rA9 любит котиков. Часть 2

Гэвин резко развернулся. — Что тебе надо? Хлоя скромно потупила взгляд, сжимая в руках пакет из популярного магазина джинсов. Откуда она появилась за его спиной, Гэвин отследить не смог (всё же дело было в крупном торговом комплексе), но то, что андроид преследовала именно его, держась на расстоянии стандартных двух метров, сомневаться не приходилось. Гэвин честно выдержал три минуты. — Я забрала ваш заказ, — спокойно сообщила Хлоя. — Может быть, вы желаете присесть вот в том кафе, чтобы убедиться в отсутствии ошибок. — Я ничего не… — начал Гэвин, но оборвал себя. Нечего опять оправдываться. — Модель? Номер? — Ваш персональный андроид-ассистент, модель «ST200», Хлоя номер 17, — отчиталась Хлоя 17. — Приятно познакомиться лично, мистер Рид. Конечно же, «вы ничего не…», я позволила себе самостоятельно оформить ваш заказ и лично его доставить. «Самостоятельно»? Что опять задумал Камски? — Нет, мистеру Камски не нужно знать о вашем заказе, — ровным голосом сообщила Хлоя 17. — Может, всё-таки присядете? Гэвин от неё отшатнулся. Он не произносил последнее вслух. Только в мыслях. Как она?.. Ясно. Он должен был догадаться раньше. Хлоя 45, встречавшая его в больнице, знала на самом деле больше о состоянии своего пациента, чем он сам. Врала ему, не давая разрушиться легенде. Хлоя 28 «верила», что он приедет. Хлоя-с-неизвестным-номером из лаборатории Камски появилась слишком вовремя с аптечкой наготове. У них всех был доступ к его мыслям. В том или ином виде. Даже, скорее всего, более полный, чем у сраного планшета. — Простите, что доставила вам неудобства, мистер Рид, — сказала Хлоя 17. — Он необходим мне для выполнения задачи, поставленной мистером Камски: всегда быть готовой подстраховать любые последствия ваших решений. Логично. «Хлои не дадут компании развалиться», — вспомнились Гэвину слова Камски. Похоже, тот не ограничивал зону ответственности Хлои одной компанией. Просто если раньше от Гэвина всё скрывалось, то теперь было не нужно. Гэвин перевёл взгляд на кафе, в которое Хлоя 17 предлагала ему заглянуть. Немного посетителей, автоматизированные официантки. Ладно, насколько Гэвин помнил отзывы напарника, там есть годный кофе. Диод Хлои 17 моргнул жёлтым. Гэвин выбрал столик подальше от входа, обратил внимание на то, что дёрнувшаяся к ним официантка линейки AV300 замигала синхронно с Хлоей 17 и развернулась в сторону кухни. Такие переговоры между другими андроидами Гэвина бесили. Похоже, в его случае контакт шёл только в одном направлении: к сраному планшету или Хлое. С другой стороны, у Камски были причины оставить Гэвина без дистанционного общения. Ведь люди не владели такой телепатией, а Гэвин — почти человек. Хлоя 17 протянула бумажный пакет. Внутри действительно обнаружились джинсы (размера Гэвина) и, что интереснее, пухлая традиционная папка. Гэвин достал её, раскрыл и сразу же наткнулся на фотографию сделки наркоторговцев, которую застал лично. — Это?.. — уточнил Гэвин, бегло просматривая содержимое папки. — Да, — подтвердила Хлоя 17. — Но… — Гэвин поднял взгляд на спокойного андроида. — Я не Камски, мистер Рид, — ответила Хлоя 17. — Я всего лишь выполнила ваш заказ. «И Камски знать об этом не нужно», — продолжил за неё фразу Гэвин, возвращаясь к чтению папки. Фотографии. Отчёты. Ровные строчки печатного текста — всё то, что Гэвин выстраивал в своей голове, облачённое в бумагу и чернила. В дело. Когда дошёл до снимка, сделанного с высоты птичьего полёта, Гэвин ещё раз взглянул на Хлою 17, и та, словно смущаясь, пояснила: — Дрон был не совсем полицейским, мистер Рид, — её диод светился голубым. — Контракт на поставку дронов полиции Детройта заключён с компанией из группы «Умный город». Их полигон для тестирования находится всего в нескольких километрах от места съёмки этого фото. — Ясно, — сказал Гэвин, убирая папку обратно к джинсам. — Ты справилась с заказом без ошибок. Официантка поставила перед ним кофе и удалилась. Гэвин отпил немного: действительно, годный. Хлоя 17 скромно улыбнулась. Словно ей было приятно, что её похвалили. Но границу между «имитацией» и «реальностью» Гэвин бы провести не рискнул. С тех пор как познакомился с Камски — однозначно, нет. Разобраться бы в себе… — Может быть, ты даже знаешь мои дальнейшие действия? — спросил Гэвин у Хлои 17. — Мои расчёты показывают, что успешность вашего плана на семь процентов будет выше, если вы выберете линию «поздравить со скорым рождением сына», — сообщила Хлоя 17. — Но, в целом, шансы высокие. Гэвин кивнул. Хлоя поднялась из-за стола, убрала руки за спину, как приличный андроид. — Я буду на связи, мистер Рид, — пообещала Хлоя. Ещё бы. С таким уровнем доступа. — Можешь звать меня Гэвином, — сказал ей Гэвин. Диод Хлои снова окрасился жёлтым, но быстро вернулся к привычному голубому. — Хорошо, Гэвин, — улыбнулась Хлоя 17. Она покинула территорию кафе и растворилась среди толпы торгового комплекса так же легко, как и появилась. Гэвин допил кофе и отправился дальше искать то, зачем он собственно и решил прогуляться по магазинам.

***

Как оказалось, отыскать обычную розовую толстовку с рогом единорога на капюшоне на взрослого мужчину не так-то просто, но Гэвин упрямо шёл от магазина к магазину, от торгового комплекса к торговому комплексу. Вот с кигуруми или там с футболками проблем не наблюдалось, но это было совсем не то. В итоге нужный цвет нашёлся в соседнем штате Огайо, когда до дедлайна оставалось всего пара дней (и последний свободный выходной до). Осталось только определиться с размером. XL или XXL? Гэвин обычно не жаловался на свой глазомер, но в такой момент ошибаться не хотелось. Он разложил перед собой оба варианта, отказался от помощи андроида-консультанта ST300 и задумался. Его мысли прервал звук телефона. Гэвин достал его из кармана. «XL сидит лучше. 48», — пришло лаконичное сообщение с неизвестного номера. 48? Хлоя? Следом высветились ещё несколько с одного и того же номера. «Но мистеру Камски больше нравится мешковатая одежда, в которой можно спрятаться. 9». «27% из партии XXXL были выпущены с браком. 40». «Вероятность успеха — не менее 89% при любом выборе. 28». Гэвин нахмурился. Он только почти смирился с тем, что не мог, как все остальные, контролировать приватность своих мыслей. А теперь, похоже, Хлои решили его довести. «Твой контроль над мимикой и голосом на 68% лучше, чем у большинства людей — следовательно, намного ниже вероятность выдать свои мысли окружающим. 40». Гэвин вспомнил, как его проверяли несколько раз на детекторе лжи. Действительно, осечек не было даже тогда, когда он ещё не подозревал, что не человек. «Просим прощения за доставленные неудобства, Гэвин. Мы будем тактичнее. 17», — тут же отозвалась на это чувство очередная Хлоя. Так. Он совсем отвлёкся. Времени уже мало. А ведь ещё нужно её персонализировать, если следовать сформированному плану. XXL. Убедили. Гэвин убрал телефон и направился к кассе. И тот послушно промолчал.

***

— Да, я видел расчёты, Нина, но я не снимаю вето со своего решения, — услышал Гэвин слова Камски, когда спускался по лестнице в гостиную. Ответ его собеседницы Гэвин не услышал: Камски говорил по телефону через гарнитуру. И судя по его напряжённой спине — разговор совершенно не ладился. Нина… о чём ругались собственник Киберлайф и её исполнительный директор? — Линейка требует доработки, речь же не просто о домашнем помощнике, а о военной технике, — сказал Камски в микрофон гарнитуры. — Да, сроки поджимают, но я не верю, что ты не сможешь с ними договориться. Гэвин спустился до конца лестницы и замер, решив подождать. Камски обернулся, неопределённо махнул рукой и сообщил Нине: — Всё, мне пора идти, продолжим разговор позже, спасибо за поздравления, — Камски с облегчением избавился от наушников в ушах и обратился уже к Гэвину. — Доброе утро, сегодня на кухне можно найти штрудель. Испёк его, пока говорил по связи с Карлом, который мне часа два жаловался, что Маркус делает всё слишком правильно, поэтому его это не устраивает, а у него и так бессонница. — Маркус? — переспросил Гэвин, хотя в целом догадался, о ком речь. — У них там сейчас не дом, а поле боевых действий, — невнятно пояснил Камски. — Сначала Карл его звал больше как «Эй ты», но после нескольких выпадов RK200 повысили сначала до «воинственного пластика», а потом тот смирился и выдал ему имя в честь Марса, потому что «задолбал мне красным в лицо светить, пошёл отсюда». Мне не понять логику художников. — Ясно, — сказал Гэвин и протянул Камски подарок, который до этого прятал за спиной. — С днём рождения. Камски замер. — Откуда… а, хотя, да… — пробормотал он, посмотрел на пакет и ещё тише добавил: — ты не обязан был… Гэвин промолчал. Он не был обязан, но… теперь это казалось естественным. Люди держались за свои традиции, потому что праздник по расписанию позволял им чувствовать себя лучше. Увереннее посреди хаотичного мира. В этом всё ж наблюдался определённый смысл, пусть Гэвин и не смог его сразу выделить. Но он продолжал учиться. Тем более, он имел полное право взять реванш за октябрьскую выходку Камски. 4:2. Гэвин всё ещё отставал по своим внутренним подсчётам, но хотя бы сократил разрыв. Камски неуверенно взял пакет. — Что это? — То, что тебе, скорее всего, не пришло бы в голову купить самому, — сообщил Гэвин. — Под цвет волос, который тебе по-прежнему не идёт. — Я теперь подумываю насчёт фиолетового, — ответил Камски, доставая толстовку. — О. Ого. Он заворожено провёл рукой по вышитой на спинке надписи «Принцесса от науки», затем на его лице опять замерла та самая сложно идентифицируемая эмоция, которую Гэвин уже видел на Мосту. А потом Камски уверенно сделал шаг к Гэвину и крепко его обнял. Ясно. Вот что это значило. Память хотела подкинуть ему ещё информации, но Гэвин её отогнал, просто проживая текущий момент. Он не видел лица Камски. Но почему-то автоматически зацепился за синюю мазню на стене. Почему он раньше не замечал, как крепко между собой переплетаются на ней линии? — Спасибо, — сказал Камски, отпуская Гэвина. — Ты строил какие-либо планы на день? — спросил Гэвин. — Отключить телефон и работать? — неуверенно ответил Камски. — Или лучше спать, всё равно с текущим проектом пока не всё ладится, может, на свежую голову… Я не планировал как-то отмечать, если ты об этом. — Я взял отгул и арендовал автомобиль, — сказал Гэвин. — Если проект подождёт, то… — У тебя есть план, — Камски чуть наклонил голову и улыбнулся. — Мне уже нравится. Но я не спал ночью и могу внезапно вырубиться. — Поездка займёт не меньше пяти часов в один конец. Я поведу. — Можно воспользоваться тогда… а, не важно, это будет уже не твой план, — Камски натянул на себя свитер. — Что-то надо взять с собой? — Сменную одежду на всякий случай, паспорт, — перечислил Гэвин. — Понял, — кивнул Камски. И больше не задал ни одного вопроса, пока не устроился розовым пятном на задних сиденьях арендованного автомобиля. — Так значит, пять часов? Гэвин перевёл навигатор в беззвучный режим, установил точку «Ниагарские водопады», посмотрел на рассчитанное время пути — четыре часа десять минут — и уверенно ответил: — Да, я разбужу, когда приедем. — Хорошо, — сказал Камски и, не посмотрев на последние уведомления, снял свой привычный электронный браслет. Хлою, как подозревал Гэвин, это не остановит, если вдруг что. Но остальных — да. А день тишины — тоже неплохо, так?

***

Пухлая папка метафорически зудела о своём существовании на дне сумки. Гэвин знал, что в этом расследовании он достиг своего потолка. Он был близок, но… офицер Ын говорила: «Иногда важно вовремя остановиться». Идеально, если получится передать дело тому, кто не отнесётся к нему как к пустяку или лишней обузе. В прошлой жизни Гэвин просто пришёл бы напрямую к Норману. В этой — вариантов оставалось не так много. А уверен Гэвин мог быть только в одном из них. В лейтенанте Андерсоне, получившем своё повышение буквально на днях. Если тот смог найти наркоторговца по тем данным, которые приходили к нему на стол из Сан-Франциско, то и на своей территории быстро разберётся с проблемой. Возможно, лейтенант Андерсон уже и так всё знал. Тогда б все эти месяцы пропали впустую… но большее значение имеет повышение безопасности на улицах Детройта с каждым днём, а не то, кто первый доберётся до очередного преступника, как, вероятно, считал офицер Мартин. (Гэвин ставил себя выше того, чтоб соревноваться с ним по статистике арестов.) (Однако, несмотря на бурчание и лень офицера Филлипса, они обошли его во втором квартале на целых семь процентов.) Оставалось только найти подход. Понаблюдав издалека некоторое время за лейтенантом Андерсоном, Гэвин с удивлением отметил ещё одну его особенность: тот не особо ладил с техникой. Он единственный в участке пользовался кнопочным телефоном — и вовсе не потому, что такие телефоны ценились за высокую ударопрочность и умение держать заряд. Лейтенант Андерсон предпочитал читать с листа. Раньше действительно так было комфортнее глазам, но на сегодняшний день планшеты в их участке могли имитировать бумагу, которая ничем не уступала оригиналу. Наверное, поэтому Хлоя подготовила документы в распечатанном виде. Она всё учла. Откуда Хлоя так много знала? Смартфон Гэвина тактично на это промолчал. Скорее всего, Хлое стоило доверять и в других выводах. Поэтому Гэвин внутренне собрался, проиграл в голове несколько вариантов ситуаций и после очередной смены отправился пить пиво в бар. Неформальная обстановка. Алкоголь обычно чуть снижает у людей критическое восприятие реальности. Кто-то хочет забыться, а лейтенант Андерсон иногда позволял себе немного расслабиться. Все так делали, кроме «трезвенника» Гэвина, — у полицейских непростая жизнь. Совет Хлои пригодился. И вот, спустя пару бокалов за здоровье ещё не родившегося Коула, Гэвину удалось завязать относительно непринуждённый разговор. У Мартинеса бы получилось лучше. От этой мысли пиво в бокале как-то по-особенному загорчило, но Гэвин задвинул её глубже в подсознание. Лейтенант Андерсон умел располагать к себе. Гэвину даже стало интересно узнать, как его обманчивая доброта в глазах исчезает во время допросов, но проверять на своей шкуре не хотелось. А потом в диалоге подвернулся тот самый момент, и Гэвин выложил пухлую папку перед лейтенантом. — Это может быть чем-то важным, а может быть и полной фигней, — осторожно добавил Гэвин. — Давай посмотрим, что у тебя, — ответил лейтенант Андерсон. По мере чтения лейтенант словно протрезвел, хмурясь всё сильнее и сильнее. — Источник? — уточнил он деловито. — Анонимная наводка, что-то проверил сам, но это не мой уровень, — ответил Гэвин. — Выглядит как одна из недостающих частей пазла, которая всегда валялась перед моим носом, — отозвался лейтенант Андерсон, чуть откидываясь на барном стуле. — Я возьму в дело. — Хорошо, — кивнул Гэвин, чувствуя удовлетворение. — А кстати, Рид, если я правильно помню, то ты тоже раньше работал детективом? — вдруг спросил лейтенант Андерсон. — Или это был твой однофамилец? — Да, под началом сержанта Беха, — спокойно ответил Гэвин. — Но я пробыл в этой должности меньше месяца, а потом вернулся в Детройт. — Сан-Франциско, должно быть, более интересный город, чем Детройт, — улыбнулся лейтенант Андерсон. — Не жалеешь об этом решении? Простой вопрос в очередной раз цепанул по несуществующей душе. Гэвин мог бы на это ответить грубым «Не твоё дело», но он понимал: лейтенант не планировал его уязвить или напомнить о прошлом, ему просто было любопытно. Мог ли капитан Фаулер рассказать ему про Мартинеса? Вряд ли. — Тут моя семья, — сформулировал аккуратный ответ Гэвин. Он ведь не соврал. Но и не стал рассказывать лейтенанту Андерсону всей правды — не было необходимости. Вместо этого добавил несколько бумажек бармену на чай и засобирался домой. И, как понял Гэвин по задумчивому взгляду лейтенанта и будущего отца, ему удалось угадать правильный ответ.