Гнилая месть

      Из темного тумана меня вытащило легкое прикосновение к щеке чего-то влажного. Голова, по которой я, видимо, получил чем-то тяжелым, гудела при каждой не то, что попытке, но даже мысли о том, чтобы поднять ее. Опираясь на локтях, я принял полулежащее положение. Голова на онемевшей шее так и осталась запрокинута назад. 1… 2… 3…       Я с усилием поднял ее и открыл отекшие глаза. Все плыло. Рядом мельтешило светло-коричневое пятно. Оно потянулось ко мне, скользнуло мокрым носом по моей шее, обнюхивая, прошлось по пуговицам на грязной рубашке и, потеряв всякий интерес, пошло к стоящему рядом баку. Окружающие предметы начинали приобретать резкость. Я огляделся. Собака, которая своим любопытством вернула меня в реальность, чем-то хрустела, засунув голову в коробку из-под пылесоса. Я чуть наклонил голову и прислонился виском к мусорному баку, наблюдая за этой картиной. Недалеко важно расхаживали вороны, кидая на меня взгляды то одним, то другим глазом. Не дождетесь, твари, я еще жив. Точнее, уже. Пора оценить ситуацию более трезво. Все еще находясь в состоянии, близкому к тому, чтобы рассыпаться на части, я поднялся и плавно повернулся. Я был на свалке, а от нее до пиццерии было примерно двести метров. Я посмотрел на хмурое серое небо, с которого вот-вот должны были упасть первые капли. Который же сейчас час? Людей в округе не было, наручных часов, подаренных когда-то моим отцом, тоже. Видимо, один из тех, кто тащил меня на свалку, решил оставить вещичку себе в качестве сувенира. Что ж, тогда я возьму у него что-то взамен. Что-то более ценное. — Рэй, скажи, ты тоже не понимаешь, где шеф постоянно находит новых работников? — один из охранников круто развернулся от мониторов, которые транслировали изображение с камер пиццерии, и посмотрел на коллегу. Тот что-то сосредоточенно печатал на своем ноутбуке, с головой погрузившись в мир программирования. — Ага… — задумчиво произнес он. — А еще у него какой-то фетиш, походу, на мужчин с длинными волосами, — глупо хихикнул Феликс. — Как думаешь, ставить этому первую сложность или поразвлечься на четвертой? — Феликс, отвянь. Делай как хочешь, — раздраженно произнес Рэй и отхлебнул из чашки с остывшим кофе. — Какая дрянь… — тихо пробурчал он. — Какой ты скучный, — закатил глаза неугомонный коллега. — Вот напишу заяву, чтобы меня с другим сменщиком ставили. Кто тебе тогда кофе будет вари… — но он не успел договорить: на его стол лег белый лист офисной бумаги, а потом приземлилась и ручка. Грузная фигура, появившаяся за спиной Феликса так внезапно, побрела на свое место. Следующие часы работы прошли в тишине под тихий стук пальцев по кнопкам клавиатуры. Феликс вяло перелистывал изображения камер, то увеличивая их, то возвращая назад на общий экран. Охранник, который пришел на сегодняшнюю ночную смену, показывал неплохие результаты, словно проработал на этом месте долгое время. Чтобы как-то скрасить дежурство, Феликс начал увеличивать сложность работы. Вот с места сорвался Фокси, за секунду пройдя все подготовительные фазы забега, вот Бонни резко сменил траекторию движения, развернувшись на 180 градусов. В коридорах вязкой волной пронеслись ноты известного марша и затихли, оборвавшись на половине фразе. «It’s me» — тихо прошелестело в комнате охранника. Но, казалось, тот ничего не услышал.       В какой-то момент Феликс вспомнил про двух предыдущих охранников. Один — с дневной смены — почему-то всегда засиживался в послерабочее время. Примерно на час, как раз в тот период, когда механики приводили в порядок аниматроников после рабочего дня. Дневной охранник каждую ночь возился с диктофоном, и вчера слишком долго сидел в офисе, не слушая предупреждения коллег и начальства. В Памяти Феликса отчетливо сохранилась картинка: мужчина в ужасе вскакивает с места, услышав странный шорох, и мчится к правой двери. Закрывает ее, пытается отдышаться. Он ни разу не был на ночных сменах, а расшатанная знаниями о пиццерии психика рисует страшные картинки при каждом неизвестном звуке. Парень возвращается на места, снова начинает говорить. В несовершенный микрофон попадают обрывки фраз о каком-то костюме в задней комнате. И в левую дверь, спиной к которой сидит охранник, входит золотой Фредди.       Феликс встряхнул головой, развеивая страшные кадры воспоминаний. Аниматроники зачем-то были натасканы на быстрое убийство, и смысл этой функции мужчина не понимал. Плюс ко всему велась запись со всех камер наблюдения, а потом передавалась в руки шефа. Феликсу было очень интересно, что происходит дальше с этими кассетами, но и лезть в дела начальства тоже было чревато. Последствия он не раз наблюдал в прямом эфире. Повторять не хотелось. Он не знал, куда механики убрали тело дневного охранника, но вот с ночным пришлось возиться ему и его коллеге. Пришлось оставить его на одной из свалок, в расчете на голодных бродячих собак, которые уже не раз до неузнаваемости уродовали и разрывали тела бывших сотрудников.       А сейчас в ежедневной программе был новый игрок. В черной не застегнутой кофте с накинутым на голову капюшоном, потрепанных джинсах и неимоверной самоуверенностью в движениях. Судя по тому, как уверенно он опустился в кресло, без интереса, но со знанием дела листал камеры на планшете… Он определенно знает, где находится и как обстоят тут дела. Но время покажет. А настройки маскотов сделают шоу ярче.       Когда Бонни сжал огромные лапы на крепкой шее, Феликс отвернулся от экрана. По его лицу мелькнула тень отвращения. Когда незнакомец вяло попытался поднять голову, все еще находясь в смертельной хватке маскота, парень снова загорелся любопытством. Кадры будут интересными, начальству это точно понравится. И именно в этот момент зазвонил стационарный телефон. Вне сомнений, это звонил Шеф. Феликс поднял трубку и приложил ее к уху. — Да, Шеф, здравствуйте, — он крутанулся на стуле, спиной оказываясь к экранам. Его голос был бодр и даже весел. — Как вы уже должны были понять, сегодня не будет ночного охранника. Активность животных сведите на минимум, но не выключайте совсем. Процентов 5-10 оставьте. За это время подготовьте все кассеты с записями последних, — мужчина на миг замолчал, вспоминая, — шести… нет, семи ночных смен и оставьте в нижнем ящике стола под ключ. Я завтра утром заберу.       С каждым словом энергия и энтузиазм постепенно покидали парня. Он медленно повернулся к экранам. На место пустоты пришла растерянность. — Да, шеф… будет сделано…       Послышались гудки, и, словно в тумане, Феликс плавно опустил трубку. Взгляд его был направлен куда-то сквозь экран монитора. — Что сказал Шеф? — не оборачиваясь, спросил Рэй. — Сегодня никто не должен был приходить… — тихо ответил тот.