В преддверии Ада

Слава о чудесном мальчике быстро распространилась посёлком, где теперь жили Джейсон и Кристина. Сэдрик никому не отказывал, когда люди обращались к нему за советом или просьбой. Джеймс Волмер продолжал жить в своём особняке — бывшем санатории, как отшельник. Из обслуги он оставил всего несколько человек, которые ездили в город за покупками, готовили еду и убирали. Запасы «Элизиума» сокращались, поскольку не было новых жертв, а доктор прекратил эксперименты по усовершенствованию эликсира бессмертия. Старческое тело требовало увеличения дозы и Волмер понимал, что рано или поздно чудодейственный препарат иссякнет. Но, после разговора с Хозяином, Джеймса охватила такая апатия ко всему, что ему, казалось, было глубоко плевать на это. Он даже прекратил поиски Кристины и её детей, хотя, в глубине души, ему очень хотелось их увидеть. Что бы он сказал им при встрече? — на этот вопрос даже у самого доктора не было внятного ответа. Единственным его утешением стал Интернет. Джеймс, не смотря на возраст, мог сутки напролёт просиживать за компьютером, отвлекаясь лишь на приём пищи и отправление естественных потребностей. После таких долговременных сеансов «виртуальной жизни», затёкшие, одеревеневшие от сидения, ноги переставали его слушаться, руки дрожали, а в голове царил полный хаос. Тогда Джеймс вызывал одного из своих новых помощников и просил перенести его в спальню. Здоровенный парень по имени Пит, которого в шутку называли Пит-Буль, брал старика на руки и, словно ребёнка, уносил его в спальную комнату и укладывал спать. До ночи Джеймс отключался, погружаясь в мир грёз и сновидений, но, с наступлением сумерек, он снова садился за компьютер и окунался в виртуальный мир. Среди тонн Интернетного хлама, которые приходилось перелопачивать Волмеру в поисках чего-то, действительно, интересного и полезного, внимание Джеймса привлёк новый видеоканал американского ток-шоу с броским названием: «Новый Мессия: чудеса и пророчества». Вначале доктор скептически отнёсся к нему: из истории он знал, сколько уже приходило самозванных «мессий» и «пророков» на нашу грешную Землю. Но любопытство взяло верх. Мужчина наугад ткнул видеоролик со скандальным сюжетом: «Известного проповедника уличили в педофилии». После сверкающей заставки и рекламы взору доктора Волмера предстала сцена огромного зала, переполненного людьми, посреди которой стоял мальчик в белоснежном костюме, на которого был устремлён свет прожекторов. Звучала легкая музыка и песня с религиозным содержанием. Что-то показалось ему смутно знакомым в этом ребенке — голубые глаза цвета васильков или же голубого неба, темные волосы, уложенные в короткой стрижке, прямой носик и по детски волевой подбородок. «Не может быть…» Джеймс сжав губы, нахмурил брови, продолжив смотреть репортаж с чудо-ребенком. Ведущая ток-шоу, молодая женщина, в которой Волмер с изумлением узнал Кристину, чьи волосы были распущены по плечам и увенчаны диадемой с двенадцатью драгоценными камнями в форме звёздочек, одетая в белое, сверкающее в свете прожекторов, платье, объявила звонким, очень приятным голосом: — А сейчас жребий укажет, кто удостоится внимания преподобного Сэдрика… — Она раскрутила прозрачный барабан с шарами, как в лото, а потом вызвала девочку из первого ряда, чтобы та вынула наугад один из шаров с цифрами. Потом ещё один. — Девять. Сорок восемь, — сказала девочка в микрофон, держа в каждой руке по шару. Джеймс понял, что это номер ряда и места в зале. К сцене быстрыми шагами вышел мужчина в черной сутане священника с белым жестким воротничком. В левой руке он держал толстую Библию. Священник подошёл к мальчику, посмотрел на него каким-то злым, свирепым взглядом, а потом повернулся к залу и, потрясая своей Библией, как оружием, прокричал в микрофон: — Этот проклятый ребенок — лжемессия, обещанный в пророчествах Антихрист, чьё пришествие будет сопровождаться фальшивыми чудесами и знамениями… — Его сорвавшийся голос перешел в хрипение: — Не верьте ему! Лицо проповедника покраснело и покрылось потом. Залом пронёсся шум. Несколько человек встали с мест, что-то выкрикивая. Сэдрик спокойно подошёл к с воему обвинителю, посмотрел в его глаза своим чистым детским взором и улыбнулся. — Не о том ты говоришь, святой отец, — произнёс мальчик. — Лучше расскажи о своей греховной похоти… Священник выронил Библию, руки его сжались в кулаки, казалось, что он сейчас ударит ребёнка. А Сэдрик продолжал: — Падре, расскажите всем, скольких мальчиков из вашего церковного хора Вы совратили? И сюда Вы пришли не просто так. Ведь я Вам понравился, не так ли? И Ваша злоба вызвана тем, что я никогда не буду принадлежать Вам… Гнетущая тишина запала в зале. Все уставились на этих двоих. Внезапно что-то произошло. Священник, до этого казавшийся таким грозным, встал на колени перед Сэдриком и начал плакать. Ещё через несколько минут его увели со сцены полицейские. Зал разразился аплодисментами. Но на этом видеоролик не закончился. Мальчик поднял Библию, оброненную священником-педофилом, открыл её и внятно, ровным, хорошо поставленным голосом прочитал вслух: — Откровение 12:1-6 1 И явилось на небе великое знамение: жена, облеченная в солнце; под ногами ее луна, и на главе ее венец из двенадцати звезд. 2 Она имела во чреве и кричала от болей и мук рождения. 3 И другое знамение явилось на небе: вот, большой красный дракон с семью головами и десятью рогами, и на головах его семь диадим. 4 Хвост его увлек с неба третью часть звезд и поверг их на землю. Дракон сей стал перед женою, которой надлежало родить, дабы, когда она родит, пожрать ее младенца. 5 И родила она младенца мужеского пола, которому надлежит пасти все народы жезлом железным; и восхищено было дитя ее к Богу и престолу Его. 6 А жена убежала в пустыню, где приготовлено было для нее место от Бога, чтобы питали ее там тысячу двести шестьдесят дней… Книга Откровение 12 глава, стихи 1-6. В зале снова воцарилась тишина. Гнетущая и тяжёлая тишина. Все ждали, что скажет Сэдрик. Мальчик закрыл книгу и подозвал к себе мать, Кристину, женщину в белом с диадемой на голове, украшенной двенадцатью звёздочками из драгоценных камней.  — Ныне, — торжественным тоном провозгласил маленький Мессия, — сбылось это пророчество… После небольшой паузы весь зал начал стоя аплодировать Сэдрику. Глаза людей, которые присутствовали на этом шоу, горели фанатичным блеском. Волмеру, повидавшему многое в своей жизни, сделалось не по себе. Такого он от своего сына явно не ожидал! Но Кристина… Почему она согласилась на это? И где Антонина, её дочь? Где этот полицейский… Ливингстон? Джеймс не знал, что Джейсон сидел в зале, как обычный зритель, и наблюдал за происходящим, контролировал ситуацию. Антонина же находилась в помещении за кулисами и тоже наблюдала за своим братом и матерью, сидя за монитором компьютера. Видеоролик закончился, но Джеймс ещё некоторое время продолжал смотреть в экран. Он запустил на компьютере программу «Электронная Библия» и ввёл в строке поиска: «Откровение 12». Пробежав глазами отрывок, зачитанный Сэдриком, Волмер продолжил читать дальше, следующие стихи: «И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним… Когда же дракон увидел, что низвержен на землю, начал преследовать жену, которая родила младенца мужеского пола. И даны были жене два крыла большого орла, чтобы она летела в пустыню в свое место от лица змия и там питалась в продолжение времени, времен и полвремени. И пустил змий из пасти своей вслед жены воду как реку, дабы увлечь ее рекою. Но земля помогла жене, и разверзла земля уста свои, и поглотила реку, которую пустил дракон из пасти своей. И рассвирепел дракон на жену, и пошел, чтобы вступить в брань с прочими от семени ее, сохраняющими заповеди Божии и имеющими свидетельство Иисуса Христа.» (Книга Откровение 12:7-9, 13-17). Джеймс выключил компьютер. От прочитанного ему стало дурно. Он решил лететь в Америку, увидеть Кристи и своего сына, чтобы самому во всём разобраться. Джеймса всегда раздражало, когда он чего-то не понимал и не мог самому себе объяснить.