еще пару раз замечает, как Тео незаметно бросает на нее осторожные взгляды. Дальше игра идет проще и Гарри за короткий промежуток времени слышит кучу бесполезной информации об окружающих его людях и выдает о себе. Когда все напиваются чуть сильнее, Тео толкает игру в более развязном направлении, и теперь Гарри знает, что длина члена Малфоя 7 дюймов, Рин лишилась девственности в семнадцать, а количество половых партнеров Тео не сосчитать даже ему самому. И сам признается в том, что би, что вызывает у Тео одобрительное улюлюкание, а Драко давится своим вискарем. — Кто же был твоей первой влюблённостью, Гарри? — В отместку спрашивает Рин, и Гарри широко улыбается. Он уже готовит историю про то, как запал на Чжоу на четвертом курсе, но когда открывает рот, понимает, что не может произнести ни слова. Он непонимающе пытается снова, когда слышит громкий смех Драко и Тео и понимает, что выглядит как рыбка. — Он пытается нам соврать! — громко провозглашает Тео, продолжая смеяться и с наигранным возмущением тыча в него пальцем. — Но я не пытался соврать! — тут же оправдывается Гарри, хотя где-то глубоко в душе начинает осознавать, в чем здесь проблема. Улыбка медленно спадает с его лица и он с ужасом понимает, что эта игра, кажется, только что вырвала наружу те подробности его детских чувств, о которых он и сам не догадывался. Да не может быть, чтобы уже тогда… — Гарри, с тобой все в порядке? — спрашивает Рин, и ее лицо тут же озаряет пониманием, — Ох мать моя, да неужели?! — Неужели что? — Тут же весело подхватывает Тео, а Гарри может только кивнуть ей в ответ, не сводя с нее глаз. Он в ужасе. — Твоя чертова сыворотка правды может распознать даже ту ложь, в которую человек и сам свято верил всю жизнь? — спрашивает он Драко, медленно переводя на него испуганный взгляд. Драко сразу задумчиво хмурится, видимо, просчитывая вероятность такой гипотезы. — Это почти невозможно, однако там тот же принцип, что у веритасерума, а с ним не прокатывает самообман. Даже обиливиэйт не прокатывает, на самом деле. Но ты уверен, что все именно так? Попробуй назвать тот вариант, который натолкнул тебя на эти мысли, — он выжидательно поворачивается к Гарри с видом ученого, проводящего эксперимент, и Гарри хочет провалиться сквозь землю. Потому что ну что он скажет? Назовет во всеуслышание его собственное имя? — Ты имеешь право отказаться, Гарри, — мягко напоминает Рин, однако делает это как-то слишком уж не охотно, и Гарри узнает этот тон. Обычно он означает что-то вроде «тебе так, ясен хер, проще, и это не мое дело, но я категорически не одобряю». Гарри с обреченным вздохом роняет голову на стол. — Драко Малфой. Моей первой влюбленностью был Драко Малфой.