В преддверии Ада

Волмер вошёл в свой кабинет и вызвал медсестру, которая была закреплена за номером Кристины с Антониной. Женщина лет сорока, в белом халате и чепчике, слегка наклонила голову, в знак приветствия. — Проходите, садитесь, миссис Трэвэрс. Что нового можете мне сообщить о ваших подопечных? — Сэр… — неуверенно начала медсестра: -… Вы только не сочтите меня сумасшедшей, но маленькая Антонина, как мне кажется, не совсем обычный ребёнок. — И в чём же проявляется эта необычность? — Поинтересовался Волмер. — Она общается с… — «Кошками», мысленно продолжил Джеймс и ошибся, потому что миссис Трэвэрс сказала: -… с призраками. — С кем?! — Волмер аж привстал из-за стола. Не смотря на двукратное общение с самим Сатаной, в призраков он не верил. — С привидениями, — ответила медсестра. — Вы сами-то их видели, этих призраков? — Волмер постепенно начинал выходить из себя, теряя терпение. Слова миссис Трэвэрс казались ему полнейшим бредом. А медсестра продолжала: — Я с детства вижу разные сущности, — совершенно обыденным тоном ответила она. «Шизофреника», — подумал про себя Волмер и нахмурился. — Миссис Трэвэрс, я плачу Вам жалование не за то, чтобы Вы мне тут сказки рассказывали! — Возмутился Джеймс. — Какие, к чертям собачьим, призраки?! Вы в своем уме? — Сэр, — совершенно спокойно отвечала ему медсестра, — я — потомственный медиум. Моя бабушка умела вызывать духов и общаться с ними, а моя мать была членом Спиритуалистического общества. Сама я с детства вижу разные сущности и умею чувствовать их присутствие. И я сама видела, как три бестелесные фигуры приходили в детскую комнату и общались с малышкой Антониной… «Потомственная шизофреничка», мысленно констатировал Волмер, отсылая медсестру прочь. И всё же, рассказ миссис Трэвэрс не оставил Джеймса равнодушным. «Дыма без огня не бывает», думал он, «значит, с какими-то потусторонними существами эта девочка всё же может общаться. Но это, однозначно, никакие не призраки. Возможно, Демоны, присланные Хозяином, чтобы присматривать за девочкой. Или какие-то…», он напряг мозг, чтобы вспомнить словосочетание, прочитанное давным-давно в популярном мистическом издании, «… астральные существа или что-то в этом роде. Ладно, разберемся». Когда днём Кристина-Маргрет и ее дочь Антонина вышли на прогулку в сад, Джеймс вызвал к себе Ллойда и приказал установить в номере и детской комнате вебкамеры слежения, изображения с которых выводились бы прямо на его компьютер и записывались бы на жёсткий диск. Ллойд лишь молча кивнул и отправился выполнять приказ. Пока мать с дочерью вернулись обратно, дело было сделано и Волмер мог круглосуточно наблюдать за ними. Его не столько интересовали их дневные дела, вполне обыденные, сколько ночь, притом, в детской комнате Антонины. Он знал, что записывающие устройства способны фиксировать то, что не видимо обычным зрением. Поздно ночью доктор Волмер сидел за своим ноутбуком, слегка развалившись в своём кожаном кресле, и всматривался в полутемный экран, на котором отражалось изображение с вебкамеры, установленной в детской комнате Антонины. Девочка уже давно спала, обняв плюшевого медвежонка. Мужчина знал, что эту игрушку Кристи нашла среди вещей Антона Фалька (Энтони Хоука), но он не запрещал ей взять мишку для дочери. В комнате Антонины ничего не происходило и Волмер, попивая коньяк из граненого бокала, уже подумывал о том, что пора бросить эту пустую затею. Целая неделя таких наблюдений не принесла никаких результатов. И тут… Джеймсу показалось, что в комнате зажгли электрический фонарик. Тусклый столп бледного света поднялся прямо с пола. Удивительно было то, что этот бесформенный столп света двигался! Волмер едва не выронил бокал с остатками коньяка. Приблизившись к кровати Антонины, сущность начала приобретать очертания человеческой фигуры, правда, пока очень размытые. Он буквально прикипел к экрану ноутбука, наблюдая за происходящим. Столп света постепенно становился похожим на мужчину, чьё лицо было трудно разглядеть. Ребенок все так же продолжал спать, а данное сущность и вовсе вскоре приблизилась к кровати. Антонина перевернувшись на спинку, сонно оттолкнула мишку от себя, так что тот упал на пол. На экране отображалось как белое свечение коснулось ребенка и она проснувшись захныкала, но быстро успокоилась. Волмер сумел разглядеть улыбку на личике Антонины, когда девочка увидела «призрака»: видимо, тот был ей уже знаком. Девочка обнимая поднятого мишку, сидела на кровати и разговаривала с ним, иногда весело всплескивая ручками. Данное явление на камере продолжалось не долго, около получаса, а после вновь все исчезло с приближением рассвета. «Миссис Трэвэрс была права, девочка, действительно, с кем-то общается…», думал себе Волмер, снова попивая коньяк и в десятый раз просматривая видеозапись. «Нужно воспользоваться услугами этой спиритуалистки, как медиума». Решение было принято. Отставив бокал, Джеймс вызвал по смартфону медсестру. Когда женщина вошла в его кабинет, Волмер натянул на лицо маску с дежурной, фальшивой улыбкой, и произнёс елейным голосом: — Миссис Трэверс, я хочу увеличить Вам жалование… Медсестра улыбнулась в ответ — вполне искренне. — Благодарю, сэр. А Волмер продолжал: — Но… Мне нужна Ваша помощь в одном очень деликатном деле. И так, чтобы никто об этом не знал. — Да, сэр. — Подойдите сюда и взгляните… Джеймс показал видеозапись. Лицо миссис Трэверс буквально просияло: — Я же говорила, сэр… — Нужно вызвать этого духа и узнать: что ему надо от ребёнка? Сможете организовать мне спиритический сеанс? Миссис Трэверс призадумалась, что-то высчитывая в уме. Наконец, она ответила: — Через три дня — полнолуние. Расположение созвездий будет благоприятным для вызова духов. Я попробую. Если, разумеется, сам дух захочет со мной и с Вами общаться. Вечером, в назначенное время, миссис Трэвэрс пришла в кабинет Волмера. Одета она была в какое-то старинное платье («бабушкино наследство», мысленно съязвил Джеймс) тёмно-фиолетового цвета и под стать ему шляпу с пером и вуалью. Доктор лишь саркастически хмыкнул, наблюдая чудачества медсестры. А миссис Трэвэрс взяла в руки какой-то кулон, тоже, по-видимому, старинный, с переливающимся камешком посредине, и начала с ним обхаживать кабинет, давая кулону возможность раскачиваться, как маятнику. — Вот здесь, — торжественно произнесла она, указывая на дальний угол кабинета, — состоится наша встреча с духом… Волмер непроизвольно вздрогнул. Именно это невзрачное место когда-то облюбовал Энтони Хоук, чтобы издали наблюдать за посетителями доктора, а самому находиться в тени. Миссис Трэвэрс потребовала, чтобы сюда, в угол, перенесли круглый журнальный столик с выгнутыми ножками. Волмеру пришлось немного напрячь свои силы, чтобы перетащить столик, весивший немало, в этот угол. Но делать было нечего: он сам согласился подчиняться медиуму — таково было условие миссис Трэвэрс. Когда столик уже был на месте, медсестра взяла обычный стакан, перевернула его вверх дном и поставила в центре. Рядом она положила доску с алфавитом и двумя словами: «ДА» и «НЕТ» — вариантами ответов, а на доску сверху — указатель, в виде вытянутой капли, со стрелкой. Завершали картину две чёрные восковые свечи. Когда всё было готово к спиритическому сеансу, миссис Трэвэрс поставила возле столика два стула, уселась сама и пригласила за столик доктора Волмера. — Слегка коснитесь стакана, не прилагая усилий. Если дух здесь, он даст нам знак. Волмер так и сделал — одновременно с медсестрой. Когда он коснулся стеклянной поверхности стакана, ему показалось, что он ощущает легкое покалывание в кончиках пальцев, точно стакан был наэлектризован. И тут… Стакан, словно сам по себе, сдвинулся в сторону. Джеймс решил, что это сделала миссис Трэвэрс. — Он уже здесь, — с благоговейным трепетом произнесла медиум. После этих её слов стакан, тоже, как бы сам собой, упал и скатился со столика на пол, но не разбился, точно его кто-то успел поймать. «Что за чертовщина?!» — мысленно ругнулся Волмер. А миссис Трэвэрс, сидя за столиком, впала в транс. С закрытыми глазами она водила указателем по алфавитной доске и каким-то загробным голосом повторяла: — Имя… Назови своё имя… Как тебя зовут? — И тут произошло что-то и вправду необычное. Руки медиума стали быстро двигать указателем по доске, от буквы к букве. Миссис Трэвэрс, знавшая расположение букв на память, лишь повторяла их: — - А — Н — Т — О — Н -… Тут уж Волмеру стало не по себе. — Ты хочешь, — говорила, как в бреду медиум, — явить себя нам? Указатель остановился у слова «ДА». И в этот момент лицо женщины исказила до боли знакомая Джеймсу улыбка Энтони Хоука. — Ну здравствуй, Крамер, — мужской голос вырвался из уст миссис Трэвэрс. — Вот мы снова и свтретились! Не ожидал? Джеймс побледнел, глаза его расширились от ужаса. Никогда в жизни ему не было страшно… Даже когда приходил Хозяин Ада. — Зачем тебе дочь Кристины? — Преодолевая смертельный холод во всём теле и дрожь, спросил Волмер. — Я теперь — её Ангел-Хранитель, такова моя миссия в мире живых, — устами женщины-медиума ответил Энтони. — Чтобы ни ты, ни твоя банда не навредили ни ей, ни её матери, которую я любил при жизни… У меня не было своих детей, Гретхен погибла беременной, а у малышки Антонины нет отца. Я заменю ей его. В духовной смысле. Спустя паузу, миссис Трэвэрс открыла глаза. Сеанс закончился. Энтони покинул их. Женщина ничего не помнила, что происходило с ней… С тех пор как прошел сеанс, Волмер ходил сам не свой. Что-то неясное терзало его сердце. Мужчина расхаживая у себя в кабинете, наконец остановился у окна, вглядываясь в небо, заливавшееся красками рассвета. Кристина проснувшись утром, сладко потянулась и рукой проведя по покрывалу, наткнулась на букет кроваво красных роз. «Интересно от кого это?» Девушка вдохнула пьянящий аромат роз, блаженно зажмурившись. Вечером следующего дня она обнаружила бархатную коробочку на прикроватной тумбочке, где лежало колье с крупными камнями, переливающихся при свете свечей. Кристи взглянула в свое отражение в зеркале и усмехнулась, отложив коробочку. Дни проходили незаметно. Девушка стала замечать как Джеймс старался быть ближе к ней, одаривал ее нежными взглядами, целовал руку и обнимал, когда они шли вместе бок о бок. После общения с Ангелом Энтони во время спиритического сеанса, мужчина понял, что перевес в силе — не на его стороне. И если этот бесплотный дух взялся за дочь, почему бы ему, Джеймсу, не приударить за матерью, чтобы добиться её расположения? С этой мыслью Волмер начал свои ухаживания за Кристиной, или Маргрет, как назвал её Дьявол…