Счастье вдруг в тишине постучалось в двери...

Дневник Тейлора Вильяма Смита 26 декабря Мне сейчас очень хуёво. Голова трещит. Пару раз стошнило. Не стоило вчера так пить. С утра был дичайший сушняк, а сейчас обед. Не знаю, как я завтра на работу пойду. Анна куда-то пропала. Я попытался вспомнить, что вчера произошло и куда она делась. Нет, мне-то конечно всё равно, но всё же благодаря ей меня больше не ищет полиция. Так что, мне хотя бы узнать. Вчерашний вечер прошёл в компании друга, его девушки и пяти упырей. Когда я закончил запись, я вышел на кухню. Удивительно, как они уместились в моей маленькой кухоньке? Анна пригласила меня за стол. Будто это я у неё в гостях. Я сел рядом с Филиси. Честно, было неприятно присоединятся к этой куче людей. Я почувствовал невидимый груз на себе. Внутри выворачивало, а снаружи стискивало тисками. Я опустил голову и прикрыл глаза, представив, что никого из них нет. Атмосфера была разрушительна. Громкие разговоры, смех ни к месту, стук посуды, непонятное пение. Было очень тесно. Я ощущал себя не в своей тарелке.  — Дружище, не мог бы ты пересесть к Анне? — послышался голос где-то рядом. Я открыл глаза. Передо мной стоял Кристофер. — Ничего такого не подумай! Просто Филиси всё-таки моя девушка, поэтому я бы хотел сесть к ней поближе.  — Да, да, конечно, — я встал. Еле-еле переставляя ноги, пошёл к Анне. Она отодвинула стул и показала на сидение. Я может и сел рядом, но всё же отодвинулся от неё. Началось застолье. Было неимоверно некомфортно и душно. Я всегда не любил застолья. Скучные диалоги, банальные разговоры и не выпускают из-за стола, пока все ненажрутся и ненаговорятся. И вот опять. На столах много еды, которую я видел впервые. В большинстве своём, салаты. Они выделялись на фоне привычных мне блюд вроде гуся, пирога с мясом и имбирного печенья. Вопрос, неужели это всё приготовила Анна? Оказалось, нет. Гуся, пирог с мясом и печенье привезла Филиси, а салаты, которые я видел впервые дело рук Анны. Но не только канадские и русские блюда там были. Ламистав приволок эмпанаду, а Рико парильаду. И если жареные пирожки с мясом и овощами ещё как-то съесть можно, то вот кальмара и мидии, заправленные лимонным соком и сальсой — перебор. Вообще, впервые вижу, что все приносят свою еду. Ладно мы в детстве обменивались печеньем с родственниками и соседями, это традиция, а тут… Для меня это нечто из ряда вон. Я решил ничего не трогать и не есть. Просто вытерпеть застолье. Возможно, моё омерзение вызывала именно компания окружившая меня. Ламистав, попутно выпивая очередной бокальчик беленького винца, рассказывал о себе и непрерывно шутил. Несмотря на то, что работаем мы вместе достаточно давно, я не знал о нём даже больше половины. Скорее всего, из-за того, что во время работы игнорировал его. Парниша имел латиноамериканские корни. Впрочем, это объясняло его странное имя. Как подметила Филиси: «La amistad» в переводе с испанского на английский означает «дружба». Как его родители, блин, подгадали. Латиноамериканский американец, работающий в Канаде — вот умора! Но Ламистав оказался не единственным из Южной Америки. Бармен, которого Анна представила, как Рико тоже был из Латинской Америки. Хотя на латиноса он был похож в меньше всего. Уж больно светленький он для тех мест. А вот Фрио с Локо были канадцами. Фрио был из Ванкувера, а Локо так и не дал точного ответа откуда он. Да и в принципе, мне кажется он немного не в себе. Парень постоянно лыбится и громко хохочет над любой, якобы смешной фразой. Вот именно таких нужно запирать в психлечебницах и держать на таблетках и тяжёлых наркотиках, а не меня. Порой, он так смеётся, что кажется будто сейчас подавится собственным смехом. В такие моменты хочется дать по его вечно радостной роже. Благо сидит он далеко от меня и дотянуться до него будет проблематично. Впрочем, припадки быстро проходили. После истерики, он выдыхался и будто уходил в себя. По словам Рико, Локо появился в их компании незаметно. Никто из них не помнил, когда он появился и как. Локо будто был в их группе всегда. Сам Рико показался мне напыщенным, слащавым индюком моделеподобной внешности. Воротило лишь от его вида. Единственный более менее нормальный человек в их компании был Фрио. Он держался особняком. Немногословен, серьёзен и холоден. Вот такой тип людей мне близок по-духу. Один лишь минус, что он общался с этими тремя утырками. Каждый болтал о своём. Гости разбились на группы по интересам. Участники этих групп постоянно сменялись. Услышав знакомую или близкую тему, гости переключались и присоединятся к другим участникам. Ламистав рассказывал о своей собаке по кличке Флаффи, а Филиси говорила о своей собаке Клоз. Про Флаффи я ничего не запомнил, кроме корма, который этот пёс с удовольствием поедает. Я к собакам не питаю никаких чувств, ровно как и к кошкам. Хотя, вру. Собак, особенно больших, я побаиваюсь. А как питомец, то для меня эти четвероногие слишком шумные и требуют слишком много затрат, как и финансовых, так и физических. С ними надо постоянно выходить гулять, потом мыть и чесать их после прогулки, делать им прививки и дрессировать. Много бесполезно затраченной энергии. Аквариумная рыбка мне подходит. Она тихо живёт себе в своём стеклянном домике и молчит. Еды никогда не запросит, да и слушатель из неё хороший. Единственная морока — чистка аквариума раз в неделю, а так проблем с ней нет. Внезапно в диалог собачников влез Крис. Точнее его в обсуждение втянул Ламистав. Крис сказал, что у него никогда не было собаки, да и сейчас нет. Есть кот. Я уже ожидал споры из разряда: «Лучше собаки!» «Нет, лучше коты» и был готов заступиться за друга, но нет. Ламистав стал расспрашивать больше о коте. Что ж, этого пушистого комочка я знал хорошо. Я же его и купил. У Криса тогда выдалась на редкость паскудная полоса в жизни. И чтоб хоть как-то разбавить его серые дни, я купил ему котёнка. Это был чёрношёрстый малыш с маленьким носиком и огромными зелёными глазами. Этот котёнок привлёк ко мне внимание одним своим взглядом. Его маленькие изумрудные глазки постоянно рассматривали меня. Было ощущение, будто он пытается понять: враг я или друг. Крис был просто в восторге от нового хвостатого друга. Коту он дал кличку Трис. Как Крис после объяснил, что сначала он хотел назвать котёнка Кристофер младший, однако идея назвать четвероногого в честь меня, тоже не покидала его. Поэтому он просто взял первую букву моего имени и добавил три последние буквы своего сокращённого имени и получилась кличка «Трис». К нашему великому сожалению, с животными в общежитие нельзя было. Поэтому через пару дней, по просьбе Криса, его забрала Розалия. Я до сих помню, как этот малыш рассматривал нашу комнату, принюхиваясь. Помню, как Крис обнимал этого котёнка и говорил, что это его сыночек. А иной раз я просыпаюсь и чувствую, как до моей руки дотрагивается маленькая когтистая лапка. Открываю глаза, а на меня таращатся две голодные бусинки. Тогда я толкаю Криса в бок и говорю: «Эй, папаша, твоё чадо проголодалось», однако Крис лишь что-то недовольно бухтит, и уже мне приходится кормить его «любимого сыночка». Как сложилась дальнейшая судьба этого кота я не знаю, но я рад слышать, что сейчас он здоровый, сытый и не в обиде. Непонятным образом, разговор переключился на знакомства. Крис рассказывал, как он впервые познакомился с Филиси.  — Всё произошло до безобразия обычно, — смеялся Крис. — Пишет мне как-то в соц. сети одна милая дама. Перешёл к сообщению и удивился. Это было не похожее на привычное мне: «Привет! Как дела? Познакомимся?» Нет. Как я понял, обращались к некой Марте. Девушка делилась своими впечатлениями о недавно вышедшем фильме, который, кстати говоря, мне понравился. Насколько помню, там было про парня, которым управлял голос, и всё бы ничего, да только бы если главный герой со временем не стал понимать, что он сам находится в некой игровой симуляции и чтоб выйти, ему нужно пройти игру на все концовки. Он постоянно ослушивался голос и шёл куда ему вздумается, на что этот самый голос бурно реагировал. Это было уморительно! Но вернусь к переписке. Я написал девушке, что я не Марта, а Кристофер и что фильм мне тоже понравился.  — Ага, а потом я начала извиняться, потому что подумала, что отвлекла бедного молодого человека от работы, — продолжила Филиси мягко улыбаясь.  — Ну, сам я не был крепко занят, поэтому решил после больше поболтать. Написал: «Мы можем поговорить вечером, если вы не заняты. Просто, хотелось бы с кем-то обсудить этот фильм». И тут я понял, что дурак. Так я только отгоню от себя приятного человека, тем что навязываюсь. Да и что это за предлог поговорить позже? К моей радости, мне ответили: «С радостью.». Я после минут десять сидел и не понимал, что произошло. И действительно, мы с вечера до ночи переписывались. Сначала мы начали с фильма, после как-то получилось, что мы стали рассказывать про нас самих, ловкие и неловкие моменты. Как ни странно, но зачастую поделиться сокровенным и наболевшим легче с чужим, чем с родным. Однако, как парадоксально это не звучало, но это нас и сблизило. Через пару месяцев общения на расстоянии, переписок, голосовых, нелепых разговоров по видеосвязи, мы решили хотя бы прогуляться вместе. А дальше, как таковых подробностей сложно вспомнить.  — Я бы продолжила то, что мы после прогулки стали видится гораздо чаще. Мы приезжали к друг-другу. Могли вместе просто за продуктами сходить, или когда Крис приболел, я после работы приезжала к нему с лекарствами и едой, — вспоминала Филиси. — Скажу сразу, я на отношения не рассчитывала. Моей внешностью только волков пугать, но похоже доброта и забота затмили даже это.  — Фили, ну что ты такое говоришь? — вздохнул Крис. — Красивая у тебя внешность. Ты очень милая девушка с массой плюсов. Тебе говорю это я, твой отец и моя тётя.  — Даже не знаю, мне кажется могло быть и лучше, — грустно вздохнула поникшая девушка.  — Х-хэй, ты это, ну, не расстраивайся так. Ты хорошо выглядишь. Очень, ну, мило, — тихо попытался подбодрить её я. Филиси подняла глаза на меня.  — Вы так думаете? — спросила она.  — Д-да и ваша робость вам очень к-к лицу, — я постарался улыбнуться. Филиси хихикнула.  — У тебя очаровательный друг, — продолжала улыбаться Филиси, обернувшись к Крису. Тот по видимому занервничал. Я помотал ему головой, чтоб дать понять о моей незаинтересованности в Филиси. Однако, я сам себе не верил. Всё же Филиси действительно очаровательная, милая и добрая девушка. Это слышно по голосу, который всегда ласковый и нежный, по мелким шажочкам, которые она совершает при передвижении, её утонченные манеры за столом, всегда ясная улыбка, во многих случаях позитивное мышление. Её внешность так проста, даже, почти, не примечательна. Тоненькая, длинная будто спичка. Длинные, жилистые ножки. Смугловатая кожа и каштановые, волнистые волосы, выдают её Южно-европейские корни, а фамилия, подтверждает, что её далёкие предки, ступившие на эту землю, были французами. Казалось бы, таких тысяча — не приметных, с не цепляющей внешностью и неприглядной фигурой, но было в ней что-то… Какое-то неуловимое очарование. Что-то приковывало к ней взгляд. Просто чудо, а не девушка! «Надо бы о ней узнать побольше»: подумал я.  — Слушайте, вы же с Анной дружите так? Ну и как вы познакомились? — спросил я. От былой компании не осталось ничего. Ламистав стал переговариваться с Анной, а Крис решил переключится на остальную троицу. Остались только я и Филиси.  — Да так, интересная история. Я работаю в паспортном столе. В аэропорту. Я проверяла её документы, ну, слово за слово и разговорились. Мне, как тому, кто никогда не бывал за границей стало интересно послушать, как же живётся в России. Вообще, если удаётся хоть чуть-чуть пообщаться с приезжими, коих немало, я расспрашиваю их о стране в которой они побывали. Естественно, многие стесняются, многие по понятным причинам спешат. Редко мне удастся услышать хотя бы пару общих фраз о той или иной стране. И вопрос: «Откуда вы прилетели и как вам поездка?» вскоре стали просто нечто вежливого вопроса, вроде приветствия. Вопреки моим ожиданиям, Анна стала рассказывать, откуда она, как долетела, старалась хотя бы в общих чертах рассказать о своей родной стране. И вещала она так интересно! Её подача, простые и понятные выражения захватили дух. Мне стало даже в какой-то мере неудобно. У меня стоит очередь из уставших пассажиров, а я тут слушаю про Россию. Я объяснила ситуацию Анне и попросила встретить меня после работы. Благо в этот день у меня была дневная смена, так что уже вечером я ожидала электричку до нужной мне станции, попутно слушая рассказы Анны. Взамен, я ей приоткрывала наши маленькие тонкости, наш быт и традиции. Ещё пару дней я была вроде как гида, которому платишь историями о других странах. В течении этих дней мы и сдружились, — закончила свой рассказа Филиси. Так вот оно что. Просто нелепая случайность. Интересно, все встречи Филиси происходят по странным стечениям обстоятельств?  — Знаете, — внезапно начала она, — Крис так много о вас рассказывал. Он всегда отзывался о вас в положительном ключе. Рассказывал, какой вы гениальный человек, говорил, что вы всегда его поддерживали, помогали ему, подавали руку помощи. Для Криса ваше счастье важно так же, как и его собственное. А дружба с вами — бесценна. Я чуть не подавился вином от таких внезапных откровений.  — А что насчёт вас? — поинтересовался я.  — Мне нет причин не верить своему парню. Если он считает вас таковым, то значит на это есть причина. Я считаю вас хорошим человеком, — она нежно улыбнулась. Мы опять замолчали. Было приятно осознавать, что красивая девушка считает меня хорошим человеком. Как она не косилась на Криса, а мне было понятно, что я ей понравился. Я придвинулся поближе. Думаю, Крис против не будет. Мы же с ним, как никак, лучшие друзья, а друзья должны делится. Я понимаю, это его девушка, однако, мне кажется, не будет возражать если сдвинется на время. Кроме того, может у Криса с ней опять ничего не получится и они разойдутся. Он не каждый раз заводит отношения с кем-то столь очаровательным, как Филиси, поэтому нужно действовать, пока есть возможность. Я выпил ещё пару бокалов вина и постарался придать себе презентабельный вид, а после приблизится к Филиси. К тому времени многим гостям надоело сидеть за столом, поэтому кто-то сидел, смотрел телевизор, кто-то тем не менее продолжал трапезничать, кто-то, будучи судя по всему чуть поддатым, рассматривал мой аквариум. Как раз Крис отошёл куда-то и я сел рядом с девушкой.  — Так, ну, и как долго вы с Крисом в-вместе? — спросил я. Я хотел уточнить, не всё ли для меня потеряно. Девушка видно замялась. Для неё этот вопрос скорее всего был неожиданностью.  — Где-то полтора года, — улыбнулась она, теребя рукав своего платья. Да, я ей действительно понравился.  — И как долго вы ещё планируете зависать с ним? Филиси удивлённо вскинула брови и недоверчиво на меня посмотрела.  — А я и не собираюсь от него уходить, — она бросила взгляд куда-то мне за спину.  — Конечно ваше дело, но вы-то сами, смотрите, не зависните от скуки с ним, — я сделал ударение на слове «зависнуть», чтоб обозначить каламбур. Филиси опять удивлённо на меня посмотрела и засмеялась. Всё даже лучше, чем я думал.  — Так, и-и-и как вам Йеллоунайф? Не слишком холодно? — продолжал я, однако на этот раз я попробовал дотронуться до неё.  — Да, что вы, нет. Вовсе нет. Спасибо, — протараторила она с запинками. Ну точно она в меня влюблена. Вон как щёки розовеют и глаза бегают. Я ещё закинул в себя пару бокалов алкоголя.  — Слушайте, вы же хорошая, красивая, прелестнейшая девушка, ну вот зачем вам этот секретарь?  — П-простите меня, но всё же этот секретарь мне дорог, — робко отозвалась Филиси.  — И чем же? Да я понимаю, что внешностью он выдался, да и характером он хорош, впрочем… Но мы не о нём. Вы же понимаете, что он как никак парниша ветряный. Мимо вас пройдёт милая девушка и он раз! И пропадёт, не оставив о себе ничего. Он оставит вас бедную, разбитую и одинокую. Ваши чувства переедут только так.  — Я ценю вашу заботу обо мне. Но, мне кажется, Крис уже сделал свой окончательный выбор.  — Да ему на всех так казалось. А стоит сейчас ему выйти на улицу и там будет красавица, то он голову потеряет.  — Как-то это странно, он вроде говорил, что его постоянно бросали, да было одно исключение, но в основном его.  — Ну, да! А что ему мешает самому начать бросать? Да это плевое дело! Скажу честно. Мне стыдно вспоминать, что я там говорил о своём друге. Я будто с цепи сорвался. Я никогда не считал своего друга бабником. Никогда. Каким бы чудесным он не был, его, в большинстве случаев, его самого первым отшивали. Он слова плохого про своих пассий не сказал. Жаловался иногда на них, говорить нечего, да и срывался часто после расставаний. Даже ту психованную он никогда при мне не оскорбил. Но я вернусь к вчерашней ночи.  — Филиси, можно к вам на «ты»? Так вот, Крис не очень надёжный человек в плане серьёзных и здоровых отношениях, в отличие от меня. Я никогда не брошу. Вот никогда! Если я полюбил, то всё! На меня можно положиться! Ты прелестная девушка, просто сокровище. Поверь и ты достойна лучшего! — я чуть приобнял её.  — Скажите, раз вы так говорите, то вы когда-то уже любили? — спросила девушка, отодвигаясь от меня.  — Н-нет, я же говорю: «если я когда-то кого-то полюблю, то это всё! Навсегда!»  — А как вы можете утверждать, что вы однолюб? Если вы уже когда-то полюбили кого-то, то у вас до сих пор не прошла симпатия к тому человеку, а значит всё, что вы мне сейчас говорите — ложь. Но если вы никогда до этого прежде не любили, то как вы поняли, что вы однолюб? Её вопрос заставил мой мозг вскипеть. На трезвую голову, я бы смог ей ответить, однако тогда я просто пытался переварить сказанное ею. Вряд ли она хотела заставить меня переосмыслить свои взгляды, скорее всего она хотела таким образом ввести меня в замешательство, чтоб прекратить мои попытки и тихо смыться подальше. Умная девочка.  — Дружище, это что сейчас было? — прогремел надо мной голос Криса. Я поднял на него глаза. Мир покачивался и расплывался для меня, однако недовольную моську любимго друга разобрать было не трудно.  — А, это? — пробормотал я, — Да так, просто пару наставлений. Я хотел было похлопать его по спине, но он перехватил мою руку.  — Не надо лгать, я всё видел. Друг, я понимаю, ты одинокий, да и к тому же, — он сделал паузу, оглядывая меня, — пьяный, но это не даёт тебе права лезть к моей девушке. Он говорил тихо, но отчётливо. Было понятно, что Крис был взбешён данной ситуацией.  — Да ладно тебе, дружище! Ну ничего же не произошло, да и к тому же, ты же мой друг! Где мужская солидарность?  — Тай, есть «мужская солидарность», а есть «уважение к другим». И почему-то ты призываешь уважать себя, при этом не желая уважать и учитывать мои интересы.  — Я и учитываю, просто мне кажется, что я твоей подружке понравился.  — Тайлер, то что человек с тобой общается или смеётся над твоими шутками — не значит, что ты ему пришёлся по вкусу. Она просто не хотела выставлять себя в плохом свете, а ты повёл себя сейчас как, прости меня, паршивец, — вздохнул Крис. Он заглянул мне в глаза. Даже тогда было понятно, что моё поведение его задело. Крис не тот, кто хочет злиться или раздражаться. Он до самого конца пытается избегать конфликтов. Крис явно не хотел обижаться на меня, но иначе не мог. Это всё же его подружка и мне не следовало себя так вести. Мне вообще не следовало подходить к ней. Надо было сдерживать свою симпатию. Подавить в конце концов. Мне нужен незатуманенный, холодный ум, иначе я не смогу назвать себя человеком науки. Однако вчера я будто забыл об этом.  — Ну, ты просто это, Крис, если надумаешь бросить её — позвони мне, — продолжал я закапывать сврю репутацию. Схватив бутылку и наплевав на этикет, я выпил остаток вина из горла, после пытался встать. Ноги были ватными. Я ели поднялся. Стало только хуже. Люди будто превратились в кашу, квартира то увеличивалась, то уменьшалась, звуки сливались в невнятный звон. К головокружению прибавилась ещё и моя головная боль, которая так и норовила повалить меня.  — Хотя с кем я тут вообще беседу вёл? — развёл руками Крис, — Ты же сейчас никакущий! Я облокотился об стол и выдохнул. Все звуки будто отошли на второй план, даже мой собственный голос.  — Ох, что-то мне не хорошо, — постарался привлечь внимание Криса к себе. Он обернулся. Посмотрев на меня, Крис изменился в лице. Подошёл ко мне и что-то взволнованно спрашивать. Я ничего не понимал и не слышал. Крис взял меня за руку и постарался вновь усадить на стул. Похоже он проговаривал: «Не вставай.». Я прикрыл глаза ибо мельтешащие вокруг меня люди делали только хуже. К сожалению, даже с закрытыми глазами был заметен этот хоровод кислотных цветов. Был бы я эпилептиком, то скончался на месте. На меня вновь накатила усталость и ненависть к каждому присутствующему. Мне хотелось тишины и покоя. Я бы сейчас уже лёг спать или вырубился в зале, сидя на диване от выпитого спиртного. Захотелось забраться куда подальше, уйти, лечь поскорее спать. Я почувствовал, что ко мне подошли. Приоткрыл глаза и увидел Анну с Крисом, которые вглядывались мне в лицо. Анна о чём-то попросила Криса и тот тут же удалился. В это время Анна села напротив меня, при этом задавая невнятные вопросы. Я лишь мотал головой в знак непонимания и тяжело вздыхал. Мне стало жарко. Тело нагрелось как железный корпус из-за мощного двигателя. По лбу побежал пот, щёки и уши просто горели. Где-то там уже явился Крис и Анна пытается дать мне очередную таблетку. Однако она мешкается, а после на мой слух обрушивается шквал ругательств. Анна кричит на Криса. Я попытался положить девушке руку на плечо и попросить прекратить крики, но я даже руку не мог поднять. После Анна сама куда-то удалилась. Со мной остался Крис. Он постоянно теребил рукава свитера и переминался с ноги на ногу, поглядывая нервно на меня и закусывая губу. Он волновался. Крис то приближался рассматривая меня, то быстро отскакивал будто от огня. Он постоянно посматривал в сторону, куда ушла Анна и на своих новых празднующих друзей. И вот явилась Анна. Она сунула мне таблетку, приказала запить водой, что я и сделал. После и Анна и Крис подняли меня под руки и повели в сторону моей комнаты. Наконец, они догадались уложить меня спать. Я шёл с прикрытыми глазами, чтоб свет лишний раз не резал мне глаза. Я сел еле-еле сел на кровать.  — Принеси воды, — приказала Анна.  — С-сколько? — нервно спросил Крис.  — Как можно больше! — крикнула Анна и перевела своё внимание на меня. Наконец, я услышал, что они говорят. Голова не проходила, но в темной, прохладной комнате было уютней.  — Сейчас, сейчас — Анна стала стягивать с меня толстовку и джинсы, — сейчас Крис принесёт тебе воды, таблеточек и ты ляжешь спать, хорошо? Она уложила меня на кровать и укрыла одеялом. Голова всё равно кружилась и болела, всё тело ныло, а запястье вновь напомнило о порезах. По крайней мере свет больше не раздражал меня. Крис поставил на тумбу стакан с водой. После он с Анной о чём-то пошептались и удалились. Где-то в зале слышались тихие переговоры. Стало страшно. Вдруг они хотят обнести мою квартиру? Я стал прислушиваться, однако ничего не разобрал, лишь голова сильней разболелась. Я зажмурился и глухо выдохнул, пытаясь прогнать ужаснейшую боль. Но на что я надеялся? Боль не отступала. Она продолжала терроризировать меня. Хотелось забыться, отвлечься. Казалось, чего тут сложного? Да, но только не тогда, когда твоя голова болит. Сейчас я всерьёз стал задумываться над тем, чтоб спилить себе голову. Однако это абсурдная мысль. Понятное дело. Но в такие моменты не задумываешься, да и здравость рассудка не такая уж и здравая. И вот я лежу, пытаюсь хотя бы задремать. Дело сложное и может даже практически невозможное, однако же стоит попытаться. Чем быстрей засну, тем быстрей и пройдёт боль. Но даже думать о сне было больно. Чёрт. Я в безвыходной ситуации. Свернувшись калачиком, я накрылся с головой и попытался насильно заставить себя заснуть. Так я и пролежал некоторое время, стараясь не думать ни о чём. После мне удалось заснуть. Проснулся я уже утром от дикой жажды. Я залпом выпил воду, которую принёс Крис и пошёл налить ещё. Я еле передвигался. Вопреки моим ожиданиям зал и кухня были пусты, но в ужасном состоянии. Не закрытый холодильник, где-то валяются крошки, пустые бутылки стоят под столом, на скатерть просто страшно смотреть. Похоже они уже проснулись, и разъехались, ладно. Но где же Анна? Вот её вещи вроде на месте. Я пошёл проверить ванную. Никого. В мастерской и на складе тоже пусто. Может, она у кого-то заночевала? Надеюсь, она перезвонит как проснётся. Я думаю, будет излишне, если я буду описывать как меня несколько раз стошнило, и как из-под крана воду хлебал, а после пару часов приходил в себя. Опущу, ибо я пожелал бы забыть об этом. Сейчас около четырёх часов. Уже темнеет, а от Анны ни звонка, ни СМС. Ладно, может она сейчас сама проснулась с диким похмельем и не может ни то, что набрать мне, но и даже вспомнить кто я такой. Чтоб помочь своей соседке, я позвонил сам, но мне никто не ответил. Тогда я ещё раз решил набрать её. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Перезвоните позже» - вещал голос из трубки. Ладно, может быть он у неё разрядился. Позвоню Крису, уж он-то точно всегда на связи! Ни Крис, ни Анна, ни Ламистав не отвечают! У всех «выключен или находится вне сети»! Я выглянул в окно, на парковку высмотреть машину Криса. На месте её не было. А что, если они по пути в известное только им место разбились? И я сейчас остался без друга и соседки, которая меня прикрывает. А что, если сейчас идут по мою душу, допрашивать меня? Тогда точно все поймут, что я жив и никакой полицейский меня не расстреливал! Я стал активно названивать им вновь. Никто не брал трубку. На улице уже совсем стемнело, а я всё ещё жду Анну. Есть не могу, подготавливать вещи на завтра тоже, пробовал отвлечься телевизором — бесполезно. Все мои положителные мысли вытеснили идеи о возможном местонахождении Анны. Воможно компания решила продолжить праздновать и сейчас они у кого-то дома. На всякий случай я позвонил тёте Розалии: «Розалия Кристхолд у аппарата» - зазвучал усталый голос в динамиках телефона.  — Здравствуйте, тётя Розалия! Это Тейлор, который Смит. Крис случайно не вернулся домой?  — Здравствуй, Тейлор! Нет, Крис не возвращался, а разве он не у тебя? — взволнованно пролепетала женщина.  — Нет. Я его со вчерашней ночи не видел. Заснул, проснулся и никого! Да ещё и на телефон не отвечает.  — Ох, беда-то какая! — запричитала Розалия, — и никто из вашей группы не отвечает тоже?  — Нет. Анна — моя соседка, тоже вне зоны доступа, наш общий знакомый тоже.  — А Филиси?  — Номера Филиси у меня нет.  — Ох, так давай я тебе его сейчас продиктую и ты у неё спросишь что случилось. Женщина пару раз медленно, выговаривая каждую цифру, продиктовала мне номер Филиси. Мы договорились с тётей Розалией, что если нам станет что-нибудь известно об пропавших гостях, то мы созвонимся. Поверить не могу, я сотрудничаю с бабкой! Дожил! Я записал новый номер в свой телефон и стал названивать Филиси. Гудки шли, уже хорошо. Протяжные, долгие. Было понятно, что вызов идёт, но почему-то никто не брал трубку. Тут мне стало действительно стрёмно. Они неизвестно где, телефоны не отвечают, а дело движется к ночи. Я стал думать, где они могут быть? Я вспомнил про паб, где работает Рико. Есть вариант, что они поехали продолжать праздновать там. Немедля, я оделся и побежал на улицу. Паб находился в часе ходьбы от моего дома. Выскочив на улицу я стремглав понёсся в середину города. Огни уже загорелись и освещали мне путь по скользкой, припорошенной снегом дорожке. Я летел сквозь толпы людей глубоко вдыхая колючий воздух. Периодически я останавливался и переводил дух, заходился кашлем. Бежать быстро, а тем более долго я не могу. Поэтому с горем пополам я добрался до паба. Вопреки моим ожиданиям паб был закрыт. Окна не горели, а на двери было лишь одно слово: «Закрыто». У меня больше не осталось вариантов, да и сил, чтоб продолжить поиски на улице. Я присел на лавочку и стал думать, где бы мы примерно могли бы встретиться? Город для одного меня слишком большой. Эта семёрка может быть где угодно. Я вновь вытащил мобильник из кармана и стал названивать. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети» раздалось уже осточертевшая фраза. Затем я позвонил Филиси, но кроме гудков вникуда ничего не было. "Ладно," - рассудил я, - "лучше вернуться домой и ждать её там. Рано или поздно уж кто-нибудь ответит". Кратко говоря, я плюнул на это дело. Такие как Анна и в огне не горят и в воде не тонут, но что насчёт Филиси или Криса? С ними-то что случилось? Я шёл по улице совершенно одинокий. Да, для меня быть одним — обычное дело, но сейчас я ощущаю груз одиночества гораздо острее. За эти пару дней я привык к тому, что меня сопровождают, что меня дома кто-то ждёт. Удивительно, как человек за пару дней может привыкнуть к другим людям. Теперь я не могу представить себе свою одинокую квартиру. Кажется, будто я сейчас открою дверь, а там горит свет, шумит телевизор и Анна сидит на диване, уставившись в экран. Я испугался, мне не нужна тяжесть от ухода этой надоедливой девушки. Почему я вообще о ней переживаю, я должен переживать за других людей, которые меня действительно ценят. Я достал разряжающийся телефон и вновь набрал Криса. Руки била дрожь от волнения, горло зашлось спазмом. Если он и сейчас не ответит, то я не знаю, что буду делать. На заряде только шесть процентов, у меня только одна попытка дозвониться. Я замедлил ход вслушиваясь в секундную тишину. «Аппарат абонента выключен…» телефон пискнул, оповещая о нуле и погас. Чёрт возьми! Всё! Я остался без связи и что сейчас происходит с Крисом одному богу известно. Я побрёл в сторону дома. Пустота внутри будто чёрная дыра поглощала моё нутро. Я будто стал пуст. Ноги сами несли меня домой. Я чувствовал себя абсолютно одиноким. Окружающих людей я не видел. Если с Крисом или Анной что-то случится, то я останусь совсем один. Они только появились в моей жизни! Они не могут просто так исчезнуть, так ведь? Я просто шёл домой. Не замечал ничего. Все цвета, звуки, холод, люди: окружающий мир просто исчез для меня. Я просто шёл домой. Подходя к дому, я поднял голову и посмотрел в свои окна. Тёмная, пустая, холодная квартира. Что со мной происходит? С людьми мне плохо, одному, как оказалось, мне тоже неуютно. Что со мной? Зачем мне это? Так нельзя! Почему они появились в моей жизни? Без них было всё так ясно и просто. Я понимал — кто я, как мне удобно жить и зачем я живу, ну, точнее жил. А теперь, что мне делать? Мне нужно идти к обществу? Но оно отвратительное, тупое и развращённое. Мне там не место. Моё место — это моя квартира. Это мой мир, в котором я должен существовать, а не эти безмозглые обезьяны. Нет, им лучше быть изолированным от меня. Но почему меня сейчас ломает? Почему мне так тоскливо? В последний раз я себя так чувствовал, когда прощался с Крисом лет семь назад. Это осознание грядущего одиночества. Помню, как я просто беспомощно сидел за столом и наблюдал, как он собирает свои вещи. Крис старается не смотреть на меня, однако я слышу, как он шмыгает носом и периодически вздыхает.  — Ну, ты это, не переживай так сильно. Встретимся ещё, — еле-еле выдавил я из-за подкатившего кома. Я попытался приободрить друга, хотя сам и в это не верил. Меня удивляло, как это я смог привязаться настолько к человеку за жалкий год? А ведь ещё сначала заселения казалось, что я с этим малым никогда не сдружусь. Тогда он показался подозрительно дружелюбным, но с чем чёрт не шутит. Для этого малого я стал не только другом, но и старшим братом. Он мог на меня положиться, мог попросить у меня помощи. Этот человек стал мне вторым другом за всю мою жизнь и теперь вот так вот расставаться с ним мне было тяжело. Помню, как мы сидели несколько часов перед его отъездом. Помню, как хотел что-то сказать, что-то сокровенное. То, что томилось во мне после первого месяца нашей дружбы, но слова не вязались, да и посчитал я это нелепым. Сейчас я уж и забыл, что хотел сказать. Ко мне подселили другого парня, но с ним я даже говорить не хотел. У меня просто не было сил да и он был квинтэссенцией всего отвратного, что есть в человеке, поэтому я даже представляться ему не стал. Оправлялся от расставания с другом очень тяжело и долго. Это заняло у меня почти пол года. За пол года я оправился, а дальше продолжал свою одинокую жизнь. Вот и сейчас я чувствую себя каким-то беспомощным и ненужным. Я открываю дверь и лишь тьма и холод встречают на меня на пороге, обдавая унынием. Зашёл на кухню, но картина пустующего стола лишь усугубила моё душевное состояние. Есть не хотелось. Упав от усталости на стул, я стал думать, что мне делать. Может ещё раз позвонить? Я вытащил телефон, однако во время вспомнил, что он разрядился час назад. Пришлось поставить на зарядку. Хотелось быстрей позвонить и убедится, что с ними всё хорошо. Это были самые долгие минуты моей жизни. Дольше были, только во время лекций в колледже. Я ходил по комнате, ожидая, когда экран зажжётся и даст знать, что телкфон заряжается. Как зарядится — сразу позвоню Крису, узнать, всё ли в порядке. На часах уже без тридцати полночь, но я уже не переживаю. Как только телефон чуть-чуть зарядился, я сразу полез перезванивать. Телефон сильно глючил, поэтому я пару раз чуть не разбил экран. Но всё же я добрался до телефонной книжки. Тишина. Всего лишь пару секунд тишины были готовы свести меня с ума. Если и сейчас он не ответит, я звоню Розалии, пускай идут вместе с Сэмуелём, вызывает полицию, звонит ФБР, правительству, но найдёт их. Пропажа сразу семерых человек — это серьёзно. Что с ними? Случилась авария? Вылетели с трассы? Закончился бензин посреди дороги и они стоят на морозе не в силах связаться? У меня началась истерика. Однако мои мысли и смех прервали гудки. Вот они! Долгожданные гудки!  — Привет, дружище! — послышался родной голос.  — Ты в своём уме? Вы хуль весь день не отвечали? Я тут, блять, места себе не нахожу, — смеялся я в трубку. На том конце замолчали.  — Это точно Тайлер Смит?  — Очень, блять, смешно, ебанат!  — Да, это определённо Тайлер. Успокойся, дружище, у меня просто разрядился телефон.  — У вас всех он блять разрядился! — я пытался не задохнуться от смеха.  — Да? Разве?  — Да! Только у Филиси он был включен, да и то, она не ответила!  — А откуда у тебя её телефон?  — Я звонил твоей тёте.  — Зачем?! Теперь она будет волноваться!  — Ага, то есть я всё это время не волновался? Ты мне лучше скажи, вы где находитесь? Ты один? Анна рядом?  — Мы сейчас едем в Йеллоунайф  — Вы уезжали за город?! Вы там с ума посходили.  — Нет, это были экстренно-срочные дела, которые требовали немедленного отъезда за город, — деловито протараторил Крис.  — Ну и что это за «экстренно-важные дела»?  — Увидишь! — пропел он, — ладно, давай! Я тебе перезвоню, когда буду у твоего дома.  — Стой-стой-стой! Ты не ответил на мой вопрос: Анна рядом?  — Э-нет, она в машине Ламистава. А ты хочешь с ней поговорить? Весь испереживался, небось, там?  — Пошёл ты!  — Ой, да признай уже, что привык к ней! На заднем фоне послышался чей-то гаденький смех.  — Ты когда приедешь в Йеллоунайф, пожалуйста, заедь ко мне? У меня есть для тебя кое-что  — И что же?  — Подзатыльник, если не заткнешься, и обладатель смеха тоже по морде получит, — последнее я сказал громче, чтоб меня услышали. Пассажиры зашлись смехом.  — Ладно, как въедем — перезвоню. И он повесил трубку. Я стал ожидать свою пропажу, попутно прибираясь. Удивительно, но мне стало легче, со знанием, что Анна и Крис в порядке. Я расфасовал еду по тарелкам и поставил в холодильник. Постарался помыть посуду. Разбил пару чашек и порезался, собирая осколки. Забавно, с каждым днём количество порезов, ссадин и ожогов на моей руке увеличивается. С горем пополам домыл злополучные тарелки. Протёр стол и сел на диван, ждать Анну. И всё же, если у неё нет души, как я подозреваю, нет фотографии покойной подруги, да и возможно, покойной подруги, то зачем я ей? Что заставляет её жить со мной? Бесплатное жилище? Ну, в её случае, я лучше бы снимал квартиру, нежели жил с тем, кто в любой момент может перерезать глотку. Может Крис всё-таки прав? Я подошёл к зеркалу, стал себя разглядывать. Нет, я не мог ей понравится. Худой, белый, уставший, с фиолетовыми мешками под глазами, с плохо покрашенной синей головой. Что ей могло понравиться во мне? Острый нос или глаза, как говорил отец, похожие на две щелки или то, что у меня настолько худое лицо, что щёки практически вваливаются? Или ей понравилась мой характер? Да и характером я не вышел. Подумать только, я пытался её убить и втянуть в это друга, который мне является единственным родным человеком. Или что во мне хорошего? Что я отрёкся от своей робототехнической деятельности из-за нарушения прав человека? Что? Что я создаю в мастерской робота, который заменил бы мне девушку, потому, что я не могу принять минусы и условности живых девушек, а так же не могу даже поговорить с ними адекватно. Или за то, что я по-факту, пытался увести у друга девушку? Я пролетаю по всем пунктам! Это Крису легко говорить! У него никогда не было проблем с вниманием! Да, конечно, его природа наделила и миловидным, невинным личиком, и хорошими отношениями с родителями, которые его действительно любили, а не держали рядом из жалости. Это у него не характер, а золото! Это не у него хреновая генетика! Он не вынужден был страдать от солнечного света, нападок сверстников. Крис выглядел как все! Он не боялся идти в школу и возвращаться домой, раздумывая, выходной ли отец, который с порога начнёт вычитывать за то, что ты, блять, есть. Как он там говорил? «Чего ты пришёл? Неужели ты не понимаешь, что ты наша с матерью ноша, которые мы будем тянуть до старости. Тебя не примет ни одно общество, если это не врачи психлечебницы или тюрьма, где таким как ты и место. Если бы ты родился в другой семье, я бы подумал, что родители этого мальчика алкоголики или какие-нибудь такие же психопаты, но нет же! Надо же было тебе появится в моей семье? Мы приличная и здоровая семья в котором таким как ты не место. Иди в свою комнату, чтоб глаза мои тебя не видели!» И тогда ревущий я убегал в комнату и запирался там. Я понимаю, что он говорил это под ликёром, который любил больше чем мать, брата и сестру. Но неужели, в его крысином мозгу не возникло, что перед ним стоит семилетний мальчик? После пары таких случаев и бездействия мамы, я ходил после школы в гости к Кире. Её мать с отцом часто работали, поэтому целый день я отсиживался у неё. Мы шли домой вместе, с ней было как-то спокойней. Вместе делали уроки, играли в приставку её отца, обедали вместе, иногда могли выйти вместе поиграть на улице. Ах, Кира, надо же было ей встретится со мной в такой неудобный момент. Ну что уж поделать? Я делал это во имя науки, не мести. Но, о чём это я? Ах, да! Анна и её симпатия ко мне. Так вот, её нет. Но, тогда, что же движет ею? Желание посадить я отметаю сразу. Она сама сказала, что не хочет, да и если бы хотела не прикрывала меня. Какую ценность я могу ей представлять? Попробую поговорить с ней об этом. Мне звонят, это наверное Крис. Пойду отвечу и продолжу записи. После того, как я ответил, дверь начал кто-то открывать. Я кинулся в прихожую. И вот, наконец, на пороге стоит Анна. Живая, радостная, красная с мороза. Я бросился к ней и обнял.  — Ты в своём уме? Вот так пропала и записки не оставила! А если бы с тобой что случилось, что я должен был делать? — тряс я её. Девушка смотрела на меня огромными от удивления глазами. После паузы, она расплылась в улыбке.  — Ты переживал за меня? Как мило!  — Причём тут переживания? От тебя зависит моя свобода, — встряхнул я головой.  — Ну признай, чуть-чуть ты за меня переживал, — продолжала улыбаться Анна.  — Может чуть-чуть. Так, совсем чуток, — вздохнул я. А что я должен был сказать? Я оббегал весь город в поисках тебя? Ей это ни к чему знать.  — О-о, я знала, что тебе на меня не наплевать, к этому случаю я приготовила тебе подарок! Я был настолько взволнован, что не сразу заметил, что она держала руки за спиной. Анна довольно вскинула голову и вытащила коробку с игровой приставкой.  — Вот, я ездила в другой город за ней. Тут подходящей не было, поэтому я пришлось немного помотаться. Я взял коробку и оглядел её. Даже не знаю, сыграла роль ли моя меркантильность или меня тронуло, что человек весь день искал, разъезжал по другим городам и подбирал для меня подарок, но мой лёд к ней треснул. Удивительно, я лишь мельком упомянул, что хотел игровую приставку и вот, она мне её дарит. Я не мог поверить в происходящее. Я смотрел то на подарок, то на неё.  — Я-я не могу его принять, — промямлил я, протягивая коробку.  — Что? Не совсем не понравилось? — расстроенно воскликнула она.  — Нет. Я счастлив, просто в таком случае, мой подарок это издевательство. Это не равноценный обмен получается. Не обижайся, но нет.  — Тайлер, важен не подарок, а внимание к человеку. Ну и что, что ты потратил мало? Я люблю и книги, и оригинальную красивую мелочёвку, вроде брелков. Поэтому не переживай и принимай подарок. Я прижал к себе консоль и отнёс к телевизору.  — У меня есть к тебе маленькая просьба, — донёсся голос с прихожей.  — Да, что угодно! — крикнул я. Я был ещё под впечатлением и если бы она сказала переписать на неё квартиру — я бы переписал.  — Я капец какая голодная. Можешь разогреть еду?  — Конечно, сейчас. «Как же легко меня подчинить» - думал я и смотрел как разогревается вчерашняя еда.  — Ну что? Как день провёл? — спросила Анна, присаживаясь за стол.  — Ничего интересного. Пол дня похмелье, а пол дня сидел дома.  — Н-да, не густо. А мы с раннего утра поехали тебе за подарком. Вчера я не успела зайти в магазин, поэтому решила с утра вместе со всеми съездить. Думаю, как раз развеемся. По моему плану, мы должны были вернуться к обеду, однако всё, что могло пойти не так — пошло не так. Все хорошие приставки были раскуплены. Ну, Рождество и всё такое. Поэтому мы решили съездить в другой магазин. Но он оказался закрыт. Думаем, что делать? Фрио предложил в соседний город ехать. Сказал, что там, судя по отзывам, есть магазин с игровыми консолями хорошего качества. Поехали туда. Полчаса искали отдел с техникой. Оказалось, что находится он на минус первом этаже. А мы, семеро носимся по всему ТЦ, допрашиваем бедных посетителей! А самое смешное, что они и сами не знали о местонахождении магазина, гнали нас на верхние этажи. Отдел с техникой-то совсем недавно перенесли вниз. Это хорошо что Локо решил проверить всё, а так бы бегали туда-сюда. Купили, перекусили в местном кафе, едем обратно и внезапно попадаем в пробку. В общем, на дорогу упало дерево и мы сидели и ждали, когда там его распилят и уберут. Служба провозились там пару часов, ну и само бревно было достаточно массивным. Когда мы заехали в город, то вспомнили, что приставка лежит в багажнике Криса, а не у Ламистава. Мы были немножечко подвыпившими, вот так и получилось.  — Погоди, вы поехали в другой город бухие?  — Ну, Ламистав был из всех нас самый трезвый. Он и вёл.  — Погоди, я же видел, как он пьёт!  — Но он чуть-чуть. Да и то, что ты успел увидеть к утру выветрилось.  — Это не отменяет того, что вы посадили за руль выпивавшего копа! А если бы вы разбились?  — Ну мы же не разбились. Вот, я жива. Короче, я забрала приставку и побежала домой. Вот так, — закончила она, доедая пирог. Я просто смотрел на неё, удивляясь, как она в нетрезвом состоянии умудрилась объехать несколько магазинов, что-то купить, вернуться и сейчас есть и рассказывать о своём приключении. Да у меня вон, после пары бокалов красненького уже ноги отнялись.  — Ну что? Будешь сейчас обкатывать приставку? — зевнула Анна.  — Да какое-там! Первый час ночи, а мне завтра на работу. Может завтра после работы вместе и сыграем? — я решил хотя бы так вернуть ей долг. Вообще, если так подумать, она много чего сделала для меня, а я пару дней назад чуть не убил её. Может, стоит дать ей шанс? Заодно, можно будет выведать у неё, чем я ей так обязан. А что если её впечатлили мои наработки и она решила сама присутствовать на событии, которое перевернёт человеческие умы? Это было бы честью! Может, она даже поможет мне в этом, если не своей душой, то чьей-либо ещё. Может, она докажет, что пару смертей неизвестных людей — ничто, по сравнению с обеспечением великих умов человечества бессмертием. Если ты, Анна, тут ради этого, то я беру все свои слова и поступки назад и принимаю тебя. Ты не пожалеешь! Сейчас я слышу, как она сопит за стеной. О, Анна, за твоё сотрудничество со мной, я буду обязан наделить тебя бессмертием! Естественно, когда ты этого пожелаешь. Если ты хочешь помочь мне с моим проектом, то ты мне нужна как смертная. Клянусь, ты будешь поражена!