Драгоценный дар смирения

Если увидите ошибки, отметьте их, пожалуйста, в ПБ;)       Что это было? Чары? Оборотное зелье? Или Гарри так сильно ушибся головой? Парень только поражённо раскрыл глаза, дёрнулся в сторону — на большее он просто был не способен. Но его тут же прижали сверху чужие ладони.       — Не дёргайся, — серьёзно произнёс чужак, — я не уверен что после такого моя печень не находится где-то в районе твоей задницы.       — Кто ты? — одними лишь губами зашептал Поттер.       — Как не красиво, — хохотнули ему в ответ. — Всего пару минут назад вжимал меня в матрас больничной койки, а теперь делаешь вид, что мы даже не знакомы. Сердце мне разбиваешь, негодяй. Настоящие джентльмены так не поступают.       — Ты не он… — запротестовал Гарри и тут же подавился воздухом, раскашлялся и ощутил во рту привкус крови. Чужие руки быстро расстегнули на нём рубашку, серые глаза внимательно осмотрели грудь, живот. Затем Драко достал волшебную палочку, взмахнул ей над телом Поттера, напряжённо провёл ей вверх-вниз и вдруг облегчённо закатил к потолку глаза. — Ты не он, — повторил Гарри чуть твёрже, кажется, в первую очередь, стараясь убедить в этом самого себя.       — Когда-то был… — ответил устало Малфой. — Ты же знаешь, — почти с досадой продолжил он. — Должен знать, — проговорил с трудом Драко, запахнул рубашку Поттера и продолжил: — В любом случае, не нервничай. Я всё тебе объясню.       Он был явно гораздо старше того, кого Гарри оставил в Мунго. Чуть выше и чуть худее с заострившимися от возраста скулами, с лукавыми морщинками вокруг уставших глаз, но всё с такой же длинной белой шеей, тонкими запястьями, плотно стянутыми манжетами белой облегающей тело рубашки. Он был ужасно худым, но вместе с тем не выглядел хрупким. Напротив — тело этого человека было жестким от мышц и жил. Гарри ощутил это, пока тот переносил его в другую комнату, где его весьма заботливо усадили на пыльный диван.       — Вот же проклятье, — шептал Малфой, присаживаясь рядом. — Это же надо устроить такое. Глупости творишь. Как всегда, — ругался он на Гарри, дрожащими руками доставая из кармана небольшую серебряную фляжку и пытаясь открутить от нее крышку. — Но ладно, признаю, — вдруг мягче произнёс мужчина, — моя страсть к подглядываниям была ещё глупее. Но как только почувствовал, чем вы там занимаетесь… Сразу захотелось сесть в первый ряд, — он обернулся к лежащему на диване Поттеру и смерил его взглядом. — Разве ты не рад меня видеть? — спросил он у гриффиндорца. — Смотришь на меня с такой ненавистью, а ведь всего пару часов назад трясся надо мной от возбуждения, целовал меня и тут и там. Даже ширинку до конца не застегнул, — и Драко выразительно посмотрел на промежность Гарри. Парень тут же потянулся руками к пуговицам, но пальцы всё ещё не слушались его — он не смог застегнуть ни одной, раздражённо бросил это дело и посмотрел на сидящего по соседству волшебника ещё более разъярённо.       — Помочь? — невинно спросил тот. — Мне говорили, что я не плох в таких вещах.       — Ты обещал мне всё объяснить, — отрезал Гарри. — Объясняй. И вот что, — он указал подбородком на фляжку в руках Драко, — что у тебя там?       Волшебник только иронично приподнял брови, открутил крышку и поднёс горлышко к носу Гарри. Тот поморщился от забористого запаха алкоголя и тут же отвернулся, вновь ощутив приступ тошноты. Малфой между тем сделал жадный глоток. И ещё один. Для верности. А потом решительно расстегнул ворот рубашки, подхватил золотую цепочку пальцами и вытянул наружу медальон с песочными часами, посаженными на ось.       Гарри не сразу понял, что это. Ему пришлось присмотреться, напрячь память, которая вновь стала его подводить. Он неосознанно потянулся к часам, коснулся их, и прохлада металла вдруг вызвала чувство дежавю. А также тревогу и страх. И юноша отдёрнул пальцы в сторону.       — Маховик времени, — вспомнил Гарри, взглянул на Драко и ощутил внезапно такой стыд и отчаянье, что губы сами по себе прошептали: — Прости, — но Гарри не знал, за что он извинялся, однако всё продолжал повторять это слово и с каждым разом всё с большим сожалением и горечью. — Прости меня. Прости, пожалуйста. Я не должен был, — парень потянулся к руке Малфоя, обхватил его за запястье, крепко сжал, будто опасаясь, что тот встанет и уйдёт. Но Малфой продолжал сидеть на месте, ровный и напряжённый как струна с лицом, внезапно исказившимся от боли. Тени под его глазами сделались чернее, кончик губ полез вниз. И Гарри стало ещё хуже. Он не знал, куда деться от этого всепоглощающего чувства вины. Всё должно было быть не так! Все должны были быть счастливы.       «Всего 30 оборотов для Седрика», — вспомнил Гарри. — «24 для Сириуса, 16 для Северуса, Фреда, Люпина и Тонкс… и 8 для Драко, чтобы тот больше никогда не вспоминал то ужасное место, не пил и не прятал от него глаза во время близости. Всего-навсего 8. Ничего страшно не случится».       Случилось. Он неправильно посчитал. Он не знал, что каждый новый оборот маховика, путал события местами, разрывая и искажая время. Он не знал, что после Седрика уже невозможно будет в точности предугадать, что и когда и будет. Но Гарри зашёл уже слишком далеко и не мог вернуться назад. Он честно пытался, но вновь не смог их всех спасти, но хотя бы Драко… Он точно помнил, где его нашёл. Вернее не нашёл. За фальшивой стеной. В той тёмной комнате. И именно там он рискнул посмотреть себе в глаза.       Он специально это сделал, чтобы не дать уйти, как в прошлый раз. И чтобы замкнуть наконец временную петлю. Ведь реальность трещала по швам лишь от одного его присутствия, но кто знал, что Драко пойдёт за ним?       — Так это был я сам… не ты… — шепнул Гарри, внимательно смотря на Малфоя, а затем вымученно изрёк: — Точно, — шептал он, не в силах остановить поток нахлынувших на него воспоминаний, счастливых, но теперь бесконечно горьких. — Как глупо, — вцепившись пальцами в волосы, с досадой изрёк гриффиндорец.       — Что там случилось? — выдавил Малфой. — Что произошло с ним? С тем? С другим?       — Я увидел его, мы посмотрели прямо друг на друга и до сих пор я думал, что он аппарировал, — честно признался Гарри. — Но видно…       — Временная петля схлопнулась, будущего больше нет, — перебил Малфой, отвел вмиг повлажневшие глаза в сторону, вновь уткнулся во флягу, а затем выдавил: — И его тоже больше нет, — и голос волшебника предательски вздрогнул, а затем задрожали и плечи. Драко всего заколотило, он согнулся пополам и прижал ладони к лицу. Тяжело задышал.       — Но я здесь, — горячо зашептал Гарри. — И это всё ещё я, — он приподнялся, потянулся к притихшему Малфою, провёл рукой по выгнутой спине, стараясь привлечь к себе внимание, сел ещё ближе, обнял. Но тот сбросил с себя его руки, поднялся и посмотрел на него сверху вниз, пристально и даже как-то зло. И если бы Гарри не видел Драко до этого, не знал бы его как свои пять пальцев, он бы ни за что не поверил, что лишь пару секунд назад тот мучился от переживаний.       Но Гарри знал его. И прекрасно видел, что Малфой всё ещё был не в порядке. Ощущал по неприятному блеску в прищуренных глазах, по напряжённым острым плечам, по слишком прямой спине, по налившейся тяжести внизу собственного живота… Ооо, Гарри определённо знал этого Малфоя. И знал, что сейчас произойдёт.       — Всё ещё ты? — бросил Драко с насмешкой. — Глупый мальчик, даже смотреть на тебя тошно.       Гарри не спорил, он лишь медленно поднялся с дивана — голова всё ещё немного кружилась, — и прямо посмотрел на Малфоя. Драко буравил его взглядом в ответ, а затем упёрся пальцами в грудь, толкнул — совсем не так вежливо, как ранее уложил на диван, — сел сверху, на колени и зашептал:       — А где-то там, в Мунго, сидит твой маленький неудовлетворённый слизеринец и плачет.       — Тебе виднее, — зашептал Гарри, поглаживая ноги волшебника. — Неужели прямо плачет?       Драко улыбнулся в ответ, и с каждой новой секундой эта улыбка была всё шире. Так, что вскоре стала больше похожа на оскал.       — Ооо, на самом деле я думаю, что он просто в бешенстве, — произнес, наконец, мужчина, агрессивно двинув бёдрами вперёд. — Ведь ты оставил его одного, сбежал куда-то, совершенно ничего не объяснив, — он вжался грудью в грудь Гарри. — А ещё я думаю, он уже придумал для тебя достойное наказание и ему не терпится его применить.       — Вот как? — улыбнулся Гарри. — Тогда мне стоит тщательнее просить прощения.       — И искренне раскаиваться.       — Мне начинать прямо сейчас? — Гарри положил руки на тугой воротник рубашки, расстегнул пуговицы и замер на мгновенье. На шее Малфоя был шрам, словно протёртый чем-то за долгое время — веревкой или ремнем. «Ошейником», — напомнили ему воспоминания, и Гарри взволнованно расстегнул ещё несколько пуговиц, оголяя бледную грудь, и внутри всё сжалось от открывшегося вида. Да, Гарри знал, что тут будет и всё же…       Драко поймал его пальцами за подбородок, заставил посмотреть себе в лицо.       — Да уж, — протянул он, глядя на Гарри, — по этим полным сожалений, раскаянья и ненависти глазам, я вижу — ты мой Поттер. Без бороды и пока ещё без сломанного носа… но определенно мой. Всё такой же глупый.       — Всегда твой, — прошептал Гарри, нежно проведя ладонь по жёсткой от рубцов коже, вниз к впадине пупка.       — Какая бедная и несчастная блядь, да? Надо её пожалеть, а? — зашептал Драко, обхватил пальцами подбородок Гарри, вынуждая посмотреть себе в глаза. — Я думал, мы потрахаемся, — злобно иронизировал Малфой, — но, кажется, ты хочешь немного поплакать, а, Поттер, — с этими словами он вцепился волосы Гарри на затылке, с силой потянул их вниз. — Можешь начинать, — вёл он, — я весь во внимании, — и мужчина не шутил, с каждым новым мгновением причиняя всё больше боли. — С другой стороны, — чётко проговорил слизеринец, — ты можешь, наконец, вбить в свою бестолковую голову, что твоя жалость мне не нужна. Прошлое в прошлом. Смирись уже. Иначе это никогда не кончится, — с этими словами он потянулся к губам Гарри, поцеловал глубоко, сразу проникая языком во влажный горячий рот, послушно открытый ему навстречу. Затем отстранился, прищурил глаза. — Никогда больше не смотри так на меня…       — Никогда больше… — повторил согласно Гарри.       — Уж постарайся, — процедил Драко, расстегнул на ширинке парня несчастную пуговицу, которая уже с трудом удерживала собой вес члена. И он тут же выпал наружу, уже несколько напрягшийся, вытянувшийся с порозовевшей блестящей головкой. — И кто еще из нас блядь? — выдохнул Драко. — Возбуждаешься от такой ерунды.       — Ты бы на себя посмотрел, — ответил Гарри, кивнув в сторону паха Драко. Из-под облегающих брюк заметно выпирало. Прекрасный вид. И парень уже чувствовал тепло и тяжесть крепкого ствола в ладони, его вкус, запах и пульсацию в те моменты, когда сдерживаться было уже почти невозможно. Но Драко умел это делать. Обычно он просто сжимал на несколько секунд основание, а реже — стискивал в пальцах свою упругую мошонку, почти до боли, искр из глаз. И каждый раз это выглядело слишком эротично, горячо.       Гарри улёгся на диван. Малфой продолжал сидеть сверху. Похотливый, красивый и точно знающий об этом, он неторопливо раздевался. Стянул с плеч рубашку и стал вызывающе медленно расстёгивать штаны. С каждым новым крючком мыслей в голове Гарри становилось всё меньше и меньше. Он мог только смотреть на то, как длинные пальцы терзают железо на натянутой членом ткани. А самого члена Гарри всё никак не мог дождаться.       — Ты меня убиваешь, — обречённо протянул парень.       — Так скулишь, — снисходительно ответили ему. — Что же с тобой будет через полчаса?       — То же, что и обычно, — усмехнулся гриффиндорец, чуть приподнялся на локтях и провёл пальцем по взмокшей коже своей груди. — Буду просить пощады.       Драко хрипло рассмеялся, поддел пальцем последний крючок на ширинке, и Гарри едва не умер от досады.       Ох уж эти трусы. Он давно забыл про их существование.       Собственноручно гриффиндорец оттянул вниз резинку белья, тут же обхватил рукой горячий ствол, чуть сдавил его, провёл по нему вверх вниз. Где-то над ним Драко гортанно выдохнул, подался вперёд, отстранился и наконец, окончательно избавился от одежды. Гарри последовал примеру Драко, стянул с ног штаны, бросил их в общую кучу на полу.       — Уже не терпится, да? — проговорил Драко, многозначительно надавливая Гарри на крепкие плечи. — Вниз, — прошептал он, и парень послушно опустился на колени, принял в рот терпкую головку, вжимаясь лицом в промежность, носом прямо в жёсткие светлые волосы на лобке. — Соси сильнее, — тут же потребовал Драко, чуть надавил на макушку, слегка двинул бёдрами вперёд, проталкиваясь глубже и заставляя Гарри глухо раскашляться. Из глаз тут же брызнули слёзы, горло задрожало от рвотных позывов. Поттер не отстранялся, упрямо покачивал головой и от натуги царапая ногтями бледные крепкие бёдра.       Затем Поттер провёл ребром ладони по впадине между ягодицами. Драко дёрнулся, задышал тяжелее, но не отталкивал Гарри. Он редко позволял гриффиндорцу трогать себя здесь. Только в пьяном бреду.       — Хочешь выебать меня? — зашептал Малфой. Гарри с тяжелым рваным вздохом выпустил член изо рта, кивнул и взглянул на Драко. — Мееерлин, — протянул тот, — видел бы ты своё лицо. Только кончи́ не хватает, — и он мягко рассмеялся, проведя головкой члена по скользким губам. — Разве можно позволить такой развратной дырке трахать кого-то? Тебе действительно придётся постараться, чтобы завалить меня сегодня. Встань-ка… Покажи как ты раскаиваешься за всё, что натворил.       Гарри встал, сжал в руках свой напряжённый член, провёл по нему ладонью, демонстрируя себя, налившуюся красным головку члена, пару тяжёлых яиц. Взгляд Драко с ума сводил, а его вид заставлял бёдра в нетерпении покачиваться.       — Ты как недотраханный кобель, Гарри, — с отвращением произнёс Драко. — Может тебе подушку кинуть, чтобы ты её выебал. И на этом мы закончим?       — Нет, я хочу тебя, — зашептал Поттер. — Обещаю. Тебе будет хорошо.       Драко лишь скептически покачал головой, а затем крутанул пальцем в воздухе, требуя Гарри развернуться. Поттер развернулся, нагнулся, упёрся локтями в спинку дивана и уже через секунду почувствовал холодную руку между ягодицами, напрягся. И ещё сильнее, когда палец надавил на анус.       — Я бы на твоём месте расслабился, — протянул Малфой, сплюнул на бедро и размазал скользкую слюну по отверстию, вдруг остановился, прижался к Гарри сзади и жарко зашептал на ухо. — Я сейчас вдруг понял, — вёл волшебник, — ты ведь у меня целочка, — и он довольно хохотнул, надавил на анал сильнее. — Проклятье. Пожалуй, мы только, что нашли единственный плюс твоих путешествий во времени, — и этот гениальный по своей сути вывод заставил Драко громко рассмеяться. — Знаешь, Гарри, в прошлый раз в свой первый раз ты чуть ли не плакал… — всё упивался Малфой. — Помнишь?       Ооо, Гарри помнил. И даже очень хорошо. Эти воспоминания заставили его вздрогнуть всем телом, но вместе с тем он лишь выше приподнял бёдра, выгнулся в спине, подставляясь под пальцы. Драко вставил один, терпеливо смазал стенки слюной, затем два, чтобы растянуть вход. Третий палец Поттер встретил глубоким гортанным стоном. А потом Драко приставил к раскрасневшейся дырке скользкую головку, надавил.       Гарри аж дёрнулся вперёд от пробежавшей по телу боли — пальцев явно было не достаточно. Но Малфой удержал его, прижал к себе, дал привыкнуть, а затем стал двигаться, постепенно увеличивая темп и глубину. Через несколько минут Гарри уже ощущал себя полностью заполненным, а по ягодицам резво хлопала чужая мошонка — это значило, что Драко вошёл полностью. И Гарри старался подстроиться под него. Он подмахивал бёдрами навстречу быстрым толчкам, выгибал спину, стараясь принять глубже, больше.       И тут Гарри почувствовал, как поток спермы ударил в дырку. Много горячего, густого семени потекло вниз по ногам. Драко кончал, плотно вжавшись в его тело. Затем член Малфоя чуть обмяк и вывалился из растраханного отверстия, Драко в последний раз провёл головкой по потной ягодице и зашептал:       — Ну, вот мы и закончили, — и он устало плюхнулся на диван. Член Гарри сочился смазкой, дрожал, задница горела. Сам парень даже не сразу осознал смысл брошенной Малфоем фразы, а когда понял посмотрел на Драко так возмущённо, что тот аж прыснул от смеха.       — Тише-тише, униженный и оскорблённый, — Драко откровенно издевался. — Иди сюда, — он поманил гриффиндорца пальцем, одновременно широко раздвигая свои вульгарно длинные ноги. Один лишь их вид стягивал низ живота мучительным теплом. Гарри разместился между них, жадно облизал солёную от пота кожу, чуть прикусил оставляя след. И ещё раз.       — Как я и говорил — ты ещё тот кобель, — зашептал Драко.       — А ты тогда кто? — ответил ему Гарри во впадинку колена, поцеловал. Драко секунду соображал, а потом всплеснул руками.       — О, вы посмотрите на него, — произнёс Малфой. — Ты эту шутку придумывал всё то время, пока я тебя трахал, должно быть?       — Да, минуты мне вполне хватило… — посмеивался Гарри, опускаясь по стройной ноге всё ниже и ниже. Драко внимательно наблюдал за ним, почти заворожённо, а затем шепнул:       — А что кобели обычно делают со своими суками?       Гарри сразу понял Малфоя, нагнулся, лизнул мошонку и тут же опустился ниже, к влажному от пота отверстию, лизнул его, прижался губами, пососал, щедро размазывая слюну, проникая кончиком внутрь и заставляя Малфоя дрожать. Внутри было мягко и горячо, тугие стенки то и дело сжимались от удовольствия. И Драко бесстыдно стонал, всё шире разводя ноги в стороны и поддаваясь бёдрами вверх.       — Давай уже… вставь мне… — наконец попросил он, знакомо сжав мошонку рукой. — Быстрее, Гарри.       Два раза просить не пришлось. Гриффиндорец вошёл легко и сразу на всю длину. Малфой весь вытянулся под ним, прижал ладони к лицу, то ли пытаясь заглушить стоны, то ли пытаясь спрятаться. Гарри обхватил кисти рук Малфоя, силой развёл их в стороны, заставляя смотреть на себя. И Драко смотрел на него заплывшим от удовольствия взглядом, прижимал к себе, царапая спину. Ему определённо это слишком сильно нравилось. И вот он заметался по дивану, выгнулся в пояснице и кончил, сжимая Гарри внутри себя и вслед за собой доводя до бурного оргазма. Это было как всегда восхитительно. И как всегда изнурительно.       Гарри сполз с Малфоя, развалился на диване, стараясь отдышаться, прийти в себя. Но, увы, трезвость разума принесла лишь тревоги. Стараясь сбежать от них, Гарри спросил первое, что пришло ему в голову:       — У меня правда есть борода?       — Надеюсь, что нет, — произнёс Малфой, потянулся к куче одежды, вытащил оттуда палочку и пачку маггловских сигарет. — От твоих минетов моя нежная кожа постоянно зудела. И это было просто ужасно, — он усмехнулся, прикурил.       Пусть Драко шутил, но это похоронное «было» как-то совершенно неприятно сдавило сердце Поттера. Что было? Всё, что было до сих пор есть. Разве не так?       Не так. Гарри знал это, но даже близко не представлял, как стоит поступить. И ведь где-то там действительно сидел другой, но всё такой же дорогой Малфой, к которому хотелось вернуться. Но теперь, по крайней мере, Гарри стало понятно, почему Отдел тайн так пристально наблюдал за Драко. Только не за тем, который был им нужен. Необходимый — тот по чьей вине время всё ещё не встало на рельсы, — сидел рядом с Гарри и медленно, с огромным удовольствием тянул сигарету. И ему уже некуда было вернуться, сколько бы он не крутил маховик времени, всё ещё висящий на его зарубцованной груди.       — Я сначала подумал, что зря пошёл за тобой, — прошептал внезапно Драко, прерывая поток сумбурных мыслей. — Но теперь думаю, что всё складывается правильно. Всё всегда было правильно. Даже те годы, которые я провёл в той квартире, пока аврорат спустя несколько сотен жалоб и доносов, наконец, не обратил на неё внимание. В этот раз… ты пришёл раньше ко мне, на целые долгие годы. А вот эта больная пропитая голова, — он указал, на себя, — уже многое успела забыть, — с этими словами Малфой лениво снял с шеи маховик времени. — Надо будет после вернуть его в Отдел Тайн, — он хотел было бросить его в кипу скомканной одежды, но потом вдруг скептично посмотрел на Гарри. — Если ты хоть один оборот сделаешь… — начал было он.       — О Мерлин, — зашептал Поттер, — я же не ребенок. Я всё понял.       — Не ребенок говоришь… Как думаешь, сколько мне лет?       — Лет 30?       — Сочту за комплимент, — мягко прошептал Малфой, и Гарри ощутил, как по волосам скользнула прохладная пятерня — так знакомо, словно они вернулись домой, в их теплую постель. Было слишком хорошо. Но мысли всё равно постоянно возвращались к тому, кого он оставил в Мунго.       — Прости, но мне надо вернуться, — прошептал Гарри. — И как можно скорее.       — Да, я знаю, — ответил Малфой, помедлили немного и продолжил чуть более решительно: — Мы оба туда вернёмся. Дай только немного отдохнуть.

***

      Когда Гарри услышал «мы оба вернёмся туда», то по глупости своей решил, что они вернутся в Мунго вместе. Но когда он очнулся от, казалось бы, лёгкой дремоты, то с ужасом обнаружил, что ни Драко, ни его вещей рядом нет. О том, что Малфой ему не причудился напоминали лишь оставленный на полу маховик времени, адская боль в пояснице и бёдрах, а также всё ещё тёплая подушка, на которой слизеринец лежал. И судя по всему Драко ушёл совсем недавно.       Не без труда Гарри оделся, не без труда аппарировал, не без труда добрался до палаты.       Уже у самой двери он увидел Драко. Позвал его, но тот не отреагировал. Лишь весь напрягся. И Гарри пошёл к нему. Побежал. Позвал его вновь, и это будто придало Малфою решимости. Он обернулся, посмотрел так печально, а затем повернул ручку и скрылся за дверью. Гриффиндорец влетел в палату лишь секундой позже, он сделал ровно шаг и в его грудь вдруг упёрлась волшебная палочка. Её держал Малфой — его Малфой. Он явно стерёг всё это время дверь, но теперь лишь с каким-то растерянным выражением смотрел прямо сквозь гриффиндорца.       — Драко? — позвал Гарри, обхватывая ладони Малфоя своими, но тот отстранился, покачнулся и схватился за голову. Несколько раз нервно вздохнул, а затем оторопело посмотрел на Поттера. Драко явно пытался собрать себя в кучу. Он тряхнул головой в надежде, что это поможет. Не помогало. И затем слизеринец в каком-то отчаянном жесте потянулся к карману.       — Вряд ли ты найдешь там фляжку… — зашептал Поттер, разгадав этот незамысловатый жест.       — Чего? — удивился Драко. — Нет, я не… — стал оправдываться он, вдруг замолчал. А Гарри подошёл ещё ближе, потянулся к Малфою, привлекая к себе. А тот лишь устало выдохнул ему в шею и, наконец, расслабился. Теперь всё было правильно. И на этот раз Гарри был в том полностью уверен. Конец.