Поверь в меня

      Этери просыпается рано утром и не может больше заснуть. Сегодня день Инициации, который должен изменить все. В городе украшаются улицы и распахиваются ставни. Когда Избранная поедет в открытой карете, каждый сможет ее увидеть…и попрощаться?       Этери не хочет об этом думать. Она отпивает пару глотков почти ледяной воды с мятой и ступает босыми ногами по холодному каменному полу.       Авентон тихо открывает дверь и склоняется в почтении.       -- Я принес тебе фрукты, Этери. Больше нежелательно есть сегодня.       Этери гордо смотрит на жреца и щурится:       --Я и этого не хочу.       «Ничего не хочу»--читается в ее глазах, но Избранная больше не говорит.       Авентон оставляет Этери одну. Она в очередной раз перебирает листы книги, что-то шепчет одними губами, а потом снимает с шеи украшение в виде чертополоха. Кажется, что внезапно становится холодно, но Этери кладет его между страниц и прикасается к корешку. Вчера вечером она написала там свои первые строки, поддавшись порыву.       «Меня зовут Этери. И я не знаю, кто я…но где-то же есть люди, которые должны знать. Тогда почему они меня не ищут?».       Избранная хотела вырвать эту страницу и начать все заново, но потом передумала. Она смотрела на громадные, будто с человеческий кулак, звезды на небе и думала о том, что ты не можешь быть готова к своей судьбе, даже если училась этому всю жизнь.       Этери стояла молча у окна и думала, что если сейчас мир подаст ей знак, она попытается что-то изменить.       Но мир молчал.       Ему было плевать.       ***       Айя заплетает Этери волосы в две высокие косы, а потом сплетает их между собой, оборачивая вокруг головы. При свете дня они кажутся золотыми.       Избранной непривычно чувствовать, как ветер касается кожи на ее оголенной шее, неприкрытой волосами, непослушные пряди выбиваются из прически и завитками обрамляют лицо. Этери кусает губы, когда Айя холодными пальцами застегивает пуговицы сзади на вороте длинного белого платья.       Оно совсем простое с виду, но расшитое еле заметными серебряными нитями, составляющимися в причудливый узор. Этери стоит босиком, чувствуя ткань на щиколотках. Она украдкой смотрит на себя в зеркало и удивленно замечает, что уже не кажется себе ребенком. И в тот же момент тонет в собственных глазах.       Этери выходит через потайную дверь комнаты сразу в торжественный зал. Там ее ждут самые важные люди королевства. Этери распахивает створки и ступает на бордовую дорожку.       Зал затихает. Все смотрят на то, как Избранная идет по проходу с гордо поднятой головой и встают, чтобы поприветствовать ее. Этери шагает молча, словно она внутри окаменела и должна дойти до конца комнаты во что бы то не стало. Шепот отражается в голове колокольным звоном и оглушает ее. Почти не видя ничего,Этери садится на высокое кресло, похожее на трон и немного выдыхает.       Авентон подходит ближе и начинает говорить:       -- Во имя пророчества и спокойного будущего Королевства, я отдаю свою жизнь в служение Избранной , обещаю быть ей советником и поддержкой до самого конца.       Жрец становится на колени, надевая на босые ноги Этери расшитые жемчугом и сапфирами туфли. Они такие тесные и колючие, что Избранная невольно морщится, но потом не подает виду. Больше ей нельзя ходить босиком при людях, а только—передвигаться в карете или переносном шатре. Чтобы все видели и понимали, какое она теперь сокровище.       --И да Будет путь твой долог и спокоен,-- продолжает Авентон.—Ибо нет для нас всех другой дороги и награды.       Этери раскидывает руки, словно открывает объятья всей толпе, стоящей перед ней, и закрывает глаза. Жрец надевает на ее запястья тяжелые массивные браслеты с узорами, которые тянут запястья к земле…как кандалы.        Но Этери не двигается с места.       --Великий день сегодня для всего Королевства, ибо Избранная становится собой и возвращается к истокам.       Этери чувствует, как на плечи ложится накидка, обхватывающая тело, как панцирь. Она выглядит красивой со стороны, но жутко неудобной на самом деле. Избранная опускает руки, сцепляя их в замок. Она кивает Авентону и начинает говорить так спокойно, словно совсем не умирает сейчас изнутри.       --Я-- Этери, Избранная по праву Пророчества, принимаю на себя свою Судьбу и Предназначение безропотно и со всепоглощающей любовью к Королевству и своему народу...       Избранная не замечает, как Верховный жрец еле заметно вздрагивает и сжимает кулак. Она не может знать, о чем тот сейчас думает, а Авентон чувствует неясный страх. Этери изменяет слова клятвы сама того не замечая и вместо «его народу» говорит «своему». Словно что-то знает и понимает—так вернее и правильнее. Потому что это во истину ее народ по праву рождения и наследования, но никто об этом не может знать. Тем более сама Избранная.       --Да будет наша земля плодородна и защищена от любых напастей, даже самых ужасных…       Этери склоняет голову, на которую Авентон привычным движение надевает диадему из звездного метала, упавшего с неба.       --И да будет час спокойствия и процветания долгим, а наша радость—безбрежной.       Фарфоровая маска укрывает лицо Избранной от посторонних глаз, а Этери наконец закусывает губы и расслабляется. На маске диковинные узоры, делающие лицо не столько прекрасным, сколько далеким от человеческого. Она нужна для всех главных ритуальных церемоний и уже никогда больше Этери не может появиться без нее на важных встречах. При обычных мероприятиях похожие узоры будут наноситься на кожу, чтобы скрыться от посторонних глаз.       Голос из-под маски становится другим—чарующим, далеким, нечеловеческим.       --И нет мне большего счастья, чем исполнить волю Небес, не существует иного пути достичь своей цели и не будет мне покоя пока Предназначение не исполнится.       Тонкая рука с длинными пальцами властно протягивается к лицу Авентона. Он с почтением надевает на безымянный палец массивное кольцо в виде Дракона.       «Это, чтобы Избранные всегда помнили, что их ждет,»-- рассказывал когда-то давно Жрец.—Что бы они ни на минуту не забывали, кто встретит их в конце пути.»       Этери смотрит на Дракона у себя на пальце, но он не кажется ей чудовищем. Гораздо более чудовищными ей кажутся люди, глазеющие с любопытством и липкой жалостью…а еще тайной радостью, что они не на ее месте.       --Да будет так!—скандирует толпа.       Этери садится на переносной трон и хватается за ручки кресла, когда тот взмывает вверх. Она смотрит на всех свысока и молча словно парит надо толпой. Ее несут из храма прямо на улицу, где новые люди кричат ей вслед и бросают под ноги цветы. Этери молчит и мысленно благодарит маску на своем лице, которая скрывает все эмоции.       Почти у самой площади маленькая девочка, сидящая на плечах у отца, снимает со своей головы венок из полевых цветов и протягивает его Этери. Та совсем не понимает, почему, но останавливает всю процессию и ясным движением приказывает поднести трон ближе. Толпа замирает.       Этери прикасается ко лбу девочки, благословляя ее, а та надевает свой венок прямо на золотистые волосы, скрывая от глаз диадему. Этери понимает, что нарушает церемонию, но почему-то сейчас ей вспоминается, как в детстве Даниэль плел ей похожие из цветов, а остальные друзья сбегали для того, чтобы провести время вместе.       Сегодня они все где-то в толпе, не имеющие право подойти ближе. Все..кроме Дани, который так и не успел приехать.       Этери вдруг чувствует, как шрам на руке начинает жечь, словно напоминает о себе, но она отгоняет все воспоминания и движется вперед—прямо ко дворцу. Там, в специальных покоях ее ждет Король—для первой беседы и присяги. Так, как положено уже сотни лет.       Этери прекрасно помнит сад и золотые яблоки в нем. А еще Короля, снимавшего ее с дерева много лет назад. Тогда все было просто. Сейчас—уже иначе.       --Моя Судьба во имя блага всего королевства чиста и ясна. И как вы защищаете наши земли от угрозы извне, так и я буду бороться за процветание нашего Королевства даже ценой собственной жизни, --заученными фразами произносит Этери в комнате за закрытыми дверями.       Король подносит к губами ее тонкие пальцы с перстнем и невесомо касается кольца. Этери отходит к креслу и опускается в него, чувствуя, как натирают туфли и тянут к земле украшения. Она откидывается на спинку и рефлекторно прикасается к яблоку из вазы. Тому самому, золотому…       Она катает его в ладонях и смотрит на короля, ожидая первого вопроса. И в этот момент Король ее узнает. Он кусает губы, совсем как сама Этери, и спрашивает.       --Это случайно не вы в детстве собирали яблоки в моем саду?       Этери улыбается, но понимает, что за маской этого все равно не видно.       --Я,-- тихо говорит она.       И тогда происходит что-то, чего Избранная не может объяснить. Король замолкает на несколько минут, прячет лицо в ладони, а потом, не поднимая глаз произносит:       -- Ты счастлива, Этери?       И Избранная понимает, что сейчас нарушены все возможные протоколы, на которые Королю почему-то плевать. И ему важно услышать ответ на этот вопрос.       А еще более важно, чтобы она на него солгала.       Поэтому Этери выдыхает и врет :       --Да…       И этот ответ почему-то дарует Королю покой, а ее саму окончательно убивает.