Тебе не идёт без меня.

За окном почти и снега не осталось — конец марта. Тэхён смотрит на голые ветки деревьев, чуть щурясь, когда солнце лучики свои направляет ему в лицо. Внизу, под окнами, повседневно шумят и гуляют люди, — сегодня погода позволяет, располагает к себе пока ещё обманчивым теплом. Однако, на душе уже который день так тоскливо становится, что вот уже и апрель на носу, а потом ещё месяц и класс, с которым он очень подружился и, чего таить, привык, выпустится, и все разлетятся кто куда. Тэхён грустно улыбается, уходя вглубь гостиной, и пытается отогнать плохие мысли. Вообще-то, правильнее будет сказать, ещё целый месяц, чтобы терпеть этих балбесов! Чтобы отвлечься, он решает, что самым эффективным будет прогуляться до ближайшего магазина. Как раз и сливки закончились, а он хотел попить кофе, возможно, с чем-нибудь вприкуску. Лёгкое пальто цвета пляжного песка с бледной клеткой ложится поверх чёрной водолазки, резким контрастом выделяясь на фоне чёрных вещей и обуви. Выкрашенные в тёмный цвет волосы отбрасываются назад, Тэхён бросает короткий взгляд в зеркало, выходит, звеня ключами в ладони, и закрывает за собой дверь. На улице его сразу встречает тёплый весенний ветерок, ероша волосы в хаотичном беспорядке. И зачем марафетился? Тэхён всё-равно поправляет «гнездо» и улыбается — такое время греет душу, добавляет какой-то уютной атмосферы, будь то раннее утро или время, близящееся к вечеру. Только и остаётся наслаждаться прекрасным моментом, желая запечатлеть его не только у себя в голове, но в телефоне. Тэхён фотографирует высотные здания, у самых верхних этажей которых находится густой туман. И впечатление создаётся соответствующее — будто бы верхушка дома уходит вверх, в никуда. Сегодня ему приглянулся и угол дома, который очень даже походит на старое архитектурное здание. Только всё зря, — всё равно всё удалит, потому что фото не передают той живой атмосферы, которую он видит своими глазами. И разве возможно не улыбнуться, когда, просматривая сделанные снимки, он замечает чонгукову фотографию, которая непонятно откуда взялась в его телефоне ещё (как показывает дата и время) зимой? Там селфи Чонгука, с подписью «чтобы никогда не забывал», сделанной в редакторе. И снова посетила реальность, болью отдающаяся в груди. Увы, парень не всегда будет так рядом с ним. После начнётся студенческая жизнь, а там, он не понаслышке знает, или времени, или сил ещё меньше. А то и того, и другого. Из-за испортившегося настроения, Тэхён неохотно толкает прозрачную дверь магазина, слыша звон маленького колокольчика. А может стоило просто уйти домой? Ну подумаешь, кофе можно и без всего попить. Среди стеллажей в небольшом помещении он встретил двух своих учеников из девятого класса, здороваясь кивком. Ну да, по их взгляду было понятно, что выражение лица его, скорее всего, такое, будто ему пришёл десятилетний налог за дом, о существовании которого он даже слышать не слышал. Ну и что? Из недолгого разговора позади себя (о нём и его испортившемся настроении уже и забыли, какая удача!) совершенно случайно узнаёт, что классный руководитель у старших классов решила уйти в декрет, и теперь ребята «бесхозные» болтаются. По дороге домой, сунув подмышку коробку жирных сливок, Тэхён пишет в беседу класса, куда его также добавили. И не стесняются, салаги, обсуждать темы, которые бы точно не осмелились поднять при любом другом учителе. Потому что учитель Ким особенный. Учитель Ким — друг.

Учитель Ким: Ребята, почему вы мне не сказали, что у вас теперь нету классного руководителя? Ынха: Хотели сказать вам при личной встрече… Ынха: Директор обмолвился тут, мол вы не брали никакой класс)) Ынха: Как насчёт попробовать? Хэгин: реально, вы всё же лучше чем она Хэгин: нет, прикиньте, в девятом классе она сказала, что не будет устраивать нам выпускной Кван: О даа, «зачем, если всё равно продолжите учиться?» Кван: Пришлось нам самим устраивать Хэгин: Но мы ведь не хуже оторвались:) Учитель Ким: Да уж, неприятно Учитель Ким: Хорошо, решим вопрос после выходных

Тэхён улыбается. Ребята у никогда не дают забывать, что он смог стать хорошим учителем для них, как и хотел. А это, знаете ли, приятно осознавать. Ноги, пока разум отвлёкся на приятное, сами привели на набережную. Раз уж случилось, Тэхён решает, как и все гуляющие люди, наслаждаться погодой и свежим воздухом чуть дольше. Телефон вибрирует в оповещениях — в беседе снова активное виртуальное общение. Чтобы ничто не отвлекало, он ставит телефон на беззвучный режим и убирает всё лишнее со шторки, успев заметить чонгуково сообщение. Открывает диалог, а там фотография его со стороны. — Привет, — улыбается подошедший парень, поправляя синюю спортивную сумку на плече. — Чонгук, — слабо улыбается в ответ, вновь смотря с моста на водный штиль. Не понимает: то ли сердце болезненно щемит из-за радости, то ли из-за грусти. — Не хочешь со мной за компанию перекусить? — и подходит ближе. — Я голодный, как волчара. — Перекусы вредны для растущего организма, лучше едь домой и поешь нормально, — Чонгук приобнимает за талию и целует в висок. — Волнуешься, — скорее утверждает, чем спрашивает Чонгук. И для чего? Сам же всё прекрасно знает. — До дома ехать долго, по дороге скорее умру с голоду. Поэтому приходится так. — Скажи, ты ведь намеренно шёл в этот район? — Тэхён прищуривает взгляд и коротко косит его на своего парня. Тот, даже не придумывая оправдание, кивает и улыбается. Со стороны слышится не одобряющий вздох, мол, ну что с тобой делать? — Пойдём, у меня суп вчера сварен. — Тебе повезло, что я уставший, как собака, — зачем-то говорит Чонгук и… улыбается. Тэхён надменно хмыкает и, ткнув его в плечо, подгоняет к действиям.

***

Чонгук разувается, наступая на задники своим кроссовкам, и вешает лёгкую бордовую ветровку на крючок поверх тэхёнова пальто. Он бредёт сразу на кухню, не стесняясь хозяйничать здесь. Эта квартира стала едва ли не роднее собственной, где он всего лишь ночует иногда, ест и делает домашку (!) Парень плюхается на круглый металлический табурет с мягкой кожаной обивкой и, как обычно, расставляет широко ноги (так удобней), наблюдая за манипуляциями своего парня. Тот неспешно открывает холодильник, заглядывая в него, начиная перечислять небольшое количество блюд. Только Чонгук всё-таки встаёт и подходит тоже, становясь позади. — Всё нежареное и малосолое, предупреждаю сразу, — оборачивается Тэхён и вскользь глядит на Чона. Как будто он не в курсе! — Но тебе повезло, у меня найдётся соус, — Чонгук кивает, а уголки губ ползут вверх, потому что Тэхён отроду никакой добавки в пищу не добавляет, а значит, купил специально из-за него, и выбирает запечённую курицу с рисом в стеклянном противне. Тэхён, пока еда греется в микроволновке, возвращается к тумбе, где находится заранее включенный чайник, и заваривает себе растворимый кофе. Он просит Чонгука достать сливки из холодильника, а затем предварительно хорошо встряхивает, прежде чем открыть. Они садятся за стол друг напротив друга, только Тэхён разворачивается боком, смотря в небольшое окно и потягивая чуть горячий кофе. Чонгук неспешно подчерпывает рис ложкой и с интересом рассматривает чужой профиль, словно тот произведение искусства, — какая-нибудь статуя древнегреческого бога. Черты лица у Тэхёна такие мягкие и аккуратные, совершенно противоположные чонгуковым. На самом деле, он достаточно быстро почти полностью сформировался, иногда его можно спутать с мужчиной, например, когда не побреется или не выспится и, едва ли успев умыться и почистить зубы, выйдет себе за энергетиком. — Ты очень красивый, знаешь об этом? — начинает парень, попутно соскребая с краёв тарелки остатки риса и соуса. — Ты тоже очень красивый, — и слышит как Чонгук тихо смеётся. А что? Ничего лучше что ответить он не смог придумать. — Почему в школе мы так мало уделяем друг другу внимания? Я хочу- — Потому что в школе я вижу в тебе лишь ученика, — Тэхён, наблюдая резко поднявшие вверх чонгуковы брови, вздохнул, поспешив исправиться, — почти только ученика. потому что учеников в губы не целуют так глубоко. их вообще не целуют. Повисло трёхминутное, давящее и нагнетающее молчание. Тэхён детально рассмотрел рисунок на однотонных белых стенах, который, как оказалось, имеется. Вообще-то, не то чтобы ему с Чонгуком неприятно или неловко молчать, просто… Он не хочет, чтобы снова всё пришло к ссоре. — А я даже в школе не вижу в тебе лишь своего учителя, и что нам делать? Снова повисла тишина. Тэхёну на это ответить нечего. — То есть тебя серьёзно смущает только тот факт, что ты — учитель, а я — ученик? — вдруг оживает парень, подавшись телом вперёд и опираясь сложенными вместе предплечьями на стол. — Я выпущусь, и мы сможем везде нормально появляться вместе, не заботясь о том, что нас увидят? Буду держать тебя за руку, а ты не будешь отталкивать. Как тебе? — Не торгуйся. Тэхён опускает взгляд на свою левую ладонь которую только что к себе притянул Чонгук, крепко обхватывая поверх своей. Какой же всё-таки он до ужаса настойчивый и упрямый. Палкой его бей, всё равно не отстанет! Вообще-то, и не нужно теперь, чтобы отставал! Чонгук нехотя засобирался, вообще-то, ожидая, что Тэхён кинется останавливать его и предлагать остаться у него хотя бы на пару часиков, а потом сладко поцелует и выставит за дверь. Но нет, это лишь далёкие (чонгук, не преувеличивай) мечты. На деле же Ким Тэхён у нас неприступная гора. Которую, чего таить, давно он покорил. — А поцелуй на прощание? — демонстративно возмущается Чонгук, уперев руки в бока. И как же Тэхён сам не догадался! — Так уж и быть, можно только в щёку. — Ещё чего, — и смеётся, заботливо поправляя чужой капюшон, съехавший набекрень. — Ужас, — цокает парень. — Что за неуважение моих чувств? Ну хотя бы обними, иначе я реально не уйду. Тэхён смотрит уставшим взглядом, мол, убить тебя мало, и хочется так по-детски захныкать, потому что Чонгука слишком много. Но в то же время сейчас, под конец года, они не так часто проводят время вместе. Чонгук так и не дожидается своего радостного парня с распростёртыми объятиями в его сторону, потому действует сам: подаётся вперёд, окольцовывая чужую талию, и накрывает чужие губы своими. А на языке, который невинно скользнул по чужому, слабый привкус несладкого кофе. — Тут никого нет, отмазаться будет сложнее, — улыбается и в полголоса заговаривает в самые губы, чуть покачиваясь из стороны в сторону. Тэхёновы ладони на собственных плечах так приятно и правильно ощущать. От Чонгука приятно пахнет гелем для душа и ненавязчивым запахом его одеколона, который с утра подвыветрился. Тэхён, не скрывая, глубоко втягивает носом, блаженно прикрывая глаза, а парень дрожит и чуть крепче сжимает пальцы на спине. Кончик чужого носа щекочет не только открытый участок шеи, но и нервные окончания внизу живота. Тэхён, будто всё чувствуя, тут же игриво отпихивает от себя парня, что прилип как банный лист ещё больше. — Всё, уходи с глаз долой. Чонгук не прощается, — кто знает, может он захочет приехать вечером и снова остаться на ночь, и дарит поцелуй в щёку, выскакивая за дверь.

***

Проверочную работу на математике прерывает стук в дверь, а после в класс заходит директор, тихо попросив прощения за внезапный визит. — Я на секунду, — тихо сообщает мужчина, обратившись к госпоже Мин. — Ребята, новый классный руководитель вам найден. — Господин Ким согласился? — с нескрываемой надеждой в голосе спрашивает кто-то из класса, на что директор слегка хмурится. — Нет, это не господин Ким. С чего вы взяли? — Но вы же сами говорили, что он не брал какой-то другой класс! — разочарованно выкрикивает Ынха, от чего Лимён кривится, как от съеденной дольки лимона. — Он и не брал, всё верно. — И в чём проблема тогда? — подхватывает Чонгук, смотря на отца. — Поставьте нам учителя Кима. Ребята подхватили чонгукову мысль, создали шум и буйство, пока о поверхность стола не ударилась стопка из трёх толстых папок. — Проблемы нет, — мужчина обернулся на госпожу Мин, коротко кивнув ей в знак благодарности. — После урока зайдёте в кабинет, который привязан к вам, и там всё вам скажут. Мужчина уходит, ещё раз извиняясь перед женщиной, чей важный (не для ребят) урок он разбавил своим неожиданным приходом. Класс снова заполнился недовольным обсуждением, даже строгий голос госпожи Мин не сразу заставил учеников прекратить болтовню и продолжить «всё лишнее» на перемене. Тэхёна подловили посреди коридора, столпившись возле него полукольцом. — Сонсэнним, — обиженно начала Ынха, по-детски надув губы, — почему это не вы? — Что «не я»? — не понял Тэхён, чуть схмурив брови. — Почему не вас поставили к нам в классные руководители? а, так вот в чём дело его внезапной оккупации… — Не переживайте, вам поставили учительницу Древней литературы. — Но мы хотели вас! Неужели нельзя ничего изменить? — Ну это уже не от меня зависит, ребят, — Тэхён виновато помял загривок своей шеи, оглядывая учеников. — Вы придёте к нам на последний звонок хотя бы? — спросила Кван, невзначай скользнув взглядом по сзади подошедшему Чонгуку, который свесил руки с тэхёновых плеч. Никто даже лишнего ничего не подумает. Ынха вообще на его шее, бывает, виснет, не стыдясь. И всем нормально. Ким, повернув голову в сторону парня, наткнулся взглядом на чёрные омуты, где стоял тот же искренний интерес, и скорее ответил ему, чем той, кто спрашивала. — Приду. Старшеклассники стали что-то недовольно обсуждать, а после ушли, отправленные юношей в класс, где их уже ждала госпожа Чхве. Все действительно расстроились. На активные расспросы женщины, начиная от «где праздновать» до «какого цвета покупать ленту выпускника» вялый ответ на «только отстаньте» был один — «мы не знаем». — Деточки, а кто знает? — спокойно спрашивает женщина, даже не думая злиться. Всё она понимает. — Два месяца осталось, как никак. — Спасибо, мы знаем, — буркнул Хэгин, взъерошив себе волосы на голове, развалившись на парте и отвернувшись лицом к стене. — Что-то с вами не то, — выносит вердикт женщина. — Мы, конечно, и вас тоже очень любим, но почему не господин Ким?! — Так вот в чём проблема, — беззаботно хохочет женщина, усаживаясь на стул. Ей совсем не обидно, наоборот, — испытывает гордость, что столь молодой преподаватель смог так расположить к себе учеников. Он сравнивает весь класс как дитя, которое не хочет воспринимать никого, кроме своей матери. В данном случае матерью является Тэхён. Женщина, подвывая себе под нос какую-то мелодию, выходит куда-то, ещё с минуту посидев в классе, оставляя старшеклассников одних. Приходится идти на поиски учителя Кима, иначе они так ничего и не решат, дотягивая до предела, а потом, в последний момент, надо будет скакать, в спешке всё делая абы как. Нет, она, конечно, могла бы не церемониться, выбрав и цвет ленты, и место провождения выпускного сама, на свой вкус, но опять же — не может так поступить, сделав всё, как говорится, на «отстаньте» и «а вы сами виноваты, что ни бе, ни ме». Размышления как-то внезапно переваливают не в то русло, туда, где начинается осуждение бывшей классной руководительницы, что так некорректно и просто некрасиво поступила, бросив выпускной (выпускной!) класс в самом конце года. Да, это сугубо её дело и никто не должен лезть в это, но иногда тоже, хотя-бы чуть-чуть, стоит думать, осмысливать и взвешивать последствия своих действий. — Господин Ким! Вы мне нужны! — восклицает учительница, спешно подбегая к Тэхёну, стоявшему у расписания и миниатюрными ладошками обхватывает его за локоть. Тэхён оборачивается, всем своим видом показывая, что он нацелен внимательно слушать. Женщина кратко «жалуется», что старший класс забунтовал, не желая с ней никак контактировать, требуя его появление, но партизански умалчивая об этом. Ким тихо смеётся, мотая головой, уже представляет, как будет журить засранцев и следует за госпожой Чхве. «как малые дети, ей богу». Ребята как бездыханно улеглись на парты, иногда залезая в телефон, так и лежат. — Ну что, поднимайтесь. Буду ругаться, — шутливо-строгим голосом начинает Тэхён, складывая руки на груди и присаживаясь на край первой парты. — Обидели чудесную женщину, не стыдно? — отчитывает, как непослушных первоклассников, не понимающий с первого раза. — Вот возьму и вообще уйду от вас. — Мы вас никуда не пустим, не радуйтесь, — оживляется Кван, улыбаясь. Ынха одобряюще её трясёт за плечо. Класс подаёт признаки жизни, и женщина усмехается, — буквально всего за секунду вместо дохликов она стала видеть прежних учеников. — Что вы тут устроили? Разве можно так неуважительно себя вести? Почему я тут должен распинаться и ругаться на вас, без пяти минут, студентов и просто взрослых людей? Я прекрасно понимаю, что вы расстроены, но это не конец же света. — Господин Ким, теперь буду вас до конца учебного года звать на классные часы, — подтрунивает женщина и улыбается, видя улыбку в ответ. — Да, мы согласны, — кивает Ынха. — Вот же бесстыжие! А своего любимого преподавателя никто не хочет спросить? — Мы итак знаем, что он не откажет, — госпожа Чхве заливисто хохочет, больше претензий и вопросов у неё нет. Тэхён закатывает глаза и широко улыбается. Избаловал. Совсем избаловал учеников, которые теперь пользуются его добротой. Женщина всё же смогла сделать записи, уже точно определив и цвет ленты, и одежду и даже выбрав несколько мест празднования, решая полностью точно определиться чуть позже. Ким вежливо общается с девочками после «классного часа», смеясь и шутя, словно он действительно просто такой же ученик. Чонгук стоит у стены, рядом с одним из кабинетов, сложив руки на груди и наблюдая. Даже отчего-то сравнить захотелось свой выбор с той же его одноклассницей. Ну вот что Ынха? Ну да, смазливое миловидное личико, но не более. На самом деле бестолковая, хоть иногда и может выдать что-то заумное или гениальное. Для Чона — просто пустышка. То ли дело Тэхён — коробочка для накопления положительных качеств. И красивый, и умный, и даже какая-никакая хозяюшка., но самое то главное то, что чонгук его хочет, как никого другого ни сейчас, ни когда либо раньше. Парень глупо (влюблённо) улыбается своим мыслям, тут же морщась от резко-пронзившей насквозь боли — губа треснула. В прямом смысле. И он бы с радостью гордился, что это из-за мокрых поцелуев на морозе (но уже не холодно), однако, всё равно виной всему его парень, из-за которого возникают не всегда приличные мысли, а потому язык скользит по пересыхающим губам несколько раз на дню.

***

Тэхёна хватают за руку и резким движением дёргают на себя. Он даже толком не успевает сообразить, как больно ударяется затылком о кирпичную стену. Конечно же, сразу возникла мысль, что это Чонгук, однако… вряд ли он за несколько часов смог набрать массу в, как минимум, килограмм двадцать. Лицо неизвестного так же не видно — тряпичная чёрная маска закрывает нижнюю половину, а капюшон лишь отбрасывает тёмную тень на глаза, совершенно вводя в заблуждение. Он был готов ко всему: что с угрозами (а то ещё хуже, с лезвием у горла) потребуют деньги, телефон, ещё какие-нибудь ценности или даже сигареты, но никак не того, что неизвестный бессовестно полезет своими руками под его пальто, оглаживая бока через ткань свитера, а затем пролез на одну фалангу всех пальцев под кромку штанов, оттягивая её. Тэхён, скорее, недоумевал, чем боялся, от чего просто стоял столбом, уставившись в охуевании и ничего не предпринимая. Его тут, кажется, домогаются, на минуточку! Человек напротив явно ликовал, думая что Ким какой-нибудь хлюпик и трус, который, задрожав всем телом, всё отдаст, будь то даже драгоценная девственность, только бы оставили в живых и не били в лицо. Но как же он сильно просчитался, а понял это, когда тэхёнов кулак, не скупясь на силе, прилетел ему как раз в челюсть. Заставило отшатнуться и на пару секунд от боли потерять координацию. Втихаря наблюдающий человек, снявший сложившуюся картину на телефон с интересного ракурса, довольно улыбнулся, тише мыши исчезая с места. Тэхён потряс рукой, будто сможет стряхнуть чуть сбитую кожу и кинул взгляд с неприязнью на неизвестного, в сторону которого он дёрнулся ещё раз, имитируя ещё один выпад, однако тот также поспешил скрыться. Стоило бы, конечно, скрутить его (возможно, вырубить) и вызвать полицию, да только приедут, покрутят пальцем у виска ещё и высмеют. Смех на грани истерии и осознание дали о себе знать не сразу, только когда Тэхён вышел на людную улицу, минуя тёмный переулок. Только что было что? Его так грязно облапали? Внезапно и горько совсем становится, — неужто он выглядит так вызывающе? До дома Тэхён добирается спокойно, но вот только не успевает толком расслабиться (только заварить себе чай), как на телефон приходит смс от неизвестного номера. Он лениво потягивает расслабляющий зелёный чай, залезая в диалог, и видит прикреплённое видео с чёрной заставкой. Хмурится и нажимает на треугольничек, ожидая воспроизведения. Кому-то, непонятно зачем, понадобилось снять, как к нему сначала пристают, зажимая у стены. И только лишь это. Тэхён переводит взгляд с экрана на раковину перед собой, не смотря дальше. Резко приходит осознание: неужели это было подстроено? Следом за видео приходит и сообщение.

Неизвестный: Ну как тебе? Понравилось? Неизвестный: Может быть поделиться этим со всей школой? Неизвестный: А что? Пускай тоже полюбуются, ты, кажется, был не против.

Он не понимает кто это и что ему надо. От этой неизвестности страшно.

Тэхён: Кто вы? Тэхён: Чего вы добиваетесь? Неизвестный: Так я тебе и сказал, ахаха Неизвестный: Я хочу показать всем, какой ты ахуенный Неизвестный: Нет, я, конечно, могу пойти и на уступку, удалив видео, не сливая никуда, но тогда и у меня условие

Тэхён и слышал, и читал о подобном шантаже и, в большинстве случаев, ничем хорошим это не заканчивалось. При этом, примерно зная итог, всё равно спрашивает невероятно банальный вопрос:

Тэхён: И что вы хотите? Неизвестный: Тебя:) Неизвестный: Вернее личную встречу с тобой Неизвестный: Но тебя тоже!

Ким насмешливо хмыкает и блокирует телефон сгибая руку в локте, подпирая её второй. Приплыли. Он хочет проигнорировать, считая это глупой и не смешной шуткой, но на телефон снова приходит оповещение.

Неизвестный: Ну так что? Неизвестный: Видимо ты хочешь стать популярным:) Неизвестный: С радостью тебе помогу в этом

Тэхён злится, потому что с какого перепугу кто-то там позволяет себе манипулировать им? Однако, он в проигрышной ситуации, чтобы предъявлять недовольства, потому с обеих сторон он окажется крайним: на видео чётко видно, как его лапают, а он, кажется, и не против вовсе. С другой — видео попадёт в сеть и всё же не хочется быть объектом бурных обсуждений. Тем более, каких ещё обсуждений!

Тэхён: У меня нет ни желания, ни времени, чтобы тратить его на вас. Неизвестный: Что ж Неизвестный: Я совсем не хотел прибегать к крайним мерам, но ты вынуждаешь:) Неизвестный: А что скажешь насчёт этого?

Глаза ползут на лоб, сердце пропускает неприятный удар. Откуда у этого неизвестного человека фотография обнимающего его Чонгука? Совсем не по-дружески. Если бы то видео попало в сеть, то Тэхён смирился, но с данной фотографией — точно нет. Он не будет подвергать Чонгука неприятностям.

Тэхён: Какого чёрта? Тэхён: Откуда это? Неизвестный: Не твоё дело, сладкий. Твоё дело — согласится на моё предложение или сам знаешь что будет:) Неизвестный: Думаю твои кости и кости твоего Чонгука станут самыми чистыми в мире:) Неизвестный: Решать тебе

Что сейчас чувствует Ким? Страх? Да. Безысходность? Определённо. Тэхён устало прикрывает глаза и тяжело вздыхает. Сам виноват. Сам и только сам.