Наказание

Этот раз был уже третий. Дэрил давался легче. Потому что понимал: Кросс все равно добьется, через боль, он снова заставит, так или иначе, а он был сильней. И как бы ни было обидно, теперь, как будто, имел на ЭТО право. Дэрил продолжал отбиваться и не собирался даваться так легко, но уже все обходилось лишь небольшими синяками от столкновений с предметами, ссадинами и кое-где порванными вещами. Ниган грубо хватал, толкал и сжимал, но даже сегодня он терпеливо подготавливал, хотя был невероятно злым. Его настроение пугало, ведь злым Дэрил его вовсе никогда не видел, а если он и добрым то был очень опасен, то чего тогда ждать от него в гневе, ублюдок мог сделать все что угодно. А Диксон был весь в его руках и его власти. Казалось, он злился именно на Дэрила. Это было ясно по тому, как он яростно вбивался, натягивая на себя, рывками, заставляя болезненно шипеть, сдавленно коротко стонать, хотя в целом Диксон изо всех сил старался не издавать никаких звуков, просто у него плохо это получалось. Он сильно жмурился, и перед глазами так и мелькали белые вспышки от каждого толчка. Сегодня маньяк имел на руках какую-то смазку, которой он густо все обляпал, так что развратные мокрые шлепки громким быстрым чавканьем звенели в ушах, отчеканивая от шкафчиков. Это было пошло. Сердце колотилось и било в висок, заливая краской все лицо и шею, сковывая напряжением все мысли, обволакивая шумом. Кросс продолжал сыпать ругательствами и наконец проронил первую фразу: — Чтобы я больше не видел… Это обожгло, словно кипятком. Что он еще там несет?! — Я знаю, ты нашел себе дружка, но у вас ничего не выйдет, слышишь! Если попытаешься… Засранец, ты мне принадлежишь, ты это помнишь?! — пригнулся он поближе к ушам, гневно рыча и толкаясь так сильно, что кожу в паху натягивало и терло о чертов пол, а горящая огнем задница подавалась навстречу обидчику, поднимаясь все выше, сопротивляясь ударам. Отчего Дэрил начал наслаждаться своей болью. Он был рад, что чем-то пробесил ублюдка. Хотелось выстоять перед натиском обвинений, встать в позу… На зло. Дать отпор. Тело начало незаметно прогибаться, лишь чтобы уменьшить болезненные ощущения от трения с полом, а вовсе не для того, чтобы лучше насладиться нигановским проникновением. — Граймс не получит тебя, сука, ты мой, Диксон! Запомни это раз и навсегда! — не унимался Кросс, в то время как Дэрил стал постанывать громче. Кажется, Дэрила постепенно озаряло осознанием происходящего с ублюдком, после того, как прозвучало имя Рика, из-за чего все в голове окончательно пошло кругом. Все ощущения Нигана свернулись в один большой клубок, а поверх всего лежала ревность, наглухо затмевающая рассудок, не позволяющая опомниться и понять, что в этот момент может испытывать его жертва, больше не парясь, что Диксон думает о нем. В последнее время он заметил, как один паренек, какой-то педик кучерявый, стал дружить с его хмурым реднеком, и вот уже все чаще после уроков эти двое проводили время вместе, это сводило с ума. Выходя из класса, Ниган даже не мог сосредоточиться на том, что ему говорили друзья, не мог больше видеть эти кокетливые улыбочки Рози и Марты, а кто-то все время трещал перед лицом, пока там, на отдалении, маячил Диксон, УЛЫБАЮЩИЙСЯ какому-то прилично одетому пидору! Это было немыслимо! Позднее он прознал ВСЕ об этом Рике Граймсе. Он возненавидел его и было уже подумывал, как он от него избавится. Да, последний раз у него с Дэрилом был давно, но это не значило, что между ними все кончено! Он просто снова не знал, как подкатить, как найти повод. И вот этот повод подвернулся. Конечно, он был надуманный и наглый, это было против собственных правил и чертова кодекса, но было плевать, снова плевать. Ведь хотелось уже у всех на глазах встряхнуть его, прижимая к стене, а ебаного Граймса покалечить. Ниган начинал потихоньку утрачивать самообладание, все больше огрызаясь на друзей и знакомых, замечая, что они начали сторониться его, видимо догадываясь, что он опасен. Его завеса короля жизни слетала, обнажая его истинное лицо. Лицо монстра. Или психопата, каким его и считали. Да, он использует людей в своих личных целях, использует так, что никто этого и не понимает, все были только рады выслужиться, ради чего? Одобрения? А теперь все эти чертовы идиоты начали разбредаться. Да и черт бы с ними! Они же только мешают, от них нет пользы. Не выдержав этого бесячего ада, он хватает Диксона и тащит его за собой, в темноту полумрака этой пустой раздевалки. Он уже не так осторожен, совсем не думает, увидит ли их кто. А ведь это школа! Кросс выглядит как чертов псих. На минуту Дэрил даже думает, что тот собирается покончить с ним. Кто знает, может он не вынес мысли, что стал геем! Тогда — убить свидетеля, и дело с концом! Вот только не в школе же?! Хотя, судя по нему можно подумать, что его ничто не остановит. Но нет, он хотел трахнуть. Просто еще разок, как следует выебать свою жертву до помутнения рассудка, до дрожи в ногах. И Дэрил, конечно же, ему это позволит. Да вскоре Дэрил будет сам заходить в укромное место и вставать на четвереньки, спуская штаны, как только хозяин кивнет ему. Да что только не творилось в его голове за все это время! После первого случая, он снова злился и дрался. Вот только дрался с другими. Избегая встреч с Кроссом и радуясь, что тот утратил к нему интерес. Он быстро покидал коридоры школы и не хотел один где-то шляться, стараясь найти любую компанию, хоть и с трудом их выносил. Радовался, что было много работы у Мерла по выходным, когда можно было пропасть на целый день в мастерской. А все остальное время он проводил подальше от людей, в глубине леса, возле того самого озера. Так что он мог отвлечься, и все забывалось. Главное, было не видеть этого упыря, и, особенно — не слышать его голос, чего Диксон боялся больше всего, заходя в школу, потому и предпочитал опаздывать на уроки, вбегая со звонком, или после, получая очередной выговор-подзатыльник и привлекая к себе нежелательное внимание, с которым приходилось мириться. На остальных уроках он оказывался раньше всех, чем приводил в изумление учителей, обнаруживающих темный лохматый силуэт в дальнем углу класса. Неужто Диксон младший забыл выбежать покурить?! Но он привык. Плюс было время уткнуться в учебник. Он даже подумывал, что, может, преуспел бы в учебе, если б не был все время так зол. Признал бы уже, что он чертов неудачник и чмошник, уткнулся бы носом в книжки и читал бы, читал. Ведь читать он умеет. Что еще нужно, чтобы стать умником? Вспоминать о происшествии было мучительно больно. Но не оттого он злился, что был жестоко опущен. Это было, кажется, даже справедливо! Но зачем он… Зачем он так нежничал?! Зачем он целовал его, разве это так уж приятно? Конечно, психу что угодно может в голову взбрести, но тот совсем не вел себя как псих. Наоборот, делал это, как будто это обычное дело, зная, как надо подготовить, что нужно говорить. Маньяк что-то говорил полушепотом, попутно со своими укусами. Говорил, как девчонке, завлекая, нежничая. К сожалению, Дэрил совсем не запомнил, ЧТО он шептал, быть может он бы лучше понял, как надо быть с девушками. Хотя, какими, в жопу, девушками?! Особенно теперь. Ниган в этом плане знал все. Но необязательно это было делать и с ним! Зачем? Диксон знал, что он для Кросса не имеет никакого значения. Ублюдок, возможно бы и вовсе забыл, что тот существует и кто он такой, но, наверняка, вовсю гордился своим поступком. Наверняка, вспоминал каждый ебаный раз, при виде своего байка, как он трахнул того злостного хулигана, посмевшего прикоснуться к его собственности своими грязными руками. Он не знал, что Ниган испытывал эйфорию, каждый раз усаживая задницу на мягкую сидушку, которой тогда касалась задница дерзкого угонщика. И что он больше не позволял никому садиться на байк, боясь, что пропадет ощущение присутствия того, о ком постоянно были его мысли. Дэрил думал, что он самый последний человек на Земле для Нигана Доусона Кросса. Это было унылое ощущение, унылое, но привычное. Он всегда безразличен тем, кто интересен ему. Еще и бесило то, что приходилось признать: Ниган был ему интересен. Когда-то. Но теперь уже это все в прошлом. Между ними все кончено, больше никаких вопросов. Все бы ничего, если б Дэрил не принялся шпионить за ним по вечерам. Не долго, но все чаще. Ему хотелось обезопасить себя от встреч с ним, и для этого ему было нужно выяснить с кем тот видится и куда ездит. Так что Дэрил бывал по вечерам вблизи его дома, скрываясь в тени деревьев, и слышал, как тот выходит с крыльца, хлопая дверью, натягивая свою бандитскую косуху, гремя ключами от байка и что-либо выкрикивая своим домашним на прощанье. «Я За Эмми», «Буду поздно», «Не ждите», «Заеду за Джоном», «Если позвонит Джули, я у Роджерса», у него было полно знакомых, приятелей и девчонок! Дикая ревность жгла изнутри, одолевала тоска и обида за себя, такого жалкого идиота. Приперся сюда, чтобы подсматривать, как трус, как параноик, как его фанат. А ведь если кто-то увидит… Он уходил в лес, не продолжая слежку. Где бы ни был обидчик, тому точно не до воспоминаний о нем. Но нет, Дэрил не перестал приходить. В одно и то же время. Перед тем, как тот уйдет из дома после ужина. Кросс чаще стал произносить однообразное «Буду поздно», его меньше стали встречать возле дома друзья, он стал угрюмым и скрытным. Дэрил все понял, темные делишки. Наверняка, подонок уже ввязался в какие-нибудь преступные затеи, ведь явно был к этому склонен и в этом, полюбому, хорош. Дэрил опять уходил в лес, чтобы пялиться на воду и в одиночестве курить. Тогда одиночество, сигареты и гладь воды — успокаивали его. Конечно, он не знал, что обидчик все меньше стал тусоваться, все больше уносясь вдаль на своем байке, в попытке выветрить из головы мысли о том, чего в его жизни нет. Или, точнее, кого. Однажды, поздним вечером, Диксон пришел к своему озеру снова. Чтобы тихо посидеть, наблюдая за блестками на воде, помочить ноги и покурить. Но не дойдя до своего любимого места, он наткнулся на чье-то присутствие. Хрустнула ветка под его ногой, и впереди, ближе к воде, у дерева, произошло движение. Там кто-то есть. — пронеслось в голове, и он было попытался пойти поодаль, не мешая, но сигаретный огонек сигнализировал, что его заметили, и человек уже смотрит в его сторону. — Дэрил? — послышался тот самый голос с нотками внезапного изумления. Голос, от которого задрожали колени и сердце упало в пятки, а все тело бросило в пот. — Кто здесь? — неприветливо прохрипел Диксон в ответ, как будто вовсе не понял КТО. — Последний, кого бы ты хотел встретить, — тихо сообщил голос, после небольшой паузы, и замолк. Огонек пропал, его хозяин отвернулся к озеру. Отчего-то эта фраза заставила Диксона остановиться и не уходить. Ниган был какой-то совершенно потерянный, от него веяло тоской так сильно, что не хотелось его покидать. Дэрил даже не успел начать себя ругать за все это, как собеседник очнулся, встряхнув головой и повернулся снова. — Ты что здесь делаешь? — бодрее поинтересовался он. — Гуляю, — буркнул Диксон, опуская голову и уходя тут же прочь, назад в лес. Он не успел далеко отойти, как услышал рев мотора и заметил, как свет фар пробежался меж деревьев, унося вместе с собой незваного гостя. Ниган не стал долго задерживаться, не желая мешать? А быть может уже был тут слишком долго и поспешил домой. Диксон вспомнил его сегодняшнее «Я у Роджерса» и «Буду поздно» и задумался. Ведь было не очень-то поздно, а он был вовсе не у Роджерса. И даже не на «деле». А в дикой глуши на отшибе, куда по дороге надо добираться добрых полчаса и только лесными тропами в разы короче. Тут же нет совсем ничего и никого. Да и за ним тот проследить бы точно не смог. Дэрил усмехнулся, подумав о том, что «за ним» кто-то станет следить. Он достал сигареты и улыбнулся своим мыслям, усаживаясь на излюбленном месте, закуривая и выпуская дым в туман, поднимающийся над водой. На следующий день Кросс снова поехал к озеру, ожидая встречи. Он не знал, как ему выбросить из головы тот опыт, потому что это теперь совершенно не давало покоя. Ему хотелось все повторить, но не было причин. Диксон просто исчез, он был тенью, миражом. Как бы тот не искал его взглядом по школе, во дворе, на площадке, его не было нигде. Идти к его дому — было бы слишком опасно. Вдруг кто что подумает. Да и много друзей вечно хотели встретиться, плюс еще тренировки. Но этот парень, этот неприветливый широкоплечий упрямец, он просто не шел из головы. Ниган уже забывал черты его лица, помня лишь мимику, дерзкий прищур, из-под взлохмаченных волос, сжатую линию губ и родинку над губой. Еще он помнил вкус его кожи и жар его тела. Он помнил голос и каждый чертов вздох, каждый волнительный стон. Он снова хотел их услышать, снова хотел попробовать с ним ЭТО. И уже не мог справляться с желанием, как будто подсел на героин. Он больше не хотел трахать всяких девчонок, хотя пытался успокоиться с Джули, но попросту не смог, как бы она ни старалась. Ничего не вышло. Он даже думал развести кого-то нового. Вот так, погрубее. Но точно знал, что на него сиюминутно заявят, а это ему было вовсе ни к чему. И хоть Дэрил привлекал его не только в сексуальном плане, Кросс четко понимал, что не быть им друзьями. Особенно после того, что между ними было. Наверняка, Диксон считает его больным ублюдком, и тут уже ничего не изменить, ведь так и есть. Поэтому в этот вечер он решил просто повторить. Без всякой на то причины. Из прихоти. Это было не в его правилах, но терпеть он не мог. Да, он ублюдок, и мразь. Ничего, Диксон это переживет. Этим темным вечером Дэрил ожидал снова встретиться. Одолевала паранойя, заползая в разум, заставляя предвкушать встречу, фантазировать о ней. Нет, он не подойдет так близко, но он хотел бы посмотреть и убедиться, что Кросс придет, вдруг придет?! Сразу после того, как Ниган умчался от своего дома бросив очередное «Я у Роджерса», Диксон стремглав ринулся к озеру привычным маршрутом, бегом добравшись за двадцать минут, останавливаясь поодаль от того места, где они встретились накануне. Он отошел еще подальше и тихонько приблизился к берегу, сел в тень, ожидая звука мотора. Но ждать пришлось долго. Через час он понял, что адски хочет курить, но огонек может его выдать, так что он терпеливо торчал там и еще час, скрипя зубами на свою глупость, и предлагая себе покурить уже в другом месте, например, ближе к дому. Ничего совсем не происходило и это до жути пугало. Диксон уже не мог вспомнить, как он вообще приходил сюда так поздно, почему ничто вокруг совсем не казалось ему враждебным, как сейчас. Ведь каждый шорох листвы в лесу заставлял вздрогнуть. Он был хозяином леса, до того, как не встретил там своего обидчика темным вечером. Он не боялся Нигана, скорее своих мыслей о близости, которые звучали все ярче, напоминая каким был тот раз. Конечно унижение было жгучим и не давало покоя, но ощущения не были такими уж ужасными, тесные объятья чужого тела были желанны, внимание и какая-никакая забота были приятны, любовные поцелуи и речи — были ахуенными. А вот весь этот позор, сейчас, в такой темноте, не увидел бы никто, даже он сам. Он бы лишь почувствовал то, другое… Но неужели ради парочки поцелуев и своей предательской эрекции стоит позволять ублюдку делать с ним все, что тому вздумается? Использовать себя в качестве куклы, как будто у того их мало. Диксон уже не знал неприятен ли ему этот человек или, наоборот, уж слишком симпатичен, но мысли о том, как его губы опустятся на шею затмевали собой все. Кажется, вдалеке промчался мотоцикл, но он не завернул. Может это был ОН, а может и кто-то другой. Но вот прошло еще полчаса и звуков больше не было. От разочарования и своего идиотизма, ведь скорее всего Кросс больше не сунется сюда, не желая пересекаться, Дэрил немножко отчаянно пофантазировал о том, как было бы здорово, еслиб они могли просто сидеть здесь вместе и смотреть на воду, покуривая молча. Курить хотелось адски, и он не выдержал. К черту, я здесь абсолютно точно один, не станет же он прятаться в кустах три часа, высматривая меня и намереваясь трахнуть. Ниган не ждал три часа, ведь ровно пять минут назад он устроился возле дерева поодаль от места их встречи, чтобы посмотреть откуда выйдет реднек, если он появится. Мотоцикл он оставил возле дороги, спрятав его в кустах. Как найти и увидеть этого дикаря он не знал, ведь тот пешком бродил ночью по лесу, кто ж его там отыщет. Но была надежда, что он появится у воды. Хотя с чего он, дурак, вообще взял, что тот непременно появится?! Просто все равно было нечего делать. А эта вчерашняя встреча так всколыхнула все внутри, дала надежду. Где еще ему с ним пересечься?! Хотя ожидание встречи было невыносимо, ведь казалось, что он теряет время, что надо бежать отсюда прочь, бежать подальше, забыться в дороге, а точно не шнырять по кустам, подобно маньяку, выслеживающему свою жертву. А ведь было бы не плохо, чтобы Диксон просто оказался рядом, чтобы взять его руку, и обнять, сидя на берегу вместе, а потом укатить вдаль вдвоем и никогда не возвращаться. И вот он видит, как полыхнул огонек неподалеку, в камышах. Его сердце пропустило удар, он замер. Дэрил. Он просто сидит там, возможно, уже давно. Что если, черт, он возьмет и уйдет сейчас?! Кросс заметался. Не понимая, чего ему ждать, он вскочил на ноги и направился прямо к нему быстрым шагом, сердце колотилось в глотке, а во рту пересохло. Но если это кто-то другой, то это означает, что надо выбросить дурь из своей головы и уйти, уехать прочь. Но что, если он?! Диксон заметил фигуру, идущую вдоль воды, кто-то шел торопливо, постепенно замедляя шаг. Черт возьми, это Ниган?! Но зачем он и правда…?! — Дэрил окаменел, вдруг сработала его невозмутимая стойкость. Он будет сидеть, пока ему не скажут, в чем дело, какого хрена тот приперся и что все это значит! Он просто гуляет и это его озеро. Но неужели это правда может быть Кросс? Ниган замедлился, соображая, что он скажет, если это вовсе не тот, кого он страстно желает увидеть. Наверное, не стоило так бежать. Неуместно ли будет спросить закурить, если это какой-то чмошный рыбак полуночник? … Никогда парень не ощущал себя таким идиотом, он же мог разруливать любые ситуации и конфликты, а тут ему стыдно, что он бегает на озере, мало ли какого хрена он может бегать на озере. Да, он может просто подойти к человеку в глуши, чтобы открыто спросить не Дэрил ли он, случаем, и что?! Надо было признать, что в голове творилась каша, потому что так сильно хотелось, но не верилось, что это и правда он. Если нет, то Кросс просто поедет крышей. Он решит, что вчерашняя встреча ему приснилась. Он перетряхнет завтра всю школу, а затем и поедет к Диксонам домой… но, кажется, это и правда был… Дэрил не мог поверить своим глазам, Ниган шел по берегу прямо к нему, теперь парень видел его силуэт очень четко и узнавал врага по походке. Надо привести себя в порядок, но в голове бьет тревогу сирена, и это совершенно невыносимо, что делать?! Уж точно сейчас не бежать. Изо всех сил, подросток постарался сосредоточиться, нервно сглатывая слюну, которая не набиралась, отвернул голову, чтоб не пялиться и просто ждал, что с ним теперь будет, не собираясь никуда уходить, и уж тем более — бежать. Он затянулся, силясь сделать это плавно, хотя руки уже дрожали. — Дэрил, — произнес голос. Кросс сам не понимал, как открыл рот, слыша себя как будто со стороны. Но главное было начать. Он был готов схватить Диксона, чтобы тот не исчез, как мираж. — Какого хрена тебе нужно?! — дерзко и грубо ответил Диксон, встрепенувшись и поднимаясь, рефлекторно уходя куда-то в сторону. Он не хотел выдавать свое волнение, но чужое его напугало. — Я… я… — думал Кросс, а в голове сигналило «он сейчас убежит, сейчас убежит» отчего он по-настоящему почувствовал себя маньяком. Он в любом случае побежит, надо подойти поближе. — Вчера, — он подошел, пытаясь начать разговор, — я не думал, что ты будешь здесь, я… Что ему нужно? Что он, черт возьми, несет? — После того раза, Дэрил, я долго думал. Я должен извиниться перед тобой! Мне жаль… Чего?! — этого Диксон никак не ожидал. — Есть сигарета? — внезапно Кросс жестом показал, что ему надо покурить. На самом деле ему, наоборот, дико хотелось промочить горло, но, зато, он начал приходить в себя и успокаиваться. Диксон протянул курево, недоверчиво держась на расстоянии. Ниган затянулся, выдыхая с наслаждением дым. То, что они оба просто стоят рядом — было уже хорошо. — Ты не обязан мне ничего говорить, — вдруг оттаял собеседник. — Нет, обязан. Я был жесток, черт, я… мне порой приходится делать людям больно, понимаешь? Но я не хочу, чтобы между нами были какие-то напряги. Ты классный парень, Дэрил… Диксон вдруг понял, что тот пришел пешком. Сказать ему, что он КЛАССНЫЙ парень?! И хоть этот приятный голос и слова так успокаивали, и обнадеживали, причина ему быть здесь, могла быть только одна. — Тот раз, — он затянулся. — Я не собирался этим заниматься еще, — выдохнув дым, Кросс повернулся, глядя на собеседника. — Прости. Но одного раза, черт возьми, Дэрил… Одного раза мне недостаточно, — нагло заявил подонок и медленно осторожно потянулся рукой, выбрасывая сигарету прочь. В голове Дэрила сверкнуло «ОПАСНОСТЬ», а все тело как ошпарило кипятком, он нервно дернулся, но Ниган рывком схватил его за рукав. — Отвали от меня! — рявкнул Дэрил, выворачиваясь, дергая куртку, но нападающий уже крепко вцепился в ткань. — Я не твоя собственность! — огрызнулся Диксон еще раз, бросая ему это в лицо, хватаясь за чужой рукав той же рукой и демонстративно сжимая в кулак другую, показывая, что правда на его стороне и он не собирается соглашаться ни на что, а снова будет драться. — Уже накачал мышцы?! — теперь уже совсем спокойно и даже эротично произнес маньяк своим бархатным баритоном, расплываясь в улыбке. Похоже, что ублюдок в открытую заявлял свои на него права. Диксон дрогнул. Да, он все еще не одолеет его в драке. Надо бежать! Дэрил отпустил свою руку и дернулся, вырываясь из куртки, бросая ее врагу, уворачиваясь рывками от второй руки насильника, тоже пытающейся схватить его. — Какого черта, блять… — не успели цепкие руки ухватиться как следует, и Диксон устремился прочь, стремглав бросившись в лес, но маньяк тут же бросился в погоню. Его инстинкт сработал мгновенно, азарт охоты был непреодолим, даже и мысли не было оставить свою добычу в покое и дать ей уйти, теперь точно нет. В темноте убегать было сложно, хоть Дэрил и знал этот лес, а вот догонять — легче в разы: преследователю надо лишь стремглав идти на звук, не опасаясь препятствий, ведь разрыв был — всего пара шагов. И хоть Дэрил вилял, но в конце концов: сперва чужая рука, загребая пятерней, проехалась по спине, а затем одним четким прыжком Кросс повалил добычу на землю. Оба покатились, кувыркаясь. Жертве было уже не уйти. Несмотря на то, что диксоновский локоть заехал по морде маньяка, и оглушил на пару секунд, вырваться Дэрилу ублюдок не дал. Зато дал по ребрам и вскочил на него верхом, довольно на выдохе застонав от несдерживаемой радости. — Ну вот и все, — его рука впилась больно в шею, придавливая, упираясь в подбородок. — Хорош ломаться. — Ты не имеешь права! — рычал сквозь зубы Диксон. — О, еще как имею! Право сильного, слыхал про такое?! — он наклонился, чтобы снова наговаривать на ухо. — Ведь ты же не станешь заявлять на меня, верно?! Иначе тебе придется рассказать обо всем. Все узнают. — Про тебя они тоже узнают! — Ты не расскажешь. Вряд ли ты хочешь, чтобы о тебе узнал твой отец, чтобы узнал БРАТ?! Что будет, если МЕРЛ обо всем узнает? — Он убьет тебя! — Ве-ерно! — ухмыльнулся насильник. — И он непременно получит срок даже за попытку. Но ты не станешь подставлять брата под удар, я знаю, ты любишь его. А у него взрывной характер, да? Как и у тебя, — его голос стал ниже и заговорил он медленней. — Он и думать не станет, поэтому облажается как пить дать. Не надо наводить его, что называется, на грех, ведь это все не так страшно, как выглядит… У Дэрила горело все тело, и все лицо. Он ненавидел Нигана за то, что он такой. За его слова и весь этот шантаж, но он так не хотел отпускать его от себя. — Я знаю, что ты тоже этого хочешь, — прошептал Кросс, запуская волну дрожи по чужому телу. — Нам надо это сделать, пожалуйста, не дерись со мной больше! — Ниган рывком грубо перевернул под собой свою жертву, заставляя Дэрила снова хныкать. Диксон не успел подумать, что ему делать. Не успел сообразить, лишь рефлекторно хотел вырваться, но мысль про Мерла теперь не позволяла и шевельнуться. — Вот так. Будь хорошим мальчиком. Снова расстегнутый ремень, снова сдернутые штаны. И все это Дэрил сам допустил. Не отбиваясь больше, не пытаясь уйти, позволил, как будто, так и надо, а ведь он даже не был избит, не был обессилен. Но отчего-то обездвижен угрозами и уговорами, объят волнением от предвкушения дальнейшего. Сейчас он развернется и врежет уроду по роже, думал он, собираясь с силами. Это было привычной мыслью на любые угрозы. Но он мешкал, застопорившись в нерешительности, в то время, как другой действовал более чем уверенно, осуществляя прежнюю процедуру. На этот раз рука, огладившая промежность, случайно коснулась мошонки, заставляя нервно дернуться от холода пальцев, но тут же вернулась, чтобы нежно оглаживая, крепко сжать яица, задержаться и отпустить. Что блять это было?! — пронеслось в голове Диксона, ведь от такого касания кровь толчком прилила к члену, а по телу побежала сладкая дрожь. Скользкие пальцы начали свое дело и внешняя, так и не состоявшаяся толком борьба, превратилась во внутреннюю, борьбу с самим собой. За то, что ему чувствовать, что думать про себя. Тьма окутывала, заключая всю происходящую возню в тесный мягкий горячий кокон, внутри которого им было так хорошо вдвоем, но противоречивые мысли трясли Диксона, пытаясь вытрезвить, привести в чувства, крича от ужаса о том, кем он должен себя считать, если ничего не предпримет. «Один раз» на глазах превращалось в «каждый раз», а справедливое наказание за проступок, в обыкновенное изнасилование. А это «право сильного» так кружило голову, ни с того ни с сего вызывая восхищение. — Ублюдок! — шипел он, задыхаясь, когда Нигану удавалось вырвать из него стоны. — Мало тебе твоих девок, нашел себе новую забаву, сраный пидор?! –Тщ-щ, — успокаивал его захватчик, не обращая внимания на тон. — Ты сводишь меня с ума, что же ты делашь, Дэрил?! — шептал он на ухо, и его шепот заползал в уши, смешиваясь с шорохом листвы, превращая эту дикую реальность в жаркий сон. — Ты не идешь из моей головы, куда же ты пропал, что я тебя совсем не вижу? Я должен видеть тебя, понимаешь! Хочу, чтобы ты был по близости, будь рядом. Хочу, чтобы ты был моим. Дэрил плыл. Он знал, что это все ложь, что такие слова подойдут любой девчонке, если ты хочешь от нее чего-то добиться, можно говорить это, совсем не глядя и не зная человека, это сработает. И оно, действительно, работало! В это все так сильно хотелось верить лишь потому, что не было выбора. — Ты же не будешь больше вырываться, верно? Это бессмысленно, зачем это нужно, не стоит, — он опустил руку, упирающуюся в чужую спину и лег всем телом, чтобы иметь доступ к желанному месту на шее, к которому он тут же примкнул губами. Диксона обожгло поцелуем, он зашевелился всем телом, устраиваясь получше на мягкой подстилке из густого мха, и зарываясь в пушистую траву, которая обволакивала оба сжавшихся тела, как покрывало. — Вот так, — улыбался на ухо негодяй. — Нам же так хорошо вместе, — он осторожно вынул пальцы и аккуратно медленно расстегнул штаны, а затем сплюнул на ладонь. Сердце Диксона замерло в ожидании, но он, зарычав, нервно дернулся, когда в него уткнулась головка, так сильно дернулся, что Нигану пришлось схватить его обеими руками, откладывая торжественный момент. — Ну же, это не так страшно… — успокаивал тот. — Я понимаю, неохота, обидно, но ничего, однажды тебе понравится… — член снова был направлен, и попал в нужное место, медленно растягивая стенки входа, терпеливо погружаясь. Тело Дэрила обволакивало его и принимало, хотя Диксону хотелось выть и рыдать. — Ну вот и все, а ты боялся… Смотри как все просто… и совсем не больно… — задыхаясь от волнения, продолжал шептать насильник, пытаясь справиться с собой и не кончить от одного лишь проникновения. На самом деле мышцы внутри его добычи просто горели огнем, особенно ярко это ощутилось, когда длинные ледяные пальцы Кросса заползли под рубашку, оглаживая бока, остужая чужой жар и волнение. — Ты ублюдок, — все еще сопротивлялся Диксон, на что маньяк не обращал внимания, даже радуясь тому, что Дэрил ломается. — Я знаю, — коротко ответил он перед тем как совсем умолкнуть, сосредотачиваясь на невероятных ощущениях безраздельной власти и обладания, вгоняя ствол до упора, выбивая из Дэрила протяжный стон, а затем постепенно начиная набирать темп. Стоны, выбиваемые из жертвы, стали звучать непрерывно, все громче и громче, красноречиво описывая всю картину происходящего в этот момент в темном ночном лесу, эти звуки уносились к верхушкам деревьев, эхом отражаясь от стволов и затихая путаясь в кронах. Ниган, сходивший с ума от звуков, не желая кончить слишком быстро, прикрыл чужой рот ладонью, ограничивая жертве доступ кислорода. Из-за чего в голове Дэрила все совсем поплыло, лишая окончательно желания сопротивляться. Лежать в объятьях Кросса было так хорошо, так волшебно, и можно было чувствовать только это, не думая больше ни о чем. А Кроссу так сильно хотелось растянуть удовольствие, продлить момент, ведь как только он выпустит Диксона из рук — тот снова пропадет из поля зрения, скроется, испарится. Теперь он исчезнет и из этого леса, а то и вовсе сбежит из дома и этого враждебного для него места. Что его держит?! Брат? Дом? Школа? Как бы Кросс хотел удержать его, привязать к себе, сделать своим, быть с ним рядом. Или же следом пуститься в погоню, но для этого надо знать, куда он направится, а этого знать он не мог. И все, что было у него — эта ночь, этот момент и жгучая надежда, что Диксон будет рядом. Пусть хотя бы иногда можно было б завалить этого дикого красавчика посреди леса, прижать и снова овладеть его телом. Его разумом. Склонить, завоевать, заставить. Пусть ругается, дерется и злится, наплевать. — Ты принадлежишь мне, — не один раз повторил самозабвенно Ниган, опаляя дыханием холодную кожу, прикасаясь горячим влажным языком, принося этими простыми словами и страдание, и наслаждение для своей жертвы. Кросс терзал его как можно дольше, стараясь продлить их встречу, держался изо всех сил, ласкаясь и блаженно постанывая на ухо, но в какой-то момент затаил дыхание и затих, вгоняя ствол поглубже, замер, после чего тихонько жалобно простонал имя жертвы и часто-часто задышал, тяжелея, растекаясь на спине Диксона. Как только Дэрил понял, что все кончилось, сознание судорожно начало выбираться из душного плена этого сплошного беспамятства, в которое оба были погружены какое-то время. Еще немного и станет понятно, что он разнежился от происходящего с ним изнасилования. Как только Ниган вышел и освободил свою жертву, Дэрил стряхнул его, переворачиваясь на бок, хватая штаны и дернулся. Кросс схватил, потянул, но тут же выпустил. Луна к тому времени стояла уже высоко, и когда пелена слетела с глаз, оказалось, что лес озарен мягким светом, прорезающимся сквозь ветви, стелящимся кружевом по земле, и привычные уже к темноте глаза различили очертания деревьев, земли и травы. Дэрил, пробежавший десять метров упал, от внезапной слабости в ногах, но заметив, что нет преследования, перевел дух, наскоро застегнувшись получше, и снова устремился скорее прочь, наплевав на утерянную на берегу куртку, унося скорее ноги подальше. Оставляя Нигана одного. Кросс валялся в траве, отдышавшись, глядя в светлое на фоне деревьев небо. Оргазм принес освобождение от желаний и мыслей, отрезвляя, как ледяной душ. Но удовольствие сразу пропало, не смотря на ощущения в теле. Просто ушло напряжение, оставляя место зияющей пустоте. Пусто было не только в голове, но теперь и в сердце. Пусто и холодно. Теперь Дэрил все про него знает. Все понял. Какого черта взбрело в голову делать это?! Ведь они могли бы стать ближе. По-настоящему. Нормально. А этот случай сделал пропасть между ними еще больше. Убегая, Диксон приходил в себя, прохлада ночи вытрезвляла, а адреналин помогал опомниться. Теперь он окончательно убедился, что Кросс мерзавец и что он для ублюдка — просто жалкая сучка, самая последняя. Ведь даже девок своих надо обхаживать, выгуливать и, чуть что, ему любая устроит скандал, качая права, а вот убогий неудачник, до которого никому нет совсем дела, отребье, шваль, дерьмо, — такой вполне подойдет на роль грязной подстилки, об которую можно безнаказанно каждый раз вытирать ноги, пользуясь по необходимости и выбрасывая прочь, в лес, где его никто не увидит и где ему самое место.

***