Зимние игры

Дин заворачивает в третий коридор, когда до него доходит, что неплохо было бы продумать хоть какую-то стратегию. Конечно, можно просто пытаться убежать как можно дальше, но в коридорах бункера легко свернуть не туда, если потеряешь бдительность, и будет очень неловко забежать в ту же кладовку, откуда всё и началось, за несколько секунд до окончания дарованных ангелом трёх минут. Значит, нужна стратегия. Дин не останавливается, но замедляется, быстро проходя еще по двум коридорам и пытаясь найти какие-то знакомые вещи и сориентироваться. У него еще две с половиной минуты или около того, и… — Прошло тридцать секунд, — говорит Кас. Дин успевает прийти в ярость и резко оборачивается, потому что какого хрена вообще, смысл давать «фору», если ты идёшь следом и отсчитываешь секунды… Он даже рот открывает и уже набирает полные легкие воздуха, чтобы начать читать лекцию о том, как вообще работает такое понятие, как фора, но слова застревают где-то в горле — коридор пуст. Каса нет. — Тридцать пять секунд прошло, — опять говорит Кас, явно улыбаясь, — Пока ты, наверное, смотрел на пустой коридор. Оказывается, у ангелов голос такой силы, что никакие громкоговорители не нужны. Да ладно, серьезно?! Это, конечно, лучше, чем ходить за Дином попятам, но весь этот отсчет явно был затеян для того, чтобы заставить Дина еще сильнее нервничать и чувствовать себя еще более беззащитным… И цель явно достигнута. Дин и так раздет, со стояком и с (умеренно, но всё же) горящей задницей. Он и так понимает, что за ним охотится нечто куда более могущественное (и одетое!). Ему что, теперь еще и слушать, как спокойный голос ведёт обратный отсчет?! Черт, Дин теперь понимает весь ужас лисицы, слышащей охотничий рожок во время облавы. — Это, блять, жульничество, — бормочет Дин, надеясь, что Кас его не подслушивает, потому что это тоже было бы до крайности нечестно. Голос, который, кажется, звучит одновременно отовсюду и из ниоткуда, оповещает, что прошло сорок пять секунд, и Дин снова начинает двигаться. Черт, ему нужно сосредоточиться. Он тратит впустую слишком много времени, отведенного на выработку стратегии. Сперва нужно продумать базовую тактику. Можно бежать — лучше в направлении, про которое Кас подумает в последнюю очередь — а можно спрятаться. Можно найти какое-нибудь странное место (желательно попросторнее, чем та ниша под столом), забиться туда и просто надеяться, что Касу понадобится как минимум полчаса, чтобы его обнаружить. У обеих тактик есть плюсы, и… — Мне кажется, — знакомый голос снова нарушает тишину, — Что сейчас ты пытаешься разработать план действий. Убежать как можно дальше в надежде спастись или выбрать какое-то нелепое, но в то же время потаённое место и ждать, что я просто пройду мимо? Решения, решения… Черт возьми. Дин знает, что Кас не читает его мысли — они много раз это обсуждали, и Кас теперь никогда не заглядывает в голову охотника без разрешения, хоть и обладает такой силой. Просто очень сильно бесит, что Кас умудряется безошибочно определять, о чём Дин думает, даже не используя суперсилы. Очень. Бесит. Дин летит по коридору, так и не выбрав стратегии. Ему нужно решить, нужно сделать выбор прямо сейчас, но как… Оу. Дин внезапно обнаруживает себя в знакомом коридоре. Именно по нему он бежал год назад, когда был в условно похожей ситуации — Кас собирался его отшлепать, а Дин не особо горел желанием получать по заднице. Дин тогда бежал как мог, а Кас вроде бы был позади, но внезапно возник прямо перед охотником в этом самом коридоре. Телепортироваться в бункере тогда было нельзя, как и сейчас (об этом сложно забыть, когда ты аж два месяца сидел в этом самом бункере из-за метели и пытался не убить своего крайне надоедливого младшего брата), так что Кас наверняка просто ускорился. Значит, Кас при желании может летать по коридорам бункера со скоростью под шестьдесят километров в час. Дин, конечно, быстрый, но до такого ему далеко. Что же. Тогда надо прятаться. — Две минуты, малыш, — голос Каса ниже, словно бы ангел урчит прямо Дину в ухо. Охотник вздрагивает. По коже бегут мурашки. Место, чтобы спрятаться. Место, куда Кас и не подумает заглянуть. Ладно. Ладно. Дин справится. Ему просто нужно… Подумать. Дин решает потратить десять драгоценных секунд на то, чтобы остановиться, закрыть глаза, сконцентрироваться и понять, какой из доступных ему вариантов лучше всего. Место должно быть как можно дальше отсюда, не должно сразу приходить на ум при поиске ответа на вопрос «где можно спрятаться», и, в идеале, иметь два выхода, чтобы можно было сбежать, когда покажется, что тебя вот-вот найдут. В идеале, в этом месте Дин сможет заранее узнать, что Кас приближается. Ответ приходит буквально в ту же секунду, и Дин обещает себе поблагодарить Сэма, если этот план каким-то чудом сработает. Прошлой зимой Сэм стал чемпионам мира по пряткам (цель у него, конечно, была другая, но этот момент можно и опустить). Благодаря нему Дин узнал пару десятков странных мест, куда может спрятаться самопровозглашенный сексолог-вуайерист, и очень долго ломал голову, как Сэм туда попадает, пока младший Винчестер наконец не признался, что использует вентиляционные шахты. Дин потом заставил брата провести ему экскурсию на тему «укромные уголки, откуда я видел ваш секс, и способы туда добраться» и кое-что даже запомнил. И, что самое главное, Каса на этой экскурсии не было. Значит, у Дина есть преимущество. Возможно, Кас в первую очередь подумает именно об этом и столкнется с Дином буквально через минуту после начала охоты, но варианта получше всё равно нет. В любом случае, времени на сомнения нет. — Минута и сорок пять секунд, Дин, — подтверждает Кас. Дин срывается с места и бежит к лестнице, чтобы подняться на этаж выше и попасть в комнату, из которой Сэм чаще всего начинал свои вентиляционные путешествия, когда хотел попасть в котельную или в гараж. Дин решает спрятаться в вентиляции где-то рядом с котельной. Это помещение имеет для них с Касом особое значение, так что, по логике вещей, Кас должен решить, что туда-то Дин точно не сунется. Добавим сюда тот факт, что Дин будет не в самой котельной, а где-то неподалеку… Не такая уж и плохая идея, правда? Он взбирается по лестнице. — Минута и тридцать секунд, Дин. Прошло девяносто секунд. Осталось еще ровно столько же до того момента, как твоя задница будет моей. Если бы Дин мог говорить так же громко, как Кас, то уже съязвил бы в ответ, что его задница уже и так давно принадлежит ангелу… Но приходится просто ускориться и (Дин морщится) взять себя за член, потому что бежать куда сложнее, когда твой стояк развевается, как парус на ветру, и даже боксеры его не держат. Сложно воспринимать себя серьезно, когда ты в одних носках пытаешься сбежать от своего парня, который вообще-то является одним из самых древних, мудрых и могущественных существ, которые когда-то населяли и продолжают населять наш мир. А если ты при этом еще и держишь себя за член, то воспринимать себя серьезно просто невозможно. Единственное, что может быть более нелепым — это в таком вот виде наткнуться на Сэма, но это, к счастью, маловероятно, как объяснил Кас, пока не давал Винчестеру надеть штаны. Не обращая внимания на нелепость своего положения, Дин добегает до нужной комнаты и с большим трудом вписывается в поворот, скользя в шерстяных носках. Он судорожно пытается отдышаться и даже не удивляется, когда эхо чужого голоса достигает его ушей: — Минута, Дин. Шестьдесят секунд. Начнём обратный отсчет? Я бы очень не хотел, чтобы ты потерял счет времени. — Уёбок, — бормочет Дин и закатывает глаза. Кас начинает обещанный отсчет. Еще одна причина, по которой Дин выбрал именно эту комнату — тут вентиляционные решет не прикручены, а закреплены при помощи специального механизма, так что их можно снять, а потом спокойно вставить обратно, даже находясь внутри. Аналогичный механизм есть и в котельной, так что если Кас всё же проникнет в вентиляцию, то Дин не окажется запертым у решетки, которую никак не открыть без отвертки. Вход в шахту находится над древними (но всё еще работающими) машинками для сушки белья, и Дин с легкостью взбирается на одну из них (пятьдесят четыре, пятьдесят пять…), на всякий случай всё же пытаясь не шуметь, снимает решетку и забирается внутрь. Он подтягивается на руках, ногой заправляя решетку на место, и на секунду замирает, пытаясь сориентироваться. Но только на секунду, потому что чертов голос не замолкает. — Сорок шесть, сорок пять… — Серьезно, я тебя люблю, но ты уёбок, — опять бормочет Дин, хоть и думает, что Кас не слушает. По крайней мере, ему самому от этого становится легче, и он устремляется в путь. Выбранная шахта настолько узкая, что Дин ползет по-армейски, и всё было бы нормально, если бы он не был, блять, голым. Неприятные прикосновения теплого металла никак не снижают возбуждения, хоть им и далеко до чужих умелых пальцев. Да, у Дина всё еще стоит, но дойти до оргазма от ползания по вентиляционной шахте мужчина точно не сможет — и это к лучшему, потому что Кас узнает, что Дин кончил, как только окажется рядом, и щетке наверняка придёт на смену что-то еще менее приятное. Чем дальше Дин продвигается по шахте, тем темнее становится. То тут, то там слабо горят лампочки — Дин думал, что они сделаны для рабочих, обслуживающих этот участок бункера, но Сэм рассказал, что шахты задумывались как эвакуационный выход для Хранителей Знаний в случае атаки на бункер. Несмотря на лампочки, в шахте очень мрачно, а в некоторых проходах вообще нет света. Это (жутко нервирует) немного напрягает, но особого выбора нет, так что Дин продолжает ползти. Несмотря на плохое освещение и невозможность не то что выпрямиться, а хотя бы встать на корточки, Дин достаточно быстро доползает до развилки (тридцать два, тридцать один…) и безошибочно сворачивает направо. Тут и света больше, и пространства. На коленях ползти тоже не особо приятно, но уж всяко лучше и быстрее, чем на животе. На следующей развилке Дин выбирает левый коридор (в этот раз возможных вариантов не три, а четыре) и наконец опускается на корточки, а потом впервые за вечер благодарит Каса за то, что тот не позволил снять носки — они позволяют скользить по шахте, не поднимая ног, и это лучше, чем бежать, потому что эхо от топота наверняка разлетелось бы по всем стенам. Или полам. Или потолкам. К чему там Дин сейчас ближе… На следующей развилке Дин на секунду замирает, пытаясь вспомнить, куда ему нужно повернуть дальше, и чертов голос (девятнадцать, восемнадцать…) вообще не помогает сосредоточиться. Дин закрывает глаза и вспоминает, как Сэм объяснял ему, как добрался до котельной прямо через запертую дверь. На это уходит несколько секунд (тринадцать, двенадцать…), но Дин всё же вспоминает, что ему нужно налево. Опять приходится встать на колени. Дальше ползти можно либо прямо, либо направо, и Дин выбирает второй вариант. На корточках здесь не постоишь, зато шахта шире, чем предыдущая. Слабый свет, маячащий в конце, говорит охотник о том, что там его ждёт котельная. Мужчина останавливается где-то на середине шахты, чтобы слышать, что происходит позади в шахте и впереди в котельной, и быть готовым к бегству в любом из этих направлений. Дин садится поудобнее и закатывает глаза, когда раздражающий голос наконец говорит финальную фразу: — Два, один… И время вышло. Теперь настало моё время, мальчик. Интересно будет узнать, как много моих минут ты сможешь потратить впустую. Дин вздрагивает и поводит плечами. Игра начинается.