4.
31 октября 2020 г., 19:09
Почему Тэхён останавливается и смотрит в след Чонгуку, который пятый день либо не приходит на его уроки, либо проходит мимо, словно проходит мимо пустого места?
Сначала мало того, что избил Чжанхина в туалете (хотя вроде всё они решили), ещё и сам хорошенько получил по брови, а теперь ходит, совсем не выражая никаких эмоций. Будто Тэхён стенка в коридоре, на которую внимания обращать незачем.
Мысли о Чонгуке и его последнем огромном сообщении всё больше и навязчивее разрастаются у него в голове. Да, вероятно действительно сильно облажался, раз несколько раз за вечер перечитывал чонгуковы наезды по поводу того, что снова взгляд не на того кинул, снова улыбнулся не ему зачем-то и просто слишком мило беседовал. Да если бы он только знал, что парень так остро реагирует на подобное, в жизнь бы не стал делать ему назло. А может быть стоило сначала не сто, а сто один раз подумать, прежде чем давать согласие на эти отношения?
«надо срочно отвлекаться, иначе предположения про то, что я скоро сойду с ума из-за этого чон чонгука, перестанут быть просто предположениями». Задумчивый Ким врезается в кого-то, едва ли не сшибая девчонку с ног. Он успел придержать её за плечи, рефлекторно чуть потянув на себя.
— Ынха, ради бога, прости, — извиняется Тэхён, виновато смотря и убирая руки с чужого свитера, — я просто не вовремя задумался.
— Всё в порядке, — улыбается старшеклассница. — Сонсэнним, что-то случилось? — Ынха чуть прищуривает взгляд, будто пытается разглядеть правдивый ответ на тэхёновом лице, и чуть сводит брови к переносице. — Может, вам нездоровится?
— Нет, всё в порядке, — Ким вяло улыбается в ответ, поджав губы и кивнув самому себе. Он от повисшей неловкой тишины отводит взгляд в сторону, бросает напоследок тихое «спасибо» и сбоку обходит девочку.
«да как ты смеешь! ничего же не в порядке!» — возмущается глупое сердце, которому, вообще-то, слова не давали.
Заботливая Ынха, которая таки увязалась следом, всё же настаивает на том, чтобы ему сходить к медсестре и хотя бы смерить температуру, чтобы убедиться наверняка. Ей совсем не нравятся осоловелые уставшие глаза и чуть покрасневшие щёки. Приложив своё запястье к тэхёнову лбу, она лишь морщится. Тонкая кожица на запястье от этого прикосновения сомнительно дико горит.
«приплыли» — всё, что мелькает в голове у Тэхёна, когда школьная медсестра с округлившимися глазами сообщает, что ему необходимо как можно скорее ехать домой, — на градуснике тридцать восемь и шесть.
— То годами никто не заходит, та на неделе аж четыре человека, — причитает женщина, пока сбивает чёрную полоску до стандартного «тридцать шесть и пять». — Вот у одного кровь из носа внезапно пошла среди урока, то «дайте-ка таблетку от головы» — передразнивает она смешным голосом. — Вот руки окровавленные обрабатывала недавно, некуда видимо силу девать. Вздумали в школе силу показывать, молодцы! Теперь ещё и вы.
Тэхён понимающе кивает, пустым взглядом смотря в пол, и выходит из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. Он поднимается обратно на второй этаж в учительскую, чтобы забрать верхнюю одежду и заодно заскочить к директору написать заявление на больничный.
Ким уже одетый заходит в кабинет директора, почти нос к носу столкнувшись с Чонгуком, который как раз собирался выйти в коридор. Он кинул мимолётный взгляд на своего парня, тут же его отводя вперёд и спешно скрываясь за дверью.
Кима посетило неприятное липкое чувство, но он старался не концентрировать на этом своё внимание. Ему сил нужны чтобы не раздражаться, а чтобы до дома подняться и не упасть прямо на одном из пролётов. Что-то совсем поплохело.
Тэхён объяснил понимающему директору ситуацию, подписывая протянутую им бумажку о нескольких днях больничного, и вежливо отказался, когда мужчина обеспокоенно предложил подвезти его до самого дома. Всё равно он уже собирался тоже ехать домой.
Чонгук смотрит на школьный забор, которым огорожена территория, на подъехавшую машину и знакомую фигуру, садящуюся в неё. Он незаинтересованно (ещё не дошло) отводит взгляд на тлеющую в покрасневших от холода пальцах и тут же быстро возвращает его обратно, смотря с искренней непонятливостью и охуеванием.
Почти целая сигарета летит на землю, на него кидают взгляд, как на дурака (ну целая же сига, всё-таки), а сам Чонгук широкими шагами едва ли не бежит обратно в школу, по пути выдыхая белое облако никотина вверх.
Куртка точно повисла на крючке, когда старшеклассник, чтобы не терять времени и не заходить в раздевалку, кинул её у входа в неё. Всё-таки три года секции баскетбола в средней школе прошли не даром. Он быстро преодолевает лестницу на второй этаж, перешагивая сразу через две ступени, и сводит брови к переносице, ведя лицом в сторону.
У стенда стоит женщина из канцелярии, обычно составляющая расписание или, если находятся изменения или ошибки, переделывает его, и водит кончиком ручки в воздухе, зачёркивая все оставшиеся уроки у Тэхёна, попадающиеся на глаза.
— Почему биологии не будет? — интересуется Чонгук, засунув руки в карманы чёрных карго.
— Учитель биологии взял больничный, — отвечает женщина, чуть прищуривая взгляд и поднимаясь на носочки.
возбуждающей мысли, что их застукали. А Ким сквозь землю готов провалиться, потому что:
— Это ещё что такое? — строго спрашивает директор, полностью показавшись в дверном проёме. Его укоризненный взгляд бегал то на Чонгуке, то на Тэхёне.
— Должно быть, — сердце пульсирует в висках, — у вас сложилось ошибочное мнение об увиденном…
Окружающая среда словно смешалась в единый непонятный мазок, мысли в голове не вяжутся, а язык вовсе намертво приклеился к своему месту.
Вот он — конец всему.
***
Тэхён карточкой расплачивается с водителем, тихо благодарит и захлопывает дверцу серебристой иномарки. У подъездной двери он достаёт ключи, прикладывает к домофону и заходит внутрь, неспешно поднимаясь до своей квартиры. Головная боль давит невидимым кольцом на голову, периодически пульсируя в висках. Свежий воздух не пошёл ему на пользу. Живёт вроде всего на третьем этаже, а путь оказался таким длинным и утомительным, что, кажется, до Китая можно легче и быстрее добраться! В кухонном шкафчике Тэхён обнаруживает только пару порошочков с лимоном от простуды, обезболивающие таблетки и леденцы от горла. Сил идти до аптеки вообще нет, поэтому решает перебиться тем, что имеется. Хотя бы просто приглушить симптомы, а потом, возможно, станет лучше, и тогда он сползает до аптеки. В микроволновке греется вода в чашке, а Тэхёна заранее разрывает бумажный пакетик с лимонным порошком и берёт чайную ложку. Он лениво моргает и облокачивается ладонью о прохладную поверхность столешницы, тут же одёргивая руку и ёжась от болезненного холода, пробежавшего крупными мурашками по коже. Знобит. С горячей кружкой в руках Тэхён бредёт в гостиную, располагаясь на диване, и прикрывает потяжелевшие веки, медленно растягивая распитие заваренного порошка с приятном кислинкой. Да где он вообще умудрился заболеть? За окном почти совсем ничего не видно, — снег падает в огромном количестве, заслоняя белой стеной вид за окном. Это он ещё, получается, и вернулся домой вовремя? Тэхён откладывает пустую чашку на пол рядом с диваном и ложится на спину, обняв себя за плечи. Он мёрзнет несколько минут, прежде чем нагреться, находясь в одном и том же положении без движения. Сил вставать и идти куда-то вообще нет. Тэхён засыпает моментально, как только тело приняло удобное горизонтальное положение, а голова коснулась мягкого подлокотника. Глаза с трудом разлепляются только к восьми вечера и то, только потому что в дверь позвонили, а потом стали нетерпеливо долбиться, кажется, и руками и ногами заодно. Чтоб наверняка. Он приподнимается на локтях, концентрируясь на окружающей действительности, прежде чем осознаёт, что вроде как чувствует себя лучше, чем было. Всё-таки сон и вправду лечит. Уже в коридоре смотрит в глазок, но никак не может рассмотреть лица, лишь тёмный пуховик и капюшон, накинутый на голову. Решает открыть так, — всё равно бояться ему нечего. Он мужчина и постоять за себя сможет, даже если и болеет. Замки щёлкают, входная дверь распахивается, а на пороге стоит вымокший и недовольный Чонгук. Парень поднимает взгляд на Тэхёна и делает телом движение вперёд, намекая, чтобы с порога уже отошли и пропустили его внутрь. — Ты что тут делаешь? — сипло после сна спрашивает Тэхён, прочищая горло и жмурясь от ударившей в голову острой боли. — Не видишь, что в гости пришёл? Парень снимает капюшон с головы, с его слегка вьющихся от влаги волос капает растаявший снег прямо на лицо. Он пятернёй зачёсывает назад мешающие тёмные пряди, заодно тыльной стороной ладони стирает щекочущие капли. Тут же копается в рюкзаке, свисающего с одного плеча, и достаёт полупрозрачный пакетик с логотипом аптеки и протягивает Тэхёну, поднимая взгляд на его лицо. Такой домашний сейчас, уютный. С заспанным лицом, чуть покрасневшим кончиком носа и щеками — и ничто из этого его не искажает, не делает как-то уродливее. Чонгук вообще сделал вердикт для себя, что побрей старшего на лысо, сделай из него один скелет, с тёмными кругами под глазами и впалыми щеками, да хоть мешок из-под картошки на него натяни — всё равно будет самый привлекательный. — Я не знал, что именно надо купить и надо ли вообще, но… тут жаропонижающее, от насморка и противовирусное, — опоминается парень, но не перестаёт глазеть. Тэхён тянет уголки губ вверх, наблюдая, как Чонгук смущается. — Я и сам в состоянии купить себе таблетки, — Тэхён, потирая обеими ладонями щёки, а затем складывает руки на груди и мягко улыбается. Чонгук кривит губы в недовольстве и их насильно заталкивают в руки. — Пей и не выделывайся, не зря же я сюда тащился на такой хуйне, — он кивает в сторону окна, где снег и не прекращал валить. Только парень разворачивается и собирается уйти (всё же они как бы в ссоре), уже положив руку на дверную ручку, как замирает, когда старший тихо и ласково зовёт его, заставляя обернуться. — Не хочешь остаться? — Ким невзначай шуршит пакетом в руках, перекладывая его из одной ладони в другую. — Проведём время вместе, как ты и хотел, — Чонгук вздёргивает бровь и Тэхён, вздохнув, исправляется, — как мы хотели. Если ты, конечно, не боишься заразиться. Тэхён вздёргивает уголки губ вверх, кидает многозначительный взгляд на своего парня, а затем, оттолкнувшись плечом от стены, молча уходит вглубь комнаты отлёживаться на диване дальше. Он не ждёт от Чонгука ответа, — ему хватает звука резко расстёгивающейся молнии на куртке и того, как до упора щёлкают замки на входной двери.***
— Деточки, я совсем уже заработалась или вижу Чонгуки на первом уроке? — иронично поинтересовалась женщина, смотря на старшеклассника, немного приспустив очки с толстой белой оправой. — Подумал почему бы не обрадовать вас своим появлением, — галантно улыбнулся Чонгук. — Ох, ну ты же знаешь, как я к тебе неровно дышу, — махнув рукой, хохотнула госпожа Чхве. — Именно. Поэтому всё для вас. Парень приложил ладонь к солнечному сплетению и прикрыл глаза, покорно склонив голову вперёд, вызвав очередной задорный хохот у женщины. В середине урока, когда сидеть уже совсем невмоготу стало, Чонгук подцепляет пальцами телефон и крутит его в ладони. Он размышляет о тэхёновых словах, сказанных утром, когда тот с болезненным после пробуждения ознобом встал проводить его в школу. Тот поставил условие: он с ним занимается дополнительно, разрешает ночевать у себя (но без наглежа, чтобы мать не спохватилась, где это в последнее время стал пропадать сын), а Чон, в свою очередь, будет посещать уроки и станет хотя бы немного сдержаннее себя вести. Всё-таки сам Тэхён уже давно не импульсивный подросток и подобное не приветствует. И ведь парень правда ходит, как и обещал. Уже целых три дня, кстати! А ещё пообещал сдерживаться. Ким смог разглядеть в нём способного ученика и теперь не даст загубить это. А Чонгук, как послушная собачонка, слушается, что ему скажет Тэхён, словно времяпровождение с юношей для него лакомство, которое он получит, если начнёт учиться. Раз такое дело — конечно начнёт. И даже не звонок отрывает от раздумий, а приятная патока, разлившаяся внутри от услышанного родного голоса. — Сонсэнним! — протянула Ынха, подскакивая, оббегая парту и быстро обнимая Тэхёна. — А вы уже вышли что ли? А скучали по нам? Скучали ведь? Да знаю, что скучали, — довольно улыбнулась девчонка, толкая локтем в рёбра. Ким тихо смеётся, виновато смотрит в ответ на возмущённый взгляд учительницы, махая остальным ученикам, а в другой держит стопку проверенных тетрадей. Он опровергает слова Ынхи, говорит, что забежал только из-за тетрадей, чтобы вернуть те. Дольше всех смотрит и на Чонгука, медленно убирая явную улыбку, оставляя лишь слабо заметную, и кивает. Чон смотрит не моргая, точно подпитывается своим парнем, ведь видел последний раз несколько долгих часов назад! А Тэхёну приятно. Приятно, что его слова не остались проигнорированы. Он трясёт стопкой в воздухе, после показывая, что оставляет её на первой парте, а после урока нужно будет разобрать. Чонгук едва ли не с мольбой отпрашивается выйти в туалет, выждав целую минуту, выскакивает за ушедшим Кимом, перехватывая того уже в узком коридоре, и кладёт руку на лопатки, быстро чмокнув в скулу. — Уже заскучал? — шепчет младший, ладонью медленно спускаясь ниже, останавливаясь на пояснице. И довольно ухмыляется. Только вот Тэхёна другое волнует: как же их с такой безответственностью до сих пор не застали вместе в такой непозволительной для всего лишь ученика и учителя близости? — Конечно, — кивает старший и хмыкает. — Ты же мой лучший ученик! — язвит, довольствуясь чонгуковой реакцией. Чонгук с точностью повторяет действия Кима, а затем склоняет голову и горько усмехается. Тэхён уже развернулся, чтобы уйти, но тут же ему по заднице прилетает глухой хлопок, а сзади слышится, как быстро шаркает подошва кроссовок по гладкой плитке на полу. В груди неведомое двоякое чувство, а тело реагирует так же, как после горячего укола, — будто по венам пустили горячую струю. Тэхён лишь укоризненно смотрит на него в ответ, хоть парень того и не видит, а затем тяжело вздыхает и пальцами сжимает переносицу.***
Тэхён то совсем не замечает, как подпёр подбородок кулаком, теперь бессовестно пожирая взглядом своего парня, сидящего чуть больше двух метров от него. Вообще-то, ничего такого в его голове не было. Просто у Чонгука белый мазок от мела на левом плече остался, который тот, по всей видимости, просто не заметил. А вот Чонгук заметил, наладив зрительный контакт и лукаво чуть прищуривая глаза. Парень вновь позволяет себе натянуть игривую улыбку, которая моментально слетает с его лица, оставляя лишь неосознанно приоткрывшиеся губы. Тэхён кончиком языка задумчиво скользит по губам, слишком соблазнительно увлажняя их на чогуковых глазах. Чонгук резко подтягивается, садясь более менее ровно на стуле (так внезапно дёрнувшийся член не сильно будет заметен) и аккуратно, чтобы лишний раз не тревожить ширинку, достаёт телефон. Ким переводит взгляд на загоревшийся от входящего сообщения экран и чуть хмурится.Чонгук: Засунь свой блядский язык обратно
У Тэхёна недоумение и один единственный вопрос «что?» сменяется порывом несдержанного смеха. Он губы прикрывает пальцами и заодно поджимает их, набрав в лёгкие побольше воздуха.Хён: Чонгук, ты чего? Хён: Я могу отпустить тебя в туалет, умоешься, охладишься.
Чонгук: Это тебе стоит охладиться Чонгук: Так хочется запустить руку в штаны из-за тебя Чонгук: Какой вы, господин Ким, желанный, оказывается
Тэхён, посмотрев под парту, где парень незаметно свёл колени, с напущенным спокойствием поднимается из-за своего стола и направляется к двери, чтобы выйти из класса. Последнее, что остаётся в памяти, — нагло-довольное выражение чонгукова лица с языком за щекой в придачу. Он вроде предлагал охладиться Чонгуку, причём на полном серьёзе, а в итоге капли ледяной воды оказываются на его слегка порозовевшей от трения коже лица. Тэхён предполагает, конечно, что Чонгук это всё сказал действительно без лжи и это радует, однако настолько прыгающие гормоны обоим обходятся побоку. Возможно, Тэхёну стоит пересмотреть своё строгое решение не заниматься сексом с Чонгуком до его совершеннолетия? — Задержись, — юноша, не церемонясь, перехватывает младшего поперёк плеч и подталкивает обратно в опустевший буквально с три минуты назад класс, закрывая за собой дверь. — Вы что, господин Ким, кончили всего за пять минут? — Чонгук делает фальшиво-жалобное лицо, садясь за первую парту, широко расставив ноги. Неприятно ноющая боль, давящая на низ живота, разом облегчилась. — Не загоняйтесь только, в этом есть и свои плюю- Ким видит, что Чонгук провоцирует специально, потому что так на него действует своё собственное раздражение. Однако, он всё равно хлопает ладонью по парте, заставляя Чонгука стиснуть зубы и отвернуть лицо в сторону, и тут же опирается этой же рукой на неё, возвышаясь над старшеклассником. — Ты знаешь, как я дорожу этой работой? — вздыхает Тэхён, заговаривая спокойным голосом. — четыре школы. Чонгук, четыре школы до этой, где мне отказали, — Ким ведёт лицом в сторону, смотря на третий ряд и невесело усмехается. — Если ты не перестанешь подвергать себя и мою карьеру опасности, то я уйду. — Ты и так каждый раз сбегаешь, — Чонгук, забыв про своё раздражение, текущее по венам, растягивает губы в невинной улыбке и наклоняет голову, чтобы заглянуть в тэхёново лицо. — Ты не понял, — тот всё ещё не смотрит, — я уйду из школы. Уволюсь. Чонгук смотрит на него внимательно, пытаясь понять блефует сейчас Тэхён, пытаясь его запугать, или нет, а затем поднимается с места и подходит сзади к Тэхёну, который успел отойти от него к своему столу. Он просовывает руки меж чужих рук, ладонью обхватывает запястье, заключая своего парня в кольцо из предплечий и укладывает подбородок на плечо. Ким устало вздыхает, несколько секунд гладит чонгуковы руки, а затем чуть дёргает их, чтоб ослабить хватку, и разворачивается к нему лицом. Он присаживается на край поверхности стола, а выпрямленные в локтях руки, сложив ладони друг на друга, тоже упирает в стол. Чонгук на его глазах лижет губы и наклоняется к нему, завлекая в недолгий поцелуй из двух касаний губами. — Повторишь это, глядя мне в глаза? — парень тянется за ещё одним, но Тэхён отворачивает лицо. — Ты же не хочешь этого. — Не хочу. Но если ты не прекратишь, мне ничего другого не останется. Чонгук сжимает зубы, играя желваками и немного нервно покачиваясь на месте. Сейчас он смотрит так, что обычно в подобные моменты в фильмах люди набрасываются друг на друга в страстном и жадном, таком необходимом им обоим поцелуе. Вообще-то, если не учитывать того, что дверь в класс не закрыта на ключ, сейчас ничего не мешает им сделать тоже самое, но… — Тогда я уйду за тобой. И весь план, который по задумке должен был припугнуть Чонгука и отвадить его от себя хотя бы в учебное время, рухнул в чёрную пропасть. Навсегда и безвозвратно. Теперь даже нет смысла стараться.***
Чонгук не стал класть на свои плечи груз остальных четырёх уроков (которые, как он объяснился, не нужны ему для поступления в универ), поэтому благополучно ушёл отсиживаться домой. А вот Тэхён, к сожалению, как бы сильно не хотел, не может себе позволить подобное. Его больничный закончился ещё пару дней назад. Каждый раз он, смотря время на телефоне, подмечал, что вот-вот закончится последний урок и у второй смены. С него будто бы стотонный камень слетает, когда наконец слышится приглушённый трель звонка. Учитель говорит каждодневное «запишите домашнее задание» и берёт ключи со стола, выходя вместе с детьми, полностью закрывая кабинет. Тэхён неспешно спускается до автомата на первом этаже, где продаются разные сладкие батончики и соки. Ещё сорок минут дополнительно посидеть с Чонгуком, как и обещал, и можно идти на законный отдых домой. Внизу находятся дети из второй смены и некоторые старшеклассники. Тэхён, недолго выбирая, покупает себе понравившуюся красно-розовую матовую упаковку, в которой находится батончик мюслей с сушённой земляникой и кусочками подсолнечных семечек. Вообще-то, назначая дополнительное занятие на пол шестого вечера, он надеялся, что младшему будет впадлу приходить сюда к такому времени, и он откажется ну или предложит, как в его манере, позаниматься у кого-нибудь из них дома, на что бы уже он благополучно дал отказ. Не стали бы они заниматься, вечно отвлекаясь на что-нибудь. Даже проверять не надо. По пути обратно в кабинет биологии, Тэхён прощается с некоторыми учителями, которые уже, везунчики, уходят по своим домам. На удивление, у кабинета, погрузившись в телефон, уже стоит Чонгук с курткой в руках, оперевшись плечом о стену. Тэхён открывает дверь и заходит внутрь, прежде поддев парня за локоть, возвращая того, ничего не замечающего вокруг, в реальность. На телефон только сейчас с опозданием приходит чонгуково смс: «кабинет закрыт. ты где?», а за ним сразу же: «ах, если ты решил меня наебать, очень зря, что так решил». — Для начала я дам тебе один из пробных текстов экзамена, — заговаривает Тэхён, чуть наклонившись вниз к ящикам, доставая оттуда стопку в сантиметра три с несколькими вариантами. — Посмотрим на чём нам с тобой нужно будет заострить внимание. Чонгук согласно кивает, уже успев стыбзить стул Ынхи (который он обратно сам не поставит) и усаживается рядом с Кимом. Тэхён и в окно сбоку посмотрит, и пальцами по столу негромко, чтобы не сильно привлекать чужое внимание, поиграет. Чонгук, когда сосредоточен, то мило тёмные брови хмурит, то губы подожмёт, когда попадается какая-то несостыковка или наоборот — чуть приоткроет. А ещё даже точечки-родинки разглядел на кончике носа и под нижней губой, свои брови слегка вздёргивая в приятном удивлении. У него тоже имеются родинки в тех же местах, только у Чонгука они меньше по размеру будут. Разглядел и россыпь подростковых прыщиков, чаще встречающихся на скулах. Тэхён слегка тянет один уголок рта вверх, заметив пирсинг из двух серебряных шариков в брови и две серёжки в ухе. Невольно Ким вспоминает, как наслушавшись рок групп в свои семнадцать, он тоже хотел проколоть две дырки в левом ухе и одну в правом, но мама была резко против и даже пару раз от неё прилетело полотенцем. Тэхён до сих пор помнит её строгие слова и как она встала в позу, уперев руки в бока. Тогда попало ещё и отцу заодно, который сына наоборот поддержал. — Нравлюсь? — улыбается довольный Чонгук, протягивая задания. — Мне нравится твоё внимание. Тэхён лишь улыбается в ответ и вздыхает, потому что он и в правду засмотрелся. Ким берёт лист с заданиями и начинает внимательно бегать взглядом по ответам, уже заранее взяв красную пасту, чтобы пометить ошибки в заданиях. Сначала и не замечает даже, как задумчиво помечает на неверные ответы все задания подряд, а опоминается только когда в общем смотрит страницу, видя везде красные минусы и ни одного правильного ответа. — Чонгук, ты специально ответил на всё неправильно? — Тэхён сводит брови к переносице, поджимает губы и недовольно вздыхает, откидывая на стол листы. Не желает смотреть дальше. — Нет конечно, — возмущается Чонгук и складывает руки на груди. — Да как вам могло такое в голову прийти, а, господин Ким? Тёплая ладонь нагло ложится на внутреннюю часть бедра, начиная медленно поглаживать участок ткани на месте. По телу пробежался щекочущий импульс, в конце ударив в пах и завязываясь в тянущий узел внутри. Тэхён тяжело сглатывает, не смея пошевелиться, и лишь смотрит в глаза расслабленного Чонгука, который с до безумия непринуждённым лицом, откинулся на спинку стула. Вдруг дверь без предупреждающего стука открывается и внутрь заглядывает директор. Бедное тэхёново сердце делает невероятный кульбит, словно шарик для пинг понга, пройдясь по всем стенкам внутри, резко отскакивая от одной к другой. Чонгук тихо смеётся с лица напротив, которое «надо было видеть», а рука, словно самая ядовитая змея, бессовестно ползёт выше, специально надавливает подушечками пальцев сильнее, чтобы ощущения проявились агрессивнее, чтобы член дёрнулся от страшной и
