Убей меня своей улыбкой

      Билли всегда нравилось думать, что в мире существует не так уж много вещей, которые могут его шокировать. Но один взгляд в шкафчик Харрингтона не только прерывает его рутину подкидывания подарков, но и доказывает, что он поразительно ошибается.       Записка Стива настолько, блин, дерзкая и бесстрашная, что Билли на какое-то время лишается дара речи. Он стоит там и таращится ну прямо как идиот. Слава Богам, что ещё так рано и никто его не видит, иначе, он уверен, это жалкое зрелище действительно запятнало бы его репутацию в этой школе. Это немного забавно, что Билли не должен быть так удивлён, только не тогда, когда Стив уже до этого показал ему свой характер. Свою храбрость. И, не кривя душой, Билли признает, что ему нравится эта черта в Харрингтоне, только все это заставляет его слишком сильно надеяться.       Билли хотел бы верить Стиву. Он в жизни не хотел верить кому-то настолько сильно, никогда не хотел настолько доверять чьим-то словам.       То, что обещает ему эта записка, звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это просто фантазия, думать, что они могут быть вместе, как единое целое, как пара…влюблённых. И Билли мог бы дотрагиваться до Стива, целовать его, обнимать, просыпаться рядом с ним на мятых простынях и наблюдать, как Стив моргает, открывая глаза в мягком утреннем свете.       И это тот Билли, который никогда раньше не хотел ни с кем чего-то подобного. Это тот Билли, который думал, что ему будет хорошо жить без любви, что секса и выпивки будет достаточно. Это тот Билли, который теперь знает, что он навсегда потерян, что он повержен одним мальчиком с прекрасными глазами лани, мягкой улыбкой и идеальными волосами. Он мечтает об этом. Он мечтает быть таким же храбрым как Стив, встречая проблемы лицом к лицу, даже когда шансы на победу откровенно мизерные.       Но он не может этого себе позволить. Потому что помимо того, что Стив храбрый, он настолько же туго соображает, насколько он красивый. То есть очень.       И Билли ни за что бы не получил такой ответ, если бы Стив понял, кто стоял за всеми этими стихами. Харрингтон, очевидно, все ещё понятия не имеет, кто он такой, и тёмная, циничная часть Билли не может перестать насмехаться над ним, над его глупым увлечением местным золотым мальчиком. Ведь Стив, скорее всего, ждёт симпатичную старшеклассницу в качестве тайной поклонницы.       У Билли во рту появляется горький привкус желчи, когда он чувствует внезапную и захлестывающую волну ревности и раздражения. Так не может дальше продолжаться. Должно быть что-то, что заставит Стива понять, но без раскрытия себя, а то его жизнь превратится в кошмар.       Билли тактически отступает, чтобы дать себе время на приведение своих мыслей в порядок, но из-за этого он чувствует себя несчастным весь оставшийся день. Он продолжает украдкой поглядывать на Стива, пытаясь выяснить, что происходит у того в голове, когда он так нежно улыбается сам себе. Билли мучает себя, представляя, как выглядит этот воображаемый человек, в которого Стив влюбился. Каким Стив его представляет? Это девушка? Скорее всего. Может, она хоть чуть-чуть похожа на Билли? Решительная, со светлыми кудрями и голубыми глазами? Или она должна выглядеть как Нэнси — как хрупкая темноволосая кукла? Билли вообще во вкусе Стива?       Это попросту смешно. Как он умудрился в это вляпаться? Чем больше Билли об этом думает, тем сильнее у него начинают чесаться кулаки. Он хочет врезать по чему-нибудь, оставить кровавый след на своих костяшках. Если бы он мог, он бы вырвал сердце из своей груди и оставил его в шкафчике Стива. Это могло бы стать убийственным подарком, который, заодно, избавит его от страданий. Ну, знаете, убить двух зайцев одним выстрелом.       Вместо этого, когда все уже разошлись по домам, он делает кое-что совсем импульсивное и безрассудное.       У Билли нет времени на раздумывание о собственных действиях, он не хочет, чтобы его снова поймал уборщик, когда он взламывает чужой шкафчик. Так что он спешит уйти сразу же, как заканчивает это. У него впереди целый вечер и бессонная ночь, чтобы жалеть о сделанном.

★☆★

      Стив так сильно нервничает на следующее утро, что у него потеют ладони. Он несколько раз вытирает их о джинсы, чтобы они не соскальзывали с руля.       Что-то должно случиться. Он знает это, ощущает это в воздухе. Небольшая часть Стива надеется, что в этот раз вместо подарка Б. будет ждать его около шкафчика. Они уже признались друг другу в своих чувствах, так что Стив точно готов к следующему шагу.       Но когда он идет по коридору и видит, что никто его не ждет, у него замирает сердце. Вокруг него только обычные лица, которые он может подозревать во всем этом. Вот, например, Нэнси и Джонатан, которые держатся за руки и шепчутся неподалеку. Боже, они так мило смотрятся вместе, что Стива сейчас стошнит.       Стив хочет домой, прямо сейчас. Он почти жалеет, что пришел в школу, но тут он открывает свой шкафчик и что-то блестящее и серебристое бросается ему в глаза. Он берет эту вещь в свои трясущиеся руки.       Выясняется, что это классическая зажигалка Zippo, которая очень похожа на ту, что Стив оставил в туннелях Изнанки, когда они подожгли это место. Только разница в том, что кто-то украсил эту зажигалку. Сбоку, на корпусе, выгравирован какой-то рисунок и Стив наклоняет зажигалку, чтобы получше рассмотреть. Это оказывается скорпион, стоящий с раскрытыми клешнями и поднятым в воздух жалом. И работа, судя по всему, была проделана неплохая, хоть линии и не идеальны. Скорпион выглядит выгравированным вручную, возможно, с помощью острия ножа или гвоздя и огромного количества терпения.       Зажигалка не новая. Видно, что кто-то ей активно пользовался — по всей поверхности есть небольшие царапины и вмятина с одной стороны крышки, которая выглядит так, будто зажигалку неоднократно роняли. Стив понимает, что это больше, чем просто подарок. Это — личная вещь, у которой есть история, связанная с её владельцем. Это — часть Б.       Кроме того, эта зажигалка точно не принадлежит девушке.       Если бы в старшей школе Хокинса и была девушка, которой могла бы принадлежать такая зажигалка, Стив бы знал её. Весь гребаный город знал бы её. Но такой девушки попросту не существует, так что нет абсолютно никаких сомнений, что это зажигалка какого-то парня.       И вдруг все встает на место. Сама природа всех этих подарков, дистанция, которую осторожно соблюдает его поклонник, то, как тот настаивал, что они не могут быть вместе. Теперь все обретает смысл. Несколько секунд Стив просто стоял, ошеломленный этим осознанием и таращился на Zippo в своей ладони. По ощущениям, его сердце готово было выпрыгнуть из груди.       Б., его Б., его тайный поклонник оказался парнем!       Стив чувствует, как снова начинает потеть. Он понимает, почему Б. дал ему эту зажигалку. Все действительно ведь шло к этому, не так ли? Он попросил огня и получил его. Стив сказал, что сгорит в нем и теперь он должен доказать это.       У него есть два варианта. Либо он берет зажигалку и признает, что Б. — это парень, либо он оставляет её в шкафчике и на этом все заканчивается, раз и навсегда. Но это действительно то, чего он хочет? Неужели Б. стал кем-то другим только из-за наличия члена? Разве это не тот же человек, по которому Стив тосковал все эти недели?       Стив настолько глубоко погружается в свои мысли, что внезапный звонок заставляет его подпрыгнуть от испуга. Не задумываясь, он торопливо засовывает зажигалку в карман джинсов. Это чистый инстинкт, рожденный потребностью хранить что-то ценное в безопасном месте. Зажигалка тяжелым и многозначительным грузом лежит у него в кармане.       Он делает успокаивающий вдох. Стив доведет дело до конца, он не струсит. Однако он понимает, что с этого момента он должен быть осторожен, ведь если он не сохранит секрет, то это может повредить им обоим.       Бросая нервные взгляды по сторонам, он начинает доставать учебники из шкафчика. Студенты вокруг него спешат на занятия, не обращая внимания на Стива. На секунду он чувствует облегчение от того, что, кажется, никто не заметил его почти что паники. Но когда толпа редеет, он замечает, что Билли Харгров, стоящий в нескольких футах от шкафчика Стива, крайне пристально на него смотрит.       Устремленные на него голубые глаза Билли странно спокойны, будто парень крепко задумался. Но его взгляд настолько напряжен, что у Стива мурашки бегут по коже.       — На что уставился, Харгров? — насмешливо спрашивает Стив, чувствуя себя неловко и немного униженно.       Билли пялится на него еще несколько мгновений, затем медленно облизывает губы, как будто собирается объясниться со Стивом. Но затем он лишь качает головой и криво улыбается.       — Ничего. — Произносит он, отворачиваясь, чтобы захлопнуть свой шкафчик, и направляется в сторону класса.       Смотря ему вслед, Стив думает — когда-нибудь он выяснит, почему Билли к нему прицепился. Но явно не сегодня.

★☆★

      Билли с трудом высиживает тригонометрию. Его, блять, всего трясет. Иногда он задается вопросом, все ли в порядке у него с головой. Не может же быть нормальным любить кого-то настолько же сильно, насколько хотеть вмазать этому кому-то по лицу.       Судя по выражению на лице Стива, тот наконец-то понял хотя бы половину посыла. Но его реакция, когда он поймал взгляд Билли, лишь подтверждает теорию. Стив все еще не знает. Обиднее всего, что Стив даже не замечает его как личность. Стив вообще его не видит. Для Харрингтона он никто, даже хуже — какой-то пария.       Карандаш в его руке ломается с громким треском. Позади него Тина начинает хихикать, а учитель поворачивается к нему, прекращая писать на доске.       — Мистер Харгров, вместо того, чтобы уничтожать ваши письменные принадлежности, может, вы выйдете к доске и решите эту задачу для нас? — произносит этот снисходительный мудак, который обожает находить причины, чтобы выставить Билли на посмешище перед классом. К сожалению для него, Билли просто блядский ас в тригонометрии.       Но вся ситуация все еще доводит его до белого каления, и он умудряется искрошить и разломать мел так, что ему приходится писать мелким огрызком. По крайней мере, он может что-то сломать, и мелки явно гораздо лучше подходят для этой роли, чем челюсть учителя, несмотря на то, что эта идея становится все более привлекательной с каждой секундой.       Но Билли не может получить отстранение из-за драки, только не снова. Так что он проглатывает свое раздражение и решает гребаную задачу.       К тому моменту, когда урок заканчивается, Билли жизненно необходимо выкурить сигарету, получить ударную дозу никотина. В противном случае он сорвется на ком-нибудь. Поэтому во время перемены он выискивает Томми.       — Хилл! Дай мне свою зажигалку.       Томми, будучи куском дерьма, делает такое лицо, будто он не может вынести ни секунды расставания с одной из своих говенных пластиковых зажигалок, которые он вечно с собой таскает.       — А что случилось с твоей? — он неохотно спрашивает, роясь в карманах.       — Потерял.       — У-у-у блин, полный отстой, мужик. Она была клевой.       — Плевать.       Как только Томми достает зажигалку, Билли выхватывает её из рук Томми и уносится в сторону выхода.       — Слышь, не забудь вернуть её! — Томми кричит ему вслед, и Билли показывает ему средний палец.       Хорошо, что вторым уроком идет история — это пропагандистское дерьмо-шоу, потому что, чтобы успокоиться, Билли приходится выкурить три сигареты разом. Он старался держать себя в руках с тех пор, как очнулся в доме Байерсов с похмельем от транквилизатора и смутными обрывками воспоминаний о прошедшей ночи. Он был напуган и растерян, в основном из-за самого себя, из-за того, кем он стал.       Его попытки помириться со Стивом и детьми не были результатом смены мировоззрения. На самом деле, это был акт чистого эгоизма, это было средством достижения одной цели — доказать себе, что он еще не стал таким же, как его отец.       Может быть, влюбленность в Стива и стала тем наказанием, которого он заслуживает.       Билли хочется кричать, разрыдаться, уничтожить что-нибудь. Может быть, даже самого себя, если это будет необходимо, чтобы преодолеть все это.

★☆★

      У Стива, как обычно, нет ни малейших догадок, что за вожжа попала под хвост Харгрову на этот раз, что тот появился на тренировке с бешеным взглядом и чуть ли не с пеной у рта. У этого парня самые худшие перепады настроения из всех, которые он когда-либо видел.       Билли врывается в раздевалку с лицом, искаженным необузданной яростью. Он огрызается и рычит на других, пока переодевается. И на выходе чуть не сбивает Кайла с ног.       Но как только они выходят на площадку, его настрой снова сменяется как по щелчку пальцев. Быть засранцем, который заграбастал себе мяч — это его стандартная модель поведения на тренировке, и Стив даже более-менее привык к насмешкам и постоянному стремлению Билли одолеть его в каждой игре, но сегодня он просто напряжен. Сегодня он сосредоточеннее, быстрее, в какой-то мере даже жестче. И он полностью игнорирует Стива, не отрывает глаз от мяча и корзины, сохраняет дистанцию, избегая физического контакта, пока от него волнами исходит холодное бешенство.       А еще он невероятно молчаливый.       Обычно Стив старается максимально не обращать внимания на болтовню Харгрова и самого Харгрова. Пугает то, насколько тяжелее игнорировать его сейчас, невозможно просто закрыть глаза на то, как чертовски хорош Билли. Как грациозно и легко он двигается, когда перехватывает мяч, как сокращаются под гладкой кожей мышцы, когда он ведет мяч или прыгает, чтобы забить очко. Это все выглядит так просто и легко, но в то же время это похоже на искусство.       Стив ловит себя на том, что откровенно пялится, пойманный между завистью и восхищением. И это немного выводит его из себя, ведь его день и так был достаточно странным и есть другие вещи помимо Харгрова, о которых он должен думать.       Он радуется, когда тренировка заканчивается и Билли первым выходит из душа. К тому времени, когда Стив насухо вытерся полотенцем и начал одеваться, Билли уже ушел, даже не потрудившись попрощаться или подождать, пока Томми окликнет его.       Стив кидает джинсы на скамейку, чтобы достать носки, спрятанные под ними в шкафчике и не замечает, как маленький предмет вываливается из кармана, пока Томми не поднимает его, нахмурившись.       У Стива сердце в пятки уходит.       — Эй! — рявкает он. — А ну верни на место!       Томми кидает ему в ответ странный взгляд.       — Это упало из твоего кармана. Откуда у тебя зажигалка Билли? — недоуменно спрашивает он, рассматривая Zippo.       — Что? — Стив уже собирается выхватить её из рук Томми, как вдруг резко останавливается на полпути, впадая в ступор.       — Он сказал, что потерял её и ему пришлось взять мою сегодня.       Что-то холодное мертвым грузом сворачивается в животе у Стива, пока он наблюдает, как его бывший лучший друг изучает зажигалку будто редкую монету.       — Откуда ты знаешь, что это Харгрова? — Стив старается говорить спокойно, хотя внутри него по ощущениям разворачивается буря.       — Scorpions. — Томми пожимает плечами и показывает Стиву выгравированный рисунок. — Это их логотип. Они, вроде как, его самая любимая группа.       Томми говорит так, будто это самая очевидная вещь на свете, будто Стив — идиот, который не знает, чья эта зажигалка. Может быть, он действительно идиот.       — Я нашел её с утра на парковке. — Врет Стив и чувствует, как паника подступает к горлу, сдавливая его, угрожая ему удушением из-за того, что он только что узнал.       Это не может быть правдой. Это просто какая-то шутка. Это должно быть шуткой! Это… Ох. Точно. Теперь Стив понимает, что происходит. Внезапно паника отступает и сменяется гневом, ярким, готовым сжечь его тело до тла подобно лесному пожару.       — Чувак, если он узнает, что она у тебя, он тебе зад надерет. — Томми смеется, не подозревая о том, что происходит. — Хочешь, я могу вернуть ему её вместо тебя? Скажу, что нашел её. Дружеский жест с моей стороны, как в старые добрые времена.       — Знаешь что, — Стив улыбается, внешне он спокоен как удав, хотя внутри все кипит от злости. — Все в порядке. Думаю, я верну её прямо сейчас. Если потороплюсь, то, может, смогу его словить на парковке.       Он выхватывает зажигалку из рук ошарашенного Томми и со скоростью света натягивает джинсы и кроссовки. Хватает свою рубашку и уже на выходе натягивает её, не заботясь о том, во что это превращает его волосы, и бежит. Бежит по коридору к парковке, где Билли, уже пригнувшись и выкинув окурок, собирается сесть в свой камаро.       — Эй ты! — Кричит Стив, пока бежит через парковку, и с удовлетворением наблюдает, как Билли вздрагивает и оборачивается.       Билли открывает рот, чтобы что-то сказать, когда Стив подбегает к нему, задыхаясь и явно желая кого-нибудь убить. Стив его обрывает, обвиняюще поднимая зажигалку.       — Твоя? — его голос абсолютно спокоен, но им можно резать сталь.       Взгляд Билли мечется между маленьким серебристым предметом и лицом Стива. Затем он плавно разворачивается и встает в уверенную позу.       — Да, моя. — В его голосе слышится напряжение, намек на неуверенность, будто он застигнут врасплох столь резким разоблачением.       — Это ты положил её в мой шкафчик? Вместе с остальными вещами?       — Что если я?       — Это... это какой-то розыгрыш? Какая-то странная шутка? — Стив просто кипит от ярости.       Лицо Билли сморщивается, как бывает, когда он вот-вот слетит с катушек. Стив слишком хорошо знает это выражение лица. Оно превращает красивое лицо в маску плохо сдерживаемого гнева. Но Билли молча стоит, не проронив ни слова.       — Это какая-то шутка? — на этот раз громче повторяет Стив.       Билли молчит как статуя, и в Стиве… в Стиве что-то ломается.       — Это ты так шутишь, ты, больной уебок?! — он орет и его голос срывается, как бывает, когда он вот-вот готов расплакаться.       И тут же, как по команде, Билли начинает хрипло и истерично хохотать, запрокидывая голову и всхлипывая между смешками. Стив наблюдает за ним, не в силах пошевелиться, чувствуя, как ненависть пузырится в его венах. Он так крепко сжимает зажигалку, что костяшки на его кулаке белеют. Он хочет её раздавить. Билли наконец-то приходит в себя, прекращая безумно хохотать, вытирает слезы с глаз и, наконец, поднимает взгляд на Стива.       — О да, и это было охренеть как смешно. — Он ухмыляется. — Видел бы ты себя! О-о-о, я такой особенный, я кому-то нравлюсь. Харрингтон, ты просто жалок.       Стив бросается вперед, даже не думая об этом. Он просто кидается на Билли всем телом, атакуя его. Их тела с глухим стуком сталкиваются с капотом камаро. Билли издает удивленный звук, но быстро приходит в себя и перехватывает запястье Стива, когда тот пытается врезать ему. Они борются всего секунду, и Билли удается победить Стива, перевернув их и толкнув парня в сторону машины, припаркованной рядом с камаро. У пригвожденного таким образом Стива испаряется часть его слепой ярости, и ему удается выдавить из себя пару слов.       — Что я тебе такого сделал? — Стив шипит, впиваясь ногтями в рукава джинсовки Билли, пытаясь освободиться из жесткой хватки. — Зачем ты так поступил со мной?       У Стива все расплывается перед глазами из-за слез. Он хочет убить Билли, хочет достать из багажника свою биту и размозжить ему голову. Он жаждет мести, он хочет отомстить за свое вновь разбитое сердце. Но он чувствует, как боль и горе от предательства оседают в нем, делая его слабым, неуверенным, беспомощным и лишенным какой-либо надежды.       — Я просто хочу узнать, что, блять, с тобой не так, Харгров! — Стив всхлипывает, ощущая, как крупные слезы стекают по его щекам.       Билли держит его как в тисках, его взгляд жесткий, а голубая сталь его глаз вгрызается в Стива. В какой-то момент он думает, что Харгров его сейчас ударит, но затем, кажется, небольшую вечность спустя, Билли наклоняет к нему голову...       Во-первых, Стив даже не уверен, можно ли это считать поцелуем. Их рты настолько сильно прижаты друг к другу, что он чувствует линию зубов за сомкнутыми губами Харгрова. Но затем, за секунду до того, как Билли отстраняется, его губы мягко касаются губ Стива и задерживаются, подобно нежнейшей и теплой ласке. Это превращает сердце Стива в хрупкий хрусталь, который грозит разбиться в любой момент.       Когда Билли прерывает поцелуй, он хмуро, вызывающе встречает взгляд Стива. Только он быстро-быстро смаргивает, а его подбородок дрожит.       — Теперь ты знаешь, — он произносит хриплым и больным голосом, смотря на Стива блестящими от слез глазами.       Он с глухим стуком прижимает Стива к машине, пока сам отталкивается, разворачиваясь. Билли больше не произносит ни слова, оставляя Стива позади. У того так сильно дрожат колени, что он съезжает вниз по пассажирской двери и плюхается на землю.       Он ошеломленно молчит, наблюдая, не в силах сдвинуться с места, как Билли уезжает, как камаро с визгом шин уносится с парковки.       “Я дракон” — думает Стив, — “и я же пламя”. Как он мог быть таким слепым?       Поцелуй Билли обжигает его губы как раскаленное клеймо.