Поверь в меня

      Этери видит сон. Она стоит высоко в горах и слушает небо. Звезды там кажутся такими громадными, что захватывают дух. Этери молчит и слушает. Песня охватывает ее и проникает прямо в сердце. Избранная хочет услышать слова, но ничего не понимает, пока музыка не ускользает из пальцев, как дым костра. Этери тянет руки, силясь схватить исчезающую мелодию, но не может…Ее тело слишком тяжелое и неповоротливое и тянет ее к земле. Поэтому Избранная плачет от этой неясной тоски и…просыпается.       Дани целует дорожки слез на ее щеках, баюкает в своих руках и что-то говорит.       -- Ты снова видела тот сон?       Этери кивает.       -- Тебе было страшно?       Этери не произносит ни слова. Вначале было страшно, да. Потому что совсем непонятно, где реальность, а где сон. Казалось, даже ступни чувствовали каждую травинку на земле и холод от ветра. А потом Этери привыкла. И песня с каждым разом звучала все более ясная и реальная. Та, которую так хотелось слушать и слушать. Словно сам мир говорил с Избранной, а она никак не могла ответить.       -- Или тебе больно?— Дани не перестает спрашивать, а Этери все не может ответить.       Это не больно, потому что к боли Этери привыкла. Это все так пронзительно одиноко, что сердце не выдерживает. Словно ты потерялся и никак не можешь найти дорогу домой…словно ты не на своем месте, но абсолютно никто этого не понимает.       --Обними меня,-- шепчет Этери.—Согрей…       И Дани целует ее, прижимая к себе. Больше всего в мире он не любит, когда Этери плачет. Но забрать ее тоску себе не в силах.       Этери играет в шахматы с Королем. Это их традиция уже полгода. Кто-то подарил Избранной вырезанные из дерева шахматы, а вот играть она не умела.       Когда на привычную аудиенцию однажды пришел Король, он оказался хорошим игроком, а потом научил и Этери. Она быстро поняла принцип и вскоре проникла в суть самой игры.       Избранной нравилось думать и предугадывать ходы. А еще разговаривать при этом о дальних странах. Это было нарушением необходимого протокола, но никто не мог знать, что происходит за закрытыми дверями       -- А вы играете с кем-нибудь еще?—спрашивает Этери.       Король качает головой:       --Нет. Я всегда мечтал научить этому свою дочь.       А потом он замолкает, словно сказал что-то лишнее.       --Она умерла?—почему-то спрашивает Этери       -- Для всех—да.       Король делает ход, словно показывая, что разговор окончен, но Этери и так знает, что он добавляет про себя « Для всех—да. А для меня—нет». Этери знает это. Ведь она Избранная, но забрать его боль не в силах.       Даниэль едет по тропинке едленно, краем глаза, наблюдая, как Этери подставляет лицо солнцу. Они всегда оставляют себе время, когда можно просто прогуляться, не выдавая, кто ты. На Этери дорожное платье и сапоги для верховой езды. Она о чем-то напевает себе под нос, но не разговаривает, а просто слушает птиц в лесу. Дани знает, что там дальше—луг с дикими травами, которые так любит Этери. Поэтому каждую неделю она приезжает сюда, чтобы отдохнуть.       Дани расстилает плащ на привычном месте, Этери лежит на траве и смотрит в небо, а вокруг нее—цветы, как драгоценные камни.       -- Я все время думаю в последнее время, Дани…как это, когда у тебя есть семья?       Даниэль пожимает плечами.       --Это хорошо. А еще должно быть нормально. Вот у нас так и будет.       Этери приподнимается на локте.       --Как?       -- У нас все будет хорошо. Будем воспитывать детей , ходить с ними в лес, купаться на озере, учить всему…       --Чему?       -- В первую очередь любви, конечно. А потом всему остальному…       Этери улыбается.       -- А для начала мы поженимся. Ты какое хочешь платье?       --Только не белое,-- вдруг произносит Этери, вспоминая ритуальное платье, расшитое серебром.       --Хорошо,--соглашается Дани.—Может, синее? Как небо со звездами.       Этери закрывает глаза, вспоминая свои сны и кивает.       --Да…синее-синее.       Дани наклоняется к ней и целует, поддерживая за подбородок.       -- А еще мы сделаем кольца, и больше никаких браслетов и тесной обуви.       -- Можно вообще босиком?—Этери прячется у Дани на груди.       --Тебе будет можно все.       Этери смеется. Ее смех похож на звон колокольчиков, а Дани целует каждый ее палец и обнимает, словно боится куда-то отпустить. А потом они оба затихают, будто бы это счастье можно спугнуть.       -- Марк и Диана,-- вдруг говорит Этери.       Дани удивленно смотрит на нее.       -- Я бы так назвала детей.       И тут Дани понимает, о чем Этери думала так долго. И от этого у него так щемит в сердце, что он не может дышать.       -- Хорошо,-- соглашается он.— Это самые лучшие имена, которые я знаю.       К Избранной на прием приходит женщина и приносит с собой ежевичное варенье. Она долго мнется, прежде, чем начинает говорить.       -- Я вижу сны, Избранная, и они пугают меня. Там горы, звезды и ветер…а еще там моя пропавшая много лет назад сестра. Я никогда не видела ее раньше, но поняла, что это она по глазам. Моя сестра говорит со мной на том холме,а я не могу ее понять, словно слова не имеют никакого смысла. Но вчера все стало иначе…       Этери напрягается, вспоминая и свои сны, но ведь не может кто-то еще видеть то же самое?       --Что стало иначе?—голос Этери скрыт за маской, а губы уже почти искусаны в кровь.       -- Вчера я наконец ее поняла. Она сказала « Ты никогда не знаешь, кто твой враг». Странно, да?       Этери молчит.       -- Я спросила, как ее зовут и где она…мне же хочется это знать…столько лет.       --И?—Этери сжимает руки в кулаки.       -- Она сказала спросить у вас.       Этери откидывается на кресло и приводит в порядок дыхание.       --Так что скажите, Избранная, как звали мою сестру и где она?       Этери делает глубокий вдох, а потом холодным, ничего не выражающим голосом произносит:       -- Вашу сестру звали Анна…и она мертва.       Женщина отшатывается, словно от удара, потому что надежда вела ее к Избранной, которая сейчас похожа на фарфоровую статую и больше ничего не говорит. По этикету просящая прикасается губами к кольцу дракона на пальце Этери, замечая, как напряжены ее пальцы. Женщина выходит с четким ощущением, что она замерзает и хочет оказаться как можно дальше отсюда. И только потом вспоминает, что у сестры из ее видений было точно такое же кольцо.       Этери встречает Дани в комнате, уже готовая ко сну, но не прячется под одеяло, а стоит, словно хрустальная тень.       --Поцелуй меня, Дани,-- тихий шепот.—Мне так нужно согреться…       Даниэль понимает, что что-то происходит, и поэтому безропотно целует Этери, чувствуя, как она снимает с него одежду…       --Но…       --Тсс…--тонкие пальцы прикасаются к губам.—Я так хочу… Даниэль смотрит Этери в глаза и понимает, что она все равно готова умереть, несмотря на то, что так отчаянно хочет жить. И теперь ей просто нужно успеть получить все, потому что скоро может стать слишком поздно. И поэтому Дани целует Этери, стараясь сжечь эту покорную печать смерти в ее глазах.       --Ты же знаешь, что я отдам жизнь за тебя?—тихий шепот.       --А если ты отдаешь ее мне и скажу тебе жить, ты будешь?       --Этери…       --Ты не можешь каждый раз бросаться в пропасть за мной, не зная, есть ли там дно.       --Если ты не хочешь этого, тогда просто не падай…       Дани чувствует, жар внутри себя, поцелуи сжигают его, а Этери тянет за собой на кровать, не отвечая на вопросы. Ее тело словно сияет в свете звезд из окна, а кудри кажутся золотыми. Дани запоминает ее такой и целует, понимая, что если не скажет сейчас о любви, то умрет… и он говорит…а потом любит …до дрожи, безумия, воскрешения…как самое правильное, что он может сейчас сделать и за что будет благодарен до самой смерти.       Этери засыпает, прижимаясь к Дани обнаженным телом, словно хочет почувствовать его еще ближе, прячет ладонь в ладони и чувствует себя безгранично счастливой.       Ведь пока еще никто в Королевстве не знает, что этой ночью в горах в первый раз за долгое время появился Ледяной Дракон.