17.
10 января 2021 г., 17:12
Примечания:
Визуал: https://ibb.co/mTNqDsd
https://ibb.co/nj3d6Nm
Шесть лет назад
И если так подумать, то все глобальные проблемы в ее жизни начинались со звонка сестры. Но это Рей поймет потом, когда рухнет вся ее жизнь, и на ее обломках построить новую окажется не так-то просто. Но тогда, шесть лет назад, ей пришлось всего лишь, как казалось, принять решение. Решение, продиктованное доводами рассудка да любовью к сестре, твердой убежденностью, что должна защищать и опекать, должна помочь, во что бы то ни стало. И некому было сказать, что иногда стоит подумать и о себе. А еще о человеке, которого любит больше жизни, ведь то, что случится, иначе как предательством и не назовешь. Предательством не только Бена Соло, но и себя самой.
***
Кира позвонила в девять утра в воскресенье. Солнце ярко освещало их квартиру, мешая спать, но даря тепло и ленивый уют утра выходного дня. Рей пошевелилась, пытаясь достать до телефона, валяющегося на тумбочке, что было не так-то просто: рука Бена, обвившаяся вокруг талии, не пускала. Рей дергала плечом, ерзала, задницей чувствуя приподнятое утреннее настроение парня, но выпутаться из железных объятий не могла.
- Какого черта, принцесса, ты завела будильник в воскресенье, - сонно пробормотал куда-то ей в затылок Бен.
- Это звонок, - ответила Рей, - пусти.
- К черту всех. Сегодня выходной, - мгновение, и Рей оказалась на спине, Бен принялся целовать лицо, шею, ключицы, лениво и неспешно распаляя ее собственное желание.
Телефон замолчал, Рей решила, что перезвонит потом, слишком уж сладкими были ленивые утренние поцелуи Бена, слишком приятным тянущее чувство внизу живота, слишком восхитительным предвкушение.
Телефон затрезвонил опять, наигрывая незамысловатую, но такую раздражающую сейчас мелодию.
- Выключи! – зашипел Бен, прокладывая дорожку из поцелуев по ее животу.
Рей-таки дотянулась до мобильника и, не глядя, сбросила звонок. А Бен уже добрался до тазовой косточки, к которой присосался, как голодный вампир. Рей тяжело задышала, когда его язык скользнул, наконец, по влажным складочкам, обвел чувствительный клитор, руки сжимали бедра, которые подавались навстречу горячему языку. Распалив ее, но так и не дав кончить, Бен приподнялся, а потом неспешно скользнул в нее, задвигался лениво, еще немного сонно. Рей с любовью смотрела на его полуприкрытые глаза, на трепетавшие длинные ресницы, на губы, которые он то и дело облизывал. Притянув его ближе, девушка начала покрывать поцелуями лицо, шею, плечи, так же неспешно подаваясь навстречу, стремясь растянуть это утреннее удовольствие. Комнату наполнили шумные вздохи, прерывающиеся стонами, звуки шлепков разгоряченной кожи да сумбурные признания.
- Люблю тебя, - шептала Рей, целуя парня, - люблю, люблю.
Бен задвигался жестче, сорвавшись с размеренного ритма, не в силах больше терпеть, дернул бедра Рей на себя, насаживая, наполняя ее собой.
- Люблю, - выдохнул, - люблю тебя, малыш.
После душа, отправив Бена готовить завтрак, несмотря на его протесты, Рей, наконец, взяла телефон с намерением посмотреть, кто же прервал сон. Три пропущенных от Киры и значок пришедшего сообщения.
На мгновение стало не по себе. Кира любила спать до обеда при каждом удобном случае. Еще не случалось такого, чтобы сестра позвонила ей утром в воскресенье. Что-то случилось? В груди поселилось ноющее чувство тревоги. Рей поняла, что не хочет ни перезванивать, ни читать сообщение, хочет сделать вид, что не видела и не слышала звонков, не хочет решать чьи-то проблемы.
Девушка покосилась в сторону кухни, где Бен, что-то мурлыча себе под нос, пытался испечь оладьи. Вон и Бен без нее загубит весь завтрак. Он же не очень-то умеет готовить, только кофе хорошо варит. А она займется завтраком. Только вот глянет, что написала Кира. Может быть, ее звонки и яйца выеденного не стоят, может быть, она в сообщении написала, чего хочет.
Перезвони, как сможешь! Пожалуйста!
Ее словно ударили, какая-то паника сквозила в коротком сообщении, предвестник беды. Рей глубоко вздохнула, на кухне чертыхнулся Бен.
Кира схватила трубку сразу же.
- Рей? Рей, почему ты не отвечала?! – требовательный тон заставил Рей поморщиться.
- Утро воскресенья, Кира, - вздохнула Рей, присев на ручку дивана, - что случилось?
- Мне нужно с тобой встретиться. Срочно. Сегодня. Сейчас! – отрывисто и нервно ответила сестра.
Рей снова покосилась в сторону кухни, Бен с сомнением на лице пробовал тесто прямо с пальца. Пожалуй, она могла бы справиться с этим лучше, облизать его палец, а потом…
- Рей? Ты здесь? – обеспокоенный голос сестры ввинтился в мозг, заставил поморщиться.
- Кира, я бы хотела остаться сегодня дома, с Беном, - прямо произнесла Рей.
- Ты не слышишь меня, что ли? Это вопрос жизни и смерти! – сестра не была настроена сдаваться.
- У тебя каждый вопрос – это вопрос жизни и смерти, - вздохнула Рей, - уверена, что и этот можно отложить до завтра.
- Мне нужна твоя помощь, - как-то обреченно произнесла сестра.
И Рей сдалась, как сдавалась всегда.
- Ну хорошо. Где? Когда?
- Я в Лемон Гров, - ответила Кира, из ее ответа Рей заключила, что сестра даже не сомневалась в ее согласии, - неподалеку от твоего парка. Через полчаса?
- Я что, по-твоему, побегу прямо сейчас? – разозлилась Рей, понимая, что ее надежды на тихий воскресный день рядом с Беном дома отправились в утиль. Теперь еще и Бен потреплет ей нервы как следует! Девушка поморщилась, - дай мне хотя бы час! Я еще даже кофе не выпила.
- Я куплю тебе кофе. Завтрак, - ответила сестра, - все, что угодно, только поскорее.
- Через час, - отрезала Рей, собираясь быть твердой хотя бы в этом.
Настойчивость сестры беспокоила, настораживала и не сулила ничего хорошего, не могла сулить. Ноющее неприятное чувство поселилось в груди, чувство тревоги, от которого становилось не по себе. Закусив ноготь, Рей глядела в свое мутное отражение в темном экране телефона, пытаясь успокоиться. Все ее существо кричало, чтобы она не шла на встречу с Кирой, Рей не хотела этой встречи. И слабо себе представляла, чем она может помочь своей успешной, богатой сестре, уютно живущей под крылышком у деда. Во что вообще могла вляпаться Кира в благополучном Ла Хойя? Бред какой-то!
- Принцесса? – Бен обнял ее сзади, - пойдем завтракать? Не уверен, что у меня получилось, но…
- Мне нужно встретиться с Кирой, - зажмурилась Рей, решив прыгнуть сразу в омут с головой, чтобы только не оттягивать момент, когда Бен начнет выказывать свое недовольство. Ей просто нужно это пережить: недовольство Бена и встречу с Кирой, а потом у нее будет еще часть ленивого и счастливого выходного.
Бен позади нее молчал, устроив подбородок у нее на плече, потом оставил поцелуй на ее щеке и отошел.
- Сначала позавтракай, потом иди на встречу, - произнес на удивление мирно.
Рей повернулась и растерянно посмотрела парня, который расставлял на столе тарелки и, кажется, не думал скандалить.
- Ты не против? – удивилась.
- Против, конечно! – фыркнул Соло, - я ее терпеть не могу, ты же знаешь. Но чем раньше ты уйдешь, тем скорее вернешься, и у нас останется еще часть дня на двоих. Так что давай-ка завтракать, принцесса.
Рей с облегчением выдохнула и даже улыбнулась, направилась к столу и крепко обняла Бена.
- Спасибо, - пробормотала.
- Я люблю тебя, - произнес Бен, его сердце отчего-то билось слишком быстро, - помни об этом всегда.
Он словно бы почувствовал ее иррациональную тревогу, постарался разделить ее с Рей, но до конца, как и она сама, не понимал, в чем дело.
***
Сестра сидела на лавочке в парке, нервно постукивая носком туфли, то и дело оглядываясь, на лице у нее красовались солнечные очки, рядом стояло два стаканчика кофе в подставке. Рей присела рядом, взяла стаканчик с надписью «кортадо».
- Ну? – протянула нелюбезно, пытаясь скрыть свою тревогу.
Сестра сняла очки, Рей во все глаза глядела на уставшую Киру, под глазами у нее залегли глубокие тени, ярко накрашенный рот уродливым пятном выделялся на бледном и осунувшемся лице.
- Что случилось? – Рей отпила кофе, стараясь скрыть свое потрясение.
- Я беременна, - выпалила сестра.
Рей застыла, не донеся стаканчик до рта, неверяще посмотрела на сестру, словно ожидала, что Кира сейчас рассмеется, скажет, что это шутка, но потемневшие глаза сестры смотрели серьезно.
- Ты что? – пробормотала неловко, все еще надеясь, что ослышалась.
- Я. Беременна, - четко произнесла сестра.
Рей отпила глоток кофе, обожглась, задышала широко раскрытым ртом, чтобы только унять пожар во рту.
- Вот уж не думала, что мне надо читать тебе лекцию о контрацепции, Кира, - произнесла Рей, покосилась на сестру, - или я ошибаюсь, и это осознанное решение?
- Да какое осознанное! – выкрикнула сестра, понизила голос, - какое осознанное! Не нужен мне этот ребенок, тем более ребенок от Викрула, господи! Рей! Что мне делать?!
- Аборт, - тут же ответила Рей.
- Я, - глаза Киры забегали, - я не могу. То есть я… у меня нет таких денег. То, что дает дед на булавки, этого не хватит. А страховка… он узнает, если я воспользуюсь страховкой. Он выгонит меня из дома! Он откажется от меня! И никогда, никогда не примет обратно!
Рей внимательно посмотрела на Киру, которая нервно сжимала в руках ручки от сумочки, крутила ее так и эдак, рискуя порвать кожу.
Да, в словах сестры был резон.
За прошедшие два года Рей разобралась в характере деда достаточно, чтобы понять, что таким новостям он рад не будет. Он контролировал каждый шаг Киры, он стремился сделать из нее идеальную внучку. Кира должна была быть лучшей во всем: в учебе, в светской жизни, безупречные манеры и безупречный вкус. Скорее всего в перспективе и безупречное замужество сообразно представлениям деда о браке и жизни. И ребенок от бандита из Лемон Гров в эту картину, где главным должна была быть безупречная репутация внучки Шива Палпатина, не вписывался.
- Викрул знает? Пусть даст тебе денег на аборт, - произнесла Рей.
- Он, - Кира отвела взгляд, - он сказал, что я сама виновата, что это теперь моя проблема.
Рей стиснула зубы, медленно вдохнула через нос и выдохнула, стараясь не слишком сильно сжимать в руке стаканчик с кофе. Ярость и злость накрыли с головой, хотелось сказать Кире, что она ее предупреждала, говорила, что ничем хорошим эта связь не закончится. Удивительно еще, что с тех пор, как Кира стала жить с дедом, ей удавалось ускользать на свидания с Викрулом. На что надеялись оба, Рей было непонятно: дед никогда бы не принял такого, как Викрул, Кира не смогла бы никогда доказать, что парень хоть чего-то стоит. Впрочем, он и не стоил.
- Рей, - прошептала Кира и вдруг вцепилась в руку сестры так, что Рей стало больно, - пожалуйста! Сделай что-нибудь! Что угодно!– в глазах сестры стояли слезы, - я столько старалась, столько терпела, я мне могу потерять все из-за собственной глупости! Прошу! Рей, помоги мне!
- Тшшш, - Рей аккуратно отцепила руку сестры, обняла плачущую Киру, погладила по голове, - тише, тише, - девушка рассеянным взглядом скользила по дорожкам и деревьям, по гуляющим людям и бегающим детям, - мы что-нибудь придумаем. У меня нет для тебя денег, - Кира разрыдалась сильнее, - но я попробую поговорить с Викрулом, хорошо? В конце концов, он все еще подчиненный Бена, быть может, мне удастся убедить его помочь тебе. Дать хоть часть денег, а остальное добавлю я. Все, тихо, Кира, успокойся. Скажи мне лучше, где я могу найти Викрула?
Размазывая тушь и помаду, икая, Кира пыталась успокоиться, дышала через рот, шмыгая носом.
- Выпей, - Рей протянула ей стаканчик с кофе, - давай-давай.
Она почти насильно напоила сестру, сама отерла ей слезы и размазавшийся макияж.
- Он дома, наверное, сейчас, - тихо произнесла Кира, - когда я уходила, был у себя.
Услышав адрес, Рей поднялась, решительно кивнула самой себе.
- Значит так, домой сейчас не едешь. Гуляешь здесь или пьешь где-то кофе, ходишь по магазинам, но на глаза деду не показываешься, пока не успокоишься. Я поговорю с Викрулом и сразу же тебе позвоню.
- Хорошо, - послушно кивнула Кира и тоже поднялась, - но ты же сделаешь все, что сможешь? Ты же поможешь мне, Рей? – она снова вцепилась в сестру, заглядывая ей в глаза, - больше мне некому помочь.
Рей ласково погладила сестру по щеке.
- Конечно, я помогу, Кира.
***
Квартира Викрула находилась в старом доме на самом последнем этаже. Лифт не работал, да Рей и не рискнула бы прокатиться на этом старом проржавевшем монстре. В подъезде было темно, воняло мочой и мусором, штукатурка облупилась и осыпалась, ступеньки были залиты какой-то липкой дрянью.
Поднимаясь, Рей морщилась и недоумевала. Она примерно знала, сколько зарабатывает Вик на наркоте, не баснословные деньги, но уж на то, чтобы снять жилье поприличнее ему бы хватило.
Девушка долго давила на кнопку звонка, слушая противный резкий звук, раздумывала, где ей искать парня, если сейчас его не окажется дома. Рей могла бы спросить Бена, более того, могла бы попросить его поговорить с Викрулом. Но ей не хотелось впутывать Соло в это, тем более что он скорее всего отказал бы в помощи, ведь это Кира, которую он терпеть не мог. Наконец, раздались шаги, а потом дверь распахнулась.
- Какого хера трезвонишь?! – рявкнул Викрул и тут же осекся, на лице его расцвела сальная улыбка, - Реееей, крошка, решила навестить старину Викрула? И то верно: так давно не виделись с тобой, а мы ведь почти семья. Или что же, богатство в голову ударило?
- Надо поговорить, - Рей не стала комментировать его слова, решительно оттеснила парня и вошла в квартиру.
Здесь царили беспорядок и грязь, в комнате был разобран диван, на нем валялось смятое постельное белье, на стуле и на подоконнике навалена одежда, одинокая лампочка под потолком, старые обои. Рей поморщилась. И вот сюда приходит ее сестра?
- И о чем же болтать будем? – Викрул прислонился плечом к косяку, сложил руки на груди.
- А ты не догадываешься? - огрызнулась Рей, обернувшись и высокомерно вскинув подбородок, окидывая парня ледяным взглядом.
- Полегче, крошка, я не твой драгоценный Бен, терпеть твои закидоны не стану, - тут же осадил ее Вик.
- Я еще даже не начинала, - процедила Рей, - ты в курсе, что Кира беременна?
- Да уж сообщила она, - он почесал затылок, - но видишь, какое дело, Рей, это баба должна следить за тем, чтобы не залететь. Я тут не при чем.
- Не при чем?! – опешила Рей, - как это не при чем, Викрул! Ты себя слышишь?!
Парень равнодушно пожал плечами.
- Ты что же пришла требовать от меня жениться на ней, как честному человеку? – он откровенно насмехался.
- Нет уж спасибо, - сухо произнесла Рей, - едва ли нашему деду нужен такой зять.
В глазах Вика что-то опасно блеснуло.
- Ты очень ошибаешься, Рей, если считаешь, что твоему деду нужен такой зять, как Бен.
Рей поморщилась, едва удержалась от того, чтобы не начать спорить, говорить, чтобы даже не смел сравнивать себя и Бена, их отношения и отношения Викрула и Киры, промолчала.
- Кире нужны деньги на аборт, - произнесла Рей, - ты должен…
- Стоп, - вытянул вперед руку Викрул, - ничего я ей не должен.
- Но это твой ребенок, Вик! – выкрикнула Рей.
- И что? – пожал плечами парень, - мало ли брошенных детей в Лемон Гров?
- Ну ты и ублюдок, - выдохнула Рей.
- Есть такое дело, - развел руками Викрул, - но, - он вдруг хитро посмотрел на девушку, широко ухмыльнулся, сделал шаг вперед, - я могу предложить тебе кое-какой обмен.
- Что? – не поняла Рей, внутренне напрягаясь, но не двигаясь с места, хотя расстояние между ней и Викрулом перестало ей нравиться.
- Честную сделку, - тем временем продолжал Викрул, - ты мне, я тебе, что скажешь, малявка? Я даю деньги, а ты кое-что сделаешь для меня взамен.
Рей стиснула зубы, она считала, что ни о каком обмене тут и речи быть не может. И в то же время понимала, что рычагов давления на Викрула у нее нет.
- Я слушаю, - постаралась произнести спокойно, хотя голос все равно предательски дрогнул.
- Видишь ли, Рей, - начал Викрул, - у мистера Сноука – ты же знаешь, кто такой мистер Сноук? – парень бросил на нее быстрый взгляд, - знаешь, - хмыкнул, - по глазам вижу. Так вот, у мистера Сноука возникли некоторые… проблемы с доставкой товара. И понимаешь, в чем дело, кто-то должен за это ответить. Курировал эти поставки Бен, значит, и отвечать ему. Но улик против него немного, осторожен твой жених. Поэтому нам нужно свидетельство против него. И кто лучше, чем любимая девушка, знает все его дела. Все просто, малявка, ты даешь показания в полиции, свидетельствуешь о том, что Бен связан с контрабандой наркоты, а я даю денег Кире на аборт.
Рей застыла, дико посмотрела на парня.
- Ты совсем охренел, Вик?! – заорала, - ты предлагаешь мне свидетельствовать против Бена?!
Викрул поморщился:
- Зачем же так кричать? Я предлагаю тебе честный обмен, - он усмехнулся, - не думала же ты, что я просто так тебе помогу? Я ничего тебе не должен. Ни тебе, ни Кире.
И это была правда, жестокая и суровая, мерзкая, низкая, грязная, как и все в Лемон Гров, здесь никто и никогда никому ничего не был должен.
Рей затошнило от стоящего напротив нее человека, от глупости сестры, от собственного пребывания здесь. Это все было так дико, глупо, нереально, словно дурной сон.
- Всего лишь показания, малявка. И заметь, тебе даже не придется лгать. Все, что ты расскажешь, будет правдой. Бен продавал наркоту? Продавал. Покупал? Да. Был посредником? Безусловно. Это все правда, - мирным тоном продолжал Викрул.
И он был прав, но она же не предательница! Она знала, кто такой Бен, она знала, с кем связала свою жизнь. Она смирилась, черт подери! Она… не могла уничтожить любимого человека собственными руками. Нет! Это было самое дикое условие, какое только можно было придумать. Что-то из области фантастики, из кошмарного сна, ужаса, от которого Рей задыхалась сейчас.
- Его все равно посадят, Рей, - произнес Викрул, не отрывая от девушки взгляда, - поверь мне, все очень серьезно. А так ему даже дадут меньше. Ну посидит пару лет. Выйдет. Уже не в первый раз. А ты снова будешь самоотверженно бегать к нему в тюрьму. А потом вы снова будете вместе. Малявка, он ведь даже ничего не узнает.
Рей молчала, сверлила взглядом грязный пол. Она и не думала, не предполагала, что настанет тот миг, когда ей придется выбирать между сестрой и любимым человеком. Ни в одном самом страшном сне ей не могло привидеться такое.
Но это же Бен! Ее любимый Бен, человек, без которого она не мыслит своей жизни! Что бы он ни совершил, что бы ни делал, предать его она не могла! Это же невозможно просто! Она не может так подло ударить его. Она любит его!
Но это же Кира! Ее младшая сестренка, которую она должна опекать, защищать, которой она обещала помочь. Рей до сих пор чувствовала, как сестра ледяными пальцами хватается за ее руки, в ушах звучали мольбы о помощи. Кира еще так молода! У нее есть шанс жить так, как не жили их родители, так, как не живет сама Рей. Есть шанс на лучшую жизнь. Что ждет Киру, если дед откажется от нее? А он откажется, можно не сомневаться. Такая внучка ему не нужна. И не помогут ни мольбы, ни слезы, ни уверения в том, что подобного больше не повторится. Рей не может предать сестру. Не может так подло ударить ее, пообещав помочь.
Рей попятилась, села в продавленное кресло, - ноги ее не держали.
- Ты посиди, посиди, малявка, - с притворной жалостью произнес Викрул, - может, водички? Выбор-то непростой.
- Заткнись, Вик, - хриплым голосом произнесла Рей
- Грубая ты и злая, - вздохнул Викрул.
Но Рей было не до его насмешек. Ей казалось, что она стоит на распутье, и что бы она ни выбрала, путь приведет ее катастрофе. Господи! Как же тяжело! В горле пересохло, пожалуй, стоило согласиться на воду. И кружилась голова. Мир вертелся вокруг, а под ногами разверзлась пропасть, черная бездна, куда Рей должна была шагнуть.
- А если я откажусь? – хрипло произнесла Рей, глядя на парня снизу вверх, - что если я сейчас пойду к Бену и все ему расскажу? – прищурилась, пытаясь сохранить остатки самообладания.
Викрул хмыкнул и сделал еще шаг, сокращая расстояние между ними, почти нависая над девушкой. Рей вжалась в спинку кресла, но голову вскинула вызывающим жестом, пытаясь показать, что нисколько не боится парня.
- О нет, нет, Рей, - покачал головой Викрул, - ты ничего Бену не расскажешь, потому что тогда показания дам уже я. Показания о том, как твоя любимая сестра хранит у себя наркотики.
Рей похолодела, оцепенела от страха и жгучей злости на Киру. Паршивка! Подставилась сама и подставила Рей и Бена. Рей оказалась загнана в угол. Визит сюда был фатальной ошибкой.
- Ты обещаешь, что Бен ничего не узнает? – глухо произнесла Рей, посмотрев на парня.
Глаза Викрула победно вспыхнули.
- Конечно, малявка! Но вот деньги…
- Половину сейчас, половину – после моих показаний, - жестко отрезала Рей, поднимаясь.
- Как скажешь, Рей, - улыбнулся Викрул и добавил проникновенно, - с тобой приятно иметь дело. Бену очень повезло с такой умной невестой.
***
Сестра ходила туда-сюда возле той самой скамейки, где Рей ее и оставила, грызла безупречно наманикюренный ноготь и нервничала. Увидев Рей, развернулась к ней всем телом, подобралась, ожидая слов сестры. Рей подошла быстрым шагом и со всего маху влепила Кире пощечину, такую сильную, что очки сестры слетели на нос, сама она попятилась и буквально упала на скамейку.
- Рей! – охнула, - ты что?!
- Ты маленькая тупая сучка! – рявкнула Рей, тяжело дыша, нависла над сестрой, - значит так: ты прекращаешь всякие отношения с Викрулом и избавляешься от всей наркоты, что у тебя сейчас есть!
Кира побледнела, приоткрыв рот смотрела на сестру.
- Рей, я могу объяснить, - пробормотала.
- Насрать мне на твои объяснения! – Рей была в ярости, - слушать ничего не желаю. Я говорю, ты выполняешь, это понятно?
Кира робко кивнула. Рей швырнула ей на колени конверт с деньгами.
- Здесь половина. Вторая половина после того, как я, - девушка осеклась, весь яростный запал исчез.
Рей задрожала, отступила от скамейки, обхватила себя руками. Неотвратимость того, что должно было случиться, надвигалась на нее, подобно горной лавине, из-под которой Рей не выбраться без потерь.
- Рей? – встревожено спросила сестра, - после того, как ты – что?
- Ничего, - процедила Рей, - это тебя не касается!
- Еще как касается! – сестра поднялась, робко коснулась плеча сестры, Рей отшатнулась, - что ты пообещала Викрулу за эти деньги?
- Я сказала: это не твое дело! – повысила голос Рей.
Озвучить условия соглашения было немыслимо, стыдно, больно и страшно.
- Мне пора, - Рей глубоко вздохнула, - домой, - прошептала последнее слово.
И, развернувшись, почти побежала по дорожкам парка.
Что она не учла, так это то, как будет смотреть Бену в глаза, когда вернется домой, где уютно бормотал телевизор, пахло какой-то едой, а Бен встретил ее крепким объятиями.
- Все уладила, правильная старшая сестра? – он поцеловал ее в губы.
Рей уткнулась ему в шею, обнимая крепко, не в силах оторваться, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.
- Рей? – обеспокоенный парень, отодвинул девушку от себя, попытался заглянуть в глаза, но Рей старательно на Бена не смотрела, - что произошло? Я могу помочь?
Желание рассказать все, поделиться, отдать ему эту проблему, довериться было настолько нестерпимым, похожим на невыносимый зуд, что Рей до крови закусила губу в попытке сдержаться. Невыносимая горечь поселилась на языке вместе с металлическим вкусом. Тоска сковала все тело, слезы сами полились из глаз. Рей отерла их резким движением и все же нашла в себе силы посмотреть на Бена, в глазах которого поселилась тревога.
- Поругались с Кирой, - выдавила Рей, - ничего особенного, - помотала головой, - не хочу об этом говорить.
- Ох, Рей, - Бен снова прижал ее к себе, - ты слишком к ней добра.
Наверное, добра. Но Рей – старшая сестра, ответственная и правильная. И поступила она правильно. Ведь верно же?
***
Полицейский участок в Лемон Гров местные обычно обходили десятой дорогой, даже вездесущие мальчишки не приближались к старому зданию, от которого веяло отчетливой враждебностью. Четыре года назад, переступая этот порог Рей была в отчаянии, но в душе ее теплилась надежда. Сейчас там осталось только отчаяние.
Нарочито радушный инспектор выслушал ее внимательно, что-то помечал себе в блокнот, кивал и даже охал как будто бы сочувственно.
- Один вопрос, Рей, - произнес, глядя внимательно на девушку, - прежде, чем мы приступим к письменному оформлению ваших показаний: почему вы решили свидетельствовать против своего жениха?
Рей нервно сглотнула.
- Вы, быть может, выгораживаете кого-то еще? – взгляд инспектора стал острым.
Рей сжала руки на коленях, сгорбилась, желая быть, как можно, более незаметной, незначительной.
- Понимаете ли вы, что Бена Соло посадят надолго?
- Понимаю, - прошептала Рей, - понимаю и никого не выгораживаю. Я… устала, - произнесла неопределенно.
Но инспектор, казалось, понял. Он сочувственно кивнул, а потом стал что-то быстро печатать на стареньком компьютере, то и дело сверяясь со своими заметками. Рей сидела неподвижно. Эти стены давили на нее. Сама ситуация была чудовищной, и девушке казалось, что она вскочит сейчас и сбежит. Ведь, пока она не подписала протокол, у нее есть возможность повернуть все вспять. Да, от Бена не отстанут, но она не будет его топить! Она не будет участвовать в этом! Не будет предательницей!
На стол перед Рей лег лист с ровными строчками.
- Ознакомьтесь, мисс Платт, и, если все верно, подпишите, - произнес мужчина.
Рей читала, сбивалась и снова читала. Ее страдания, страхи, ее бессонные ночи, ее ненависть к себе уложились на двух страницах. Вот так просто. Рей поставила закорючку под текстом. Инспектор удовлетворенно кивнул, забирая листок.
- Ну что же, мисс Рей, теперь мы вызовем вас повесткой в суд в качестве свидетеля обвинения, и затем, надеюсь, больше не увидимся при таких печальных обстоятельствах.
Рей замерла, заложило уши, гул нарастал, и нарастал, и нарастал, сливаясь в какофонию звуков, голова закружилась, перед глазами потемнело.
- Что? – прошептала девушка пересохшими губами, - суд?
- Конечно, мисс, это ваш гражданский долг, ваша, - инспектор подался вперед, - обязанность. Вы понимаете это?
- Да, - пробормотала Рей, понимая, что вот все и кончено, хотелось плакать и смеяться одновременно, - я понимаю.
Все кончено, для нее, для Бена, для них двоих.
Стоя на залитой солнцем улице, не понимая, куда ей теперь идти, Рей смотрела прямо перед собой в одну точку. Ей бы и хотелось не осознавать до конца, что происходит, забыться, забыть, но ее мучения только начинались. От этого дрожали руки, и подгибались колени.
Рей бесцельно побрела по знакомым с детства улицам. Куда. Зачем. Было неважно. Она просто шла, и шла, и шла вперед, сворачивала и снова шла, не замечая людей вокруг, словно пыталась сбежать от себя самой. Но то, что она совершила, будет с ней всегда, раскаленным клеймом будет жечь ее сердце, не давая покоя ни днем, ни ночью.
Домой Рей вернулась уже, когда стемнело, Бена не было. Рей повалилась на диван, глядя в стену. Бен не пришел и на следующий день. А еще через два дня Рей получила повестку в суд.
Суд Рей запомнила смутно. Наверное, это была естественная защита организма, ведь только так можно было не сойти с ума от боли и стыда. Поминутно Рей напоминала себе, для чего она все это делает. Время шло, а Кире нужны были деньги. Сестра выполнила требования: она избавилась от наркоты и разорвала отношения с Викрулом, но Рей от этого легче не было.
В зале суда девушка все пыталась поймать взгляд Бена, который сидел за решеткой, но парень в ее сторону не смотрел. Даже если ему и не сказали до этого, кто был одним из свидетелей обвинения, то теперь он увидел ее. И не осталось больше никаких надежд.
Рей говорила четко и ясно, удивительно, откуда у нее взялись силы, повторяла то, что написала на бумаге в кабинете инспектора. Девушка отрешенно и абсолютно спокойно отвечала на вопросы прокурора, а потом и государственного адвоката, хиленького парнишки, для которого это дело было первым. Рей понимала, что у Бена не было ни единого шанса. А еще понимала, что это последний раз, когда она видит парня, поэтому она смотрела при каждом удобном случае. Хотела, чтобы он взглянул на нее в ответ, и боялась увидеть в его глазах ненависть и презрение, а именно это она и заслужила. Она сама себя ненавидела и презирала. Смутные мысли о том, как будет жить дальше, Рей отодвигала на задний план, понимала, что если сейчас будет об этом думать, то сойдет с ума. Она говорила и говорила, и каждым своим словом топила Бена еще больше. Она старалась не смотреть в ту сторону, где сидел постаревший на несколько лет Хан, где друзья Бена в ярости сжимали кулаки. Быть может, ее убьют, как только она выйдет из здания суда? Это было бы неплохо. Тогда ей не пришлось бы жить с этой сводящей с ума болью в сердце, не пришлось бы вообще думать, куда дальше двигаться в этой жизни, ведь без Бена Соло ее жизнь не имела смысла.
Бену Соло дали двенадцать лет, но Рей знала, чтобы забыть и спокойно жить дальше ей не хватит не то, что двенадцати лет, но и всей жизни.
Возле квартиры, прислонившись к стене, ее ждал Кардо. Рей притормозила, посмотрела на парня с опаской, но не решалась даже заговорить. Ей нечего было сказать другу Бена. Она не хотела и не могла оправдываться. Она совершила страшное предательство, она уничтожила любимого человека и вырвала часть своего сердца, по своей воле лишилась части души, и неважно, ради чего она это сделала.
- Вот, - выплюнул Кардо, протягивая конверт, - Викрул велел передать.
Рей молча забрала деньги, облегченно выдохнула: она до последнего боялась, что Викрул ее обманет. А теперь жизнь ее сестры будет спасена. Что же, хоть что-то было не напрасно.
- Скажи, Рей, - Кардо вглядывался в ее осунувшееся лицо, - там достаточная сумма? Скажи мне: сколько стоит Бен Соло?
- Тридцать сребреников, - сухо ответила Рей, шагнула к двери, Кардо загородил ей проход.
- Ну и сука же ты, Рей!
- Сука, - кивнула девушка, она и гораздо худшие ругательства снесла бы безропотно.
- Ты жить-то сможешь с этим всем? Он ведь доверял тебе. Он любил тебя. Ты была для него целым миром.
Каждая фраза Кардо заставляла девушку сжиматься, она изо всех сил сдерживала слезы. Она не должна плакать. Она не будет жалкой. Она вынесет все это, пройдет с гордо поднятой головой. Рей надменно вскинула подбородок.
- Ты даже не представляешь, как я счастливо буду жить, Кардо, - процедила из последних сил, прожигая парня взглядом.
Кардо дико посмотрел на нее, потом ухмыльнулся и вдруг развязно подмигнул ей:
- Ну после такого дня и забыться не грех, а, Рей? - он что-то быстро опустил ей в карман куртки и пошел прочь.
Рей быстро скользнула в квартиру, заперла дверь на все замки и без сил опустилась на пол. Отшвырнула от себя конверт и сжалась, обняв колени руками, невидящим взглядом смотрела в пустоту, ей все казалось, что, может быть, это дурной сон. Быть может, вот сейчас из комнаты выйдет Бен и вскинет брови недоуменно, поднимет ее на руки, назовет принцессой и спросит, что случилось. Он прогонит все ее страхи, решит все ее проблемы, убаюкает своим голосом, будет говорить какую-нибудь чушь, а она уснет.
Рей вытащила из кармана пакетик, в котором была ампула. Присмотревшись, Рей прочитала надпись: фентанил. Наркотическое обезболивающее и популярный в последнее время наркотик, партии которого из Мексики становились все крупнее. Рей вертела в руках прохладное стекло, рассматривала надпись то так, то эдак, кусала губы. Что ж, это выход: забыться. Она быстро поднялась, отыскала в домашней аптечке шприц, набрала прозрачную жидкость. И снова долго смотрела на шприц, не решаясь. В конце концов, она всегда была ярой противницей любого вида наркоты. Примерилась к локтевому сгибу, но поняла, что в вену фентанил ввести не сумеет. Разозлившись, всадила иголку в бедро, охнула, закусила губу и медленно нажала на поршень. А потом улеглась на диван. Потолок кружился перед ее широко распахнутыми глазами, все тело стало мягким и расслабленным, таким податливым, словно пластилин, Рей уплывала на теплых волнах куда-то далеко-далеко, где не было той страшной боли, что терзала ее сердце, с которой ей теперь жить. Все это стало вдруг неважно, Рей блаженно улыбнулась, проваливаясь в глубокий сон.
Ее разбудила настойчивая трель телефона, звук ввинчивался в сонный мозг, не давая провалиться обратно в бездну небытия.
- Бен, - пробормотала Рей, утыкаясь в подушку, вдыхая едва различимый запах шампуня Соло и проснулась.
Боль, сжавшая сердце, была такой острой, реальной, что девушка невольно всхлипнула, охнула, задержав дыхание, чтобы только прошел этот мучительный спазм. И не сразу поняла, что болит и низ живота, словно бы месячные начались до срока, между ног было мокро. Рей опустила взгляд, чувствуя ужасную тяжесть во всем теле, и сразу поняла: что-то было не так, крови было слишком много. Она пропитывала ее джинсы, покрывало, разливаясь уродливым пятном по обивке. Девушку затошнило. Телефон замолчал, а потом зазвонил снова. Не глядя, Рей приняла звонок.
- Рей! – ворвался в ухо голос Киры, - ох, Рей! – сестра плакала, - мне мама рассказала, что ты… что Бен…Рей, тебе не следовало… Ты там? Рей? Ответь!
- Мне очень плохо, Кира, - прошептала девушка, глядя в потолок, который больше не кружился, но приближался к ней, словно собирался раздавить.
- Я сейчас приеду. Ты только не уходи никуда!
Рей грустно усмехнулась, во всем теле была такая слабость, что девушка не уверена была, что найдет в себе силы, чтобы встать с дивана, не говоря уже о том, чтобы куда-то идти. Да и куда ей теперь идти?
Ей нет места в доме родителей, да и в этой квартире она остаться не сможет. Все здесь напоминало о Бене, дышало им, а Рей нужно было забыть, потому что если она не сделает этого – не вытравит все воспоминания, - она сойдет с ума. Ей хотелось плакать, так отчаянно хотелось расплакаться, но слез не было. Даже этого она была лишена.
Кира примчалась через полчаса, в ужасе подхватила бледную сестру, отвезла ее в больницу. И вместе с ней слушала вердикт о самопроизвольном прерывании беременности.
- Мне очень жаль, мисс Платт, - молодой и мрачный доктор только головой покачал, - вы сами сообщите отцу ребенка?
Рей вздрогнула.
Ребенка. Ребенка. Ребенка.
- Мисс Платт?
- Да, - произнесла, не совсем понимая, что говорит, - он сейчас в отъезде, - зачем-то лгала.
В этой лжи не было никакого смысла, ведь этому милому и слишком серьезному для его лет врачу все равно, хоть бы у ее ребенка и вовсе не было никакого отца. Ребенок. Ее и Бена.
Рей провела пальцем по животу и отдернула руку, словно обжегшись. Какая ирония: Кире ее ребенок не был нужен, а Рей о своем даже не знала. А ведь она оставила бы его, у нее просто рука бы не поднялась убить дитя Бена. Девушка спрятала лицо в ладонях.
- Рей, ты как? – вошедшая Кира присела прямо на кровать, обняла сестру за плечи.
У Киры были холодные руки, она пахла чем-то свежим и невинным, юным и беззаботным, явно очень дорогим. А Рей все еще чувствовала металлический привкус крови на губах, низ живота тянуло, и очень хотелось домой. Только где он теперь, ее дом?
- Мне так жаль, - произнесла Кира куда-то ей в макушку, - тебе не следовало это делать. Не стоило платить такую цену.
- Это был мой выбор, - глухо ответила Рей, как никогда отчетливо понимая, что это действительно так: ее никто не заставлял, она сделала то, что считала нужным. Она вырвала у судьбы лучшую жизнь для Киры, заплатив свободой Бена, своим сердцем и жизнью их ребенка. Девушка скомкала ткань больничной рубашки, сжала в кулаке изо всех сил, чувствуя, как становится трудно дышать. Она вырвалась из объятий сестры, какое-то время пристально разглядывала белую холодную стену палаты.
- Как думаешь, - произнесла медленно, - дедушка будет рад меня видеть?
Ведь идти ей больше было некуда. А раз уж предала самое себя, то, может быть, стоит получить от этого выгоду хотя бы материальную?
- Конечно! – с жаром воскликнула Кира, сжимая руки сестры, - и я буду очень рада!
- Хорошо, - кивнула Рей.
Она научится жить заново и заново соберет новую себя.
Ей придется.
