Король и шут

***

      Это был конец первой недели отпуска Андрея. Сейчас он и Горшенёв сидят в покоях правителя. —Горшок, прекрати елозить как ненормальный! — Не выдержал король. Парень уже второй час пытается нарисовать позирующего ему Миху, но шут всё время дёргается. — Извиняйте, Ваше Величество, но я сижу без дела уже битый час! — Заскулил в ответ Горшок. — Ты сам согласился попозировать мне. А теперь не шевелись, иначе я нарисую тебе свиное рыло вместо носа. — Кажется, слова парня подействовали на шута, и тот перестал дёргаться. — А долго ещё? — Спросил Горшок. — Нет. — Устало выдохнул Андрей. — А сколько? — Не унимался Миша. — Полчаса, если рисовать без красок. — Произнёс в ответ правитель, проводя по бумаге карандашом. — А вы будете с красками делать иль без? — Миха не желал так просто успокаиваться. — Наверно. — Андрей снова попытался сосредоточиться на работе. —Наверно да или наверно нет? — Горшок  облизнул губы и поёрзал на стуле. — Наверно нет. — Сдался король, парень просто понял, что не выдержит ещё час нытья шута. — Потерпи ещё полчаса и можешь быть свободен. — Правда? Здорово. — Горшок заметно оживился. — Ваше Величество, а вы умеете играть на чём-нибудь? На скрипке например. — Нет, я когда-то пытался играть на гитаре, но ничего из этого не вышло. — Ответил Андрей, прорисовывая глаз собеседника на холсте. — А поёте? — Спросил смирно сидящий Миха. — Я не умею, Горшок. — Парень продолжил прорисовывать глаз — Я считаю иначе, у вас сильный голос, если хотите, то я могу научить вас и играть на гитаре, и петь. Что скажете? — Шут облизнул свои губы. — Звучит заманчиво, но сначала я закончу картину. — Король стёр неровную линию.           Через час парни сидели на кровати правителя, Горшок объяснял Андрею как правильно играть и брать аккорды. А король внимательно слушал, боясь пропустить хоть слово, он смотрел на гитару, на Миху и на его сильные руки, только взглянув на них, можно было понять, что шут с детства привык к тяжёлому труду и не боялся испачкаться. — Попробуйте. — Горшок протянул Андрею гитару, последний взял её.          Король пытался воспроизвести всё то, что показал ему шут, и на удивление у правителя получалось неплохо. Не идеально, но и не ужасно. — Вы большой молодец, ещё пару тренировок и вы станете настоящим гитаристом. — Улыбнулся своим беззубым ртом Миха. — Давайте прервёмся сейчас, а то у вас заболят пальцы с непривычки. — Ладно. — Король нехотя согласился и вернул инструмент обратно владельцу. — Ваше Величество, а давайте попробуем одну штуку? — Спустя несколько минут молчания произнёс Горшок. — Что именно? — Спросил Андрей. —Давайте сюда ваши стихи, я буду играть на гитаре, а вы петь. Согласны? — Глаза шута светились от энтузиазма и желания. — Горшок, я не умею петь… — Ответил король. — Может хоть попробуем? — В голосе парня была слышна грусть и слабая надежда. — Ладно, какой достать? — Не выдержал Андрей. — Давайте забытые ботинки. — Широко улыбнулся Миха.           Через пятнадцать минут Горшок начал играть мелодию, а король петь.       Кажется, будто душа правителя наполнилась теплом.

***

— А потом Пор вцепился зубами в ухо хряка! — Рассказывал очередную историю Миша, сидя на подоконнике в комнате короля рядом с правителем. — Серьёзно? — Андрей рассмеялся.           На дворе была глубокая ночь, обычно в это время король спал и видел десятый сон, но сейчас парень в отпуске, а это значит, что тот никому не понадобится ближайшее время. Глаза Андрея слипались, но правитель упорно игнорировал это, ему не хотелось, чтобы этот день заканчивался, и  чтобы Горшок уходил. Рядом с шутом король впервые за все годы жизни чувствовал себя спокойно и комфортно. Михины истории вызывали улыбку и громкий смех правителя. И до парня наконец дошло, что шут, сидящий перед ним, это и есть тот деревенский мальчишка, подаривший единственное светлое воспоминание о детстве.           Многое успело произойти с появлением Горшка. Во-первых, короля впервые стали слушать и делать то, что он говорит, не переворачивая сказанные слова в шутку; во-вторых, Андрей почти перестал чувствовать себя слабым рядом с охраной, благодаря Мише правитель сумел доказать солдатам, что он способен на многое; в-третьих, желание резать себя почти полностью пропало, ведь Горшок дарил парню уверенность в себе, тот даже почти перестал проводить ритуал «два пальца в рот» после каждого ужина. В добавок шут начал вступаться за Андрея, когда последнего пытался обидеть Генрих. Едкие замечания шахматиста обычно сильно задевали короля, и парень ничего не мог на них ответить, поэтому правитель молча терпел и старался не разрыдаться прямо перед своим братом. Но когда Миха впервые услышал такую издёвку от Генриха в сторону Андрея, то жутко взбесился и начал в ответ оскорблять «Белого». «В отличие от вас король не сидел на жопе ровно и не игрался в тупые игры, а следил за страной, а вы пришли на всё готовенькое и вдобавок упрекаете, хотя сами ни черта не сделали!"—кричал шут на обалдевшего Генриха. Хоть, правителю и пришлось успокоить Горшка в довольно грубой форме, но когда он и парень остались наедине, то Андрей поблагодарил Мишу. После того инцидента Генрих ни разу даже не попытался как-то задеть своего родственника. У короля складывалось такое впечатление, будто Миша со своим приходом принёс в замок что-то необычное, новое и раннее неизвестное. Это было ощущение, будто ты наконец оказываешься дома после долгих лет скитаний. Определённо оно.            Горшок посмотрел в окно, а король заглянул в глаза шута. Они были по-настоящему прекрасны, в них отражались звёзды. — Сегодня небо красивое, — Произнёс Андрей. — Первый раз такое вижу. — Серьёзно? — Удивился Горшок. — Да, обычно я сплю в это время, а если и нет, то небо всё в тучах. — Объяснил король. — Ес честно, для меня звёзды перестали быть чем-то невероятным как раньше. — Сказал Миша. — В моей деревне всегда открывается прекрасный вид на небо. Когда я был ребёнком, мне нравилось сидеть на траве и долго смотреть вверх, пока не встанет солнце. Конечно, утром Шура возмущался, что я похож, да и работаю, как сопля, но это стоило того. — А сильно далеко твоя деревня? — Задал вопрос правитель, убрав надоедливые волосы назад. — Ну, почти два дня до сюда, это ещё зависит от того, насколько загружена телега. — Пояснил шут.       Воцарилось молчание. Миха мялся, было очевидно, что он хочет что-то сказать, но никак не мог решиться. — Ваше Величество, я могу спросить? — Прервал тишину Горшок. — Прошу, давай на ты, да и зови меня Андреем. — Произнёс король. — Хорошо, Андрей, я могу ненадолго уехать к себе в деревню? Там просто кое-чё произошло, и ребята не смогут справиться без меня? Это всего на несколько дней. — Миша смотрел куда угодно, но только не на собеседника. — Клянусь, я как зайчик, туда и сразу же обратно. — Конечно, ты можешь ехать. — Еле выдавил из себя король. — Если хочешь, я могу отправить с тобой кого-то из прислуги, дабы помогли, а не просиживали свой зад здесь. — Спасибо, но никого не надо, мы с друзьями справимся сами, — Шут снова посмотрел в окно. — Андрей, а тебе не бывает одиноко здесь? — Горшенёв быстро перевёл тему разговора. — Что? Нет, в этом замке всегда полно людей. — Ответил Андрей. — Ты не понял, вокруг много людей, но сколько тех, кто рядом, когда тебе плохо? Сможешь назвать хоть одно имя? — Миша смотрел серьёзно, не отрывая своего взгляда от собеседника.          Андрей молчал. Он не мог никого назвать. Его никто не поддерживал, не пытался понять или нормально выслушать. Но тут парня осенило. — Вообще-то могу. — Король сделал короткую паузу. — Это ты, Миша. Ты первый, кто оказался рядом. — Я польщён. — На лице Горшка расплылась широкая улыбка. — Я могу ещё спросить? — Спрашивай всё, что хочешь. — Андрей снова убрал надоедливые волосы за ухо. — Ты был одинок и в детстве? — Последнее слово шут тихо прошептал, будто боясь того, что его собеседник озвереет и накинется с кулаками. — Да, мать предпочитала даже не смотреть в мою сторону, она ненавидела меня и своего мужа. По правде, я не виню её в этом. Эту женщину насильно выдали за моего второго родителя и заставили рожать детей. Но после того, как я родился, она так и не смогла снова понести. — Андрей посмотрел на Мишу, тот внимательно слушал.— Когда приезжал Генрих со своим отцом погостить к нам, то во время наших игр он постоянно пытался задеть меня либо словом, либо жестом. Я знаю, что Генрих никогда не хотел общаться со мной, он всё ещё злится на то, что король не он. — Произнёс правитель. — Тебе наверно надоело слушать моё нытьё… — Нет-нет, продолжай. — Уверил Андрея шут и положил свою руку на его плечо. — Честно, Миша, своё детство я мечтаю забыть и никогда не вспоминать. — он не стал говорить о своём отце, было слишком больно от воспоминаний о нём. — У всех нас есть что-то, о чём мы желаем забыть. — Ответил Горшок. — Я хочу стереть воспоминания о последних днях, что я и моя семья провела здесь, когда я был маленьким. — Что произошло? — Спросил Андрей. — Мой отец просто ушёл из дома и больше не вернулся, а мать с горя запила и забыла обо мне и моём брате. А в один день она попыталась убить Лёшу своими ножницами, мы еле унесли ноги. На время нас приютил у себя Шура, у него в семье тоже не ахти. — Голос шута был по-необычному мрачным и серьёзным. — Через неделю мы втроём приняли решение бежать подальше от этого города, во время побега к нам присоединился Пор. Потом мы вчетвером долго скитались, пока не нашли заброшенную деревушку у леса. Это были очень голодные и холодные времена, но с тех пор всё изменилось.          Андрей не знал, что ответить. Дабы хоть как-то поддержать Мишу, парень положил свою руку ему на колено. Горшок посмотрел на короля и по-доброму улыбнулся.

***

          Король был в своей комнате и рисовал. Сегодня уехал Миша в свою деревню, тишина неприятно давила на Андрея, он всё ждал, какого-то комментария от шута по поводу своей работы или просто шутку, но в комнате был только он и никого больше.          Правитель провёл карандашом по холсту, вырисовывая глаз. Это был второй по счёту портрет Миши или четвёртый? Король сбился со счёта. Правитель честно пытался нарисовать кого-то или что-то другое, но всегда получался тот шут, успевший стать близким.   —Ваше Величество, обед готов, прошу вас проследовать к столу. —Объявил зашедший в комнату слуга. —Да, я сейчас подойду. —Андрей успел раз двадцать пожалеть о том, что забыл закрыть дверь. Ведь если бы в спальню вошёл Генрих и увидел, как его родственник рисует столь ненавистного для шахматиста шута, «Белый» закатил бы такую истерику, что страшно представить.          Прийдя в столовую, король увидел до омерзения счастливого шахматиста. Генрих определённо был счастлив отсутствию Горшка в замке. Андрей сел за стол и начал есть куриный суп. — Приятного аппетита, брат. —Генрих напоминал шипящую змею, когда произносил эти слова. — Как проходит твой день? — Весьма спокойно и расслабленно. — Нехотя ответил правитель. Последнее чего хотел парень, так это говорить со своим родственником. — А у тебя как? — Довольно неплохо, учитывая то, что я вынужден разбирать все твои незаконные дела и исправлять ошибки. — Генрих отрезал кусок от своего стейка, отправил его в рот и запил вином. — Я не заставлял тебя этого делать, хочу напомнить, что ты, брат, сам предложил мне свою помощь. — Слова короля заставили застыть шахматиста в изумлении, это был первый раз, когда Андрей постоял за себя и грубо ответил «Белому». —Если что-то не нравится, можешь уходить, никто тебя здесь не держит. И не забывай, брат, король я, а не ты.          Дальнейший обед прошёл в напряжённой тишине.

***

              На пятый день отсутствия Михи, Андрей был готов лезть на стену от скуки. Буквы в книгах не хотели складываться в слова; тренировки быстро надоедали, король уже успел забыть каково это тренироваться в одиночестве; рисование тоже не помогло, чтобы парень не брался рисовать, всегда получался Миха, а со стихами была такая же проблема. Андрей даже вернулся к своим обязанностям, хоть Генрих и помогал ему. Но даже в работе король не мог найти успокоения.       К тому же, и так ужасное настроение Андрея еще больше испортил разговор двух служанок. «Помнишь того шута, ну, тот который всё время за королём носится? Так вот, я видела его недавно в объятиях какой-то красивой девушки. Представляешь?!» — от воспоминаний о всплывшем диалоге Андрей сжал до скрежета зубы. Король не понимал что это за чувство, подобное парень испытывал впервые, и оно совершенно не нравилось королю. Это чувство было противным, склизким, как слизь улитки, унылым и вместе с этим злобным, жаждущим убивать. У правителя появилось острое желание убить ту девицу и связать Горшка за руки и ноги, посадить на цепь в спальне, не позволяя никому даже взглянуть на шута. Андрей когда-то читал книгу, где главный герой испытывал точно такие же чувства, когда видел свою лучшую подругу рядом с кем-то другим. В этом рассказе это называли ревностью.         Ревность?           Бред!          Андрей вовсе не ревновал Миху к той девушке. И вообще для того, чтобы испытывать эти чувства, надо быть влюблённым в человека. А король вовсе не испытывал подобного чувства по отношению к Горшку. Подумаешь, что правитель всё время думал о его глазах, руках и прекрасном голосе. Подумаешь, что Андрей иногда засматривался на Миху и рисовал только его и писал свои стихи ему. Это ещё ничего не значит.          «А вдруг твой шут больше никогда не вернётся? А если он свалил с той девицей в свою деревню, а тебе наврал, что он уехал на несколько дней, дабы ты его не держал здесь?» — раздались слова в голове короля, от них тот выронил из рук карандаш (это была очередная попытка хоть что-то нарисовать кроме Горшка). Вначале Андрей пытался выкинуть эти мысли из головы, ведь это бред и вздор! Миша всегда знал, что король позволит уйти ему в любой момент и не будет препятствовать этому. К тому же Горшок-друг Андрея, а зная натуру Михи, король прекрасно понимал, что шут никогда не сбежал бы, не предупредив перед этим правителя.          «А что если я его недостаточно хорошо знаю?» — снова промелькнула мысль в голове. Правитель бросил рисование и начал измерять свою спальню широкими шагами. С каждой секундой идея с побегом Горшка переставала быть такой бредовой. Андрей начинал находить какие-то доказательства в пользу и против, но на каждый аргумент «против» находилось около двух или даже трёх «за».         В горле появился противный ком обиды и злости непонятно на что или кого. То ли себя, то ли на Горшка, то ли на свой титул, то ли на ещё что-то. Андрей упал на колени и закусил свою левую ладонь, чтобы не закричать диким зверем. Единственный человек, проявивший к королю дружелюбие и успевший стать другом, сбежал и бросил его в одиночестве, не удосужившись даже сказать прямо о своём решении.       «Ты действительно жалок, даже какой-то деревенский шут кинул тебя» — противный голос в голове не желал успокаиваться, напротив, он только набирал обороты.           Андрей подполз к тумбочке возле кровати и вытащил от туда свой любимый маленький нож. Руки сильно дрожали, прямо как у столетнего старика, к глазам подступали слёзы горечи и обиды, кажется, ком в горле стал ещё больше и перестал давать возможность сделать даже маленький вдох. Король задрал вверх правую штанину, поднёс к ноге нож и провёл длинную полоску от ступни до колена. Кровь просачивалась через рану и капала на пол большими каплями, оставляя за собой неровную ярко- красную дорожку на ноге парня. Андрей запрокинул голову назад и криво улыбнулся, кажется будто все проблемы ушли куда-то далеко. Парень не беспокоился о том, что кто-то мог войти в спальню и застать его в таком жалком виде, король запер дверь на ключ и приказал всем не беспокоить его до завтра. Правитель снова порезал себя, на этот раз рана получилась более короткой и глубокой, Андрей зашипел от боли и удовольствия. Руки уже были в крови как и одежда, и пол, но на это король хотел плевать с высокой колокольни, он обязательно уберёт всё сегодня или завтра так, что никто не заметит и даже не подумает. Он задрал вторую штанину и начал вырезать «узоры» уже на ней, парень не старался сделать раны такими же как на другой ноге, напротив он сделал их максимально непохожими. Новые царапины были короткими (около 4-5 сантиметров), рванными, будто на короля напала бешеная кошка и глубокими.          Андрей снял с себя рубаху и штаны, обе вещи полетели в противоположный конец комнаты. На трясущихся ногах парень подошёл к огромному зеркалу, Король всегда ненавидел эту вещь. Он посмотрел на своё отражение и громко засмеялся, но парень вовремя опомнился и закусил свою левую ладонь, кажется в этот раз до крови. Андрей снова посмотрел в зеркало, крепко сжав нож, длинные рубцы были рассыпаны по всему животу и спине. Парень сделал небольшой надрез на животе и сморщился от боли. Сегодня был первый раз, когда король резал что-то другое кроме ног. Собравшись с силами, правитель сделал ещё несколько неглубоких  царапин, но длинных царапин на животе. Потом приподняв вверх кусок трусов, Андрей сделал глубокую рану на бедре и закусил свою нижнюю губу, дабы не заорать во всю глотку.          Через пять минут своей истерики король отключился.

***

////// — Где ты, сучёныш?! — Андрей сидел под кроватью и зажимал свой рот рукой. — Вылезай, а то хуже будет!           Принц зажмурился и лишь  сильнее забился за огромный сундук, стоящий под кроватью. Отец Андрея снова был чем-то недоволен, а если быть точнее, то кем-то, а именно самим мальчиком. Дело в том, что Андрей снова взял не ту вилку, когда к королю приехали важные люди. — Опозорил меня, ебанутый, а теперь прячешься, как крыса?! — Орал мужчина, в его руках был длинный жёсткий хлыст. — Выходи, и я снижу количество ударов с двадцати до семнадцати. — Тяжёлые шаги эхом раздавались по комнате мальчика, кажется, будто весь замок вымер, не было никого слышно кроме правителя и его брани.           Андрей давно перестал надеяться на то, что придёт мама и спасёт его. Она ни разу не вступилась за своего сына, так почему она сделала бы это сейчас? — Попался, сучёныш! — Покрывало, спадающее на пол, было приподнято вверх. Мужчина вытащил своего сына за ногу из-за кровати. — Позорище, унизил меня перед братом! Нравится тебе это, тварь? А? — Король ударил принца по лицу и разбил мальчику губу.           Андрей попытался отползти, но удар хлыстом по спине остановил его. Принц громко и пронзительно закричал, так, чтобы его мама точно слышала, из глаз мальчика брызнули слёзы. — Не смей орать, ублюдок, и реветь тоже! У тебя есть всё для нормальной жизни, а ты, неблагодарная сволочь, ничего не ценишь! — Следующий удар был сильнее, чем предыдущий. Андрей закусил губы, чтобы не взвыть, он не хотел ещё больше злить отца. — Андрей.       Удар по правой ноге. — Андрей!          Хлыст задел правое бедро и кусок спины. — Андрей!            Снова удар по ноге. — Андрей!

//////

***

— Андрей, проснись! — Раздалось прямо над ухом. — Чёрт подери, Андрей, просыпайся! — Что? — Король с трудом разлепил глаза и увидел перед собой обеспокоенного Горшка. Голова правителя жутко болела, как и всё тело. — Что ты здесь делаешь? — Я проходил мимо твоей комнаты, когда услышал крик, ну, я и вошёл, шоб узнать чё происходит. И увидел тебя всего в крови и кричащего. С тобой всё хорошо? — Голос Михи дрожал от страха и беспокойства. — Ты вернулся? — Лишь выдавил из себя Андрей. — Да-да, что случилось? — Губы шута дрожали. — Я снова… видел его. — Правитель закусил нижнюю губу. — Какого? — Спросил Горшок. — М..моего отца, он снова мне снился… —Андрей еле сдерживался, чтобы не зарыдать. — Можешь рассказать мне, я не буду смеяться. — Миша обнял своего собеседника. — Не сдерживайся. — М.мой от.тец превратил всё моё детство в настоящ.щий ад. Он избивали и унижал меня каждый ч.чертов день… — Парень обнял в ответ шута, положил тому свою голову на плечо и начал говорить.—Он изуродовал мне в.всю спину и ж.живот… — Поплачь, Андрей, в слезах нет ничего постыдного. — Миха убаюкивал короля, будто маленького ребёнка. — Как ты вообще.ще касаешься меня? — Спросил правитель, из глаз парня начали течь горькие слёзы. —Те.бе не противно? — А почему должно быть? — В ответ задал вопрос шут. — Я жирный, уродливый, омерз.зительный. — Андрей перестал сдерживать себя, именно поэтому рыдал сейчас в плечо друга. — У меня даже не хватает смелости наложить на себя руки… Я настоящий трус! — И поэтому ты режешь себя? — Голос Михи не был осуждающим или грубым. — Ведь ты сделал это со своими ногами? Я прав? — Вопрос был риторическим, Горшок знал на него ответ. — Я устал, Миша, ты не представляешь насколько… — Андрей закрыл глаза и уткнулся в плечо шута. Парню так не хотелось, чтобы Миха отпускал его и уходил к своей девице. Наверное, он обнимает её так же крепко, а может даже сильнее. От мыслей о той суке, слёзы брызнули из глаз с новой силой. — Миш? — Да? — Переспросил шут. — Если я скажу.жу тебе кое-что, ты об.бещ.щаешь держать это в секрете и не избегать меня? — Кажется, сердце короля сейчас остановится от страха. Но парень просто обязан сказать это. — Клянусь. — Горшок отодвинул от себя Андрея и посмотрел тому в глаза. — Знаю, что у тебя есть любимая, но..я люблю те.бя не как друга ил.ли брата, а намного сильнее. — Король зажмурился, ожидая удара или смеха от шута, но вместо этого правитель почувствовал на своих губах чужие. — Нет у меня любимой, тока любимый. — Произнёс Миха, разорвав этот недо-поцелуй. — И это ты, Андрей. — Но служанки видели тебя в объятиях с девушкой… — Пробормотал король. — Так это Маха, она Шурина подружка, а он мне шею намылит, если я посмею с ней заигрывать. — Улыбнулся Горшок. — А люблю тока тебя. Ты в сердце мне запал в самую первую нашу встречу, ну, помнишь в детстве ещё? Я вначале не сразу узнал тебя, а как пообщались, так вспомнил. Я ещё с каждым днём всё больше и больше влюблялся в тебя, а в деревне всем плешь проел рассказами о тебе. — И что мы теперь будем делать? — Спросил Андрей. — Наших чувств не примут в этом свинарнике. — Давай сбежим отсюда? — Вдруг сказал шут. — Ты сочини легенду о причине своего ухода и собери все необходимые вещи, а я переодену тебя и внешность тебе изменю. — А не слишком подозрительно будет, что после твоего прихода исчез король? — Спросил Андрей. — Никто даж не запомнил шо я приходил сёдня, охрана твоя слишком сильно дрыхла. — Ответил Миша. — Так ты согласен? Тока учти, обратного пути не будет. — Я согласен. — Выдохнул (бывший) король и улыбнулся.            Длинные волосы Андрея падали на пол, Миха умело орудовал ножницами, куски бороды тоже валялись на полу. В углу комнаты лежала сумка со всем необходимым, а на столе была длиннющая записка о том, будто в короля вселился нечистый дух, и правитель вынужден покончить с собой, дабы не дать демону совершить злодеяний. На Андрее были одеты самая обычная  рубаха и штаны с ботинками.   — Я закончил. — Объявил Горшок. — Ты точно уверен в своём решении? — Да. — Ответил бывший правитель. — Поехали отсюда, Миша, поехали.

***

— Миш, можно спросить? — Произнёс Андрей, лёжа на груди своего мужа. Ребята из деревни организовали им свадьбу. — Конечно, мой князь. — Ответил Горшок. С приездом в деревушку бывший король взял себе фамилию Князев просто ради шутки, понятной только ему и Михе. — А как ты тогда пробрался в мою комнату, если я всегда закрывал дверь на ключ. — Кажется, после услышанных слов шут замер в страхе. — Ну… я стащил вторые ключи из тумбочки. — Испуганно пробормотал Миха.         В ответ Князев лишь рассмеялся.

***